Любовница придворного наёмника

Они легли спать, всласть нацеловавшись. Эрик довольно долго не решался её обнять: он уже знает, что она любит спать на боку, как сейчас, спиной к нему, и знает, что это не означает, что он ей противен, но ему всё равно стыдно. - Можешь обнять меня, - пробормотала Кристина, чувствуя спиной его виноватый взгляд. И лишь тогда он медленно приблизился и также медленно обхватил одной рукой её талию. Кристина в ту ночь смогла заснуть, но похоже, Эрик не спал вовсе.

***

После того, как неделю отсыпались, Кристина со смешком поведала ему, насколько же были удивлены служанки, увидев, что бюст её весь в укусах. - Они ругали тебя на чём свет стоит, причитали, жалели меня, но ни слова о беспокойстве за меня, - хихикнула она, лёжа с ним на постели. - А я, как могла, изображала страдания, чтобы никто не догадался, как на самом деле проходят наши ночи. Эрик ничего на это не сказал, да и, последнее время он очень молчалив, как в воду опущенный. Причина вполне понятна, вот только, Кристина сразу его простила, не считая это его виной, но для него это ничего не значит. Будто бы всерьёз не понимает, что другой на его месте только и делал бы, что обращался с ней так, как хочется ему, не спрашивая у неё ничего и не волнуясь за неё. Кристина поднялась в кровати, налила в бокал вина до краёв, залпом осушила больше половины, а остаток вылила на Эрика, вино потекло от его острой ключицы к впалому животу, и пока мужчина был ошарашен её действиями, сняла с него штаны, пролив несколько последних капель на его член. И вдруг Эрик попытался сопротивляться. - Я не заслужил... Кристина схватила его за плечи, не давая ему подняться, пристально глядя ему в глаза, отчего её мягкие кудри слегка щекочут его щёку. - Ты хотел причинить мне боль? - прямо спросила она. - Нет, - уверенно ответил он. - Ты наслаждался моей болью? - Нет. - И почему считаешь, что не заслужил? Никто из нас не знал, что так получится. Выходит, в этом есть и моя вина, если следовать твоей логике, то я могла бы изначально сказать, что для меня слишком принять больше, чем два пальца. - Конечно, нет! - тут же ответил Эрик, а после понял. - Я тоже ни... в чём не... виноват. Очень нехотя, но он это признал. Иначе, продолжай он обвинять себя, то получилось бы, что он обвиняет и Кристину, чего он точно не имел в виду. Кристина отстранилась. - Я давно хотела... что-то вроде этого, - она покраснела, что было так неуместно, поскольку, они развратили друг друга так, что должны были уже и забыть, как смущаться. - Облизать всё твоё загорелое тело. Её костюм в эту ночь... костюм... она практически голая, две вертикальные синие атласные крепкие ленты только прикрывают её соски и ореолы, белая прозрачная вуаль, что закрывает ключицу, придаёт ей только больше сексуальности, а вместо юбки синий атласный пояс, и всё это украшено редкими мелкими монетами - смешение арабского и египетского стиля, что очень ей идёт, но нельзя отрицать, что даже нижнее бельё будет в разы скромнее этих одеяний. Нужно ли говорить, что при виде неё в этом Эрик тут же попал на небеса? Кристина оседлала его чуть ниже бёдер, но так близко к его возбуждению, и принялась медленно слизывать языком вино, вкус вина смешался с его запахом; от ключицы она спустилась ниже, облизав несколько раз каждый его сосок. Эрик вобрал в ладони простынь, зашипев, его дыхание участилось. Девушка сильнее сжала его ноги, чтобы удержаться на нём, когда он выгнулся, желая получить больше. - Я ещё ни разу не каталась на лошади, но что-то мне подсказывает, что ощущения похожи на те, что сейчас, - со смешком сказала она, облизывая с губ вино. - Будто я сижу на жеребце с норовом, а он всё порывается сбросить меня. - Ох... ха! Очень смешно, Кристина! - с трудом ответил он, восстанавливая дыхание. - Этот язык творит со мной небывалое, ещё и ты задеваешь моё естество, что так тоскует без тебя. - И ещё не закончил, - Кристина продолжила, слизывая вино с его впалого живота, отчего у Эрика мурашки побежали по спине. Её движения достаточно нежные, но из-за них только возрастает страсть. Девушка чуть отодвинулась, ведь нужно "очистить" ещё кое-что. От основания ствола и до головки, несколько раз, саму головку. Её язык касался только там, где было вино, нигде больше, но это было очень эротично. Эрик снова низко стонет, голова кружится, когда он видит, что её язык скользит по его члену. Кристина, когда вина больше не осталось на его теле, подползает к нему, целуя в щёку. - Пока что это всё, но потерпи, - она спрыгнула с постели, убежав в ванную, перед этим крикнув. - Не ублажай себя. Через минуту он покинул кровать, направившись в ванную. Кристина как раз закончила с приготовлением, выпрямилась и оказалась прижата спиной к нему. Его руки медленно и нежно скользнули от её плеч к запястьям, касаясь её мягкой кожи кончиками пальцев; девушка замерла. Эрик стянул вниз её пояс, что лужицей лёг ей на стопы. Кристина перешагнула ткань, услышав, что сзади он опустился на колени. Эрик ласково поцеловал каждую её ногу, от пятки и до бедра, Кристина выдохнула, ощутив поцелуй совсем рядом с внутренней стороной бедра и лёгкий поцелуй на ягодице. Едва уловимые звуки разжигали страсть не меньше, чем целый ворох непристойных звуков. Эрик поднялся, освободив её от лифа, который отбросил рядом. Затем оставил несколько влажных поцелуев на её изгибах, над ягодицами, проложил дорожку поцелуев по позвоночнику и осыпал невесомыми поцелуями её лопатки, прижимая к своему голому телу её обнажённое и нежное. Кристина прикрыла глаза, по спине бегут мурашки от наслаждения, но вот его ладонь подобралась к соску, девушка останавливает его. - Вода так скоро остынет, - с трудом хихикнула она, всё ещё находясь в плену удовольствия, залезла в ванну, наблюдая за тем, как Эрик шагнул следом. Она не принесла сюда ни вино, ни фрукты и не разрешила ему окончить всё своей рукой, а значит, у неё есть другая идея. Эрик с предвкушением смотрит на неё, словно ребёнок, голодным и ожидающим взглядом. Это забавно - недавно он же поклонялся её телу, будто раб, а сейчас у него такой наивный вид. Кристина развернулась, схватившись руками за бортик ванны, так, что на поверхности воды оказались её задница, спина и голова, всё остальное скрыто водой и пеной. Эрик сглотнул, и, Кристине не обязательно даже видеть его, чтобы понять, что он облизнулся, любуясь ею. Он подплыл ближе и встал на колени. Его рука коснулась её шеи, заставляя выгнуться, Кристина издала лёгкий вопросительный стон. - Во всём прекрасна... - прошептал он себе, но она слышит, ощущая, что в ванной стало жарче, а спина явно покраснела. Ладонь Эрика ненадолго смяла одну грудь. - В воде это ощущается по другому? - спросил он. - Немного. Я не так остро чувствую твою руку, но прохлада от воды на мокром теле явно воздействует на возбуждение, - ответила она. Эрик поднял руку выше, чтобы легко проскользить по влажной коже на её спине. - Щекотно! - взвизгнула Кристина, чуть вздрогнув. Мужчина хихикнул, погладив ладонями её ягодицы, на что в ответ услышал стон. Он полностью поднялся в ванне, удобнее пристраиваясь сзади, руки обняли её за бока, его напряжённая плоть медленно скользнула внутрь. Девушка вскрикнула, раздвинув ноги пошире, чтобы он мог войти в неё глубже. Он толкается медленно, поначалу Кристина решила, что это всё ещё его чувство вины, но его движения не были осторожными, были похожи на первый полноценный секс, и в воде у них ни разу не было любовных утех с проникновением. Он пытается найти нужный темп для этого в воде и для такой позы в воде. И когда нашёл, девушка смогла оценить разницу - вода окутывает её живот, вершины и ноги, словно бы тоже ласкает. Это наслаждение особое. - Эрик... - когда он стал более активно вбиваться в неё, отчего вылилось больше половины воды из ванны, Кристина стала стонать его имя.

***

В этот раз они вытерли друг друга, тоже кое-как. Но в прошлый раз им хотелось продолжения. А сейчас Эрик взял её на руки, и от ванны вот так прошли в комнату, нежно целуя друг друга. А на постели нежные поцелуи стали ленивыми, и так до тех пор, пока они не заснули.