От черного и белого, израненное сердце (перевод новеллы)

У Наньгун Цзинню перехватило дыхание; ей показалось, что она провалилась в ледяную пещеру. Увидев группу людей, агрессивно входящих в траурный зал, она приподняла подол платья и бросилась за ними. Во время бега в голове Наньгун Цзинню мелькали бесчисленные догадки: неважно, исходили ли они из интуиции или из самих фактов, она не верила, что Высокопоставленная Супруга Хуэй могла совершить подобное! В тот момент, когда министр Верховного суда вошел в траурный зал, лица Второго и Четвертого Принцев побледнели... Министр Верховного суда с холодным выражением лица посмотрел на двух слабых и безжизненных людей на полу, затем оглядел окрестности. Он развернул блестящий свиток в своей руке. Наньгун Цзинню остановила его в самый последний момент. Она схватила министра Верховного суда за запястье: – Сэр Ли, пожалуйста, подождите! Он нахмурил брови, глядя на Наньгун Цзинню, но всё же почтительно ответил: – Что случилось, Ваше Высочество? Этот чиновник зачитывает императорский указ по приказу Императора… Наньгун Цзинню глубоко вздохнула, а затем серьёзно сказала: – Именно поэтому я и прервала этого Сэра. – Что имеет в виду Ваше Высочество Чжэньчжэнь? – Не могли бы мы, Сэр Ли, провести этот разговор в другом месте? – тихо попросила Наньгун Цзинню. Министр Верховного суда на мгновение замолчал, а затем осторожно ответил: – Ваше Высочество – тело из нефрита, словно из тысячи золотых. Этот человек – посторонний чиновник и не смеет обсуждать официальные дела в частном порядке с Вашим Высочеством. Одно предложение лишило Наньгун Цзинню дара речи. В этот момент она лично ощутила бессилие и униженное положение женщин при дворе... Наньгун Цзинню просто схватила императорский указ и крепко держала его, но Министр Верховного суда не отступал ни на шаг. Между ними возникла тупиковая ситуация. В зале собралась толпа Принцев. Если бы хоть один человек смог выступить в поддержку Наньгун Цзинню, она не оказалась бы в таком неловком положении. Но такого человека не существовало... Возможно, Второй и Четвёртый уже до смерти испугались и даже не смели поднять головы. Однако Наньгун Да, всегда близкий к Наньгун Цзинню, который к тому же был Принцем, управлявшим Королевством, лишь опирался на костыль и смотрел на них холодным взглядом. Тут и говорить нечего. Ведь именно он извлёк бы из ситуации прямую выгоду, так как же он мог выступить? Остальные... Забудьте о них. Один тонкий императорский указ превратился в обжигающе горячую картошку. Наньгун Цзинню оказалась в затруднительном положении, держа его в руках; она чувствовала, будто на её плечи легло огромное бремя. Она уже не была той рассеянной девушкой, какой была раньше. Весь последний год она провела, изучая отчёты, и благодаря преданному руководству Наньгун Жана уже поняла преимущества и недостатки этого процесса. Причина, по которой Наньгун Цзинню остановила Министра Верховного суда, заключалась в том, что военный приказ нельзя было нарушать. Как только этот императорский указ был бы зачитан, эр-гэ и си-гэ были бы полностью уничтожены. Даже семья Высокопоставленной Супруги Хуэй, которая всю жизнь следовала за Папой-Императором, понесла бы беду... Но это отличалось от остальных. Сан-гэ получил бы прямую выгоду от этой катастрофы, связанной с колдовством, и другие Принцы, возможно, тоже не были бы против… Можно ли было бы расценить её предотвращение как принятие чьей-либо стороны в глазах других? На лбу Наньгун Цзинню выступили плотные капельки пота: если бы здесь был Ци Янь... Как только эта мысль пришла ей в голову, Наньгун Цзинню едва не прикусила язык: о чём ты думаешь? Неужели ты всё ещё полагаешься на этого человека, даже когда всё уже так плохо?! Наньгун Цзинню приготовилась встать в центре всеобщего внимания. В доме явно собралась вся её семья, но она чувствовала себя так, словно стояла одна, без всякой поддержки. Если бы Ци Янь был здесь... Он бы определенно без колебаний встал на её сторону. Что бы он сделал? Будет ли он молча стоять перед ней, защищая её от пронзительного взгляда Министра Верховного суда? Или же он будет держать её за руку, говоря медленным и мягким тоном, вступая в дискуссию с Министром Верховного суда? Она неоднократно предупреждала себя не думать об этом человеке, но всё равно потеряла контроль над собой в такой критический момент. Увидев, что Наньгун Цзинню молчит, Министр Верховного суда попытался вырвать свиток из её руки. Наньгун Цзинню отвернула голову. Сдерживая горькую ярость, она громко произнесла: – Разве не очевидно, что Сэр Ли мог догадаться о содержании этого императорского указа? – Наньгун Цзинню уловила этот оттенок нерешительности в глазах Министра Верховного суда. Она продолжила, – Сэр Ли хорошо разбирается в классической литературе. Вы должны понимать, что произойдёт со всем судом, как только это дело будет подтверждено! Это действительно серьёзное дело. Сэр Ли – неотъемлемая опора суда, разве вы не знаете принципа, когда, рискуя жизнью, приходится отстаивать свою позицию? Министр Верховного суда взглянул на двух слабых и безжизненных Принцев на полу, затем на тонкий гроб посреди комнаты: Её Высочество Чжэньчжэнь права. Если бы колдовство подтвердилось… Результаты были бы слишком ужасающими, чтобы их себе представить. Хотя он не боялся применять жёсткие меры ради Его Величества, если в этом деле есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд, то после повторного расследования… Обдумав это, министр Верховного суда склонил туловище. Он сделал приглашающий жест: – Пусть Ваше Высочество пойдёт первой? Наньгун Цзинню подняла подбородок с гордой осанкой потомка знатного рода. Они вдвоём вышли из покоев, и Наньгун Цзинню сразу перешла к делу: – Сэр Ли должен оглядеться. Все эти дворцовые слуги, спешащие внизу по лестнице… они умрут, как только будет зачитан этот императорский указ. Когда эти слова прозвучали, Министр Верховного суда невольно содрогнулся. Наньгун Цзинню тихо вздохнула и продолжила: – Я планирую отправиться во дворец Ганьцюань, чтобы попросить Папу-Императора пересмотреть своё решение. Если Сэр Ли не захочет пойти со мной, пожалуйста, дайте мне два часа. Хотя императорский указ уже написан, Папа-Император не назначил время его объявления, верно? Министр Верховного суда выпрямился и почтительно, жестом руки, обратился к Наньгун Цзинню: – Тогда этому чиновнику следует спокойно ждать здесь хороших новостей. Наньгун Цзинню вызвала паланкин и с невероятной скоростью направилась к дворцу Ганьцюань. У неё не было времени заботиться о чувствах остальных нескольких королевских братьев. Тем, кто её понимал, лишние слова были не нужны, а для тех, кто её не понимал, любые объяснения были бы бесполезны. Хотя она не была близка с эр-гэ и си-гэ, они всё равно были её кровными братьями. Она не могла закрывать на это глаза.

***

Наньгун Цзинню появилась у дворца Ганьцюань. Сиджу гонгон охранял ворота; при виде Наньгун Цзинню в его глазах мелькнула сложная нотка. – Приветствую Ваше Высочество. – Где Папа-Император? Пусть старший евнух потрудится сделать объявление, просто скажите, что Цзинню просит явиться по одному вопросу. Сиджу поклонился, прищурив глаза: – Маленькое Высочество пришло в неподходящий момент. Его Величество уже уснул после приёма лекарств. Этому старому слуге было приказано охранять это место и никого не впускать. Маленькое Высочество знает, что Его Величество сегодня тоже разгневан, лучше вернуться завтра. – В этот раз я пришла по крайне срочному делу, прошу старшего евнуха уведомить обо мне! – тревожно потребовала Наньгун Цзинню. Сиджу внезапно поднял голову. Он долго смотрел на Наньгун Цзинню. – Ваше Высочество, неужели вы думаете, что Его Величество не подумал, что вы приедете? Ошеломленная Наньгун Цзинню замерла с широко раскрытыми глазами, пытаясь осмыслить слова Сиджу. – Ваше Высочество должны вернуться. Его Величество поручил этому старому слуге передать это сообщение: не разочаровывайте его. Сиджу со скрипом толкнул маленькую дверцу большого зала и вошёл внутрь. Наньгун Цзинню стояла, словно её ноги приросли к земле. Папа-Император знал, что она придёт! И Папа-Император не желал её приезда. В Заднем дворце не было господина. Высокопоставленная Супруга Хуэй фактически являлась истинной властью в Заднем дворце, и хотя там была ещё одна Высокопоставленная Супруга Йа, у неё не было сына, и она была представительницей племени. Естественно, их нельзя было упоминать в одном контексте. У Высокопоставленной Супруги Хуэй было два сына; можно сказать, что она претендовала на доминирующее положение. Даже она сама не верила, что совершит какое-то несущественное колдовство, так как же Папа-Император мог этого не знать? Даже она могла бы догадаться о таких вещах, разве Папа-Император не смог бы это понять?! Наньгун Цзинню слегка удивлённо вздохнула: Папа-Император знает. Но даже зная, он всё равно объявил об этом со скоростью молнии! Что это означало? Тело Наньгун Цзинню слегка покачнулось. Она сделала несколько шагов назад, пока не наткнулась на окрашенную в красный цвет колонну, и только тогда смогла удержать равновесие.

***

По воле Небес и повелению Императора, внимание: в ходе расследования выяснилось, что Высокопоставленная Супруга Хуэй из клана Лю занимала высокое положение в Заднем Дворце, но вела себя недостойно. Она предала моё доверие и любовь, погибла от колдовства, как и заслужила за такое преступление. Учитывая, что дочь Лю понесла наказание за свои преступления, и поскольку она много лет служила мне, я, вопреки закону, отменю её титул Высокопоставленной Супруги и похороню её за стенами императорского мавзолея под знаменем Супруги. Все дворцовые служанки и евнухи в покоях, где она жила, совершили преступление небрежности, тяжкое преступление. Они будут переданы во внутренний суд для рассмотрения дела в соответствии с законом. Что касается её прямых родственников, мужчины в течение трёх поколений должны быть задержаны местными властями и доставлены в столицу, в Министерство Наказаний. Имение Интянь и Верховный суд – три зала суда для судебных разбирательств. Мой третий Принц, беспристрастный и достойный, честный и настойчивый, я назначаю его прокурором в этих трёх залах суда. Второй Принц Наньгун Вэй и Четвёртый Принц Наньгун Чжэнь, сыновья клана Лю, должны быть переданы Министерству Императорского Клана для заключения под стражу, для наблюдения за их поведением и расследования их преступлений. Все слуги в их имениях должны быть задержаны и переданы в Министерство Наказаний для наблюдения за их поведением в будущем, после чего будет принято окончательное решение. На этом всё. Министр Верховного суда зачитал императорский указ, который держал в руках. Второй и Четвёртый в отчаянии ударились головами об пол. Слёзы и сопли текли ручьем, когда они громко кричали, что с ними поступили несправедливо. Наньгун Ван повернулся спиной. Он изобразил скорбь и отчаяние, опираясь на колонну внутри зала, но на самом деле скрывал улыбку, которую больше не мог сдерживать. Второй и Четвёртый пали от его рук. Для них уже было хорошей судьбой не умереть. У них больше нет шансов захватить трон. Похоже, что то завуалированное стихотворение, которое он написал тогда, наконец-то воплотилось в жизнь после столь долгого затишья. Он знал это; с его чрезмерной осторожностью, как мог он позволить "паре солнц, висящих в небе" остаться в прошлом? Наньгун Цзинню наполовину прислонилась к Наньгун Шуню. Услышав императорский указ, она в отчаянии закрыла глаза: – Эр-цзе, мне нехорошо, не могла бы ты мне помочь вернуться? Наньгун Шуню обняла Наньгун Цзинню за талию и с болью в сердце сказала: – Я скажу Байхе, чтобы она прямо сейчас вызвала паланкин в дворец Вэйян? Наньгун Цзинню сделала несколько вдохов, затем покачала головой: – Я хочу вернуться в поместье за ​​пределами города, не согласится ли эр-цзе пойти со мной? – Хорошо. Наньгун Цзинню не хотел оставаться здесь ни на минуту дольше. Так что те несколько строк о борьбе за трон, записанные в исторических книгах, действительно существовали. Это было так жестоко, так холодно.

***

В конной повозке, возвращавшейся в поместье, Наньгун Цзинню, прислонившись к углу купе, закрыла глаза. Наньгун Шуню не беспокоила её. В карете царила тишина. Наньгун Цзинню замедлила дыхание, опасаясь, что случайно выдавит слёзы, застывшие в уголках её глаз. Она скучала по Ци Янь. Эта тоска терзала её сердце и разъедала кости. Нечто подобное уже случалось, и она разглядела то, что было ближе всего к правде, но не знала, кому об этом рассказать. Эр-цзе? Она точно не поверит, и это может даже слишком сильно её шокировать... Эти несколько Королевских братьев? Ха-ха... Наньгун Цзинню оглядела всех, кто был рядом, но обнаружила, что Ци Янь был единственным. Он мог её понять. Он даже мог разглядеть правду, которая была ещё ближе к действительности. Он безгранично принимал её слёзы, её "предательские" речи и манеры, и хранил свой рот, как запечатанную бутылку. – Эр-цзе… – Что случилось? Тебе некомфортно? – …Сейчас. Не могла бы ты проводить меня к нему? Я хочу его увидеть, я хочу... Увидится с ним прямо сейчас…