Кха’джо

Дж'зарра не знал, чем заслужил это. Возможно, в прошлой жизни он был не вором, а жрецом Кинарет. А может, Х’реждар — Господин Удачи — увидел, какой он красивый и улыбнулся ему. По-другому Дж'зарра не мог объяснить, как оказался в настоящем кошачьем раю — мягкие подушки, шелковые простыни, комнаты, пахнущие лавандой и жареными креветками. И Серина, конечно. Всегда Серина. Она кормила его деликатесами, щедро приправленными специями из Южного Эльсвейра, поила сладким вином и укладывала его голову к себе на колени, как любимую игрушку. Дж’зарра урчал, сытый и довольный, лениво вытягивался в лучах полуденного света, а она гладила его между ушами, щекотала под подбородком и шептала: — Мой пушистый трофей… Кто у нас самый красивый котик? Он мурлыкал в ответ, чуть прищурившись. Взамен, конечно, требовалось не так уж и мало. Каждую ночь он должен был быть в её постели — не просто телом, но и желанием. Вечером она могла быть нежной и игривой, как котёнок, а под утро — требовательной, как королева, указывая пальцем, куда именно он должен поцеловать, лизнуть, вцепиться когтями. Но разве Дж'зарра был против? Она научила его множеству вещей, о которых он и понятия не имел. Как извиваться так, чтобы довести её до дрожи. Как держать язык не за зубами, а там, где надо. Как стонать правильно — протяжно, с акцентом на гласные. Даже как мурлыкать по её ритму, пока она, закинув голову, выгибается в сладкой агонии. Иногда он ловил себя на мысли, что быть её питомцем — это и правда неплохая судьба. Особенно когда она стягивала с него рубашку, а потом, взъерошив мех на груди, прижималась и шептала: — Мой. Только мой. Понял, кха’джо? И Дж’зарра, тяжело дыша, каждый раз отвечал одно и то же: — Да. Только твой Й’ффре… не суди строго. Дж’зарра просто хорошо устроился.

***

Он лежал на мягком диване, вытянув лапы и приоткрыв рот в блаженной полудрёме. Его живот был сыт, мех расчесан, хвост неспешно покачивался — всё было идеально, за исключением одного. — Серина-а-а, — протянул он недовольно, дергая лапой. — Ну не надо, пожалуйста. Дж’зарра не хочет быть посмешищем. — Ты подрал мой новый пуфик. И дорогие простыни. — Голос данмерки звучал холодно и непреклонно. — Так что потерпи. Он фыркнул, но лапу не убрал. Серина аккуратно подрезала когти серебряными щипчиками, мурлыча себе под нос. Дж’зарра закрыл глаза, на всякий случай представив, как расскажет об этом кому-нибудь — и пришёл к выводу, что лучше бы никто не знал. Но и вырываться он не стал. Пусть делает, что хочет. Дверь распахнулась без стука, и в комнату, будто в собственную спальню, влетела Тилли, бретонка, соседка Серины. На ней было платье с таким вырезом, что Дж’зарра непроизвольно приподнялся, чтобы получше рассмотреть. Она сияла, как ярмарочная карусель — в ушах побрякушки, на губах блеск, в руках — коробочка с пестрым бантом. — Привет-привет! — пропела она, будто не заметив взгляда Серины, который мог бы опалить траву. — Я принесла твои зелья для кожи и… вкусняшку для самого красивого котика в округе. Она с важным видом прошла вглубь, вытянула перед собой аккуратную коробочку и поставила её прямо на столик перед Дж’заррой. — Вот. Копчёный гваар, только мягкий срез, я специально искала. С мареновой пылью — чтобы у тебя усы дыбом встали. И полила сиродильским вином, говорят, у вас от него… кхм, мурчит громче. Каджит, распластанный на диване, уже дернулся носом, чуть приподнялся, вдыхая: — Ммммр, Дж’зарра очень благодарен, — промурлыкал он. — Он чувствует себя… избалованным. Тилли расцвела. — Ты такой милый… Серина, одолжи мне его на вечер? Мне нужно кое-что прибить, и шкаф сдвинуть… без мужских лап не справиться. Серина даже не обернулась, продолжая подрезать последний коготок. — У Дж’зарры лапы декоративные. Он исключительно для эстетики и ночных упражнений. — Она подняла глаза и улыбнулась, слишком вежливо. — А зелья — оставь у входа. Спасибо. Тилли фыркнула: — Ну, не хочешь — не надо. Но если передумаешь, пушистик, ты знаешь, где меня найти. Дверь не заперта… Стук её каблуков растворился в коридоре. Серина вздохнула, отложила щипчики и провела пальцем по его когтю: — Так. Больше не подерёшь мне ни одного сантиметра мебели. Понял? — Дж’зарра всё понял, — промурлыкал он. — А теперь — расчешем хвост. Он обреченно вздохнул, но без возражений повернулся на живот. Несколько минут данмерка чесала его молча, потом вдруг сказала. — Дж’зарра… Почему бы тебе действительно не помочь Тилли? Каджит насторожился. Прозвучало подозрительно, как будто за этой фразой последует что-то... сложное. — Помочь?.. Дж’зарра не против, конечно, — он замялся, — но ты же сама… — У тебя будет задание, пушистик. — Она отпустила хвост и обняла его за шею, поглаживая мягкий мех между ушами. — Ты поможешь ей со шкафом, послушаешь её глупые истории, подыграешь в флирт. И когда она на минутку выйдет или отвернётся — прокрадёшься в спальню. Там у неё есть шкатулка. Серебряная. С замком. Откроешь, посмотришь бумаги, сделаешь копии и принесешь мне. Дж’зарра уставился на неё. — Бумаги? — Да, хочу посмотреть, что у нее за дела. — Голос её стал ледяным. — Только запомни, котик. Ни. Малейшей. Шалости. Не вздумай ее трахнуть. Иначе я оторву твой восхитительный хвост. Он сглотнул, восхитительный хвост нервно дернулся. — Дж’зарра понял. — Хороший мальчик. — Она провела ногтем по его подбородку. — Если справишься — получишь награду. Каджит встал и поплелся к двери. Он уже почти вышел, когда она добавила: — И постарайся не смотреть на её декольте, как голодный кот на миску со сливками. — Дж’зарра будет смотреть в глаза. Только в глаза, клянусь всеми сладостями Эльсвейра. Серина усмехнулась недоверчиво. — Ну-ну. Посмотрим, на что ты способен, мой маленький вор.

***

Дом Тилли пах жасмином, корицей и чем-то подозрительно сладким. Дж’зарра чихнул, едва переступив порог. — О, бедняжка, — пропела бретонка, подхватывая его под локоть. — У тебя такой чувствительный носик. Хочешь, я его поцелую? — Дж’зарра… лучше шкаф сначала подвинет, — буркнул он. Шкаф оказался лёгким. Слишком лёгким, чтобы Тилли не справилась сама. Но он покорно повозился, постанывая, и даже пожаловался, что на самом деле он сильный, если б не устал после ночи. Тилли в ответ хихикала, подливала ему травяной чай и наклонялась слишком часто и слишком глубоко, демонстрируя свое декольте со всех ракурсов. — Ты совсем вспотел, бедняжечка, — она поднесла платочек к его лбу и коснулась чувствительного уха. — У тебя такие ушки… так и хочется их потрогать. — Дж’зарра… боится щекотки, — натянуто улыбнулся он. Когда она отошла на кухню за угощением, каджит мягко, почти бесшумно, прошмыгнул в спальню. Шкатулка стояла на туалетном столике, окружённая флаконами духов, гребнями и разбросанными украшениями. Он достал отмычки — замок быстро сдался уверенным движениям. Внутри лежали бумаги: письма и счета. Он быстро скопировал все и едва успел спрятать, как дверь за его спиной приоткрылась с долгим скрипом. — Я так и знала, что ты грязный котик, — ласково протянула Тилли. Дж’зарра с глупым выражением на морде обернулся, хвостом пододвигая шкатулку на прежнее место. Бретонка подошла вплотную и положила ладони ему на грудь. — Хорошо, что ты пришел сам. Руки скользнули вниз, зацепившись за пояс дорогих штанов из кожи пустынного василиска, и сразу же начали его расстегивать. — Дж’зарра… не должен… — простонал он. — Что не должен, сладкий котик? — Трахать Тилли. Иначе хозяйка оторвет Дж’зарре хвост. Бретонка рассмеялась. — Она так и сказала? — Так и сказала. Очень строго, — пролепетал он, пятясь. Тилли подошла ближе и толкнула его в грудь. Каджит плюхнулся на кровать. — Не бойся, милый, — прошептала она, залезая сверху. — Мы не будем подвергать опасности твой чудесный хвост. Раз ты не можешь трахать меня, придется мне трахнуть тебя. — Дж’зарра… в опасности, — взмолился он, утыкаясь носом в ее декольте. — Это… ловушка… — Шшш, — усмехнулась Тилли, прикусив его ухо. — Расслабься и получай удовольствие, сладкий котик. Её пальцы прошлись по его груди, опускаясь ниже. Она целовала его мохнатое тело — ласково, но с голодом, как будто действительно давно хотела попробовать каджита. Он попытался протестовать, когда она стягивала с него штаны, правда, честно попытался. Но когда её губы коснулись его там, горячо и влажно, то все мысли, включая «задание», «шкатулку» и «оторванный хвост» растаяли в одном длинном, хриплом стоне. Она довела его губами и языком почти до грани, и, не дав прийти в себя, оседлала. Дж'зарра лишь слабо зашипел, когда её бедра обхватили его. Он жмурился, цеплялся за подушку подстриженными когтями и шептал: — Котик не делает… Котик просто лежит… Котик — жертва… Тилли только хихикала, двигаясь в своём темпе. Он не сопротивлялся. Он не мог. Он даже заурчал — пусть и со стыдом. Когда всё закончилось, он лежал растёкшимся, хвост бессильно сброшен с края кровати, глаза закрыты. — Чудесный котик, — прошептала она, целуя его в лоб. — Дж’зарра обречён, — простонал он в потолок.

***

Серина пила вино и неспешно просматривала копии бумаг из шкатулки Тилли, которые принес ей Дж’зарра. Каджит стоял перед ней, прижав уши и обвив хвостом лапы, словно самый раскаявшийся кот во всем Сиродиле. — Значит, всё прошло гладко? — спросила данмерка, не поднимая взгляда. — Дж’зарра всё сделал, как ты сказала, — пробормотал он. — Помог, нашёл шкатулку, принёс копии. — И… ничего не натворил? Он нервно почесал ухо. — Ничего не… инициировал. Серина наконец посмотрела на него. — Что это значит? — Это значит, что... технически Дж’зарра не нарушил обещание, — мяукнул он быстро. — Котик был… полностью пассивен. Она молчала. — Он просто лежал, честное слово. Как подушечка. А Тилли… как бы это… сама. На лице данмерки проступила опасная полуулыбка. Она сделала глоток, не сводя с него глаз. — Она сама, да? — Дж’зарра старался изо всех сил — и морально, и физически сопротивлялся. — И как долго длилось твоё героическое сопротивление? — Хмм… до… кульминационного момента. Пауза затянулась. Каджит мысленно готовился умирать. Серина поставила бокал. Поднялась, взяла его за подбородок и прищурилась. — Ты мой наглый, пушистый воришка, — прошептала она. — Только попробуй ещё раз схитрить — и твой хвост станет украшением на моей шляпе. Он согласно закивал. — Дж’зарра все понял. Больше никаких… технических исключений. Она разжала пальцы. — Иди в ванну, герой. От тебя пахнет чужими духами. Он вздохнул и потащился прочь. Но по дороге всё же обернулся и робко пробормотал: — Но Дж’зарра всё равно молодец? Серина засмеялась. — Конечно, милый.