Эхо вечной войны

1

Обоз, скрипя деревянными колесами по камням и корням, медленно поднимался вверх, к вершине холма. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в кровавые оттенки. Воздух становился плотным. Каменная церковь была частью пейзажа. За время основание уже успело погрязнуть в земле и обрести мхом. У входа в храм , стояли полупустые лавочки, а по зади красовалось старое кладбище с, покосившимися на разные бока ,крестами. Рыжеволосый мужчина спрыгнул с повозки первым, его ботинки с глухим шлемком ударивлись о грязь. Он огляделся. Его взгляд был напряженным — он знал, что дальше будет с девушкой. Наташа сидела на задней части повозки, прижавшись спиной к деревянной стенке, ее лицо было бледным, глаза полуприкрыты. Она была слаба. — Сама пойдешь? — спросил он, протягивая руку. Голос его был мягче, чем прежде, почти заботливым, но Наташа почувствовала в нем наигранность из-за жалости. — Нет, — честно ответила она. Он подхватил девушку на руки, и в этот момент Наташа ощутила тепло его тела, которое резко контрастировало с холодом, исходящим от каменной земли под ногами. Тепло, живое и настоящее, внезапно стало ей чуждым, словно она забыла, что такое человеческое прикосновение.Она посмотрела ему в глаза,но в его взгляде не было ненависти. Лишь страх за себя и свою жизнь.

2

Когда они подошли к церкви, двери распахнула маленькая девочка, одетая в лохмотья, с черными волосами, собранными в небрежный пучок. Ее кожа была смуглой.Цыганка. Ее глаза скользнули по Наташе,оценивая, и лишь затем она отступила, пропуская их внутрь. Двери закрылись за ними с глухим стуком. Внутри здание оказалось совсем другим.. Витражное окно, единственное в помещении, впускало последние лучи солнца, которые, преломляясь, разбрасывали цветные пятна по полу и стенам. Аромат воска и ладана заполнял пространство. Наташа опиралась на сильное плечо мужчины, пока осматривалась с пеленой на глазах. Воздух был влажным, но не холодным. Множество свечей мерцало в полумраке.Церковь была почти пустой, если не считать нескольких фигур, склоненных в молитве у алтаря. Их силуэты были нечеткими , но они не поднимали голов и не смотрели на вошедших. Мужчина аккуратно опустил Наташу на пол, и ее босые ноги коснулись холодного камня. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы выпустить его плечо, и только тогда она смогла сделать первый шаг. Один шаг. Еще один. Шаги давались с трудом, но она перебирала ногами.

3

Священник, стоявший у алтаря, был высоким и худым стариком.Одежда — длинная ряса, потертая временем и испачканная свечным воском.Глубокие морщины рассказывали о годах службы и терзаниях души. Глаза были темными, почти черными, и в них не было ни капли тепла. Он медленно повернулся к вошедшим, его трость глухо ударилась о каменный пол. — Отче! — произнес рыжеволосый , его голос был неровным, как и дыхание. — Мы нашли её среди мертвых, но она жива. Мы не знаем… мы не знаем, что делать. Господь решил пощадить невинную душу или дело в колдовстве? Священник не ответил сразу. Он продолжал смотреть на Наташу. Затем он фыркнул, презрительно и громко, и его голос, низкий и угрожающий, нарушил тишину: — Убирайся. — Он указал тростью на мужчину. — Не смей произносить такие мерзкие слова в доме Божьем. Ты принес сюда нечисть, и теперь должен уйти, пока не навлек кару. Мужчина попятился, его лицо побледнело. Он хотел сказать что-то еще, но передумал. Без лишних слов он развернулся и вышел, оставив Наташу одну. — Я… Я не помню, что со мной случилось, — прошептала она, чувствуя, как ее сознание тускнеет. Она не знала, говорит ли правду или просто повторяет то, что хотят услышать. — Ты должна очиститься, дитя, — произнес священник, делая шаг вперед. Его голос был мягче, но в нем все равно оставалась жесткость. — На тебе лежит большой грех. Если ты не сможешь этого сделать, то гнев Божий настигнет тебя и покарает душу твою, путём истления огнём. Его трость снова ударила о пол, и в тот же момент свечи вдоль алтаря замерли, их пламя затрепетало. Отец сделал еще один шаг к ней, его фигура выделялась на фоне огня.Посох вновь ударился о камень, и девушка вздрогнула. — Подойди, — сказал он, протягивая руку. Его голос был низким, почти шепотом, но в нем звучала не забота, а приказ. Наташа медленно двинулась вперед, каждый шаг давался с усилием. Когда она остановилась перед священником,он задал ей вопрос. — Что ты видишь? — спросил он,нагинаясь к ней и смотря своими глазами прямо в душу. — Я... Я не понимаю, — ответила Наташа, чувствуя, как внутри нее растет страх. — Посмотри на меня, — приказал он, и та подняла глаза. В его глазах было что-то странное, что-то, что заставило ее сердце биться быстрее.Черные как смоль, белый значок затянутый пеленой. — Я вижу... темноту, — прошептала она, не зная, почему именно эти слова вырвались из ее уст.После лицо Отца сменилось на черную гримасу , а голова закружилась до чёрных глюков. Он скривился еще сильней, отодвинулся от девушки как черт от ладана и тыкнул ей в ногу острым наконечником трости.— Никогда. Никогда ты не будешь искуплена! О Господь наш Всевышний, прости мою душу, прости эту девушку. Сатана забрал её к себе, так прими же ты прах её во владения свои , да прибудет с тобой! Девушка пошатнулась, когда сзади неё появились два силуэта, хватающие ее под руки. — Отныне ты нарекаешься мученицей тела своего, так примиже участь свою.— он взял со стоящей рядом подставки свечу и начал капать расколеным воском на плечи , голову и ноги девушки, вырисовывая крест. Та зашипела и завирищала от боли. Позади послышалось чтение молитв , церковнослужителей, а Отец к тому времени вновь начал молится господу.Кажется, на лице у него Наташа успела заметить довольную ухмылку.

4

Девушка сидела в тазике с водой. Её обмывали двое тружениц, готовя к обряду искупления души человеческой. Говорили они с ней толкьо на церковном, в основном со чтении молитв. Старую одежду они сменили, но более новую белую рясу. На мокрую голову нацепили терновый венок. Связаны руки за спиной, девушки подняли Наталию с места. Всё шло к завершению обряда.

5

Ровно в полночь вся Церковь собралась на отдаленном участке поля. Где проводились искупления. Уже был приготовлен крест, когда девушку привели к эшафоту. Двигаться она не могла, сопротивляться тоже.Сил не осталось совершенно. На крестах уже висели пара женщин и один мужчина так же признанный в колдовстве и сделке с дьяволом. — Люди Эрстеда!— заявил священник держа в руках лампадку.— Приветствую вас, да будет с вами бог!Сегодня мы собрались на общее чтение мольбы о искупление их грешных душ. Эти нелюди были обвинены церковью за причастие у Сатаны! Толпа зевак ахнула и начала перешёптываться. — Чёрт настигнет каждого из вас , коли вы не будите читать молитву. Да освободим же души грешным.— он поджог дампу , размахивая ей из стороны в сторону. Девушка приковали к кресту цепью, пара мужчин в балахонах.Рот закрыли тряпкой. Первый костер вспыхнул , через пару минут. Масло мигом разилось по сухому сену, а огонь быстро распространился по кресту. Послышались душе раздирающие крики на всю округу. Мужчина бился в конвульсиях, пытаясь освободиться, но ему ничего не помогало. Люди в округе упали на колени, начиная громко читать одну и туже молитву, напоминающую волчье завывание. Всё это смешивалось с ужасными стонами мученика. Следующими запылали остальные костры.Палачи лишь наблюдали за зрелищем с коварной улыбкой.