Часть 9 У тебя не было выбора часть 2
19 мая 2025 г., 19:59
Дени с дрожью ждала. Халбранд спустил до локтей рукава ее сорочки. Его теплые губы коснулись ее шеи и плеч.
Халбарнд повернул ее лицом к себе, глаза его пылали страстью. Он погрузил свои руки в волосы Дейнерис и слегка приподнял ее голову. Она почувствовала, как закипела кровь в ее жилах, когда он прильнул к ее губам жадным поцелуем. Ее тело трепетало, прижатое к его возбужденной плоти. Неожиданно сердце Дени забилось так громко, что заглушило все другие звуки.
Дейнерис застыла, её дыхание участилось, а сердце бешено заколотилось в груди. Глаза Халбранда… они были другими. Темными, глубокими, словно в них разгорелся чуждый, пугающий огонь. Они вспыхнули неестественным оттенком, в них появилось что-то демоническое, не похожее на тот знакомый взгляд, который она знала.
Она отшатнулась, её пальцы дрогнули, и в голосе прозвучал страх:
— Халбранд… Что с тобой?
Халбранд тоже почувствовал это. Внутреннее пламя, странную перемену, словно что-то внутри него пробудилось. Он видел, как она смотрит на него—с тревогой, с осторожностью, даже с легким ужасом.
— Маргери, послушай меня, — произнёс он, пытаясь удержать её взгляд, но его голос был напряжённым. — Это не то, что ты думаешь. Я... Я сам не понимаю, что происходит.
Он шагнул ближе, но Дейнерис инстинктивно отступила.
— Нет… Она хотела ему верить, но этот огонь в его глазах... что-то было не так.
— Не бойся. Доверься мне. Его слова были тихими, но настойчивыми.
Дейнерис смотрела в эти демонически изменившиеся глаза, в этот незнакомый отблеск, скрытый глубоко внутри него. Её инстинкт кричал, что нужно бежать, но разум… разум подсказывал, что это всё ещё Халбранд. Она хотела поверить.
— Что… с тобой происходит? — прошептала она, её голос дрожал от противоречивых эмоций. Халбранд сжал челюсти, но не отвёл взгляд.
— Я не причиню тебе вреда. Халбранд ощутил, как внутри него всё ещё бурлило напряжение. В этот миг он осознал, что его тайна висит на волоске. Ему не нужно было говорить — Маргери уже видела всё сама. Его глаза. Они могли выдать его полностью.
И если бы она оттолкнула его, отвергла его в страхе, всё бы было кончено.
Но Маргери... Она не отступила. Он видел сомнение в её взгляде, но не отвращение.
Он шагнул ближе, медленно, словно проверяя, позволит ли она это.
Дейнерис замерла, её взгляд всё ещё блуждал в глубине этих изменившихся глаз, но страх постепенно уступал место доверию. Её пальцы дрогнули, но затем она медленно подняла руку и коснулась его лица.
— Я верю тебе, — прошептала она. Халбранд на мгновение задержал дыхание. Её слова звучали для него громче, чем любой гром, чем любые битвы, чем всё, что он когда-либо слышал. Она не отвергла его. Её доверие было ценнее всего, что он мог желать.
Халбранд отнес ее к кровати и опустил на простыни. На мгновение ее бледное тело накрыла его тень. Его каштановые волосы неряшливо спадали на лоб, когда он смотрел на нее сверху. Тихий стон сорвался с губ Дейнерис, когда ее сорочка упала на пол.
Дени инстинктивно прижала руки к груди и подняла бедра, пытаясь стыдливо прикрыться.
Его темная голова склонилась над ее грудью. Он отыскал языком затвердевшие соски и стал ласкать их, пока все ее тело не начало содрогаться. Пальцы Халбранда блуждали по ее ребрам, затем скользнули по плечам и спине. Дени изогнулась, теснее прижимаясь к нему в страстном желании, моля о новых поцелуях, о сладостных пытках, которые он устраивал своими руками и языком.
Увлеченная желанием, которого она никогда еще не испытывала, Дени гладила его спину, бедра, живот своими неопытными, дрожащими руками. Она слышала его прерывистое дыхание и с удивлением поняла, что имеет власть над ним. Дейнерис колебалась… Халбранд со страстным нетерпением схватил ее за запястье и потянул ее руку ниже талии.
— Халбранд… — взволнованно прошептала она. Ее слова застряли в горле, когда он прижал ее ладонь к своей горячей, набухшей плоти. Его пальцы держали ее руку, а под ней трепетало его возбужденное естество. Он настойчиво вел ее руку в ритмичном поглаживании, бормоча ей на ухо страстные слова одобрения.
Дейнерис наполовину прикрыла глаза, испытывая жгучее желание, охватившее всю ее без остатка. Возможно, потом она будет терзаться воспоминаниями о своем бесстыдстве… но сейчас ею завладело стремление к наслаждению.
Он обхватил ладонями ее лицо, и она раскрыла губы, чувственно отвечая на его поцелуи. Его тело было большим и таким успокаивающе надежным, дававшим ей уверенность в том, что ничто не может причинить ей вреда, пока он рядом, абсолютно ничто. Она продолжала держаться за него, даже когда он устроил ее на двух подушках, и откинул со лба выбившиеся серебристые локоны. Дени ухватилась за отвороты его рубахи, когда он обнял ее, наклонив голову и слушая ее дрожащий шепот.
— Халбранд, мне страшно.
— Ничего, – проговорил он, мило улыбнувшись. — Все хорошо… Я имею большой опыт по укладыванию женщин в постель.
Вместо того чтобы рассмеяться или разозлиться на его провокационное замечание. Дени пристально посмотрела на него, и в ее глазах блестели слезы. Он чувствовал, как колотиться ее сердце, как дрожат ее руки. Он чувствовал ее боль и знал, что ничего не может поделать.
— Маргери, – прошептал он немного сдавленным голосом. – Я никого не желал так сильно.— Когда я впервые увидел тебя.., я не мог поверить, как ты прекрасна.., и ты провела меня через настоящий ад…
— Я не хотела этого, - с грустью ответила она.
Шепча имя, которое ей не принадлежало, он целовал ее виски, веки, переносицу. Она вздыхала, уткнувшись ему в шею и обхватив руками его спину, обнимая своими бедрами его бока, в то время как он навалился на нее. Мышцы его рук напряглись, когда он начал преодолевать девственный барьер медленным движением. Хотя Халбранд старался быть очень осторожным, он понял, что причинил ей боль. Желание погрузиться в нее до конца было почти нестерпимым, но он остановился, давая ей возможность привыкнуть к вторжению в ее тело.
Задыхаясь от неожиданной боли, Дени тщетно билась в объятиях мужчины, пытаясь оттолкнуть его. Из его горла вырвалось низкое рычание, и он, схватив Дейнерис за запястья, погрузился еще глубже в нее. Она закричала, и вся напряглась.
— Спокойнее… не сопротивляйся, милая, — хрипло произнес он, когда она завертелась под ним. — Маргери, прошу тебя. — Его ладони обхватили ее лицо, а губы прижались к ее губам. — Обними меня, — прошептал он ей на ухо. — Я постараюсь не причинять тебе боль.
Дени послушалась, ее руки обняли его влажную от пота спину. Он тяжело дышал ей в ухо, его колени раздвинули ее бедра пошире, и он вошел в нее до конца ритмичными толчками. Внезапно Халбранд застонал, глубоко погрузившись в нее, отчего она едва не задохнулась. Он сжал руками ее волосы и почувствовал взрыв наслаждения, излив в нее горячую живительную влагу.
— Я люблю тебя, – прошептал он, смеясь и поднимая голову, чтобы взглянуть на нее. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо, – сказал он низким голосом.
Халбранд жадно прильнул к ее губам в глубоком поцелуе; вкус его губ кружил голову сильнее, чем старое вино. Он отпустил ее руки. Его пальцы поглаживали ее живот. Дени трепетала, чувствуя неторопливое движение его пальцев на своей коже.
Он держал её крепко, словно боялся, что этот момент может исчезнуть, что она снова станет недосягаемой. Его губы жадно искали её, и каждый поцелуй был наполнен не только страстью, но и осознанием — осознанием того, что он наконец позволил себе почувствовать, наконец принял то, что так долго отрицал.
— Я не могу оторваться от тебя... — прошептал он, его голос был хриплым, наполненным эмоциями.
Дени не сопротивлялась, когда он прижал ее к своей груди, откинувшись на подушки. Их тела были все еще слиты воедино. Ее рука легла ему на грудь, а щекой она прижалась к его крепкому горячему плечу. Халбранд вздохнул, усталый и крайне удовлетворенный. Его руки гладили ее, расслабленные после напряжения.
***
Халбранд наблюдал за ней, когда она медленно потянулась, просыпаясь. В её глазах всё ещё отражалась сонливость, но как только она увидела его, что-то мягкое и тёплое вспыхнуло в её взгляде. На столе стоял завтрак, который он приготовил вместе с Сесилией—простые, но заботливо сделанные блюда, чтобы показать ей, что он хотел позаботиться о ней не только в бою, но и в самых обыденных моментах. Он сидел рядом, его глаза не отрывались от неё, и в этом взгляде была жадность не к власти, не к победам, а к её присутствию. — Я могу тебя поцеловать? — спросил он, голос его был хриплым, наполненным ожиданием. Дейнерис посмотрела на него, и её губы медленно изогнулись в улыбке. Она не произнесла ни слова—ей не нужно было. Её взгляд был ответом, позволением, подтверждением того, что между ними больше не осталось преград. И Халбранд, не теряя ни секунды, приблизился, чувствуя, как в этом поцелуе теперь не было сомнений—только желание быть вместе. — Что будет дальше? – сквозь поцелуй спросила она. — У тебя есть семья? – спросил он, поглаживая ее руку. — У меня есть семья, — сказала она, но её голос был осторожным, не слишком раскрывающим деталей. Её слова были честными, но недостаточно глубокими, чтобы раскрыть настоящую правду. — И они ждут тебя в Королевской Гавани? — спросил он, пытаясь понять, насколько важен этот путь для неё. Дейнерис отвела взгляд, её пальцы легко пробежались по краю покрывала, словно она обдумывала ответ. — Можно сказать и так… Халбранд наблюдал за ней, изучая каждую эмоцию, пробежавшую по её лицу. Он хотел забыть о разговорах, о сомнениях, о будущем, которое висело над ними, как тень. Он просто хотел провести с ней этот день, без лишних мыслей, без тяжести решений. — Пойдём, — сказал он, в его голосе прозвучала редкая лёгкость. — Я нашёл одно место, хочу показать тебе. Дейнерис с любопытством взглянула на него, её губы чуть дрогнули в улыбке. — Ты говоришь так, будто это что-то особенное. Халбранд усмехнулся. — Потому что так и есть. Он взял её за руку, его пальцы крепко сомкнулись вокруг её ладони, словно подтверждая, что этот момент был реальным. Они шли по тропе, солнце лениво пробивалось сквозь листву, мягко касаясь их кожи. Тишина была не гнетущей, а спокойной, наполненной ожиданием того, что он хочет ей показать. И когда они добрались до места, Дейнерис остановилась, её глаза широко раскрылись. Перед ними раскинулась поляна, окружённая высокими деревьями, а в центре её был ручей, переливающийся на солнце, словно жидкое золото. Вода текла спокойно, мелодично, создавая ощущение полной гармонии. — Здесь никто не помешает нам, — сказал Халбранд, наблюдая за её реакцией. Дейнерис посмотрела на него, в её взгляде мелькнуло что-то тёплое. — Ты нашёл действительно волшебное место. И в этом моменте между ними не было ни прошлого, ни будущего. Только настоящее. Халбранд осторожно уложил ее на мягкую, усыпанную цветами траву, наблюдая, как солнечные лучи играли на её коже, словно оттеняя её сияние. Её волосы рассыпались по земле, а глаза отражали удивление, трепет, ощущение чего-то нового, неизведанного. Он нежно провёл пальцами по её щеке, затем вниз, по контуру её плеча, позволяя этим прикосновениям говорить за него. Здесь, среди цветов и солнечного света, он дарил ей всю нежность, которую никогда не мог выразить словами. Дейнерис смотрела на него, её дыхание было лёгким, но сердце билось быстро. Он привлек ее к себе, обхватив руками за плечи и прижимая все крепче, целуя ее в губы, находя самые чувствительные местечки. Ему было катастрофически мало, того, что он получил пару мгновений назад. — Халбранд, – всхлипывала она. Он вновь поцеловал ее грудь, языком лаская соски, возбуждая, совершенно новый способ общения – слова, нежные поцелуи, пьянящие ласки. Минуты проходили в сладком тумане наслаждения, и Дени с удивлением подумала, что Халбранд знает ее лучше, чем кто-либо еще. — Теперь я буду заботиться о тебе, – прошептал он, его загорелые руки на ее белой коже были похожи на тени на снегу. — Я давно сказал тебе, что в конце концов ты будешь моей и никогда не станешь жалеть об этом. Я понимаю тебя, я знаю, как сделать тебя счастливой. — Не надо.., пожалуйста, не давай никаких обещаний. — Но это будет так, – шептал Халбранд, склоняясь к ее шее. — Тебе придется научиться принимать их.., потому что я всегда выполняю обещания. — Есть вещи, которые ты не знаешь обо мне… — Мы оставили эти разговоры, любовь моя. Единственное, что сейчас имеет значение, – я хочу тебя... Его рука спустилась от основания ее шеи в ложбинку между возвышениями груди. Дени охватил жар, когда его пальцы скользнули еще ниже; он прикасался к ней так, словно она принадлежит ему, казалось, он знает все тайны ее тела. Она вскрикнула – он опустился еще ниже. Дрожь пробежала по ее телу. Этот миг был их — хрупкий, чистый, бесконечно ценный. Здесь не было прошлого, не было будущего, только настоящий момент, в котором они наконец-то позволили себе полностью открыться друг другу.***
Неделя пролетела быстро, но для Дейнерис и Халбранда она была наполнена редким спокойствием, которого они не знали раньше. Халбранд продолжал трудиться в кузнице. Он вставал с рассветом, его руки были покрыты сажей и потом, но каждый удар молота приносил ему удовлетворение. В этом труде он находил что-то особенное—он чувствовал, что, несмотря на свою тайну, он здесь был нужен, он мог быть не просто воином, но "человеком", который создает, а не разрушает. Дейнерис помогала Сесилии на кухне. Она училась готовить простые блюда, помогала заготавливать продукты, слушала истории Сесилии о жизни в деревне. Она впервые чувствовала себя частью чего-то мирного, чего-то настоящего. В тот вечер они обе ожидали своих мужчин после тяжёлого дня. Сесилия нарезала хлеб, а Дейнерис раскладывала тарелки на столе. Огонь в очаге горел ровно, наполняя дом теплом, но именно этот момент стал началом нового разговора, который мог изменить всё. Сесилия посмотрела на Дейнерис с лёгкой тревогой. — Ты знаешь, что это ненадолго? Дейнерис оторвалась от тарелок, её брови чуть нахмурились. — О чём ты? Сесилия поставила кувшин на стол, затем села напротив неё, её взгляд был серьёзным. — Твой брат, Король Эйгон. Он найдёт тебя рано или поздно. Ты знаешь, что тебе придётся вернуться домой. Сердце Дейнерис пропустило удар. Сесилия вздохнула. — Я знаю, что ты любишь его. Но ты ведь понимаешь, что Халбранд в лучшем случае останется с разбитым сердцем, а в худшем… Она сделала паузу, затем продолжила: — Ему отрубят голову. Или повесят при всех. Внутри Дейнерис всё сжалось. Она покачала головой, её пальцы сжались в кулаки. — Нет. Я никогда не допущу этого. Сесилия посмотрела на неё с печальной улыбкой. — Ты не можешь контролировать всё, Дейнерис. И я думаю, ты должна знать... Королевская стража ищет тебя. Они уже дошли до соседних деревень. Скоро они будут здесь. Эти слова ударили, как гром среди ясного неба. Дейнерис почувствовала, как холод пробежал по её спине. Теперь не было времени на сомнения. Теперь она должна была решить, что делать дальше. Дверь распахнулась, и Халбранд шагнул внутрь с резкостью, которую невозможно было не заметить. Его грудь тяжело вздымалась после долгого дня в кузнице, а на руках и одежде остались следы сажи и металла. Как только он увидел Маргери, мир вокруг него сузился до одного—до неё. Не раздумывая ни секунды, он бросился к ней, его сильные руки сомкнулись вокруг её талии так крепко, что на мгновение ей показалось, будто кости протестующе захрустели. От него пахло горячим железом, дымом, потом—запахами труда и силы. — Я скучал по тебе, — прошептал он, уткнувшись в её шею, его дыхание было горячим и тяжёлым. Дейнерис улыбнулась, её руки осторожно скользнули по его спине, чувствуя напряжение в его мышцах, которое постепенно рассеивалось от её прикосновений. Они всё ещё стояли так, пока Сесилия не усмехнулась: — Давайте хоть за столом обниматься прекратим, а то еда остынет. Халбранд неохотно отступил, его пальцы всё ещё касались Дейнерис, словно он боялся, что если отпустит её, она исчезнет. За ужином атмосфера была спокойной. Дейнерис сидела рядом с Халбрандом, её пальцы слабо сжимали край стола. Когда Сесилия поставила перед ней тарелку с жареной курицей, внезапно резкий запах ударил в нос сильнее, чем она ожидала. В её желудке мгновенно завязался тугой узел, грудь сжалась, и в голове закружилось. Она судорожно вдохнула, затем резко поднялась, едва удерживая равновесие, и направилась прочь из комнаты. — Дейнерис! — встревоженно позвал Халбранд, сразу следуя за ней. Она едва успела добраться до двери, когда её стошнило. Халбранд оказался рядом, его ладонь легла на её спину, поддерживая. — Что с тобой? Тебе плохо? Дейнерис тяжело дышала, её пальцы дрожали, а голова всё ещё кружилась. — Я… не знаю. Просто… этот запах… Сесилия наблюдала за происходящим, её выражение сначала было встревоженным, но затем в глазах мелькнуло понимание. Она посмотрела на мужа, затем на Дейнерис, затем на Халбранда. — Мне кажется, я знаю, что с тобой. Дейнерис перевела на неё удивлённый взгляд. Сесилия мягко улыбнулась. — Кажется, ты беременна. Эти слова повисли в воздухе, как гром среди ясного неба. Дейнерис застыла, её дыхание ещё сильнее замедлилось. Халбранд тоже замер, его лицо выражало смесь шока и недоверия. Беременна? Это меняло всё. Дейнерис почувствовала, как мир вокруг неё будто сжался. Её дыхание сбилось, грудь сжалась, а внутри разлилось холодное осознание. — Только не это… — прошептала она, едва слышно. Ей было плохо, очень плохо, но не только от физического состояния. Беременность—эта мысль ударила по ней сильнее, чем она ожидала. Она ведь принимала маковое молоко, оно должно было предотвратить подобное. Как же так? Халбранд стоял перед ней, смотрел, но ничего не говорил в первые секунды. Его глаза расширились от шока. Он не ожидал этого. Он даже не думал про ребёнка. Но потом его взгляд изменился—в нём появилось что-то новое, что-то тёплое, глубокое, неожиданное. — У меня будет ребёнок? Он произнёс эти слова с каким-то трепетом, словно пытался осознать их полностью. — Если ты правда беременна… — он сделал шаг ближе, его руки чуть дрогнули, но голос был твёрдым. — Я буду самым счастливым. Ты подаришь мне дитя. Его слова звучали искренне, в них не было ни капли сомнения, только радость. Но Дейнерис посмотрела на него иначе. Её взгляд был напряжённым, почти испуганным. — Я не хочу ребёнка, Халбранд. Эти слова упали между ними, как камень. Халбранд замер. — Ты… ты против? — он не понимал, его губы чуть приоткрылись от удивления. Дейнерис покачала головой, отступая, пытаясь найти слова, но внутри всё сжималось от тревоги. — Я… я не могу... не сейчас… Не могу думать о ребёнке, когда моя судьба не ясна, когда… Она замерла, смотря на него. Халбранд тяжело выдохнул, но в его глазах не было гнева—только желание понять её. — Мы разберёмся. Вместе. Если это правда, если ребёнок уже есть… Я не позволю тебе быть с этим одной. Взгляд Халбранда был наполнен чем-то, что она редко видела в его глазах—чистым, неподдельным трепетом. Осознание того, что внутри неё могла зарождаться новая жизнь, ударило по нему сильнее, чем он мог представить. Его дыхание было неровным, но в этом не было страха—только восторг, признание чего-то великого. — Это наш ребёнок, — сказал он, его голос был твёрдым, но пропитанным эмоциями. — И его судьбу мы будем решать вместе. Медленно, словно боясь нарушить момент, он опустился на колени перед ней. Его руки мягко коснулись её живота, пальцы осторожно провели по ткани, словно он пытался почувствовать ту жизнь, которая могла скрываться под её кожей. Затем он наклонился и коснулся её живота губами—нежно, бережно, с благоговением. — Ты для меня всё, — прошептал он, его голос слегка дрогнул. — И теперь у нас будет ребёнок… дитя, которого я так желаю. Дейнерис смотрела на него, её мысли метались между страхом и чем-то новым—неизведанным, пугающим, но в то же время… важным. Она чувствовала, как всё внутри неё переворачивается, но в глазах Халбранда было столько любви, столько веры, что её сопротивление начало дрожать. Халбранд сиял от счастья. Он никогда не думал о ребёнке, никогда не представлял себя отцом. Но с тех пор, как он и Маргери стали ближе, иногда его посещала эта мысль — крохотный образ малыша, часть их обоих. И теперь, когда всё указывало на то, что это может стать реальностью, он не мог скрыть своей радости. Он обнял Дейнерис, прижимая её к себе так крепко, словно боялся, что если отпустит, то этот момент окажется лишь сном. Его губы осторожно касались её волос, её щеки, её губ, передавая всю ту нежность, которую он не всегда мог выразить словами. — Ты подаришь мне самое драгоценное, — сказал он, его голос был чуть хриплым, но наполненным теплотой. Сесилия наблюдала за ними, её улыбка была искренней, наполненной радостью. — Малыш — это счастье, которое пришло в ваш дом, — произнесла она мягко. — Но беременность нужно подтвердить. Дейнерис слабо кивнула, но её мысли всё ещё были полны сомнений. Халбранд этого не замечал — или не хотел замечать. Он был слишком поглощён своим чувством, своей новой надеждой. Он осторожно опустился на колени перед ней, его ладонь мягко легла на её живот, медленно проведя по нему, словно он пытался почувствовать ту жизнь, которая могла уже быть там. — Я чувствую его… — прошептал он, его голос был полон восхищения. — Чувствую, как бьётся его сердце. Дейнерис наблюдала, как Халбранд прижимает руку к её животу, его пальцы едва касаются ткани платья, но она чувствовала тепло его ладони. Его слова звучали с такой уверенностью, что на миг ей показалось—а вдруг он действительно способен почувствовать что-то, чего она сама ещё не осознаёт? Она глубоко вдохнула, её плечи дрогнули, но она не убрала его руку. — Ты правда так считаешь? — спросила она тихо, её голос был наполнен чем-то, что она сама не могла определить—сомнением или, возможно, проблеском надежды. Халбранд поднял на неё взгляд, его глаза сияли теплом, которого она не ожидала увидеть. — Я не просто считаю, я знаю, — сказал он, его голос был твёрдым, но мягким одновременно. — Это наше дитя, Маргери. Наше. Она слабо покачала головой, её губы дрогнули. — Я всё ещё боюсь… Халбранд чуть сильнее сжал её руку, затем осторожно наклонился вперёд и коснулся губами её живота снова, на этот раз задержавшись на несколько долгих секунд, словно передавая свою уверенность через прикосновение. — Не бойся, — прошептал он, закрывая глаза. — Мы справимся. Сесилия, наблюдая за ними, мягко улыбнулась. — Мы должны быть уверены, — сказала она. — Маргери...,- не выдала она ее. — Если ты действительно беременна, нам нужно подтвердить это. Дейнерис глубоко вдохнула, её пальцы дрогнули. — Как? Сесилия пожала плечами. — Есть способы. Мы можем проверить. Я помогала женщинам раньше… — Но главное, что ты должна решить для себя. Если это правда—готова ли ты принять это? Вопрос повис в воздухе, а в груди Дейнерис всё сжалось. Она знала, что этот момент может изменить её судьбу навсегда.
