Отшельник

      В наступившей после испытаний суете Дамар на время и думать забыл о странной встрече на Коррибане. На радостях от того, что его взял в ученики могущественный Дарт Ангерон, которому в скором времени прочили место в Темном Совете, матушка устроила торжество, длившееся три дня. От поздравлений, напутствий и вереницы важных людей, с которыми Дамар, по мнению родителей, просто обязан был свести знакомство, голова шла кругом. Под конец второго дня он мысленно взмолился, чтобы его оставили в покое, а на третий уже бесстыдно прятался от гостей под любыми предлогами — благо тех на самом деле гораздо больше волновали родители Дамара, чем он сам.       Возможность спокойно обсудить, как прошли испытания, у них появилась только вечером четвертого дня. Дамар с отцом и братом от души наслаждались первым за это время спокойным ужином, да и матушка, кажется, устала блистать. Всеобщего внимания недоставало только Иллире, получившей столько комплиментов и подарков, как будто испытания прошла она, а не Дамар. Разговор об испытаниях начал отец, а Раан так и вовсе засыпал брата вопросами, как только ему позволили вставить слово. Тут-то и подошло время рассказать о странном ситхе, спасшем Дамару жизнь.       — Мы должны его отблагодарить, а то, чего доброго, ему вздумается припомнить нам долг в самый неподходящий момент. — Отец усмехнулся, решив, что предугадал хитрый маневр. — Обойдется без Дарта Митагара в должниках.       — Я согласен, отец, но он даже имени своего не назвал.       — Это не проблема. — Матушка, доев последний кусочек десерта, жестом велела рабыне подать еще. — Правом владеть землей на Коррибане обладают очень немногие ситхи, а этот, к тому же, личность явно приметная. Иллира, солнышко, принеси мой рабочий планшет. Как открыть дверь кабинета, ты знаешь.       Иллира явно собиралась скорчить недовольную мордашку, но вовремя поняла, что сделать это незаметно не выйдет. Когда она вернулась с планшетом, матушка подключилась к базе данных Министерства логистики, также ведавшего имущественными отношениями. Даже отцу пришлось бы запрашивать разрешение на доступ к таким данным, но еще дедушка верно подметил: если в доме есть женщина, занимающая высокое положение в Пирамиде производства и логистики, жизнь становится куда легче.       — Нашла. В Талс’атане действительно есть участок, на который были официально заявлены права. Им владеет лорд Роган. Я слышала про него: видный ученый, но взбалмошный и совершенно невыносимый тип. Вся Пирамида древнего знания от него выла, пока этот старикашка не осел на Коррибане. С тех пор от него только очередные рукописи время от время во внешний мир отправлялись.       — Старикашка? — Дамар нахмурился: что-то здесь не сходилось. — Матушка, тот ситх, конечно, был похож на мумию, но старым он не выглядел. Я бы сказал, что он чуть старше отца.       — Может быть, хорошо сохранился. — Матушка пожала плечами. — Чистокровные ситхи медленно стареют. На императора нашего посмотри: ему вторая сотня лет пошла, а выглядит максимум на семьдесят.       — Сможешь найти, как он выглядит? — Отца тоже, кажется, что-то насторожило. — Если верить Дамару, тот человек обладает огромной силой, а я не помню, чтобы лорд Роган славился могуществом.       Матушка быстро сделала запрос и вывела над планшетом голограмму. По спине Дамара пробежал холодок.       — Матушка… Это не он. — Изображенный на голограмме лысый старик с лицом, будто бы уплывшим вниз, совсем не походил на того отшельника. — Я точно уверен. Тот намного моложе, у него длинные волосы и лицо такое… Точеное. Наверное, в молодости был красивым. Лорд Роган, при всем уважении…       — Похож на старую лысую жабу, — безжалостно припечатал отец. — Странно… Райна, точно никто больше в Талс’атане не селился?       — Точно. И место совпадает: Роган владеет землей в центре города, рядом с дворцовой площадью. Самозахват? Многие повелители, особенно из мистиков, считают, что законы писаны не для них. У Рогана просто мог появиться не в меру наглый сосед.       — Кто его разберет… Дамар, не припомнишь больше ничего про него? Дамар кивнул:       — Я как раз собирался рассказать, отец. Этот человек владел Затмением — мечом Арваша Гратха. А еще он сказал, что Гратх — его далекий предок. Думаю, если проверить по родословным…       Дамар осекся, поймав застывший взгляд отца. В его руках, жалобно тренькнув, сломалась вилка.       — Касбир? — Матушка осторожно тронула отца за плечо. — Ты в порядке?       — Да. — Отец опустил на стол жалкие обломки вилки, и их тут же убрала рабыня, от страха побелевшая в цвет собственного платья. — Просто задумался. Какие семейства происходят от Гратха?       — Аванары. — Матушка ответила без малейшей заминки: родословные значимых семейств она знала назубок. — Касбир?..       — Кто еще? — Под застывшим, немигающим взглядом отца хотелось сжаться и исчезнуть. — Есть другие потомки, Райна?       Матушка сверилась с планшетом.       — Прямых — никого. Возможно, есть побочные линии, но… Касбир, да что с тобой?       — Ничего, — выдохнул отец. Что бы это ни было, он быстро совладал с собой. — Что по Аванарам? Не помнишь, есть там в побочных ветвях мужчины, подходящие под описание?       На этот раз матушка все же поискала что-то по базам и отрицательно покачала головой:       — В побочных линиях по ныне живущим одни женщины. Возможно, лорд Нирам Аванар? Правда, он молодой и…       — И он в моей Пирамиде. Он воин, а не колдун, и Коррибан на дух не выносит. — Отец задумчиво смотрел в пространство, словно не замечал ничего вокруг. — Это не он.       — Тогда это не Аванар. Может быть, он врал? Или пересказал семейные легенды? Ты знаешь, как это бывает — люди обожают придумывать себе знатное происхождение, особенно если род захудалый…       Отец покачал головой:       — С такими вещами не шутят. Только не на Коррибане и не держа в руках меч, закаленный на крови. — Внезапно он встал из-за стола. — Одну минуту. Надо кое-что проверить.       Раан и Иллира недоуменно переглянулись. Матушка поморщилась:       — Да что с ним? Не думает же он… — Она осеклась, посмотрев на любопытные лица сыновей и дочери. — Не ваше дело, что отец думает. Этого в любом случае быть не может.       Отец вернулся, держа в руках планшет — довольно потрепанный жизнью, устаревшей модели, — и положил его перед Дамаром.       — Узнаешь здесь кого-то, кроме меня?       На экране замелькали изображения. Дамар тут же узнал совсем юного отца в форме послушника — все снимки были сделаны на Коррибане, должно быть, накануне испытаний. Дамар пролистал голографии красивой девушки с великолепными каштановыми локонами (и невольно сжался под грозным взглядом матери, хотя смотрела она не на него, а на отца), нескольких молодых ребят, и вдруг замер. Сердце в груди неприятно екнуло.       Дамар ткнул пальцем в экран:       — Отец… Кажется, это он.       На голографии был запечатлен юноша-ситх в обнимку с хорошенькой кудрявой девушкой. Прошедшие годы иссушили его лицо, но черты — тонкие, хищные и будто созданные, чтобы выражать неприятную надменность — остались почти неизменными. Как и цвет глаз, и острые костяные наросты на челюсти. Даже черные волосы были заплетены все в ту же тугую косу, только сейчас она доходила ему до лопаток, а тогда едва касалась плеч.       Матушка ахнула:       — Касбир, это же…       — Алоис Аванар. Чистопородный потомок Арваша Гратха.       Напряжение висело в воздухе. Мать помотала головой, будто отрицая что-то. Отец же неотрывно смотрел на голографию человека, которого, как понял Дамар, не должно быть среди живых.       — Отец… Он был вашим другом тогда, в Академии?       — Лучшим другом. — Голос отца звучал непривычно глухо. — Я убил его двадцать лет назад.