Пять лет спустя

      — Ну что там? — спросил я по рации своего друга.       — Ничего — буркнул он, так как этот вопрос я задавал уже не в первый раз — Ни одного из наших старых знакомых.       — Меган? — спросил я у сестры, которая наблюдала за территорией зоопарка с одного из деревьев.       — Точно также. Пусто, никаких намёков — грустно вздохнула она.       После того злополучного разговора в Скаутском форте мы решили, что негоже мне одному постоянно не высыпаться. Так что теперь мы всей компанией периодически собирались и наблюдали за зоопарком. Хоть и это было сопряжено с определёнными трудностями в виде того, что двое из нашей компании никак не желали друг с другом общаться.       Понятное дело, я говорил об Элле и Ричи. Я хоть и подозревал, что та ссора на Рождество была очень серьёзной, но никогда до конца не осознавал, насколько. Справедливости ради, я и сам со своей подругой уже тогда редко общался. А после того случая, когда Ричи даже и слышать о девушке не хотел, то я старался не заводить об этом разговор.       К тому же, в нашей дневной разведке, прямо на территории зоопарка, я принимать участие не мог. Уж слишком часто я появлялся там в последнее время, и сотрудники могли начать меня подозревать. Так что в такие моменты я просто сидел в Скаутском форте и ожидал новостей.       Кстати, повезло с тем, что наши с Меган родители сюда вообще не заходят. Благодаря этому мы смогли сделать большую модель нашего городского зоопарка и по памяти восстановили все проходы в Секретный Зоопарк, которые в своё время учили наизусть. И, несмотря на прошедшие годы, как минимум я все их отлично помнил. А как оказалось после небольшого обсуждения, остальные тоже.       И именно на этих проходах (а в особенности входах в Гроты) мы и сосредоточили своё внимание. Но, несмотря на то, что мы чуть ли не постоянно наблюдали за зоопарком на протяжении недели, это ни к чему не привело. Никаких даже отдалённо похожих людей на тех, которых мы видели там, Внутри, не находилось. Как и зверей, Одарённых, тоже не было.       Одно это слово — Одарённые — сразу погружало в воспоминания. Перед глазами всплывали бескрайние снежные равнины. Кожа будто бы чувствовала тот ужасающий холод и полностью мокрую одежду. Но вот, спустя секунду, под пальцами мягкий мех и тёплый бок огромного белого медведя. Буран. Тот, кто познакомил меня с этим миром, и тот, кто был со мною рядом до самого последнего дня там, Внутри…       Сколько раз по ночам мне было холодно… И от этого мороза не помогали ни одеяла, ни обогреватели. Он ведь шёл из той пустоты в душе, которая осталась после того, как оттуда вырвали моего друга. Так хотелось зарыться в его шерсть, прижаться и согреться… Или снова почувствовать на плечах холодные крылья Крепыша…       Так, воспоминания в сторону. Потряся головой, отгоняя лишние мысли, я снова прижал бинокль к глазам и принялся водить взором на зоопарк. Но и в эту ночь ничего необычного или хотя бы примечательного не было. Как и во все прошлые. И на что я, собственно, надеялся?       Мысли о том, что Марло тогда мне просто привиделся, после разговора в Скаутском форте стали всё чаще и чаще меня посещать. Особенно этому способствовали саркастические комментарии Эллы, которыми она сопровождала буквально каждое наше наблюдение.       И, несмотря на то, что это сильно бесило (удивляюсь, как Ричи всё это время терпел её подколки и абсолютно полностью её игнорировал), но в них была здравая доля. Быть может, я действительно просто обознался? Могла это быть какая-то другая птица? Честно, я не знаю…       Мозг, разум говорили, что это всё бред. Что нельзя просто так, изнутри, попасть сюда. Ведь те три брата из Индии именно расширяли вырытые пещеры и создавали порталы. Но тут же всплывал образ Чарли Реда с горящими волосами, стоящего посреди моей комнаты. И именно он заставлял меня раз за разом смотреть на спящий зоопарк, используя мою надежду снова оказаться там, Внутри.       — Меган, давай спускайся уже, я замёрзла — через рацию раздался недовольный голос Эллы, которая вместе с моей сестрой наблюдала за западной стороной зоопарка. И если Меган сидела на дереве, то её подруга стояла внизу — Всё равно это просто бессмысленно! Мы сколько уже наблюдаем за этими вольерами и ничего! Я устала!       — Успокойся, Элла — попыталась успокоить свою подругу моя сестра — Ну а вдруг мы действительно что-то пропустили?       Хотя по голосу Меган было понятно, что она сама в это не совсем верит. Но, видно, продолжать заниматься этим безумием её толкало стремление помочь мне. Стремление помочь своему брату, который так сильно отдалился от неё. Ведь мы впервые за последний год могли нормально поговорить, не стесняясь ни родителей, ни самих себя…       Мы так и поступили. Когда Элла и Ричи ушли в спальню Меган и мою соответственно, мы остались в Скаутском форте. Молчали. Где-то далеко слышался шум поздних машин, а мы просто смотрели на яркую Луну. И ничего в этой тишине не могло мешать нам.       — Как дела в школе? — спросил я и на мгновение представил, что мы обычные брат и сестра, которые ночью в домике на дереве просто болтают.       — Всё хорошо — осторожно кивнула она — А у тебя как?       — Тоже нормально — с трудом подбирая слова, ответил я. И снова замолчали. Хотелось сказать ещё что-нибудь, поддержать разговор. Но в голове было абсолютно пусто, во рту всё высохло, а в горле стоял большой ком, не дающий издать ни звука. Чёрт, Ной, серьёзно? Именно в такой момент? Ты ничего сестре не скажешь? Знаешь ведь, как она за тебя волновалась!       Меган тоже ничего не сказала. Лишь положила свою ладонь поверх моей, слегка сжав её. Она ко мне не поворачивалась. Лишь продолжала смотреть в окно, на полную Луну, которая сейчас, казалось, занимала половину неба. А в её глазах блестели, отражая свет ночного светила, капли слёз.       В тот день мы сидели в Скаутском форте до утра, обсуждая разные, совершенно бессмысленные вещи. Я, наверное, впервые с самого возвращения оттуда так много говорил. И был… Рад этому? Я не знаю, как описать это чувство. Радость, которую, казалось, я разучился испытывать. Горечь того, как я поступал с сестрой и друзьями. К ней добавлялась ещё и ненависть к своему ужасному поведению. Всё это вместе, наверное…       Тем не менее, несмотря на свой тон, Элла была полностью права — если мы продолжим просто смотреть, то ничего не найдём. А значит, пора действовать более активно. Надо напрямую пойти в зоопарк и попытаться найти старые проходы или новые, созданные тайным обществом после смерти мистера Дарби. Именно это я и сказал остальным, когда мы под утро собрались в Скаутском форте.       — И как ты себе это представляешь? — всплеснула руками Элла — Ты ведь в курсе, что после того, как Меган случайно попала туда, они явно укрепили безопасность от таких случайных заходимцев. Плюс ещё, если твоя версия, что они снова открыли порталы, всё же верна, в чём я сомневаюсь, то думаю, что и патрули они снова выставили.       — Кстати да — тут же кивнула Меган — Помните, когда они искали Де Граффа, то выпускали мелких животных, чтобы следили за окрестностями. И они вполне могли нас уже видеть.       — При условии, что оттуда снова откроют проход, разумеется — поправив свои очки, добавил Ричи — В чём мы всё ещё не уверены. У нас ведь только единственное доказательство в виде Марло, которого ты видел, Ной.       — Во, ботаник дело говорит — с ядом в голосе ответила Элла — Его мозги, единственное, что есть полезное в нём, правильно мыслят. Вдруг тебе всё это почудилось?       Ричи же, как обычно, стоически проигнорировал очередную попытку задеть его со стороны бывшей лучшей подруги. Хотя мне показалось, что на мгновение, в лучах рассветного солнца, в его глазах отразилась тень.       — Да, всё так — спустя минуту или около того я через силу кивнул — Я прекрасно понимаю, как это всё выглядит. Выглядит, будто я от горя сошёл с ума, мне привиделся зимородок, и теперь вас тащу за собой в эту бездну. Я всё это прекрасно понимаю. Но…       — Но? — смотря прямо мне в глаза, спросила Элла с явным скепсисом.       — Но это единственное, что я могу сейчас делать — опустив голову, честно ответил я — Разумом-то я понимаю, что всё это ненормально. Но сердце не на месте от мысли о том, что я мог снова попасть туда, но упустил его. Иногда кажется, что часть меня осталась там, Внутри. И теперь рвётся, чтобы снова соединиться. Простите, что втянул вас во всё это.       И снова наступило молчание. Напряжённое, тяжёлое. Такое, что слово сказать было невозможно — настолько тишина была густая. И лишь лучи рассвета освещали небольшую комнату, которая в детстве казалась просто гигантской.       — Ладно — пожала плечами Элла, будто бы ничего не произошло. Но в её голосе чувствовался сильный гнев — Давайте найдём проход в этот гребаный зоопарк!

Продолжение следует…