В объятиях зверя

      — Эдвард!       Быстрым шагом ворвавшийся в холл борделя суровый посетитель, услышав своё имя, мгновенно остановился, но не развернулся. Толпа молодых людей, боящихся его обогнать, притормозила следом.       — Мистер Эдвард Хайд! — повторил тот же шепот.       Мужчина исподлобья посмотрел в предполагаемую сторону источника звука, мгновенно осознавая, кому принадлежит голос. «Да как она посмела!» Внутри уже начинала закипать злость, а пальцы до побелевших костяшек сжались в кулак.       Не успел он сориентироваться в обстановке, как из-за колонны показалась миниатюрная кисть и, цепко схватив Его за ткань мантии, потянула к себе.       Едва заметно переглядываясь, скопившаяся из-за недолгого затора толпа, всё же, ради своей безопасности поспешила в главный зал.       Неизвестно какая высшая сила заставила обычно крайне строптивого человека подчиниться женской воле. Стоило Ему сделать пару шагов в бок и свернуть за колонну, как Он попал в крепкие объятия и ощутил где-то за ухом ласковые прикосновения похолодевших губ, переходящие то на шею, то на щёку, то на ключицу, то на подбородок. Вся вскипевшая в Нем ярость непонятно почему отступила. Перед тем как глаза сами собой закрылись на пару секунд, чтобы была возможность отдаться во власть чувственного восприятия и вдоволь насладиться мгновением, Хайд заметил лишь кудрявые рыжие локоны.       «Она здесь. Она меня звала, а значит, ждала. Она больше не трусит. Она сама меня целует. Она больше не собирается бежать! Она мне… рада?»       — Люси, — еле-еле бормотал себе под нос Он, окончательно успокаиваясь и сильнее обхватывая девушку за талию, — моя милая Люси.       Харрис дрожала. Дыхание перехватывало от Его низкого хрипа, самозабвенно произносившего её имя. Так необычно и… приятно? Неужели Он чувствует похожее и поэтому уже который раз не злится её вольностям?       «Когда же он наиграется и убьет её!» — в такт учащённому сердцебиению набатом звучали в сознании слова Карлы.       Жизнь… Она же дана нам не для того, чтобы просто так взять и потерять её, не поборовшись. Но с кем нужно бороться?       Не прекращая дарить спутнику короткие невесомые поцелуи, девушка бросала мимолетные взгляды на Его горячую грудь под тёмной наполовину расстегнутой рубашкой. Так близко и так доступно сейчас Его жестокое сердце. Пара смелых ударов ножом, и она навсегда освободится от своего беспощадного покровителя! Навсегда! Нужно лишь не откладывать, а сделать это сию минуту! Пока не передумала. Сейчас!       Осторожно приподнимая юбку, Люси потянулась к голенищу сапога, но внезапно замерла.       Его рука так бережно гладила её спину. Его губы так тягуче и медленно касались её скулы. Его волосы так привычно щекотали нос.       А вдруг она ошибается? А вдруг именно сейчас она, действительно, счаст…       Послышался тяжёлый вздох:       — О, да ты совсем замёрзла, дорогая.       Люси не успела очнуться и удивиться услышанному, а её плечи уже накрыла та самая меховая, местами обтрепанная мантия. Она волшебным образом сочетала в себе запах крови, сажи и лондонской сырости.       Столь необычная композиция ароматов вызвала бы ужас у любой другой мисс, но не у рыжеволосой жительницы борделя. Она тут же благодарственно склонила голову, боясь показывать свою улыбку: «Он, что, правда, обо мне заботится?!»       Чёртова Карла! Из-за неё сейчас всё чуть было не разрушилось. Что ж, кажется, выбор сделан, и пути назад отныне нет.       — Идём внутрь, там теплее, — с трудом отступая на шаг, выдавил из себя мужчина. — Заодно поглядим на твоих нерадивых подружек, что теперь развлекают местную знать. Как же…       — Постой! — перебила Харрис, а потом, взяв Его руку, развернула ладонью вверх и положила на неё нож, только что извлеченный из сапога. — Вот, прошу, забери его себе и убей меня, когда поймёшь, что я… игрушка на ночь… надоела. Это моё единственное оружие защиты, но я не хочу, чтобы однажды в порыве животного страха оно вдруг было использовано мною против тебя.       Резко сжав маленькое лезвие, Хайд нахмурился такому откровению и, что-то обдумав, вдруг произнес:       — Ты не игрушка на ночь, Люси. Я ошибался.       Девушка не верила, что Эдвард Хайд был готов опровергнуть собственные слова. Но ещё более она не верила, что из всего сказанного было услышано только это.       Однако Он, вглядываясь в зажатый нож, негромко продолжил:       — Столько раз попытки были безуспешны. Неужели в твоей голове до сих пор продолжают возникать подобные мысли? Ты всё ещё боишься… Ты хочешь избавиться от меня?       — С недавних пор не хочу, — честно призналась собеседница. — Но чтобы перестать бороться с тобой, я должна победить в себе ту ничтожную идиотку, что верила в сказки, в прекрасного принца. Я чувствую, что возможно, моя жизнь будет коротка, но всё равно хочу отдать её всю тебе.       Его лицо напряжено. Сосредоточено.       — И почему же?       — Потому что, ты единственный, кто выбрал меня. Я безразлична всем. А когда стану бесполезной и для тебя, то, прошу, избавь меня от общества этих чопорных господ, для которых я точно не больше, чем декоративное приложение к их яркой безбедной жизни, — выпалила она и, посмотрев на самодовольную ухмылку мужчины, добавила: — Хоть тебе и наплевать на всё это, мне приятно верить, что моя просьба не станет пустым звуком.       — Как же льстит это твое понимание, что я могу убить тебя, — прищурившись, ещё шире улыбнулся Хайд и разжал кулак с ножом.       Из прямого пореза сочилась тонкая темно-красная струйка крови.       — Оказывается, твоё оружие, и правда, острое, — подметил Он, убирая трофей в карман и отряхивая руку.       Взяв Его за запястье, Люси аккуратно коснулась губами кровоточащей царапины, а потом прислонилась щекой к Его ладони.       Отныне в жизни не будет никаких страхов и сомнений. Роковой выбор сделан.

***

      В тот вечер Он вдруг решил с Ней танцевать. Истомившаяся по публике мисс Харрис в душе ликовала, хотя внешне оставалась сдержанной. Несчастная солистка Карла была вне себя от возмущения. Выгнав её и еще парочку другую девушек со сцены, мужчина вытащил туда Люси. Несколько зрителей-завсегдатаев борделя, узнав безумца, напряглись, а остальные просто недоумённо выпучили глаза.       Ансамбль музыкантов в свете неожиданных перемен заиграл дурманящую фантазию неспешную мелодию. Сбросив с партнерши мантию и явив всем её черное платье с глубоким декольте, Хайд яростно сверкнул глазами и усмехнулся. Он двигался неспешно, Его руки скользили по обтянутой бархатом изящной фигуре девушки. Она же исполняла свою партию более откровенно и раскрепощенно, но, тем не менее, ни на шаг не отходила от своего покровителя, попутно, словно ненароком, касаясь пальцами то Его щеки, то Его шеи, то прижимаясь к Его спине, а то и вовсе крадя с Его губ легкий поцелуй. Он перестал бояться показывать окружающим Её пылающую красоту, а Она, в свою очередь, хотела заявить всему миру, что принадлежит только Ему.       — А может, она сейчас, и правда, счастлива? — негромко проговорила Элис, останавливаясь рядом с раздосадованной Вудс.       — Сил моих нет терпеть присутствие этих сумасшедших! — сквозь зубы прорычала та, срывая с головы украшения, полагающиеся для главной роли в только что сорванном номере.       Собеседница и ахнуть не успела от таких слов, как слева раздался мужской голос:       — Не хочу омрачить вечер столь очаровательным мисс, но у меня назначена приватная встреча с танцовщицей Карлой. Не подскажете, где я могу её увидеть?       Брюнетка завораживающе улыбнулась, протягивая невысокому джентльмену во фраке руку:       — Танцовщица Карла — это я. И Вы даже не представляете, насколько замечательным сделали вечер, почтив меня своим присутствием.       Тот самый важный гость, оплативший Спайдеру возможность встречи с действующей звездой борделя, лишь из вежливости сжал пальцы дамы:       — Очень приятно! Что ж, предлагаю нам с вами отойти ненадолго.       Вздрогнув от волны оваций в адрес танцующих Люси и Хайда, девушка поморщилась, продвигаясь к выходу из зала:       — Я была бы рада удалиться с господином и на всю ночь. На сцене сегодня меня явно более никто не ждет.       — О, не стоит беспокоиться. Я не отниму у вас много времени.       Остановившись, Вудс удивленно обернулась:       — Позвольте, но как же так?       — Я всего лишь хочу расспросить о вашей коллеге — мисс Харрис и её загадочном спутнике. Я слышал, что он смеет мучить и её.       — И? — вскинула брови собеседница, естественно недовольная тем, что очередного клиента интересует лишь эта рыжая бестия. — Сможет ли господин объяснить мне, что значит «и её»?       Ничуть не смутившись, тот сразу же ответил:       — Смею заметить, что Он уже стал причиной гибели многих людей. Я не хочу, чтобы… это случилось и с Люси. Я хотел бы ей в некотором роде помочь.       Не заметив никакого подвоха в словах, Карла ревностно воскликнула:       — Но какое Вам-то дело до обычной проститутки?       — Месть. Я хочу отомстить за смерть дочери и зятя. Моя милая Эмма! Одержимый своими идеями наивный Генри! Они стали двумя самыми невинными жертвами этого животного. Я хотел бы с помощью Люси нанести ответный удар.       — Но если она не захочет Вам помогать? — вполне обоснованно поинтересовалась танцовщица, взглядом указывая в сторону мисс Харрис и мистера Хайда, под звучные возгласы толпы покидающих сцену.       — Посмотрим. У меня есть, что ей предложить.