В полной темноте

      

«Союзники и связи»

«All the things that you say, yeah

Is it life or just to play my worries away?

You're all the things I've got to remember

You're shyin' away

I'll be comin' for you anyway…»

      Актовый зал.       Ведется долгая, муторная школьная линейка. В помещении стало как в парилке, продохнуть нельзя и пройти спокойно, не потеревшись о каждого потного школьника, тоже.       Таня стоит на сцене, размахивает руками, кричит что-то про «важность творческого самовыражения», а Мария в первом ряду сжимает планшет так, что костяшки белеют.       — И, конечно, отдельное спасибо моей… — Таня ловит ее взгляд, спотыкается на слове, — …ж-жюри! То есть, Марии Генриховне!       Тишина.       Потом — взрыв смеха.       Дети ржали, учителя кряхтели, директор сморщился.       Только Аня Павлова не смеялась — посмотрела на завуча, потом на худрука, потом достала блокнот и быстро что-то туда записала.       

***

      Их новый шифр:       — «Жюри» = «жена», но только в очень безопасных ситуациях.       — Две ручки на столе — синяя и красная, значит «я хочу тебя видеть сегодня».       — Пуговица, приколотая к доске, значит «осторожно, рядом враги» (директор, подростки, любопытные коллеги).       

***

      Учительская.       Мария Генриховна ставит кружку ровно в центр стола Тани — знак: «Мы поговорим».       Таня приходит через пять минут, берет кружку, оставляет вместо нее карандаш:       «Я виновата».       Мария ломает его пополам, кладет обратно:       «Прощено».              Подвал.       Таня влетает и громко хлопает дверью:       — Ну и идиотка!       — Да, — соглашается старшая, разворачивая ее к себе.       — Я могла все испортить!       — Не испортила.       — Но почти!       Мария притягивает ее ближе, целует в уголок рта:       — Зато теперь они думают, что ты заикаешься.              Они ошиблись, но, кажется, их язык стал только богаче.       

***

      Ровно через неделю в том же подвале, после уроков, на столе, где обычно стоят две кружки, лежит конверт — белый, без подписи, слегка помятый по краям, будто его долго носили в кармане.       Таня поднимает его, взвешивает на ладони:       — Ну-ка, что тут у нас…       Внутри:       — Фотография — их кольца, лежащие на странице журнала рядом с пунктом 7.2. договора.       — Записка — детский почерк, буквы неровные, но четкие:              «Я знаю. Но я за вас.       P.S. У меня есть старший брат — юрист. Если что.»       

***

      Тишина.       Мария берет фото, переворачивает его — на обороте еще одна надпись:              «Директор уже что-то подозревает. Будьте осторожнее.       P.P.S. Ваш шифр — милота, но слишком очевидно.»              Таня фыркает:       — Вот ведь вредный ребенок…       Но пальцы ее дрожат, когда она прячет конверт в книгу: «Гамлет», акт 3, сцена 1 — «Быть или не быть».       

***

      Новые правила (от Ани):       — «Жюри» — отменяется. Теперь Мария — «Главный ревизор» (так солиднее и менее подозрительно).       — Кольца можно носить, только как кулоны под одеждой (Аня дарит им цепочки — «От брата. Он не спросил, зачем»).       — Если директор приходит — срочно начинать спор о бюджете («Он боится финансовых тем»).       

***

      Школьный коридор.       Аня проходит мимо женщин, не глядя, но роняет на пол записку:              «Директор ищет ваш договор. Спрячьте страницу 7.2.       P.S. Вы красивые вместе.»              Мария поднимает, читает, сжимает в кулаке — потом вдруг улыбается.       Таня подмигивает Ане в ответ.              Они не идеальны, их шифр — дырявый, их тайна — уже не тайна. Но теперь у них есть союзник — вредная девочка с юристом в запасе.       Аня Павлова — новый шифр. И, кажется, лучшая инвестиция.              План Ани:       — Диверсия — Таня организует «случайный» потоп в учительской, чтобы подмочить папку с их договором.       — Подстава — Мария подкладывает директору фальшивый документ, где пункт 7.2. гласит: «Стороны обязуются не допускать романтических отношений на рабочем месте».       — Легенда — все дети из кружка начинают называть их просто «тетя Таня» и «тетя Маша», чтобы создать впечатление, будто они родственницы, какие-нибудь троюродные сестры.              Исполнение:       Таня перекрывает кран в учительской, но забывает про подставное ведро — заливает заодно и кабинет секретаря.       Мария подменяет документы, но по ошибке оставляет директору конспект урока по литературе: «Любовь в трущобах — анализ повести».       Дети переигрывают — теперь они кланяются им в коридорах и спрашивают: «Как поживает ваша большая семья?»       

***

      Они ожидали провала, но их настигает неожиданный успех:       Директор решает, что они сестры, и зачем-то уменьшает им нагрузку — «Семья прежде всего!».       Секретарь директора боится протечек и перестает заходить в подвал.       Анин брат, тот самый юрист, присылает им настоящий договор — с печатью и подписями, где пункт 7.2. теперь гласит:       «Стороны имеют право на:       — Совместные творческие проекты.       — Общее имущество (в т.ч. две кружки).       — Любые иные формы сотрудничества.»       

***

      Их новый шифр (версия 2.0):       — «Тетя Таня» = «Я хочу тебя прямо сейчас».       — «Тетя Маша» = «Не здесь».       — Падение учебника = «Встречаемся в подвале через полчаса».              Они до сих пор не целуются при свете. Но теперь у них есть:       — Легальное прикрытие.       — Армия маленьких сообщников-театралов.       — Идеальная формулировка в пункте 7.2.              Конспирация — это искусство, а они — художницы.