Когда пони плачут кровью

– Вот так... Осторожно... – прошептала Эплджек. – Хорошо. – ответила Эплблум. –Плечи ровно... И-и-и... Огонь! БАМ! И небольшой ржавый арбалетный болт вонзился в бочку с нарисованной мишенью. Сразу же раздались аплодисменты от Рарити, которая сидела неподалеку. – Умница, дорогая! – воскликнула она. – Совсем недурно! – Спасибо. – Эплблум отвела смущенный взгляд. – Уже лучше, чем в прошлые разы. – кивнула Эплджек. – Ладно, на сегодня хватит. – А чем мне теперь заняться? – Можешь пока помочь старине Сид Тернип Траку выгуливать Вайнону вместе со свиньями. – послышался молодой мужской голос. – Разве я не поручала эту работу тебе, Брейберн? – с усмешкой произнесла Эплджек, забирая арбалет. – Я бы с радостью, да только Большой Маки попросил помочь ему починить яблокодавилку. – Я могу помочь выгулять свиней! – с готовностью воскликнула Эплблум. Эплджек вздохнула, однако согласилась. – Ладно, я тогда займусь уборкой дома. Дни постепенно становились все холоднее и холоднее. Не ровен час, и через месяц-полтора нужно будет устраивать ежегодный забег пони, от которого листья в лесу опадали на землю, знаменуя приход осени, оставляя лишь воспоминания о прошедшем лете. Однако это лето им не помешало бы подзабыть. С такими мыслями Эплджек переносила старые вещи на чердак. Сейчас на ферме прибавилось жителей, поэтому и места, соответственно, требовалось больше. Однако работа на ферме, тем самым, пошла быстрее. Кажется, Понивилль вновь обретал надежду, даже несмотря на всеобщую усталость. Поставив очередную коробку, Эплджек вытерла пот со лба. Выбрасывать все эти вещи было жалко, да и времени на это попросту не было. Все же воспоминания о прошлом таились повсюду. Хоть что-то позволяло ненадолго выпасть из реальности и позабыть о ноющей пояснице, стертых в кровь копытах, головной боли и бесконечной усталости. Однако, к сожалению, подобной ностальгии не было суждено продлиться долго. Внезапно дверь с грохотом распахнулась. Эплджек тут же навострила уши, и помчалась на первый этаж. Что-то наверняка произошло. На входе стояла Эплблум. Девочка дрожала от ужаса, зрачки носились по всему холлу, будто пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь. – Эплблум! – Эплджек тут же подскочила к сестре, прижимая ту к себе. – Что произошло?! Сестренка смогла ответить не сразу, поначалу лишь всхлипывая и хрипя. Из глаз девочки потекли слезы. – Там... Медведь... – слезы переросли в настоящие рыдания. – Там остался дядя Сид! Он кричал, чтобы я убегала... Ее голос сорвался на визг, однако он лишь отдаленным шумом отзывался в голове Эплджек, в груди которой что-то оборвалось. Старшая Эпл застыла, в то время как перед глазами, как удар молнии, пронеслось воспоминание из больницы. Едва живая Флаттершай, разодранное крыло. Весь ужас той ночи окутал ее. Неужели это тот же самый медведь... – Эплблум. – голос Эплджек дрожал, однако сердце постепенно наполнялось яростью. – Где он? – На краю... На краю сада... – Эплблум продолжала рыдать, однако тепло объятий старшей сестры все же помогало немного успокоиться. – Я боюсь за дядю Сида! Эплджек стиснула зубы. Времени мало. Она не может позволить хоть еще кому-то пострадать. Ни один Эпл не должен умереть сегодня. Да и должен же кто-то вернуть должок за бедную Флаттершай. Внутри бушевал конфликт: разум кричал, что нужна вся семья, но сердце — упрямое, разъяренное сердце, жаждущее мести — твердило: «Я глава семьи. Это моя ноша. Я должна защитить их». Выход только один. Эплджек резко схватила сестру за плечи, глядя той в мокрые от слез глаза. – Оставайся здесь и не выходи из дома, поняла? – Н-но, Эплджек... – Я сказала, ясно?! – ее слова прозвучали жестко, слишком жестко. – Я не позволю ему снова... Я не позволю никому из вас пострадать. Эплблум, дрожа от страха, кивнула. Эплджек же метнулась к двери, на бегу захватив свой арбалет. Нужно действовать незамедлительно. Постепенно приближался вечер. Можно было бы сказать, что это был самый обычный, ничем не примечательный вечер. При иных обстоятельствах. Эплджек шла быстрым шагом, напрягая слух. Она находилась на окраине яблоневого сада, однако до сих пор вокруг стояла тишина. И это по-настоящему пугало. Арбалет дрожал в копытах, сердце гулко билось в груди, а в голове все еще стоял образ Флаттершай — ее безжизненное тело, окровавленные перья. Почему он не мог просто сдохнуть где-нибудь в лесу, когда болезнь окончательно пожрет его тело?! Затем показались следы. Воздух наполнился зловоньем гнили и крови, такой острый и тяжелый, что внутри все переворачивалось до рвоты. Эплджек инстинктивно наморщила нос, однако лишь ускорила шаг. Пока не наткнулась на тела. Все свиньи, которых пасли Сид и Эплблум, были разодраны в клочья. Кровавое месиво — вот и все, что от них осталось. Кровь хлещущими росчерками облепила кору деревьев вокруг, навеки впитавшись в нее. Некоторые туши еще судорожно дергали копытами в ужасных, бесконтрольных конвульсиях. Эплджек проглотила ком в горле. – Сид? – практически полушепотом произнесла она. Голос сам стал намного тише, в то время как колени предательски задрожали. Возможно, все же стоило позвать остальных. Хруст костей, эхом разнесшийся по яблоневому саду, прервал ее размышления. Не мешкая ни секунды, Эплджек рванула в сторону звука. Однако где-то внутри она уже давно поняла, что опоздала. Медведь... Точнее то, что когда-то было им, неспешно рвал на части остатки пони. Рядом с ним лежала металлическая лопата, перемазанная грязью, гноем и кровью. Похоже, Сид пытался защищаться... Но безуспешно. Эплджек широко округлила глаза и тут же спряталась за ближайшее дерево. Будь у медведя то же обоняние, что и ранее, все могло бы закончиться уже здесь. Сердце заколотилось с невероятной силой. Из головы все никак не выходил образ несчастной Флаттершай. Теперь еще и Сид. Наивный, однако искренний и добрый жеребец, не задумываясь, отправился сюда, на ферму, потому что хотел поступить правильно... И теперь его нет. На глаза навернулись слезы, которые Эплджек попыталась отогнать, крепче прижимая к себе арбалет. Если она издаст лишний шум, то ее постигнет та же участь. Сейчас нужно думать о том, как защитить остальных Эплов. Эплджек осторожно подняла арбалет, выглядывая из за яблони, в попытке найти хоть какое-то уязвимое место этой твари. Шерсть медведя клочьями свисала с костей, оголяя мышцы и темные пульсирующие жилы. Все тело покрывали шрамы, а также обломки копьев. Из глазниц текла густая алая жидкость, сквозь которую пробивался зловещий зеленоватый блеск. Огромная туша ходила ходуном при каждом движении, словно тело вот-вот разорвет изнутри. С каждой ноздри срывались тяжелые, сиплые вздохи, которые исчезали в противном бульканье от вытекающей слизи. Когда пасть раскрылась, Эплджек увидела зубы, покрытые кровью и черной пеной. Одного укуса будет достаточно, чтобы лишить ее головы. Нужно держать дистанцию. Внутри Эплджек все дрожало. Пришлось упереться плечом в дерево, чтобы унять дрожь. Нервно облизнув пересохшие губы, Эплджек выпустила весь кислород из легких. – За Флаттершай и Сида... – прошептала она, целясь прямо в голову чудовища. Тетива звякнула. Болт со свистом прорезал воздух. Острый наконечник с хрустом вонзился прямо в лоб медведя. Однако тот лишь качнулся. На секунду все замерло. Эплджек ждала, что медведь вот-вот рухнет на землю, однако тот лишь медленно, будто в недоумении, повернул голову в ее сторону. Сердце ухнуло от страха. В панике Эплджек начала вставлять новый болт, натягивая тетиву. – Нет! – прошептала она, чувствуя, как тело прошибает холодный пот. – Нет-нет-нет! Подняв голову, Эплджек встретилась взглядом с безжизненной мордой, не выражавшей ничего... Лишь желание убивать. Медведь взревел, отчего арбалет едва не вылетел из копыт. Всего за мгновение чудовище преодолело расстояние между ними. С грохотом, от которого содрогалась земля, огромная лапа обрушилась на Эплджек. Та перекатилась в сторону, и когти рассекли воздух там, где секунду назад была ее голова. Арбалет вылетел из копыт, однако времени подбирать его не было. Увернувшись от удара, Эплджек со всей силы лягнула задними ногами по морде чудовища. Медведь взревел от неожиданности и отшатнулся. И тут же бросился на нее. Эплджек вскочила на ноги, чувствуя, как пульсирует кровь внутри черепа. Она отскочила в сторону, чувствуя, как каждая мышца в теле горит от напряжения. Оказавшись рядом с останками Сида, Эплджек схватилась за металлическую лопату, что лежала подле. Удержиаая холодный металл между копыт, она не сводила глаз с монстра. Изо лба медведя торчал болт, от которого тонкой струйкой стекала кровь. Взгляд его был слегка рассеянным, однако полностью бездушным. Эплджек резко бросилась вперед, намереваясь вогнать арбалетный болт глубже в череп. Времени и сил на то, чтобы все обдумать, кричать или даже вздохнуть, у нее не было, действовать приходилось моментально. Однако медведь, несмотря на свое состояние, все еще оставался проворным хищником, от того приходилось держать дистанцию. Она рванулась вперед, хватая лопату обеими копытами. Лезвие вонзилось в плечо чудовища. Из раны потекла густая черная жидкость, похожая на гной, и запах мгновенно заставил Эплджек закашляться. Медведь рыкнул с булькающим хрипом и махнул лапой. Эплджек едва успела отпрянуть, как поток грязи и слюны брызнул на землю рядом. Тогда чудовище заревело, резко обрушилось на нее всей массой, и Эплджек инстинктивно прикрылась рукоятью, принимая удар. Металл скользнул по гнилой коже, сдирая ее до мяса. Однако удар оказался такой силы, что сбил ее с ног, земля вдруг закружилась, а после врезалась в бок, в рот тут же попала пыль. Не поднимая головы, Эплджек сразу перекатилась в сторону, и когти прошли там, где секунду назад была ее шея. Все ее силы теперь сосредоточились на одном — выжить. Животная паника охватывала ее все сильнее, однако обязанность защитить близких не давала ей сбежать. Эплджек вскочила, рванулась к медведю и обрушила лопату на болт в черепе. Еще немного, и все это закончится. Одеако медведь вдруг резко поднялся на ноги. Эплджек с ужасом впилась взглядом в громадную тень, возвышавшуюся над ней. Пытаясь затормозить, она приготовилась к удару. Однако она опоздала. Лапа зверя описала широкую дугу, и, несмотря на то, что Эплджек выставила рукоять лопаты, ослепляющая вспышка боли прожгла левую сторону ее мордочки. Под звон в ушах она почувствовала, как глаз взорвался обжигающей болью, вылетев из глазницы, горячая кровь разлилась по разодранной щеке, смешиваясь со слюной. Эплджек не могла даже закричать, лишь выдавливая из себя хрип и стоны от боли и страха. Из глаз брызнули слезы, которые тут же смешались с кровью. Внезапная слабость и пульсирующая боль наполнили каждую клеточку ее тела. Все вокруг закружилось перед глазами, когда она рухнула на землю, тяжело дыша. Мир будто сжался до одной картины: неумолимая тварь и она сама, с лопатой в дрожащем копыте. Все, что удерживало Эплджек в сознании, так это мысль о семье, которая все еще находится в опасности. "Простите меня..." – пронеслось в голове Эплджек. Однако просто так сдаваться она не намеревалась. Собирая последние силы, Эплджек уперлась лопатой в землю в попытке встать. "Я уже труп..." – Эплджек попыталась сосредоточить взгляд на приближающемся медведе. – "Но тебя я заберу с собой!" Голова кружилась, ноги предательски дрожали. Медведь уже распахнул свою огромную вонючую пасть, в то время как Эплджек подняла лопату над головой для последнего удара. И тут за спиной послышался топот. А вслед за ним и голоса. – Держись! – прокричал Большой Маки, удерживая в зубах топор, и со всего маху ударился плечом в бок медведя. В следующую секунду лезвие вонзилось в бок медведя, разрывая гнилую плоть. Зверь взревел и ударил лапой. Хруст. Большой Маки отлетел в сторону, раздался его глухой крик боли. Сквозь пелену крови, Эплджек увидела, как его нога выгнулась под неестественным углом, но осознать масштаб раны было невозможно. – Эплджек! – послышался знакомый голос. Рарити подскочила к ней, подхватив под копыта, в то время как вслед за ней показались и другие члены семьи Эпл. – Хватай его! – перед ними выскочил Брейберн, раскручивая ласо. В тот же миг несколько веревок обвились вокруг шеи и лап чудовища. Рог Рарити засветился и яркий луч ударил в окровавленную морду, оставив дымящуюся рану на месте одного из глаз. Еще кто-то из кузенов, успевших подоспеть, вонзил вилы в его лапу. Но медведь сотрясал землю, норовя вырваться в любую минуту. В этот миг в оставшийся глаз медведя прилетел арбалетный болт. Краем глаза, находясь на грани потери сознания, Эплджек заметила младшую сестру. Эплблум отчаянно перезаряжала оставленное старшей сестрой оружие. Медведь был полностью ослеплен, однако все еще держался. Тогда Эплджек покрепче обхватила черенок. – Эплджек! – взвизгнула Рарити, пытаясь удержать ту на месте. – Что ты делаешь?! – Держите гада! – кричал Брейберн, вместе с остальными затягивая петлю на шее медведя. Мир ушел в туман. Звуки стали глухими, а перед глазами осталась лишь огромная пасть. Эплджек закричала. И вложив оставшиеся силы в последний удар, обрушила лопату на голову монстра. Торчавший болт вошел в череп с громкии хрустом. Металл треснул о кость, прорезая гниль и мозг. Медведь содрогнулся всем телом, издав рев, от которого заложило уши. Его лапы рухнули в пыль, земля дрогнула, и громадная туша обрушилась прямо перед Эплджек. Она стояла, дрожа, еще мгновение. – Флаттершай, Сид... мы сделали это... – прошептала Эплджек, прежде, чем колени предательски подломились. Дыхание стало рваным, оставшийся глаз застилала тьма. Лопата выпала из копыт, и Эплджек без сил рухнула на землю. Последнее, что она успела разглядеть перед тем, как все померкло, — Рарити и Эплблум, которые со всех ног мчались к ней. "Главное, что вы теперь в безопасности..." А затем все исчезло... Голова раскалывалась на части, все тело изнывало от боли. Однако вскоре мир начал проясняться. – Она очнулась! – тоненький голосок младшей сестры вызвал новую вспышку головной боли. Эплджек моргнула, и картинка дома начала складываться. Краем глаза она заметила силуэты родственников. Однако попытавшись повернуть к ним голову, она испытала такую боль, что перед глазами все покрылось белым. Она зашипела, стиснув зубы, и только тогда заметила: половина ее морды была туго перевязана. Кожа тянулась, пульсировала под бинтами. Осторожно прикоснувшись к бинтам, Эплджек попыталась подняться. – Не трогай, – мягко сказала подоспевшая Рарити. – Тебе нужно восстановить силы. – Ч-что.. Что с медведем... – говорить теперь было крайне неудобно. – Мы победили. – тихо произнесла Эплблум, державшаяся за копыто кузины, Пичи Свит. – О чем ты только думала?! – вдруг воскликнул Брейберн, подойдя ближе. – Если бы Эплблум вовремя не оповестила нас о случившемся, тебя бы просто разорвали на части! – Не стоит сейчас так кричать, дорогой. – строго вмешалась Рарити, отчего Брейберн смущенно ретировался. – Подождем, когда она восстановится. Мне тоже есть, что сказать по этому поводу. Прежде всего, ей повезло остаться в живых. – Но ты видела, что с ней? – сказал кто-то из кузенов в коридоре. – Что? – встрепенулась Эплджек, однако тут же пожалела об этом резком движении. Рарити тихо процедила воздух. – Я попыталась зашить твои раны... – сказала она, тщательно подбирая слова. – Но боюсь, я не смогу восстановить все. К тому же я сомневаюсь, что даже медработники смогут исправить все... Эплджек проглотила ком в горле. Ей хотелось сейчас же порвать все бинты, однако кое-что ее беспокоило больше. – А что с остальными? – спросила она, уже опасаясь получить ответ. – Все целы? Я видела, как Большой Маки... – Большой Маки здоровее нас вместе взятых. – заверил ее Брейберн. – Обычный перелом. Он быстро встанет на ноги. – Ох... – Эплджек откинулась головой на подушку. – Это... это все моя вина. Если бы я не полезла одна... если бы я дождалась вас всех... Рарити осторожно положила копыто ей на плечо. – Простите меня... – хрипло выдохнула Эплджек, закрыв глаза. – Я... я не хотела потерять вас... Хотела лишь защитить... – А мы не хотим потерять тебя. Поэтому не смей думать, что должна все делать в одиночку. – мягко отозвалась Рарити, глядя той прямо в глаза. Эплблум всхлипнула, прижавшись к сестре. – Мы так переживали... – прохныкала она. Слезы подступили к оставшемуся глазу, и Эплджек приобняла сестру и подругу, прижимая их к себе. – Не забывай, что у тебя всегда есть мы, Эй-Джей. – отозвался Брейберн. – Мы все преодолеем. – Да... – пробормотала Эплджек, окинув взглядом всех, кто сейчас находился с ней. "На каждом дереве растут самые разные яблоки, но всех их объединяют корни. И твоя задача — оберегать их... Не обрезать им ветви, а оберегать корни. Сохрани их и позволь прорасти так, как они посчитают нужным." Кажется, впервые Эплджек полностью поняла мысль, что пыталась донести до нее бабуля Смит...