Poor Little Rich Boy: The life of a child husband and billionaire (Бедный маленький богатый мальчик: жизнь ребёнка-мужа и миллиардера)

      Когда пришло время их свидания, Роуди принес ему букет гардений. Они были прекрасны и пахли восхитительно, и Роуди сказал, — я подумал, что они будут благоухать в лаборатории. Иногда ты не отрываешься от работы, поэтому я мог бы украсить воздух.       Тони уставился на них и сказал, — Роуди, ты принес мне цветы.       — Я так и сделал, — согласился Роуди.       — Мне никогда раньше не дарили цветы, — сказал Тони.       — Тебе всё время должны дарить цветы, — сказал Роуди. Было начало дня, но они запланировали свидание на весь день. Питер подкатил, издавая радостные писклявые звуки, и Роуди ухмыльнулся ему, — эй, Пит, ты готов к нашему свиданию, приятель? — Питер взволнованно качнулся. У него был рюкзак, полный вещей, которые он считал необходимыми. Тони подумал, что он встревожен. Несмотря на то, что бот был взволнован, он не выходил из лаборатории уже шесть лет. Роуди поднял бумажный пакет и сказал, — у меня есть для тебя сюрприз, когда мы придём в парк. — Питер весело запищал.       — А у меня есть детский поводок, — сказал Тони.       Питер отрицательно мотнул рукой.       — Малыш, ты никогда не был на улице в таком большом городе, как Нью-Йорк. Ты передвигался только по территории кампуса. Детский поводок будет напоминать тебе, что нужно оставаться рядом.       Тони не представлял себе этого и не проецировал — Питер определенно надулся, когда Тони пристегивал детский поводок к его рюкзаку. Самое смешное, что Питер весил намного больше трёхсот шестидесяти килограмм. Детский поводок был всего лишь символом. Но Питер этого не знал. Тони поцеловал его и проворковал за то, что он такой хороший, и оставался неподвижен, когда Тони надевал поводок на рюкзак.       Большие колеса Питера позволили ему неуклюже съехать по ступеням. Тони передал свои цветы мистеру Джарвису и сказал, — пока, мистер Джарвис.       Питер с энтузиазмом помахал мужчине в ответ, и мистер Джарвис крикнул, — Веселитесь на свидании, мальчики.       Они неспешно пошли в Центральный парк. Питер вытягивал свою камеру по сторонам, разглядывая мир. Тони протянул руку, которая не держала поводок, Роуди. Роуди взял её с улыбкой. — Это великолепный день. Я хочу, чтобы у нас троих был идеальный день. Первый день Питера на улице после колледжа. Твоё первое свидание. Наше первое свидание вместе. Погода нам помогает.       Пятиминутная прогулка до пруда с дистанционно управляемыми лодками и утками заняла пятнадцать минут, если идти в темпе Питера. Питер наблюдал за проносящимися лодками и смотрел на статую Ганса Христиана Андерсена.       Роуди вытащил из сумки буханку нарезного хлеба и сказал, — та-да! Вот, Питер, мы покормим уток. — Питер взволнованно качнулся, но посмотрел то на хлеб, то на уток, не понимая, как это будет сочетаться. — Берешь немного хлеба, примерно восьмую часть ломтика, и бросаешь им на землю. — Объяснение дробями ломтиков было более разумным для Питера, который действовал исключительно на основе математики. Питер ловко оторвал хлеб и бросил кусок уткам, которые тут же на него навалились. Он счастливо заерзал. И оторвал следующий кусок хлеба и бросил им, отреагировав с радостью, когда они его сожрали. Питер подтолкнул Роуди, и мужчина рассмеялся, — пожалуйста, приятель. Я рад, что тебе так понравилось. — Питер собрал вокруг себя целую стаю уток.       Маленькие дети подходили и с удивлением смотрели на Питера, а одна девочка сказала Роуди, — мистер, можно мне погладить вашего робота?       Питер услышал её и попытался спрятаться за Тони. — Нет, не можешь, — сказал Тони. — Питер не просто машина, он мыслящий человек. Тебе бы не понравилось, если бы тебя трогали незнакомцы. Питер по сути семилетний маленький мальчик.       — Мне шесть лет, — сказала девочка. — Какая у него любимая игра?       — Ему нравится рисовать пауков и прятать их, чтобы они пугали тех, кто их находит, — сказал Тони. — Но я думаю, что кормление уток становится новым фаворитом.       Питер осторожно потянулся за Тони, чтобы взять ещё хлеба у Роуди. Дети завороженно наблюдали за Питером. Питер попытался потрогать уток. Но все утки от него шарахнулись.       — Пит, они не хотят, чтобы их трогали. Им нравится еда, но они дикие животные, — сказал Тони. Питер разочарованно запищал — Я знаю, милый, но они не домашние животные.       Когда буханка была наполовину съедена, Роуди сказал, — Питер, хочешь посмотреть на статую Алисы в Стране чудес? Мы можем покормить ещё уток позже.       Питер с энтузиазмом кивнул. Он издал короткую трель и помахал детям вокруг него и покатился прочь, а Тони и Роуди вели его к статуе. Он восхищался ею и наблюдал, как все дети лазают по ней. Там были голуби, и Питер потянулся к Роуди, открывая и закрывая свою клешню в просьбе о хлебе.       — Да, голуби тоже любят хлеб, — согласился Роуди, беря для него кусок.       Питер радостно покачивался, кормя птиц вокруг себя. Он начал тянуться к ним, но затем остановился и посмотрел на Тони.       Тони покачал головой, — они не любят, когда их трогают, не больше, чем утки, детка. — Питер выпрямился и потянулся за новой порцией хлеба.       Детский смех и крики раздавались неподалёку, и Питер жестом показал, что ему интересно посмотреть, поэтому они пошли по тропинке. Они дошли до детской площадки, где дети лазали по всей конструкции с горками, турниками, качелями и лестницами.       — Питер, ты слишком тяжёл для этого, — сказал Тони.       Питер кивнул, а затем увидел что-то на дереве и потянул Тони к этому. Питер сгреб паука и его паутину с низкой ветки. Он был нежен и медлителен, когда повернулся, чтобы показать паука Тони.       — Да, приятель, паук, — сказал Тони. Питер указал на сумку Роуди, желая забрать его с собой домой. — О, Питер, я знаю, ты любишь пауков, но дома он умрет. В нашей лаборатории нет мух, которыми он мог бы питаться. Здесь он получает много свежих насекомых. Мы не можем взять его с собой домой. У него прекрасная жизнь здесь, на природе.              Питер разочарованно пискнул и осторожно поднес его к дереву, и оно быстро слезло с него.       — Хороший мальчик. Знаешь, у тебя день рождения через два месяца. Никто больше не может нами командовать... кроме мистера Джарвиса. Хочешь в подарок тарантула?              Питер кивнул с таким энтузиазмом, что все его колёса подпрыгнули.       — Правда, Тоунс? — сказал Роуди. — Ты помнишь, как начинались прячущиеся пауки, да?       Роуди обычно визжал, когда пугался пауков в их комнате в общежитии. Тони считал это уморительным. В свою очередь, Питер посчитал это забавным. Роуди отучил себя от своей инстинктивной реакции в армии, но Тони знал, что он всё ещё не любит их.       Тони улыбнулся и сказал, — Питер, ты не можешь использовать своего паука, чтобы пугать людей. Некоторые люди действительно очень, очень боятся пауков. Роуди действительно боится пауков. Ты видел его, когда он видел их вблизи. Он может случайно ранить твоего паука, просто потому что он напуган. Так что не используй своего тарантула для розыгрышей. Это нехорошо ни для твоего паука, ни для человека.       Питер кивнул и ласково подтолкнул Роуди. Питер крутанулся и вцепился в свой рюкзак. Тони расстегнул его, и Питер покопался в нем. Он что-то вытащил. Он потянулся, чтобы положить это в руку Роуди. Это был сложенный листок бумаги. Роуди приподнял бровь, — это паук?       Питер сделал жест «нет» и жестом показал Роуди посмотреть на бумагу. Роуди развернул ее и схватился за грудь, — о боже, паук! Ты меня поймал, Питер.       Питер радостно пискнул и перевернулся, трясясь, словно это была самая смешная шутка на свете. Тони рассмеялся, наблюдая, как бот так развлекается, а Роуди нежно улыбнулся, наблюдая за ними обоими. — Питер, — сказал Роуди со вздохом, — я так скучал по тебе последние шесть лет. Пожалуйста, не пугай меня своим тарантулом. Он намного, намного страшнее бумажного паука. Я заплачу. — Питер кивнул. — Хочешь пойти посмотреть ещё на уток? — Питер снова кивнул. — Здесь неподалеку есть скала, где живут черепахи, и ты можешь наблюдать за ними с берега.       Питер радостно подпрыгивал. Они приблизились к тележке с хот-догами. Тони сказал, — чёрт, как вкусно пахнет. — Питер снова потянулся за рюкзаком, и Тони открыл его для него. Питер вытащил стодолларовую купюру, которую Тони дал ему ранее.       Когда Питер собирал вещи на день, он нарисовал картинку с деньгами и очень настойчиво показывал её Тони. Тони считал, что Питеру нужны деньги на экстренный случай. Он думал, что Питер переживает из-за своей поездки на улицу и что годы, проведенные за разговорами Тони и мистера Джарвиса о деньгах на экстренный случай, оставили на нём след. Он дал Питеру сотню баксов, просто чтобы успокоить его нервы. Теперь он рассмеялся, — хочешь угостить нас хот-догами? Это так мило, Питер.       Они подошли к человеку, управляющему тележкой, и Питер сунул ему деньги. — Так близко, Питер; нам нужно сначала сделать заказ, — мягко сказал Роуди.       Они сделали заказ, и Питер заплатил. Он посмотрел на Тони с недоумением, когда ему дали сдачу, — мы богаты, приятель. Ты не принимаешь сдачу. Поищи банку для чаевых и положи туда деньги. — Питер начал искать. Она была спереди и в центре, и Тони сказал, — чаевые пишется как ч-а-е-в-ы-е. — Питер издал торжествующий звук, когда заметил её, и положил деньги. — Отличная работа, приятель. — Они приняли свою еду, поблагодарив мужчину и Питера за то, что он купил им хот-доги.       Устроившись на скамейке, чтобы поесть, Тони радостно вздохнул, — Это здорово. Я не был в Центральном парке уже много лет.       Роуди грустно улыбнулся, — Тоунс, это в конце твоего квартала. У тебя вид на него со второго этажа. Мне очень жаль, что ты так долго находился в такой дерьмовой ситуации.       Тони кивнул; сказать было нечего. Вместо этого он сказал, — Питер, хочешь начинать каждый день с прогулки здесь? Ты и я? Прежде чем мне идти на работу? — Питер подпрыгнул. — Мы скоро переедем в Лос-Анджелес. Мы там тоже найдем другое место для прогулок.       Питер указал на голубя, а затем покачнулся, как он всегда делал, чтобы показать, что задает вопрос. Тони улыбнулся, — да, там есть голуби, чайки и утки, которых нужно кормить.       Они продолжили путь, доев свои хот-доги. Они пошли посмотреть на черепах, и Питер попытался покормить их тоже. К ним подошла женщина с теплой улыбкой. Она сказала, — мистер Старк, Кристин Эверхарт, факультет журналистики Университета Брауна. Это одна из ваших новых разработок?       Тони был ошеломлен, — ладно, поздравляю с тем, что ты рискнула. Но: исследуй. Сделай это сначала, прежде чем прерывать чей-то день. Это Питер Паркер, самый умный робот на Земле, и он существует уже почти семь лет. Он просто давно не появлялся на публике, потому что Стив причинял ему боль и угрожал его безопасности. Он гулял по Массачусетскому технологическому институту, но ему приходилось прятаться от Стива. А прятаться от Стива означало находиться за запертыми дверями.       Она протянула руку к Питеру, и Роуди схватил её за запястье, сказав, — ты не трогаешь чужого ребенка. — Питер обошёл Тони и выглянул из-за него. — Всё в порядке, приятель. Твой отец больше никогда никому не позволит причинить тебе боль. — Женщине он сказал, — Он маленький мальчик. Детей не трогают. Маленькая девочка попросила прикоснуться к нему раньше и не потянулась первой. Узнай те же границы, что и она, мисс Университет Брауна. Может, так ты будешь получать интервью. А так: уходи. — Он отпустил её запястье.       Она казалась напуганной и быстро ушла. Роуди протянул хлеб, а Питер вернулся на место между Тони и Роуди, чтобы покормить уток. Питер докидал буханку хлеба и поник с излишне драматичной грустью. Роуди подмигнул Тони, а затем вытащил еще одну буханку, сказав, — та-да!       Питер затанцевал от радости и принял кусок хлеба. Тони спросил, — вторая буханка?       — Сегодня я хотел быть вне этого мира. И я подумал, что ему это понравится.       Тони улыбнулся, —я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, — сказал Роуди. Затем он тихо сказал, — в тот день, когда ты женился... Я так плакал и мне было стыдно, потому что — как бы я ни был расстроен за тебя — я рыдал, потому что знал, что у нас никогда не будет шанса. Я знал, что встретил любовь всей своей жизни через две недели после своего семнадцатилетия. Но тебе было четырнадцать, и ты ещё даже не думал об этом, и я был счастлив быть твоим лучшим другом, пока ты не вырастешь. А потом этот извращенец женился на тебе. Ты попала в ад. Для тебя это было хуже, в миллион раз. Но я горевал о том, что мы никогда не поженимся.       Тони покачал головой, — я не оплакивал нас тогда. Я был таким чертовски невинным, что не думал о тебе так. Я ни о ком не думал, когда женился. К окончанию института — вот когда было больно… Интересно, когда бы я заинтересовался поцелуями или сексом, если бы не боялся быть в браке с взрослым мужчиной с пятнадцати лет. К окончанию школы я знал, чего хочу для нас, и вот тогда он выгнал тебя из дома. — Они посмотрели на воду, и Тони тихо сказал, — я думаю, Барнс убил его. — Роуди только приподнял бровь. — Когда мы были в отъезде, я слышал, как он говорил по телефону по-русски. Он сказал, что разговаривает с подругой о том, чтобы занять её жилье во Франции, но… он был так зол. Думаю, он обеспечил нам всем железное алиби и убил его.       — Если бы он это сделал... он убил твою маму, а ты вылечил ему руку. Самое меньшее, что он мог сделать, это освободить тебя от Роджерса.              — Он не хотел убивать маму, — сказал Тони. Роуди просто пожал плечами; ответить было нечего.       — Будешь копать? — спросил Роуди.       Тони подумал, —ГИДРА держала его десятилетиями. И когда я узнал об этом, Щ.И.Т. нашел его и так быстро депрограммировал... там что-то происходит. Там что-то происходит... Мистер Джарвис хочет увидеть фьорды в Исландии. Я хочу увидеть их вместе с ним. Я хочу увидеть многое. Если я начну копать, где мне остановиться? Я просто хочу умыть руки от всего этого и никогда больше не думать о Стиве, Щ.И.Т.е или о чем-либо из этого. Это неправильно?       — Нет, — сказал Роуди. — Не расследовать махинации шпионского агентства и убийцы, который, возможно, исправил твою жизнь, вероятно, полезно. Езжай, посмотри на фьорды.       Питер двигался медленно, и Тони улыбнулся, — приятель, мы здесь уже пять часов, а ты был занят все утро. Хочешь съесть немного электричества? Мы можем вернуться завтра.       Питер медленно кивнул. И да, он определенно устал, если не пытался убедить Тони остаться. Они снова побрели домой, вспоминая все лучшие моменты их дня. Питер поднялся по ступенькам и тихонько свистнул, что было похоже на усталый вздох. Тони снял поводок и рюкзак Питера, когда они вошли через парадную дверь.       — Давай отвезем тебя к твоей зарядке, Пит, — сказал Роуди. — Мы пообедали; тебе тоже нужно поесть. — Они пошли в лабораторию, где Питер подошёл к своему зарядному устройству, прихватив своё любимое одеяло. — Ты собираешься вздремнуть? — Питер кивнул. — Молодец. Спасибо за прекрасный день; я действительно скучал по тебе. Я хочу так много гулять с тобой, малыш. — Питер припарковался в своей обычной показной манере, оправдывая своё имя, задом наперед вставая на зарядное устройство, издавая звуки заднего хода и успокаиваясь со своим фирменным преувеличенным шипением, которое звучало как гидравлическая система гораздо большей машины. Он накинул на себя одеяло и затем сник, когда выключил двигатель. — Он действительно самый милый маленький ребенок на Земле. Посмотрите на него с его одеялом.       — Да, ему нравится уют, — сказал Тони. — Две буханки хлеба, —он увидел цветы в вазе на своей центральной столешнице. Улыбнувшись, он сказал, — ты сегодня просто потряс.       — Мы все равно пойдем на ужин. А потом пойдем в Тоннель танцевать.       Тони улыбнулся, —я всегда хотел пойти в ночной клуб.       В колледже он был слишком молод. Он лениво подумывал о том, чтобы сделать поддельное удостоверение личности. Но новость о его свадьбе была повсюду. Все знали, сколько лет Тони. И если бы это дошло до его отца и Стива, то ему пришлось бы очень несладко. Стив бы съехал с катушек, если бы Тони тусовался несовершеннолетним. Роуди не ходил в клубы для восемнадцатилетних и старше без него. Они вступали в разные научные клубы, ходили на школьные танцы и напивались в своей комнате в общежитии. Тоннель был самым крутым клубом в Нью-Йорке.       — Это робот или НЛО? — спросил Роуди, указывая на круглого робота на лабораторном столе.       — Это новый автономный пылесос, — сказал Тони. — Это Вак-Врум. Он может изучать карту, не сталкиваться с вещами и чиститься сам. По данным финансового отдела он будет продаваться за триста баксов. На рынке скоро появится ещё один, но он стоит больше тысячи. Я построил для нас три — по одному на каждый этаж. Мистер Джарвис дал им всем имена. Питер случайно ударил его об стену с огромной силой, так что ей нужно немного внимания и заботы.       — Вак-Врум? Он очень шустрый?       — Он довольно динамичный, — сказал Тони.       — Компания в восторге?       Тони ухмыльнулся, — я обещал им потребительские товары, а теперь поставляю решение для уборки по дому за триста долларов. Мы выпускаем его до Черной пятницы. Хотя мы собираемся объявить, что если вы купите его в качестве рождественского подарка для своей супруги, это нехорошо.       Роуди рассмеялся, — так горжусь тобой. Тебе нужна помощь, чтобы её починить?       — Правда? — спросил Тони. — Конечно, я бы с удовольствием. — Он достал свои инструменты. Они начали работать, наклонив головы близко друг к другу. Роуди нежно, медленно погладил его пальцами. Тони наклонился вперед и поцеловал его. И, возможно, это был не самый лучший поцелуй; у него не было опыта. Но это было правильно, потому что это был Роуди, и Роуди протянул одну руку, чтобы снова приподнять подбородок Тони, а затем это было менее неловко и было просто мягкими губами и общим дыханием. Это было тепло и приятно, и он пожалел, что между ними не было лабораторного стола. Отстраняясь, он сказал, — работать с тобой в лаборатории — всегда самое лучшее в мир.       —       Я согласен, — тихо сказал Роуди. — Мой удивительный лучший друг. Ты выйдешь за меня замуж когда-нибудь, чтобы мы могли вечно играть в лаборатории вместе?       — Да, пожалуйста, — сказал Тони.       — Ты заслуживаешь немного подышать. Когда будешь готов, я встану на колено с кольцом. И мы поженимся в каком-нибудь красивом месте, а Питер будет кольценосцем.       Тони рассмеялся, — мистер Джарвис будет плакать от счастья.       — Моя мама тоже, — сказал Роуди. Они снова замолчали, пока работали, передавая друг другу детали.       Закончив, Тони включил его, и мелодичный ирландский женский голос сказал, — привет, босс, я твой Вак-Врум. Давайте убираться. Я твоя верная помощница ПЯТНИЦА, и я хочу облегчить тебе жизнь. Ты можешь изменить мой голос в любое время, нажав желтую кнопку. Я хотела бы узнать планировку нашего дома. Пожалуйста, поставь меня на зарядку, чтобы я знала, где живу.       Тони выключил её, — с ней теперь все хорошо.       — Твоя верная помощница ПЯТНИЦА?       — Вы говорите ему имя, и он запоминает. Мистер Джарвис выбрал их акценты, пол и имена. Он любит их.       Роуди посмотрел на часы и сказал, что уже почти время ужина. Он поднял Вак-Врум, чтобы вернуть его мистеру Джарвису. Тони пришлось переодеться. Он отвел её на кухню, поставил на зарядное устройство и нажал кнопку включения, и она закончила свою фразу, а затем отправилась на разведку. Он похлопал её, когда она пронеслась мимо. — ДЖАРВИС, пожалуйста, дай знать мистеру Джарвису, что Пятница на свободе, чтобы он не споткнулся об неё.       — Конечно, сэр.              Тони поднялся в спальню, чтобы переодеться. Он надел один из своих более повседневных парадных костюмов и приготовился. Раздался стук в дверь, а затем мистер Джарвис выглянул из-за двери. — Могу ли я войти, мастер Тони?       — Конечно, — сказал Тони. Он протянул свой галстук мистеру Джарвису, который подошел к нему и начал его завязывать.       — Как проходит твоё свидание?       — Мы хорошо провели время в парке — у Питера был лучший день в жизни. И мы вместе починили ПЯТНИЦУ, а потом поцеловались. — Мистер Джарвис улыбнулся ему. Тони вздохнул, — Глупо так волноваться из-за поцелуя. Правда? Мне двадцать три. Глупо так волноваться из-за поцелуя.       — Нет, нет, это не так. Это твой первый поцелуй, и это мужчина, к которому ты всегда испытывала слабость. Это был приятный поцелуй?       — Это было идеально, — сказал Тони.       — Хорошо, первый поцелуй каждого должен быть таким, — он поправил галстук Тони. — Ты выглядишь очень красиво.       — Мы идем на ужин, а потом в Тоннель.       — О, мы с Аной ходили в танцевальные залы, когда были молодыми.              Тони рассмеялся, — теперь их называют ночными клубами.             — Я уверен, что они всё ещё целуются в темных углах, а напитки слишком дорогие, но они знают, что могут брать столько, сколько хотят, потому что это веселее, чем бар. Вы прекрасно проведёте время. Вы можете танцевать, пить и развлекаться.       Тони улыбнулся, —Хэппи за рулем, мы можем быть пьяны, когда вернемся. Мы будем тихими, когда зайдем. Я возьму свой ключ. Тебе не нужно ждать. Питер дремлет, но я сомневаюсь, что он останется в лаборатории теперь, когда он в безопасности.       — Он может составить мне компанию, пока я осматриваю дома, которые прислал риелтор. Я также попросил вашего помощника в Лос-Анджелесе начать искать нам повара. Я знаю, что вы создаете роботов-уборщиков. Но вам действительно стоит спросить мистера Хогана, не рассмотрит ли он возможность переезда.       — Кто такой мистер Хоган? — спросил Тони с улыбкой.       Мистер Джарвис вздохнул, — мне не нравится называть взрослого мужчину "Хэппи". Спросите его. Он хорош для вас. Вам нужен телохранитель, а он заставляет вас смеяться.       Тони кивнул, — сделаю. Он поцеловал мистера Джарвиса в щеку. — Спасибо за помощь.

***

      Роуди всегда был ошеломляющим в костюме. Он взял Тони за руку внизу лестницы и увидел, что Хэппи уже ждал его в лимузине, и Тони просто рассмеялся. Роуди улыбнулся и сказал, что это их первое свидание, и это сделало лимузин уместным. Тони рассмеялся, когда они сели.       Хэппи улыбнулся им через плечо, — эй, босс, как проходит свидание?       — Это потрясающе, — сказал Тони. — Хэп, ты когда-нибудь думал о переезде в Калифорнию?       — Нет, к чему вопрос?       — Мы с мистером Джарвисом переезжаем в Лос-Анджелес. Мы хотим начать всё сначала. Было бы здорово, если бы вы приехали. Подумай об этом. Я куплю тебе жилье. Мы ведем переговоры с риелторами.       — Босс, вам не нужно покупать мне место.       — Я миллиардер, и там все дорого. И я больше не хочу, чтобы Стив тратил мои деньги… и носил драгоценности моего отца. Так жутко, что он носил все запонки и часы моего отца. Я бы предпочел купить милым людям дома в красивых местах, чтобы мы могли жить хорошо. Подумай, будет ли тебе это интересно.       — Я подумаю об этом, — сказал Хэппи. Затем он закрыл окно между собой и ними.       Там стояла бутылка шампанского, и Роуди открыл её, налив каждому по бокалу. Роуди рассказал, что в последний раз, когда он был в лимузине, он ехал на выпускной бал и был ещё слишком мал, чтобы пить. Тони рассмеялся и сказал, что обычно он ездит в них на балы и приглашает Пеппер, а по сути проводит встречу в задней части салона. Затем он сказал, — или, знаешь, у меня была ужасная компания… Я не должен говорить о нем на свидании, не так ли? Это против правил, не так ли?       Роуди покачал головой, — нет, Тони, нет. Он физически и морально издевался над тобой шесть лет, а ты на свидании со мной — твоим лучшим другом — менее чем через две недели после его смерти. Ты можешь говорить о нём сколько угодно. Ты же не сидишь здесь и не говоришь мне, что я никогда не сравнюсь со Стивом, или ты хочешь пойти с ним на свидание. Ты взволнован Лос-Анджелесом, твоим новым началом?       — Да, чем больше мы об этом говорим, тем больше я волнуюсь. Ты правда думаешь, что тебя перенаправят на базу ВВС в Лос-Анджелесе? — Роуди кивнул. — Хорошо, мы попадем в солнечное и новое место. Разве «новое» не звучит хорошо? — Роуди снова кивнул.       Они осушили свои бокалы, пока подъезжали к ресторану. Затем Хэппи открыл им дверь. — Я буду здесь, когда вы закончите, — сказал он с легкой улыбкой.       Ресторан был приятным стейк-хаусом. Он не был знаменитым или слишком шикарным. Это делало его идеальным. Тони привык к папарацци, но хотел остаться наедине с Роуди и вкусной едой. Они говорили об институте, старых забавах и о том, как они готовили в своей крошечной квартире. Роуди спросил о колледже, а Тони рассказал о Пеппердайне. Он спросил Роуди о работе и о том, когда его снова могут отправить в командировку. Роуди сказал, что у него есть три месяца до отправки, но миссия была засекречена.       — У меня есть разрешение, — сказал Тони.       — У тебя есть разрешение на твои проекты, — сказал Роуди со смехом. — Кроме того, мы на публике. Обещаю, я скажу тебе, когда смогу. — Когда принесли счёт, Роуди быстро его схватил. — Я пригласил тебя на свидание. — Он вернул счет официанту вместе со своей кредитной картой.       — Спасибо, — сказал Тони. — Я отлично провожу время.       — Хорошо. Я так и думал, раз ты предварительно согласился жениться на мне.

***

      В Тоннеле Тони подумал, что было глупо, что Хэппи последовал за ними. Конечно, он был знаменит, но такими были восемьдесят процентов людей в клубе. Это казалось абсурдным. Очередь обернулась вокруг квартала. Для VIP-персон был парковщик. Водитель уехал на лимузине, и они подошли к двери, и вышибала просто помахал им рукой, поприветствовав их, сказав, — добро пожаловать, мистер Старк.       Но внутри было немного менее глупо иметь телохранителя. В клубе было темно, шумно и эхо. Он хотел прийти годами. Он видел фотографии знаменитостей внутри клубов. На гала-вечерах люди говорили о том, что они делали там неделю назад. Он хотел быть там.       Воздух был густым от смеси сигаретного дыма и дым-машин. Возле входа был хаф-пайп, и шум колес скейтборда по бетону сталкивался с музыкой, доносившейся из разных комнат. Он сказал Роуди, что ему нужно в туалет, и что он вернется через минуту. Хэппи потащил его в туалет. На самом деле Тони просто нужна была секунда, чтобы перевести дух. Но в туалете он увидел, что там был чертов бар с барменами. И в туалете было чертовски много народу.       Он повернулся к Хэппи и сказал, — Хэп, Хэп, Хэп, неужели все клубы такие ужасные?       — Ты в порядке? — спросил Хэппи. — Этот клуб вполне нормальный.       — Нет, я действительно не такой. На фотографиях это место выглядит чище и лучше освещено.       — Ладно, ладно, — кивнул Хэппи. — Я думаю, нам пора идти.       — Нет, я имею в виду, я хотел прийти. Я просто... Я думал, что смогу дышать в туалете, а тут ещё и бар, чёрт возьми.       —Нам пора идти, — сказал Хэппи. — Ты задыхаешься. Роуди не разозлится. Не разозлится. Он твой человек. — Хэппи взял его за плечо и повёл обратно к Роуди, стоявшему у бара. Над ними в клетках танцевали люди. Тони боялся, что его вырвет. — Роудс, не сегодня, мужик, — крикнул Хэппи сквозь музыку.       Роуди отвернулся от бара и, нахмурившись, посмотрел на Тони. Он спросил, — Тоунс, ты в порядке?       Тони сделал вдох, чтобы успокоить его. Но густой пар от дым-машины, сигаретный дым, запах тела и сырость от слишком большого количества людей, стоящих слишком близко, застряли у него в горле. Он просто покачал головой. Роуди взял его за руку и направился обратно к выходу, выводя его, но держа его близко, пока Хэппи расталкивал проход, чтобы убедиться, что никто не находится слишком близко.       Снаружи ночь была прохладнее, и Тони сделал глубокий, чистый вдох. Вышибала спросил, всё ли в порядке с Тони, и Хэппи сказал, что у него всё под контролем, и попросил парковщика подать машину.       — Все клубы такие? — спросил он Роуди.       — Эм, — Роуди выглядел сбитым с толку. — Он больше большинства. Потолок выше. Было гораздо больше знаменитостей, LL Cool Jay играл в живу, а Брендан Фрейзер делал снимки с Алисией Сильверстоун в другой. Это ненормально. Но всё остальное... да.       — Они все такие классные... так плохо пахло. И было так сыро, тепло, шумно и темно. Люди, танцующие в клетках? Нет. Нет.       Роуди кивнул и потер спину. — Ладно, нет худа без добра, мы узнали, что ты не терпишь ночные клубы. В Вегасе есть дневные клубы, они как ночные, но хорошо освещены. Иногда они находятся на улице, на крышах с бассейном. Но они все равно очень громкие. Кроме того, основываясь на этой реакции, я не думаю, что Вегас — это приемлемый аналог. Я думаю, что свидания в парке, в лаборатории и ужины — это то, где нам самое место.       — Извини. Я запланировал это, а потом нам пришлось уйти. В туалете был бар. Я думал, что всё будет в порядке, если я смогу перевести дух на секунду, но даже туалет оказался странным местом.       — Тоунс, тебе не нужно извиняться, и нам никогда не придется возвращаться, — Роуди заключил его в объятия. Парковщик подкатил машину, и Роуди сказал, — у меня есть идея получше. — Он что-то прошептал Хэппи и сказал, — давай, это будет гораздо быстрее.       На заднем сиденье лимузина он прижался к Роуди, и тот погладил его по спине, сказав, — итак, можешь вычеркнуть ночной клуб из своего списка дел и пометить его как выполненное.       — Было так громко, темно и отвратительно. Воздух там был густым. — Прижавшись другу, Тони сказал, — но это мило. Мне это нравится. — Роуди усмехнулся, и их лица оказались близко друг к другу, поэтому Тони наклонился и легко поцеловал его.       Годами мысль о поцелуях была ужасающей. Он делил дом с монстром. Теперь он был на свидании с парнем мечты, и поцелуй имел привкус красного вина, которое они пили за ужином. Они прижались друг к другу, но Тони хотел быть ещё ближе. Он оседлал колени Роуди, а мужчина обнял его за талию и притянул ближе, углубляя поцелуй. Поцелуи не были страшными, когда это был Роуди, и он позволил себе потеряться в поцелуях, пока скучающий голос не сказал, — здраствуйте, и добро пожаловать в Макдоналдс. Чем я могу вам помочь?       Тони немного подпрыгнул и посмотрел в сторону двери. Окно было открыто, и прямо там стоял динамик для автокафе. Роуди улыбнулся, — привет. Мы хотели бы два твоих новых МакФлури.       — Конечно. Какой вкус? — спросил скучающий голос.       — О, я не знал, что есть вкусы, — Роуди пробежал глазами меню и указал на них Тони. Тони никогда раньше о них не слышал. Но он любил фастфуд, и это выглядело как смесь мороженого и конфет. Он беззвучно прошептал Роуди «M&M», и тот сказал, — один M&M и один Орео, пожалуйста.       — Ладно, один M&M МакФлури и один Орео МакФлури. Пожалуйста, подъедьте к окну номер два. — Хэппи слушал и подъехал к следующему окну, Тони соскользнул с коленей Роуди. Они подъехали к окну, где скучающий подросток взял деньги Роуди, а затем сказал, — о, чёрт, ты Тони Старк.       — Да, — согласился Тони. — А МакФлури хорош?       — Это изменит твою жизнь, — сказал парень без интонации. Тони считал, что заслужил награду за комедию.       Они взяли мороженое и отъехали. Оно было хорошим, мягкая масса, смешанная с конфетами и печеньем. Они обменялись вкусами. Орео был явным победителем, и когда Тони попытался вернуть его, Роуди сказал, — нет, оставь его себе. Это был немного тяжелый час. Ночные клубы оказались не такими веселыми, как ты ожидал. Мороженое должно быть отличным.       — Интересно… если бы мне удалось сходить туда, когда я был моложе… если бы темные, громкие, мрачные места не казались такими небезопасными… нет ничего веселого в том, чтобы чувствовать себя потерянным. Просто было ощущение не уютности и клаустрофобии. Люди, танцующие в клетках, были просто… там были открытые клетки, и на минуту… я был в клетке слишком долго.       — Тоунс, больше никаких клеток. Больше никаких клубов. Мне нравятся лабрадоры и солнечный свет... и задние сиденья лимузинов с тобой.       — Пока ты дома — я знаю, что тебе нужно увидеться с мамой, но пока ты здесь — Питу понравится твоя компания на наших недавно учрежденных утренних прогулках.       — Никто не сможет меня удержать, — пообещал Роуди. — Мне нравится, когда меня снова пускают в дом. И я не мог провести с ним ни минуты за шесть лет. Я был там, когда ты впервые включил его. Я скучал по нему. Он так вырос… хоть и тарантул.       Тони рассмеялся над отвращением, — мы, возможно, переедем в Лос-Анджелес до того, как тебя командируют.       — Тогда мы устроим наши прогулки в Лос-Анджелесе, — легко сказал Роуди. — Стив Роджерс мертв и не может сделать твою жизнь хуже своим присутствием. Пока ты хочешь меня, я там, где ты.       Тони просиял и поцеловал его. Их языки были холодными от мороженого. Это был другой поцелуй, чем те, которыми они делились до этого. Он медленный, нежный, неторопливый, пока они исследуют друг друга. Думая о том, чтобы научиться разным поцелуям, Тони внезапно почувствовал себя неловко и сказал, — извини, если я выгляжу как…       — Как что? — спросил Роуди, выглядя озадаченным.       — Не знаю... идиот. Мне двадцать три, и я не умею целоваться.       Роуди смотрит на него с самым мягким выражением лица и говорит, — ты никогда не был идиотом, Тоунс. Ты отлично целуешься. И ты станешь лучше с практикой. Все это приобретенные навыки. Со временем все становятся лучше.       Хэппи говорил через динамик, не открывая перегородку, — эй, босс, у меня есть идея, как спасти твою ночь. Могу я потратить твои деньги?       Тони рассмеялся. Он наклонился и нажал кнопку, чтобы ответить, делай, что хочешь, Хэп.       Они ели мороженое, пока ехали, и Тони улыбнулся Роуди, — Не думаю, что ночь нуждается в спасении. Я возненавидел клуб, но мне нравится быть где угодно с тобой.       Они подъехали к самой красивой оранжерее в ботаническом саду. Хэппи подошел и открыл дверь, — возьмите пару бутылок шампанского, босс. Зимний сад Энид А. Хаупт в вашем распоряжении на три часа. Я обещал, что вы не будете заниматься сексом на растениях. Но вы заплатили за это пять тысяч, так что если растения не погибли... не оставляйте презервативы, и они не будут задавать вопросов. И они просили вас быть осторожнее со стеклянной бутылкой.       — Ух ты, Хэппи, это потрясающе, — сказал Тони, хватая шампанское и руку Роуди.       Охранник встретил их, чтобы открыть дверь. Она была освещена и такая красивая, и Роуди протянул открытую бутылку шампанского. Тони отпил и вернул её. Улыбаясь, он сказал, — я всегда знал, что ты парень моей мечты. Но я никогда не думал, насколько безумно встречаться с миллиардером. Потому что ты никогда не был миллиардером для меня. Ты никогда не был знаменитостью в моих мыслях. Но мы подошли к двери самого крутого клуба, а потом просто арендовали ботанический сад.       — Я не брал его в аренду, это сделал Хэппи… это слишком дорого?       — Вы шутите? Это потрясающе. Но я так же счастлив на диване с пиццей.       — Я люблю пиццу, — сказал Тони. — Но это довольно мило. — Они допили первую бутылку шампанского, пока бродили по дорожкам. Пахло зеленью и ростом. Было сыро, но в отличие от клуба, где сырость душила, здесь она просто успокаивала. Тони глубоко вздохнул. — Я хочу теплицу, чтобы вдыхать это каждый день.       — Ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо встречал, — сказал Роуди ни с того ни с сего.       — Что? — спросил Тони со смехом.       — Я просто не могу прийти в себя от того, как мне повезло, что я наконец-то оказался на свидании с тобой, когда я так долго этого хотел. И так долго не мог сказать. Поэтому я говорю это: ты великолепен.       — Я слишком худой, — сказал Тони, чувствуя себя неловко.       Роуди кивнул, — ты такой. Но теперь ты снова обретешь красоту, поскольку не испытываешь стресса и страха. Ты всё ещё красив.       Тони почувствовал, что краснеет. Они подошли к месту, где деревья были освещены рождественскими огнями. Тони сел на скамейку, а Роуди сел рядом с ним. — Это намного лучше, чем отвратительный клуб, — сказал Тони.       — Это идеально, — сказал Роуди. Он наклонился вперед и поцеловал Тони медленно и глубоко. Тони был рад, что сидит, потому что думал, что у него ослабли колени. Отстранившись, Роуди улыбнулся и сказал, — идеально.       — Я тебя люблю.       — Я тоже тебя люблю, — сказал Роуди.       Тони осушил первую бутылку шампанского. — Мне кажется, здесь есть пруд с карпами.       — Давай найдем его, — сказал Роуди, возвращая себе руку, когда они встали. Тони выбросил бутылку шампанского в мусорный бак, когда они проходили мимо. Тропа к пруду проходила через клумбы с розами и великолепные растения, которых Тони не знал. Цветы пахли чудесно. Но под этим был тот всепроникающий запах зелени, которым он не мог насытиться.       Они добрались до большого пруда, где рыба двигалась вяло, вероятно, из-за слабого освещения и прохладной ночной воды. Вокруг пруда царил сумеречный свет, и Тони потянул Роуди сесть на землю под деревом. Луна светила сквозь крышу и сверкала на воде. Это было красиво.       Каждую неделю в Центральном парке людей закалывали. Конечно, они были бы в безопасности, если бы за ними следовал Хэппи. Он носил с собой пистолет, когда Тони выходил на публику. Но Тони не хотел, чтобы ему пришлось кого-то застрелить. И он не хотел, чтобы Хэппи был на их свидании. Теперь они могли бездельничать у романтического озера ночью, не думая.       — Когда у меня будет дом в Лос-Анджелесе, я хочу, чтобы там было красивое и уединенное место, где мы могли бы проводить время.       — Мило, — протянул Роуди. — Я тоже этого хочу. — Он открыл вторую бутылку шампанского. — Я никогда не получал столько удовольствия от свидания. С другой стороны, я никогда не был на свидании с тобой. Мой идеальный мужчина.       Тони притянул Роуди к себе, чтобы поцеловать его. Тони откинулся назад, и Роуди последовал за ним, наполовину прикрывая его. Это было приятно, приземляя его. Тони потянулся, чтобы погладить Роуди по груди, и Роуди застонал ему в рот.       Роуди тихонько проговорил ему в губы, — могу ли я расстегнуть твою рубашку?       Тони рассмеялся, — да, конечно.       — Не конечно. Ты всегда можешь сказать «нет» чему угодно, когда захочешь.       — Прикоснись ко мне, — простонал Тони.       Роуди развязал галстук Тони и расстегнул рубашку одной рукой. Он провел пальцами по коже Тони, поглаживая ее, заставляя Тони извиваться под ним. Он всё ещё был наполовину одет в пиджак и рубашку, но таял под умелыми руками Роуди. Он обнял лицо Роуди и крепко поцеловал его.       — Ты так хорош, — простонал Тони.       — Это моя фраза, — сказал Роуди. — Ты прекрасен.       Тони потянулся к пуговицам Роуди. Его пальцы немного дрожали, но он сумел расстегнуть её, проведя руками по груди Роуди.       Они счастливо целовались и касались друг друга, когда мужчина прочистил горло, и Роуди откинулся назад. Тони увидел охранника. — извините, мистер Старк. Мне пора запереть это здание и перейти на другую сторону сада для патрулирования.       Тони кивнул, — конечно, да, извини.       Он застегнул рубашку и схватил шампанское, когда Роуди протянул ему руку. — У вас прекрасный сад, — сказал Роуди.       Их проводили к выходу, и мужчина слегка улыбнулся им у двери, — я сделал предложение своей жене у того пруда.       Тони рассмеялся и сказал, — спокойной ночи.       Хэппи вышел из машины, когда они приблизились, и открыл им дверь. Тони и Роуди немного покачивались, опьяненные шампанским. — хорошо провели время? — спросил Хэппи.       — Замечательно, — сказал Тони. Он зевнул и сказал, — домой, я думаю. — Он посмотрел на Роуди.       — Домой, — согласился Роуди.       На заднем сиденье машины он прижался к Роуди и сказал, — я немного пьян.       — Я тоже, — рассмеялся Роуди.       — Я рад, что ты попросил Хэппи о лимузине. Он лучше, там больше места, чтобы вытянуться, выпить и поцеловаться.       —Именно то, к чему я стремился, — сказал Роуди.       Это была короткая поездка домой, пока они потягивали шампанское. Тони медленно переместился на колени Роуди, чтобы вернуться к поцелуям.       Тони понял, что они припарковались. Выйдя, он увидел, что они были у дома. Хэппи не было в машине, но ключи лежали на водительском сиденье с запиской. «Не хотел вас беспокоить. Запри лимузин, когда закончишь. Наслаждайтесь остатком выходных! - Хэппи»       Передавая записку Роуди, он рассмеялся, — интересно, как долго мы здесь находимся.       Роуди рассмеялся и покачал головой, запирая машину. Они пошли к дому, где Тони отпер дверь. Напольные часы пробили три тридцать. Он взял Роуди за руку и направился в его спальню. Там он снова начал расстегивать рубашку Роуди, пока они целовались.       Он помолчал и сказал, — извините. Я нервничаю. Я имею в виду, я знаю, что это мы, и это глупо. Но я никогда. Это не больно, правда? Я имею в виду, я хочу, но...       Роуди покачал головой. — Тоунс, мы пьяны. У нас первое свидание. И сейчас три часа ночи. Давай не будем этого делать сегодня вечером. Давай поцелуемся и поспим.       Они целовались, пока раздевались, в итоге оставшись в своих боксерах. Они упали в кровать, целуясь и поглаживая тела друг друга. Роуди сосал один из его сосков, пока играл с другим. Все было хорошо, и Тони хотел большего. Он простонал, — Роуди, пожалуйста, больше, пожалуйста. Это так хорошо.       Роуди тихонько выдохнул ему в грудь, даже когда он потянулся к боксерам Тони и начал его гладить. Тони извивался под его ласками. И он притянул голову Роуди к себе, чтобы поцеловать его, пока Роуди делал ему минет. Тони с криком кончил в рот Роуди.       — Ты в порядке? — спросил Роуди.       Тони кивнул, — я отлично, просто супер. Можно? Я хочу прикоснуться к тебе.       — Да, да, — кивнул Роуди.       Тони был рад, что занимается сексом с мужчиной. Женское тело было бы совершенно новым и пугающим. Но он знал, как работает эрекция, делая секс менее пугающим. И прикосновение к нему было таким приятным, что Тони почувствовал, что у него снова встает. Мысль о полноценном сексе была немного пугающей, учитывая, что он годами жил под угрозой изнасилования. Но это была просто мастурбация партнеру, а партнером был Роуди, так что это было невероятно. Роуди лениво играл с ним, пока Тони делал ему минет. Роуди кончил и залепетав, — о Боже, Тони, Тони. — Роуди не рухнул на него сверху. Он поддерживал свой вес на локтях, продолжая нежно прикасаться к Тони. — Ты так хорош для меня. Мой удивительный лучший друг. Удивительный мужчина, ты хочешь кончить снова, или ты слишком чувствителен? В любом случае все нормально.       — Хочу кончить, — сказал Тони, кивнув.       Роуди погладил его более целенаправленно, дыша ему в ухо, — ты такой идеальный, Тони. Боже, внутри и снаружи, просто идеальный. Ты такой приятный. Люблю прикасаться к тебе. Спасибо, что открылся. — Он поцеловал Тони в шею, когда тот кончил.       Они молча обнимались пару минут, а затем Роуди сказал, — позволь мне нас помыть. — Он встал и пошел в ванную.       Тони переехал в главную спальню. Ванная была большой и просторной. Роуди исчез в ней и вернулся голым с влажным полотенцем. Он стянул с Тони боксеры и вытер его начисто. Полотенце было горячим и приятным. Он вернулся в ванную и вернулся в постель со стаканом воды и парой таблеток Адвила, — мы пьяны. Выпей это, чтобы не было похмелья.       Тони сделал, как его попросили. Он вернул стакан, и Роуди поцеловал его, — Тони, это было идеально. Серьёзно. Так хорошо. Как ты?       — Удивительно, я понял, в чем суть шума.       Роуди улыбнулся, — хорошо. Ты идеален. — Он натянул на них одеяла и прижался к Тони. — Иди спать, Питер захочет прогуляться, готовы мы или нет.       Тони рассмеялся и прижался к нему. — Я люблю тебя, — тихо сказал он.       — Я тоже тебя люблю, Тоунс.       Он позволил себе отвлечься.