Глава 3: Под дождём
12 мая 2025 г., 03:05
Третий день без перерыва дождь колотил по жестяной крыше общежития, превращая двор в грязное месиво. Марк, в своей любимой растянутой голубой водолазке, прильнул лбом к холодному, грязному стеклу. Внизу, перепрыгивая через особенно глубокие лужи, маячила фигура Кирилла – как всегда без зонта, с поднятым воротником старой кожанки. В руках – два увесистых пакета из продуктового.
Марк невольно потёр локоть – вчерашний «вечер социализации», на который его силком вытащил Кирилл, закончился неожиданно. Какой-то подвыпивший Петров с соседнего факультета вдруг решил «на спор» полезть к Марку целоваться. Кирилл отреагировал молниеносно – Петров улетел со стула. «Не трогай моего ботаника», – тихо, но так, что все в шумной компании замолчали, процедил он тогда.
— Эй, солнечный, открывай давай!
Голос Кирилла за дверью вырвал Марка из тягучих воспоминаний. Он кинулся к двери, чуть не навернувшись на стопке книг.
Кирилл стоял на пороге – мокрый, но улыбающийся. Вода ручьями стекала с тёмных волос, струилась по шее, исчезая под воротником куртки.
— Держи, – он протянул один из пакетов. – Твой любимый, черничный. И булки ещё взял.
Марк застыл, не веря. Черничный йогурт… Он же всего раз, месяц назад, обмолвился Кириллу, что любит его.
— Спасибо… – пролепетал он, чувствуя, как кровь бросается в лицо. – Ты… ты же весь промок.
Кирилл фыркнул, энергично встряхиваясь, как большая собака. Холодные брызги полетели Марку в лицо.
— Ой, извини. – Кирилл вдруг протянул руку и осторожно, почти невесомо, стёр капли с его щеки. Оба замерли на мгновение, слишком долгое, слишком интимное. Кожа под его пальцами горела.
— Н-ничего, – Марк отшатнулся к столу, лихорадочно разрывая упаковку йогурта. Ложка в руке ходила ходуном.
Кирилл, не обращая внимания, стаскивал с себя мокрую одежду прямо посреди комнаты. Футболка с глухим шлепком упала на пол. Марк уставился в йогурт, чувствуя затылком его взгляд и ощущая, как по спине бегут мурашки.
— Ты вчера… – начал он, запинаясь. – Зачем ты так… с Петровым?..
Кирилл застыл, держа в руках сухой свитер.
— Не мог же я позволить этому уроду… – он рывком натянул свитер через голову, волосы взъерошились ещё больше.
– Ты же… не такой.
Марк поднял на него глаза. Кирилл стоял, нервно комкая в руках мокрые джинсы. В его глазах странно блестело.
— Какой «не такой»? – шёпотом переспросил Марк.
В комнате стало слышно только монотонное бормотание дождя за окном. Кирилл шагнул к нему. Ещё шаг. Марк ощутил волну запахов – мокрой кожи, дешёвого мыла, и чего-то ещё, неуловимо-родного, от чего сладко замирало сердце.
— Ты же знаешь, – хрипло произнёс Кирилл, его лицо было совсем близко.
И в этот момент резкая, развязная трель «My Chemical Romance» из кармана его джинсов разорвала наэлектризованную тишину. Кирилл выругался, отскакивая.
— Алло? Да, я… Минут через десять буду. – Он швырнул мобильник на кровать. – Чёрт, смена моя. Дежурство.
Уже в дверях он обернулся.
— Марк… Нам… надо будет поговорить, ладно? Позже.
Дверь хлопнула. Марк остался один, с нагревающимся йогуртом в руках. На полу темнели мокрые отпечатки босых ног Кирилла. Он наклонился, коснулся пальцами холодного, влажного следа.
Дождь за окном превратился в настоящий ливень. А в груди у Марка билось что-то огромное, горячее и очень страшное, от чего, казалось, не было спасения.
