Cold Sweat

— Сиын, - сказал Сухо, глядя на друга, который прятался за подушкой. Его лицо было красным, левая рука всё ещё находилась в районе промежности, а из уголка рта свисала тонкая струйка слюны. В его глазах читалась необъяснимая пошлость и сексуальная энергия, словно он десятилетиями сдерживал желание раздеться догола и заставить всех вокруг смотреть на него. Сухо не мог отвести взгляд. Он бессознательно впитывал каждую деталь этой сцены. С того момента, как он открыл дверь и позвал Сиына, он не выглядел ни испуганным, ни отвращённым — он просто смотрел. И это смущало Сиына почти так же сильно, как и пугало. Сухо вышел из комнаты в коридор. — Сиын-а… Я пойду прогуляюсь, чтобы ты мог побыть один, - громко сказал он через дверь. Сиын фыркнул, сел и огляделся в растерянности, прежде чем поправить одежду и накинуть куртку — ему нужно было догнать Сухо под дождём и вернуть его. Он выскочил из комнаты, чтобы объясниться, очистить своё имя… или просто сделать что угодно, лишь бы время остановилось и Сухо не ушёл с искажённым представлением о нём. — Сухо-я. Прости… Я… я больше так не буду, - пробормотал он. — Сиын, о чём ты? Ты больше никогда не будешь мастурбировать… потому что я тебя увидел? - Сухо говорил с такой интонацией, будто считал его идиотом за эти слова. — Сиын-а. Ты такой ребёнок. Сначала ты чуть не дал себя похитить, а теперь стоишь передо мной, теребишь одежду и извиняешься за… естественное желание? Ты как младший брат, о котором я всегда мечтал, - рассмеялся Сухо, ущипнув парня за ухо. Он скинул обувь и плюхнулся на диван. — Ну, я хотел дать тебе побыть одному, но, похоже, ты уже в порядке, так что я останусь. Да и дождь усилился — твоему хёну не стоит сейчас ехать, верно? «Хён»? Это было ново. Сухо никогда так себя не называл. Не то чтобы Сиын был против, но… сейчас это было не главное. Сиын был ошеломлён. Нет, скорее потрясён. Он не мог представить, что всё обойдётся и Сухо останется рядом. Он не знал, что делать, кроме как снять куртку и молча ждать, пока друг снова заговорит. План мог провалиться, потому что минуты шли, а Сухо мог часами листать телефон, прерываясь лишь на короткие видео и громкий смех. Сиын же сидел рядом на диване, делая вид, что тоже занят телефоном. Но на самом деле он дрожал до кончиков пальцев, пытаясь вспомнить: а произнёс ли он имя Сухо в тот момент? Сделал он это или нет? Сухо притворялся, что не заметил? Он мог сойти с ума от одной этой мысли. Наконец громкий зевок Сухо разорвал тишину. — Сиын-а, давай посмотрим фильм. Надвигается буря, так что проведём ночь с пользой, раз не можем выйти, - весело предложил он, ожидая ответа. — Ты так смущён, что онемел? - поддразнил он, заслужив сердитый взгляд друга. — Нет. Ладно. Что будем смотреть? Это предложение словно сняло напряжение. Сиын наконец смог дышать. Если бы это продолжалось дольше, он бы посинел. — Хочу чего-то сказочного… Может, «Каралина?» - улыбнулся Сухо, намеренно коверкая название. Он знал, что это один из любимых фильмов Сиына. Чёрт, как он мог быть таким… «похожим на парня» после всего, что произошло? Но, конечно, Сиын ответил: — Это «Коралина», - и кивнул, пряча улыбку. Он был счастлив, что Сухо запомнил такую мелочь. — Я приготовлю закуски… а ты найди фильм, ладно? Сиын показал большой палец вверх и согласился. Пульт барахлил, свет мигал, а Сухо шумел на кухне. Стоп. Свет мигал… пока не погас окончательно после мощного удара молнии. Дом погрузился во тьму, и Сухо исчез в этой темноте. А все, кто знал Сиына, понимали: нет ничего хуже, чем потерять Сухо в следующий же момент после того, как он оказался рядом. Это включало в нём какую-то внутреннюю тревогу. — Сухо? - позвал он. Его зрение и так ухудшилось за последние годы — чтение книг в темноте дало о себе знать. — Сухо-я? Я ничего не вижу. Я… Внезапно Сухо появился, освещая путь светом ноутбука. — Сиын, я человек слова. Мы всё равно посмотрим этот фильм, - заявил он, ставя ноутбук на стол. — Мы не знаем, когда включат свет, а мой телефон сел, - пояснил Сухо, почесывая плечо и пробираясь на кухню на ощупь. — Сухо. Ты сказал Есё, что останешься здесь? Обычно ты предупреждаешь её, но… сейчас не можешь, потому что твой телефон мёртв, - тихо произнёс Сиын. Без гула кондиционера было слышно каждое их дыхание и стук дождя по окнам. — Всё в порядке, она поймёт. Кстати! Надо съесть то мороженое, которое я купил — оно стоило немало, потому что… эм… - Он щурился, пытаясь прочитать этикетку при свете ноутбука, и вернулся в гостиную с тарелкой чипсов. — Импортное? Наверное. Сиын уже не слушал. Он не любил темноту. Не то чтобы боялся… просто не переносил её. И Сухо это заметил. Он посмотрел на друга с беспокойством — во второй раз за день, в пятый за неделю и в миллионный за год. Но ничего не сказал. Вместо этого он нашёл фильм, нажал play и притянул лучшего друга к себе. — Сухо, диван слишком мал, чтобы лежать так, - проворчал Сиын. — Тогда ляжем живот к животу. Ты… - Он перевернулся и с лёгкостью приподнял Сиына. — …ляжешь сверху, - закончил он, накрывая их обоих пледом. От Сиына остались видны только глаза. Экран ноутбука давал достаточно света, вступление «Коралины» разносилось по комнате, а дождь добавлял атмосфере уюта. Сиын забыл обо всём своём дискомфорте. Время шло. Персонажи говорили, сцены сменялись, а Сиын чувствовал себя комфортнее, чем за последние недели. Он не боялся прижиматься к Сухо всем весом. Их дыхание было спокойным, но синхронным — когда Сухо выдыхал, Сиын вдыхал. Сиын вдыхал глубже, просто чтобы впитать его запах: пот, кожу, шампунь, одеколон — всё вместе пахло чистым блаженством. Голубой свет экрана падал на кожу Сухо, как солнце на тёмно-карие глаза, делая их похожими на глаза с картин. Сиын провёл добрых двадцать минут, разглядывая линию его челюсти, губы или руку, свисающую с дивана. Их груди идеально совпадали. Всё это… было естественно. Каждое движение одного вызывало ответное у другого. Казалось, они могли слиться воедино — или читать мысли. Они знали, как двигаться, чтобы другому было удобно. Словно родились в этой позе. Их ноги переплелись. Ноги Сухо оставались прямыми, а Сиын постоянно менял положение своих — то между ног Сухо, то перекидывал через его торс. Сухо слегка подвинулся вниз. О. Сиын почувствовал трение через ткань брюк. Из-за позы любое движение было ощутимее. Оно было лёгким, но… он же лежал на первой любви всей своей жизни. Он бы с радостью прижался к нему сильнее, но не хотел снова краснеть. Сухо двинулся в ответ — вверх, и теперь его твердь сильнее давила на Сиына. Бёдра Сиына дёрнулись вперёд — неосознанно. Он всего лишь человек, и его тело реагировало. Сиын поднял глаза, чтобы проверить, заметил ли Сухо. И судя по тому, что тот уже смотрел на него — определённо заметил. — Всё в порядке? - спросил Сухо, и по хрипоте в голосе было ясно: он почти спит. — Мм-м, - промычал Сиын. Какого чёрта? Теперь он почувствовал руки Сухо на своей спине… ниже… Одна опустилась на бедро, сжала его, а затем всё вернулось к «нормальному». Что Сухо делал? Сиын не спрашивал. Он просто позволял, зная, что его мысли, скорее всего, не взаимны. Но Сухо снова пошевелился — тем же движением, от которого Сиын дёрнулся вперёд. И его тело снова отреагировало, но теперь жар растекался пониже. «Коралина» закончилась, но никто не пошевелился. Сухо просто включил другой фильм. — Тебе нравится это, да, Сиын-а? Сиын резко вдохнул. Жар в промежности + усталый голос Сухо + эта кличка = смерть. — Ч-что? Что мне нравится? — Фильм… О. — А… Да, конечно. «Он дразнит меня за то, что я извращенец?» — подумал Сиын. Но цикл движений Сухо продолжался, становясь сильнее, жёстче, соблазнительнее. Сьюн задержал дыхание. Он снова был возбуждён — во второй раз за день. Он попытался приподняться, чтобы скрыть это, но… Теперь он сидел у Сухо на коленях, прижимаясь к нему. Чёрт. Сухо заметил. — Ты возбудился от «Коралины», что ли? У тебя либидо шестнадцатилетнего. Тебе помочь?» — Прости, это не так… — Нет, я спрашиваю. Тебе помочь? Для таких близких друзей, как мы, это нормально. …Что?