Истинные. Младшие

      Феликс с детства мечтал о большой семье, о том как вырастет, найдет истинного, нарожает детишек, и будут они жить долго и счастливо. Учеба и карьера его мало волновали. Поэтому он понесся сдавать все необходимое в Единое международное тестирование — систему по поиску истинных, как только получил аттестат об обязательном среднем образовании. Родители, конечно, не одобрили такую спешку, но, зная статистику, надеялись, что сын успеет выучиться, пока найдётся его истинный. Однако к их огорчению и величайшей радости Феликса истинный нашелся моментально. А точнее, сразу три истинных. Пока родители Феликса писали в ЕМТ, чтобы убедиться, что это не какой-то сбой, тот уже вовсю общался со своими истинными, даже не сомневаясь, что никакой ошибки нет. И после пары недель плотного общения заявил родителям, что переезжает.       — Как ты поедешь один? — сетовал папа. — Ты совсем кроха.       — Папочка, я уже давно не ребенок, — утешал его Ликс.       — У тебя еще даже течки не было, а ты уже к истинным намылился. Подождал бы пока.       — Ага, сколько ждать-то еще? Течка может начаться и в 19, и в 20! Я что, виноват, что у меня позднее созревание?       — Ну вот и подождал бы пару лет. Куда спешить?       — Я уже всё решил, — стоял на своем Ликс.       — Решалка еще не отросла, — в сердцах выпалил папа.       — Дорогой, ну будет тебе, — вмешался отец, — ты сам был не сильно старше, когда мы познакомились.       — И мне было очень тяжело растить ребенка в таком возрасте, поэтому я хочу уберечь Ликси.       — Ну какого ребенка, если у него еще даже течки не было.       — Сегодня нет, а завтра есть — тут дело такое — не угадаешь.       — Обещаю в ближайшие несколько лет никого не рожать, — мило улыбнулся Феликс.       — Ох, солнышко, это ты сейчас так говоришь, а истинного встретишь и передумаешь.       — Истинных, — поправил сын.       — Тем более! В два раза больше искушения.       — В три, — лукаво прищурился Ли-младший.       — Третий же омега, — всплеснул руками папа.       — Ну и что, что омега. Истинность дело такое, — расплылся в озорной улыбке Феликс.       — Ты смотри на него! Где-то поздний, а где-то, наоборот, слишком скороспелый у нас ребенок, — засмеялся отец.       — И уже не ребенок, — стоял на своем Ликс.       — Для нас ты всегда будешь нашим маленьким мальчиком, — всхлипнул папа и обнял сына.       Отец тоже присоединился к объятиям.       Родители Феликса, в отличие от сына, языка Минхо, Хенджина и Джисона не знали даже немного, однако это не помешало им в переписке с помощью переводчика допросить истинных Феликса с пристрастием: где работают, какое образование, из какой семьи. В целом они остались удовлетворены ответами, поэтому, еще немного посопротивлявшись, все же сдались и разрешили сыну переехать жить в другую страну. Хотя, если бы не разрешили, Феликс уже думал о побеге, настолько ему не терпелось лично увидеть истинных. Он общался с каждым из них по переписке каждый день, и раз в пару дней они созванивались по видео все вместе, а также у них был групповой чат. Даже удаленного общения было достаточно Феликсу, чтобы влюбиться в своих избранников. И он даже мысли не допускал, что чувства могут быть невзаимны. Такого просто быть не могло — они же истинные. Нет, в теории могло случиться всё что угодно, Ликс слышал про разные ситуации, но был уверен, что к нему это не относится. Поэтому он без всякого стеснения накинулся на Хенджина с поцелуями, как только его увидел, а потом так же резво принялся обнимать Минхо. В жизни его альфы оказались в сто раз красивее чем на фото или по видео: скорее всего сыграли роль запахи терпкого кофе и сливок, которыми пахли Минхо и Хенджин. Джисон тоже показался Феликсу симпатичным, но кидаться на него в любовном порыве Ликс постеснялся. Как-никак они оба омеги, мало ли что люди подумают.       Феликс огорчился, что заболел в первую же неделю в новом доме, но ему была безумно приятна забота истинных; он был уверен, что как только выздоровеет, все сразу станет, как он мечтал.       У Хенджина, Минхо и Джисона каких-то конкретных планов на счет Феликса не было. Они только более-менее приноровились жить втроём, как тут словно гром с ясного неба — еще один истинный. Но Феликс, даже находясь за тысячи километров, смог очаровать их так быстро, что они единогласно приняли решение — он должен жить с ними. Тем более что никаких препятствий этому не было: учиться Ликс мог поступить и у них в стране, а языковой барьер проблемой ни для кого не являлся. Единственное, истинные, как и родители Феликса переживали, что он еще совсем юный.       Влюбленная троица лежала на диване в гостиной и смотрела сериал за несколько дней до прилета Феликса.       — Я буду чувствовать себя старым рядом с ним, — сетовал Минхо, который был самым старшим.       — С нами же не чувствуешь, — усмехнулся Хан, не отрываясь от просмотра.       — Вас я всего на пару лет старше.       — Да ладно тебе, так говоришь, как будто у вас десять лет разница, — улыбнулся Хенджин, потягиваясь.       — А, ну да, всего лишь восемь, — язвительно подметил Хо.       — Ну восемь — это не десять, — поддакнул Джисон, и взъерошил Минхо волосы.       — Ой, да ну вас, не понимаете моей проблемы.       — Чего ты раньше времени бурчишь, пусть сначала приедет, может и не почувствуешь разницы, — Хван обнял второго альфу за шею.       — Минни, если тебя это утешит: порой ты ведешь себя так, что мне кажется тебе и восемнадцати нет, — хохотнул Хан.       — Ах так? — Минхо накинулся на Джисона и принялся его щекотать в отместку. — Я тебе сейчас покажу, как ведут себя те, кому и восемнадцати нет.       Хан залился громким смехом, безуспешно отбиваясь от любимого, а Хенджин только снисходительно покачал головой, глядя на них.       В глубине души Хван чувствовал, что уже любит Феликса и, возможно, больше всех ждет его приезда. Поэтому когда Ликс прямо в аэропорту набросился на него с поцелуями, Хенджин понял, что долго держать свое либидо в узде он не сможет. В их первую совместную ночевку он каким-то чудом удержался, чтобы не переспать с Феликсом, учитывая, что тот, можно сказать, сам на него накинулся.       — А почему ты хочешь подождать? — удивился Минхо, когда утром следующего дня подвозил Хенджина на работу.       — Из-за его возраста.       — Понимаю.       — Правда?       — Угу, я вот вообще не представляю секс с Феликсом, — Ли затянулся сигаретой.       — Почему?       — Ну, для меня он как младший братик. Его хочется затискать, зацеловать, но никак не трахнуть. У тебя так же, что ли?       — Нет, совсем не так. Я очень даже хочу переспать с ним. Просто я чувствую себя так, будто я его развращаю.       — А ты развращаешь?       — Знаешь, он вчера с такой страстью меня целовал, что казалось, что это он меня развращает.       — Ну не прибедняйся давай, — засмеялся Ли и погладил своего парня по коленке. — Ты хочешь, он хочет. Ну так вперед.       — Думаешь?       — Да. Тем более, я так понял, что вы уже договорились.       — Угу, но все можно еще отыграть назад.       — Не расстраивай ребенка, — усмехнулся Минхо, паркуясь рядом с работой Хенджина.       — Он не ребенок, — зажмурился Хван.       — Да я же шучу. Давай, Ромео, смелее. И помни, мы с Джисоном будем ждать грязных подробностей, — туша сигарету, усмехнулся Минхо.       — Слушай.       — Что?       — А Хани не ревнует?       — Он мне вчера ничего такого не сказал, но сердито прислушивался к стонам Феликса и жаловался, что они мешают ему спать.       — Надо будет с ним еще раз поговорить.       — Джинни, а ты уже по уши в Феликсе?       — А по мне не видно?       — Нет, ты как-то бодрячком, что удивительно.       — Вообще я пока еще не до конца понял, что происходит, но кажется, я уже пропал. Он мне снился, а утром я проснулся и лежал любовался, как он мило дышит через приоткрытые губки, как у него реснички подрагивают.       — Всё ясно, скоро мы тебя потеряем.       — Да ну неправда!       — Правда. Я помню, как Хани с головой ушел в любовь с тобой, когда вы начали встречаться.       — А как я ушел с головой в любовь с тобой, ты уже забыл? — внезапно томно проворковал Хенджин. Он отстегнул ремень безопасности и максимально приблизился к губам Минхо.       — Нет, я всё помню, детка, — Ли притянул истинного к себе и сладко поцеловал по-французски. — А теперь иди, иначе сегодня ночью Феликс обломается.       — Почему?       — Потому что, я затрахаю тебя до потери пульса и ему ничего не достанется.       — Ах-ха-ха. Всё, ухожу. До вечера!       — До вечера, любимый, — Ли потянулся и шлепнул по попе выходящего из машины Хенджина.       В первую близость Феликс не просто надеялся сразить Хенджина наповал своим очарованием, он хотел добиться эффекта, сравнимого с реакцией альфы на течного омегу. Но поскольку ждать течки можно было еще очень долго, он с помощью Джисона прикупил в секс-шопе усилитель запаха.       Они с Хенджином оба очень ждали этой ночи и оба волновались так, что за ужином кусок в горло не лез. В итоге Минхо с Джисоном не выдержали и после совместной прогулки предложили всем лечь спать пораньше.       Выйдя из душа, Хенджин позаботился об атмосфере предстоящей ночи: зажег свечи и включил романтическую музыку. Плейлист выбирал Феликс. Оба истинных хотели, чтобы все прошло идеально, как в любовных дорамах, которые часто смотрел Ликс.       Довольный приготовлениями Феликс принял душ и щедро напшикался усилителем запаха после чего решительно направился в спальню. Эффект был ошеломляющий — у Хенджина тут же закружилась голова, как только Ликс вошёл в комнату.       — Неужели у тебя все же началась течка? — удивился Хван. — Ты божественно пахнешь.       — Хи-хи, нет, не течка.       — А что тогда?       — Это есть секрет.       Хенджин сглотнул, стараясь тут же не набрасываться на прелестного омегу, при виде которого у Хвана чуть ли не текли слюни.       А вот у Феликса внезапно потекли сопли и заложило нос — это было настоящей подставой.       — Я сейчас! — Ликс спешно выскочил из спальни и понесся к аптечке, чтобы закапать нос.       На кухне он столкнулся с Джисоном.       — Что с тобой? — обалдел тот. — Ты весь в красных пятнах.       — Нос мокрый, нужно капли, — Феликс взял салфетку и попытался высморкаться, но нос уже настолько заложило, что у него ничего не получилось.       — Ты что-то принимал? — догадался Хан. — Какие-то таблетки?       И тут до него дошло: усилитель запаха. К этому моменту лицо Феликса уже полностью покраснело и пятна начали появляться на шее и груди.       — Ликси, у тебя всё в порядке? — обеспокоился Хенджин, заглянув на кухню.       — Не смотреть! Не смотреть! — Феликс спрятал лицо руками.       — Походу у него аллергия на усилитель запаха, — пояснил Джисон.       — Надо вызвать скорую! — Хван кинулся за телефоном.       — Да погоди ты! У меня есть антигистаминные — держу на всякий случай, вот видишь, пригодились, — остановил его Хан. — Сейчас найду.       — Что у вас тут происходит? — из спальни выполз сонный Минхо.       — У Ликси аллергия, — хором ответили Хан и Хенджин.       — Ё-моё.       — Вот таблетки! — Джисон победно поднял над головой упаковку.       А Хенджин уже несся со стаканом воды.       — Выпей сразу две на всякий случай, — предложил испуганный Минхо.       — Пусть сначала одну выпьет, — возразил Хан.       — Лучше две.       — Феликс, ты как? — Хван наклонился к омеге и попытался развернуть его лицом к себе.       — Ликси, вот, выпей, — с другой стороны подсел Джисон. — Ты что плачешь?       Феликс громко всхлипнул в ответ.       — Солнышко, почему ты плачешь? — взволнованно спросил Хенджин.       — Да дайте ему уже таблетки! — не выдержал Минхо. — Не хватало еще, чтобы он начал задыхаться.       — Держи воду, держи лекарство! — послышалось с разных сторон.       Опухший от аллергии и слез Ликс сделал, что ему велели и, растолкав всех, убежал в спальню и закрылся там, громко рыдая. Он проклинал себя за идею купить усилитель запаха, но откуда он мог знать, что начнется аллергическая реакция? Он так мечтал об идеальной ночи с Хенджином и сам же все запорол.       — Ликси, малыш, открой, пожалуйста, — робко постучал Хван.       — Нет, — решительно всхлипнул Феликс. Ему безумно не хотелось, чтобы альфы видели его в таком состоянии.       — Может, ты попробуешь? — шепнул Джисону Минхо, кивая на дверь.       — Ликс, это я Хани, можно я войду?       Послышалось шуршание, и дверь открылась. Хенджин тоже хотел войти, но Джисон решительно его отодвинул и закрыл дверь.       — Оставь их, — Минхо потянул Хвана за руку в сторону кухни. — Пусть поговорят. Чай будешь?       Оказавшись в спальне, Джисон первым делом открыл окно, чтобы выветрить запах усилителя. Он уложил Феликса на кровать, взял влажные салфетки и принялся вытирать его шею, ключицы и прочие места, куда он попшикал злосчастным средством.       — Благодарить, — шептал Феликс.       — Не за что, солнышко.       К этому моменту таблетки уже начали действовать, а пятна постепенно пропадать.       — Хани, я дурак, — всхлипнул Ликс, глядя на пламя свечей и думая о том, как бы красиво оно отражалось в глазах Хенджина.       — В таком случае, я тоже, мы же вместе его покупали. Можно тебя обнять? — Хан подсел ближе.       — Угу, — Ликс улегся головой ему на колени, чувствуя как ладонь Джисона ласково скользит по его волосам.       — У тебя раньше бывала аллергия?       — Нет, никогда, — уже почти не плача, ответил Феликс.       — Видимо, какое-то бракованное средство попалось. Дай я на тебя посмотрю?       Феликс приподнялся.       — Я не понимаю, ты от слёз красный или от аллергии? Как ты себя чувствуешь?       — Уже лучше, благодарить.       — Не расстраивайся, будут другие ночи, главное, чтобы ты был в порядке.       Они так и уснули лежа в обнимку, а Хенджин спал вместе с Минхо.       На утро Феликс уже хорошо себя чувствовал, словно никакой аллергии и не бывало, но ему было стыдно, что он испортил их с Хваном планы, и за ужином Феликс избегал взгляда Хенджина.       — Ликси, давай поговорим, умоляю, — Хван подкараулил Феликса в коридоре и обнял со спины.       — Я стыдно.       — Тебе нечего стыдится, — он мягко развернул омегу к себе.       — Я всё портить опять.       — Ты ничего не испортил, у нас еще вся жизнь впереди.       — Я снова все буду портить.       — Не переживай, это не страшно, рано или поздно все будет так, как ты хочешь. Только не избегай меня, пожалуйста.       — Прости.       — Тебе не за что извиняться.       Феликс тяжело вздохнул.       — Иди сюда.       Хван поднял Ликса на руки и понес в комнату, там он уложил его на кровать и лег рядом. Накрыв их пледом, он включил любимую дораму Феликса, и перемотал на его любимую серию, где главные герои наконец-то признались друг другу в чувствах.       — Видишь, у них тоже не сразу все получилось, — прошептал он.       — Угу, — поджав губы, кивнул Ликс.       — Хочешь, посмотрим ее целиком?       — Угу.       — Сделать тебе какао с печеньками?       — Да, — взбодрился Феликс.       — Сейчас принесу, — Хенджин встал с постели и направился к двери.       — Джинни.       — Да?       — Благодарить.       — И тебе спасибо.       — Почему?       — За то, что ты есть и за то, что рядом.       Остаток вечера они провели в обнимку за просмотром сериала. Когда Феликс заснул, Хван разобрал кровать, уложил омегу под одеяло и осторожно лег рядом, любуясь своим сокровищем.       — Что-то у них подозрительно тихо, — заметил Минхо, прислушиваясь к спальне напротив.       — В каком смысле? Стонов не слышно?       — Ага.       — Феликс, наверное, теперь стесняется; вчера он был очень расстроен.       — Бедный малыш. Ну, может, и к лучшему? Может, рано ему сексом трахаться?       — Ну это не нам решать. А сам-то, поди, не отказался бы с ним переспать, — прищурился Джисон.       — Пфф, Феликс меня в этом плане вообще не интересует.       — Совсем?       — Угу.       — Даже капельку?       — Абсолютно.       — Даже поцеловать не хочется?       — Ну если только в щечку или в носик.       — Ну, это уже странно.       — Почему?       — Даже мне хочется его поцеловать. А ты альфа и его истинный и тебе не хочется.       — Ну вот так, — пожал плечами Минхо. — Может, подрастёт и тогда что-то изменится.       — Надеюсь. Не хотелось бы повторения истории с Хенджином.       — Джинни я сразу хотел, только тупил.       — Может, ты и сейчас тупишь?       — Может. Но нам ведь не горит. Пусть с Хенджином пока милуется. Он очень даже хочет его целовать. А я сейчас хочу поцеловать кое-кого другого.       — Кого же?       — Тебя, мои сладкий пирожочек.       — Хи-хи, давно ты так меня не называл, — Хан перевернулся и улегся на Минхо.       — Я исправлюсь, булочка.       Ли притянул Джисона к себе и поцеловал. Постепенно их поцелуи стали более требовательными, а руки начали хаотично гладить тела друг друга.       — Ну раз мы сегодня не слышим их стонов, пускай они наши слушают, — хохотнул Минхо, стягивая белье с Хана и оглаживая его ягодицы.       — Ах, — всхлипнул омега. — Я соскучился по близости с тобой. Ты такой уставший в последнее время, что засыпаешь, как только голова подушки коснется.       — Сегодня я полон сил и весь твой.       Следующий день был выходным, и истинные всей компанией поехали знакомить Феликса с родителями Джисона, которым не терпелось увидеть нового «сыночка» — как они ласково называли всех истинных Хана.       Феликс уже полностью оправился от случая с усилителем запаха и активно участвовал в хлопотах Джисона и его папы на кухне, пока альфы дружно пытались починить газонокосилку. Когда обед был готов, а устройство отремонтировано, все уселись за большой круглый стол и принялись отмечать знакомство. Отец достал из закромов пару бутылок хорошего вина, припасенного как раз для подобного случая.       Ликсу вино очень понравилось, он пил его словно компот, один бокал за другим и не пьянел.       — Вот это ваш малыш дает, — удивлялся папа на ухо сыну.       — Ликси, может, сделаешь перерыв в вине? — предложил Минхо, который в отличие от остальных не пил, потому что был за рулём. — Попей водички.       — Я хорошо. Все в порядке, — заверил Феликс и налил себе еще бокал.       — Кажется у нас в семье завелся малолетний алкоголик, — тихо усмехнулся Минхо на ухо Джисону.       — Тогда побольше закусывай, — Хенджин обеспокоенно подложил истинному еще салата с курицей.       — Я уже все, спасибо, — так и не притронулся к новой порции младший.       Спустя несколько минут Феликс написал Джисону сообщение через переводчик и спросил, есть ли у его родителей караоке. Такого не оказалось, но всем понравилась идея попеть песни, просто включая на ютубе их караоке версии. Ликс радостно нашёл песню на родном языке, все приготовились слушать и тут оказалось, что омега безбожно пьян, потому что у него резко начал заплетаться язык и он не попадал ни в одну ноту.       — Может, уложить его спать? — озабоченно предложил папа Хана.       Но Феликс спать отказался, вместо этого он пустился в пляс под песню, которую пел Джисон. Танцевать в пьяном состоянии у него тоже получилось плохо, и он чуть не снес телевизор и любимую папину вазу.       — Кажется, нам пора домой, — сообразил Минхо.       Джисон извинился перед родителями за поведение Феликса.       — Мы не знали, что он совсем не умеет пить.       — Он же младше вас всех, вам нужно за ним следить, — назидательно сказал папа.       — Ох, завели себе ребенка, теперь нянчитесь с ним, — вздохнул отец.       — Не переживайте, мы справимся, — утешил их Минхо.       Когда они прощались с родителями, Феликс накинулся на них с объятиями, на своем языке лепеча слова благодарности. Хенджин подхватил его на руки и, дойдя до машины, погрузил на заднее сидение, приютившись рядом. Ликс развалился на сидении, а Джисон сел спереди.       Хенджин еле уговорил пьяного омегу пристегнуть ремень безопасности. И буквально через пять минут их пути тот уже спал крепким сном.       Дорога была длинная, и в основном проходила по шоссе. Пока Феликс спал, уже стемнело, в машине играла музыка и Минхо с Джисоном весело переговорились, обсуждая предстоящую поездку к родителям Минхо.       Хенджин тоже задремал, как вдруг почувствовал прикосновение чьих-то губ к своей шее. Он вздрогнул, открыл глаза и увидел все еще пьяного Феликса, который заплетающимся языком принялся признаваться ему в любви.       — Джинни, ты такой… Такой… Я так тебя любить.       Потом он оставил попытки говорить на чужом языке и перешёл на свой. По интонации и ладони Феликса на колене Хван понял, что тот по-прежнему признается в любви, ну или как минимум говорит что-то приятное.       — Я тоже тебя люблю, солнышко. Боже, что ж ты так напился-то?       — Джинни, целовать я, просить.       Хенджин чмокнул его в губы и отстранился, погладив по голове.       — Не так! — чуть ли не топнул ногой Ликс. — Целовать как взрослый.       — Ты пьян, давай подождём, пока ты протрезвеешь.       — Я хочу сейчас! — надулся Феликс.       В этот момент Минхо припарковался рядом с магазином на трассе, и они с Джисоном пошли за водой.       Пользуясь случаем, Феликс отстегнул ремень безопасности и забрался Хвану на колени.       — Целовать я, просить!       — Что… Что ты делаешь? — Хенджин попытался снять омегу с себя но тот уперся.       — Проси-и-ить.       — Боже, ладно, но только один раз и потом ты слезешь и пристегнешь.       — Хорошо!       Ликс радостно прижался губами к губам Хенджина и тут же протолкнул язык ему в рот. Хван обалдел от такого напора, но поддался и начал целовать в ответ, в конце концов он тоже был не трезв, а от Феликса нереально вкусно пахло сахарным сиропом.       — Блин, вы серьезно? — вернувшиеся из магазина Хан и Минхо заставили истинных остановиться.       — Что, до дома подождать не можете? — запыхтел Джисон, которого почему-то кольнуло, когда он увидел, как Хенджин и Феликс целуются. Это определенно был укол ревности, но вот кого к кому он приревновал, он так и не понял.       — Простите, мы случайно, — попытался оправдаться Хван.       — Джинни, родной, пристегни, пожалуйста, Ликси, иначе нас оштрафуют, — попросил Минхо, поджигая сигарету.       — Фу! Вонять! — запротестовал Феликс, как только дым дошел до него.       Это был не первый раз, когда Минхо курил при нем, но трезвый Феликс стеснялся сказать ему что-либо против.       — Минхо, потуши сигарету, Ликси не нравится.       — Я открою окно.       Но это не помогло, и Феликс продолжил жаловаться, что ему воняет.       — Так, Ликсу больше алкоголя не даем, — вынес вердикт Минхо.       — Может, правда затушишь сигарету? — мягко попросил Хенджин.       — Да всё, всё, я уже почти докурил.       Когда истинные доехали до дома, Хенджин и Джисон пошли к багажнику, чтобы достать гостинцы, переданные родителями, а Минхо помогал Феликсу стоять.       — Ты вонять, — заявил Ликс.       — Спасибо, дорогой, — усмехнулся Минхо.       — Минни — вонючка, — громко засмеялся Феликс.       — Вы слышали? Он обзывается!       — А я тебе то же самое говорю — от тебя воняет сигаретами.       — Ну что поделать, если я курю.       — Курить вредно, — справедливо заметил Хан.       — Жить вообще вредно, от этого умирают, — съязвил Минхо, ведя Феликса к подъезду.       — Воню-ю-ючка, — протянул тот и попытался чмокнуть истинного в губы, но тот увернулся.       — Ты меня не любить? — растерянно уставился на него Ликс.       — Любить, любить, но от меня же воняет, и вообще тебе надо поспать.       — А потом ты целовать я?       — Потом видно будет.       — Давай мне его, пока он до тебя домогаться не начал, — Хван отдал Минхо пакет, а сам взял Ликса под руки и повел к лифту.