Но я хочу этого. Это преступление...

      Их не было, но атмосфера между ними была напряжённее, чем обычно. Всё существо Ланфир излучало напряжение, как будто она готовилась к чему-то гораздо более серьёзному, чем само испытание.       – Она готова оставить позади то, чем была, и в одиночестве, преодолевая свои страхи, обрести Принятие, — продолжила Аланна.       Её слова звучали как ритуальные заклинания, которые они произносили на протяжении веков. Однако в этот момент, в Ланфир их значение ощущалось особенно остро.       — Она знает, чего боится? — спросила Лиане, и Ланфир сглотнула, словно собираясь с духом, и посмотрела им прямо в глаза.       Взгляд Аланны смягчился, она поняла, насколько глубок этот вопрос, какие сомнения так долго терзали Ланфир. Три женщины без слов признали, что Ланфир ещё не столкнулась лицом к лицу со всеми своими демонами, но она пришла, и этого было достаточно.       – Она ещё не столкнулась с ними, но теперь готова, — ответила она почти шёпотом, безмолвно подтверждая доверие, которого сама от себя не ожидала.       Лиане долго смотрела Ланфир в глаза, прежде чем заговорить снова. Её слова были чёткими и окончательными.       – Тогда пусть она столкнётся лицом к лицу с тем, чего боится.       Тишина в комнате стала ещё гуще, и голос Лиане снова нарушил молчание. В нём звучала решимость, которую могли полностью понять только те, кто прошёл через эти испытания.       — Время не ждёт, — произнесла она нараспев, и дверь в Арки со скрипом отворилась, наполнив комнату тихой, неоспоримой торжественностью.       Когда она вошла, дверь за ней закрылась, и Морейн осталась одна, если не считать тихого гула ожидания.

***

      Шли дни, а от Ланфир по-прежнему не было вестей. Морейн пыталась сосредоточиться на своих обязанностях, на Башне, на работе, которая требовала её внимания, но все мысли возвращались к Ланфир. Она чувствовала, как на неё давит тишина, словно молчаливое напоминание обо всём, что осталось недосказанным между ними.       Сможет ли Ланфир выстоять? Или Арки направили её по пути, с которого она уже не свернёт?       Морейн не была уверена, что сможет вынести мысль о том, что потеряет её. После всего, что произошло. Но она не могла и не стала бы заставлять Ланфир вернуться.       Она так и не вышла из сводчатой комнаты, чувствуя, как в глубине души нарастает тревога. Она не знала, сколько прошло времени: часы, дни? В тяжелой тишине, окружавшей ее, время сливалось воедино. Ее пальцы коснулись краев гобелена у двери, но она не видела его. Она не могла сосредоточиться ни на чем, кроме чувства, которое сжимало ее сердце — грызущего страха, что женщина, о которой она заботилась, может исчезнуть навсегда.       Однажды к ней подошла Суан и стала уговаривать отдохнуть, уделить немного времени себе. Но Морейн отказалась, не доверяя себе настолько, чтобы отойти. Пока нет. Пока не появится Ланфир, пока она не будет уверена.       – Она справится», — сказала женщина, хотя Морейн знала, что Суан была так же неуверенна, как и она сама. Это было не так просто, как верить или надеяться; Ланфир всегда была сложной личностью.       Дверь в комнату снова тихо скрипнула, и сердце Морейн ёкнуло, но это была всего лишь Лиане. Выражение её лица было мягким, но настороженным.       — Морейн, — сказала она, медленно входя в комнату. — Тебе нужно поесть. Ты не можешь продолжать в том же духе.       – Я не голодна, — тихо ответила Морейн, и голос её звучал глухо.       — Ты не ела несколько дней, Морейн, — отозвалась Лиане лёгким, но настойчивым тоном, входя в комнату с подносом в руках. В воздухе слабо пахло едой. — Тебе нужно поесть. От тебя не будет никакой пользы, если ты упадёшь от истощения.       Морейн покачала головой, глядя на своды и положив руку на сжатый кулак.       – Ты ей ничем не поможешь, если будешь выжата как лимон, — добавила Лиане. На этот раз её голос звучал мягче, в нём слышалось что-то почти... материнское. Голос Аланны прервал Морейн, не дав ей ответить.       – Знаешь, она права. В таком состоянии ты никому не сможешь помочь, тем более Ланфир. Так что тебе лучше начать заботиться о себе, пока у тебя не закончились силы.       Морейн закрыла глаза и откинулась на спинку стула. Она не была уверена ни в чём, не была уверена в себе, не была уверена в Ланфир, не была уверена в том, что вообще имеет право беспокоиться. Но то, что сказали Лиане и Аланна, было правдой. Она это знала. Ей нужно было позаботиться о себе. Но она не могла пошевелиться, пока Ланфир не выйдет из Арки.       Мягкий стук в дверь прервал её размышления, и в комнату вошла Суан. При виде неё, такой знакомой и родной, на неё нахлынуло странное чувство облегчения.       — Морейн, — начала Суан, и её голос звучал гораздо мягче, чем обычно. — Я тебя знаю. Тебе нужна еда и сон. Не в твоём характере игнорировать и то, и другое, – Она подошла ближе и нежно положила руку на плечо Морейн. — Ты не сможешь помочь ей, если даже стоять не можешь.       — Я в порядке, — пробормотала Морейн, по-прежнему не глядя им в глаза. Ей хотелось в это верить, но она не могла заставить себя.       — Нет, это не так, — твёрдо сказала Суан, пододвигая к ней стул. — Ты изводишь себя мыслями о том, что было бы, если бы... Ты горюешь ещё до того, как пришло время.       Лиане вздохнула и села напротив неё, скрестив руки на груди.       – Ты уже несколько часов ходишь взад-вперёд, Морейн. Мы останемся с тобой. Тебе не обязательно делать это в одиночку.       Морейн переводила взгляд с одной на другую, и их беспокойство было осязаемым. Погребённые глубоко внутри эмоции — сомнение, страх, постоянное раздражение — вырвались наружу, и впервые за несколько дней она почувствовала что-то помимо оцепенения. Слёзы, которые она так долго сдерживала, грозили пролиться. Она не хотела показывать им, как сильно боится потерять Ланфир, как боится, что это и есть переломный момент.       — Просто дай ей время, — мягко сказала Суан, понимая, что дело не в голоде или усталости, а в чём-то гораздо более глубоком. — Она справится с этим. Она должна справиться.       Но дни шли, и Морейн не могла избавиться от чувства страха, которое всё глубже проникало в её душу. Что, если Ланфир не выдержит? Что, если испытание окажется для неё непосильным?​