На лезвие ножа

Райли подняла голову, уставившись на мужчину, вошедшего в комнату. Он выглядел как человек с властью – аккуратный, уверенный, с лёгкой усмешкой на лице. — Добро пожаловать, — произнёс он спокойным, почти дружелюбным голосом. — Я Губернатор. Райли прищурилась, изучая его. — Губернатор? — переспросила она с ноткой иронии. — А я думала, цирки давно сгорели. Он усмехнулся, но в глазах у него не было и капли веселья. — Ты остроумная. Это хорошо. Тут редко попадаются те, кто ещё умеет разговаривать, не дрожа. — А зачем мы тебе? — жёстко спросила она. — Или ты просто развлекаешься, когда не пытаешься выбить людям зубы? Он шагнул ближе. — Мне нужно знать, кто вы, откуда. Мне нужно знать, насколько вы опасны. И… мне интересно, кто ты такая, раз твои друзья готовы за тебя умереть. — Если ты думаешь, что сможешь меня сломать словами – придётся постараться. В глазах губернатора промелькнул интерес. — Я люблю вызовы. Губернатор чуть кивнул, медленно подходя к столу и садясь на край. — Раз ты тут, — сказала Райли, скрестив руки на груди, — значит, те, кто были со мной… молчат. Верно? — Джоэл упрям, как бык. Вам с ним повезло. Он принял немало ударов, но не проронил ни слова. А Дэрил... ну, с ним у нас… своя история. — Тебе нравится мучить людей? — спросила Райли с ледяной прямотой. — Это делает тебя сильнее? Губернатор не ответил сразу. Он смотрел на неё, будто пытался прочитать между строк, вычленить, где её слабость. — Нет. Мне нравится знать, с кем я имею дело. Мир теперь жесток, Райли. Я не могу позволить себе быть мягким. Один неверный шаг, и всё, что я построил, исчезнет. Райли шагнула ближе. — А ты думаешь, мы пришли его разрушить? — Я думаю, вы могли бы быть полезны… или смертельно опасны, — он встал, глядя ей в глаза. — И выбор за тобой. Всё зависит от того, что ты скажешь дальше. Она задержала дыхание, потом медленно сказала: — Тогда слушай внимательно: если ты тронешь их ещё раз, я найду способ выбраться. И ты не узнаешь, откуда придёт удар. Губернатор на секунду улыбнулся. — Угрожаешь? — Обещаю, — твёрдо сказала Райли. Он кивнул, направляясь к выходу. — Посмотрим, Райли… посмотрим. Двое мужчин шагнули к Райли. Она отпрянула, глаза горели яростью и страхом вперемешку. — Сними кофту, — повторил один из них грубее. — Пошёл к чёрту, — выдохнула Райли, резко отступая к стене. Но её схватили. Сопротивление было отчаянным, она билась, как дикая, пока один не скрутил ей руки, а другой с рвущим звуком не сорвал с неё кофту. Райли вскрикнула и инстинктивно прикрыла топ руками. Губернатор, до этого сидевший спокойно, встал и медленно подошёл. — Не надо ломать её, — сказал он тихо. — Её страх – это инструмент. Он подошёл ближе, посмотрел ей в глаза и произнёс с ядовитой холодностью: — Отведите её к Джоэлу. Пусть он увидит. Посмотрим, насколько они будут молчать, когда он будет смотреть на тебя вот так. — Урод... — прошипела Райли сквозь зубы, но её уже тащили за руки к выходу. По коридору разносились тяжёлые шаги, и внутри Райли всё сжималось от ужаса, что Джоэл увидит её в таком виде. Джоэл сидел за столом, избитый, но его взгляд был всё таким же твёрдым и холодным, как и всегда. Он не испытывал страха, хотя боль пронизывала всё тело. Он молчал, игнорируя боль, не показывая слабости. Он вспоминал, как Эбби избивала его, как ему приходилось бороться за жизнь в условиях, где никто не знал, что значит по-настоящему быть сломленным. Эти аматоры, они даже не знали, что такое настоящий удар. И вот дверь открылась. Вошёл губернатор. За ним, едва державшись на ногах, вели Райли – полуголую её тело покрывало в некоторых местах синяки, отпечатки рук. Джоэл дёрнулся, его инстинкты сработали мгновенно. Он чуть не перевернул стол, пытаясь встать, но наручники не позволяли ему даже пошевелиться. Тело было сковано, и в груди больно сжалось. Его взгляд был полон ярости за неё, но он всё равно молчал. — Значит, я угадал, — произнёс он, глядя на Джоэла, как будто только что завершил сложную головоломку. — Итак, Джоэл, ты был прав. У тебя есть что-то важное, и теперь ты понимаешь, что я могу забрать это у тебя. Я думал, кто из вас сильнее, кто будет держать молчание дольше. Но твоя слабость, Джоэл... в ней есть кое-что личное. Джоэл гневно сверкнул глазами, но не сказал ни слова. Он знал, что каждое слово здесь – это шанс проиграть. Но они не понимали, что их игра с ним это не то же самое, что с другими. Он уже пережил многое, и его выдержка была не просто сильной – она была железной. — Впрочем, — продолжил губернатор, подходя ближе, — давай проверим, насколько далеко ты готов зайти, чтобы защитить её. Посмотрим, как долго ты сможешь выдержать. Джоэл почувствовал, как руки затекли в наручниках, но он не позволил себе проявить слабость. Его взгляд не отрывался от Райли, и хотя ему хотелось рвануть вперёд, он знал, что сейчас важно не поддаться эмоциям. Губернатор покачал головой с лёгким сожалением, но не отводил взгляда от Джоэла. — Понимаешь, Джоэл, если ты не будешь сотрудничать, это закончится больно. Для неё. Тебе это ясно? Райли пыталась поднять голову, и её голос был почти неслышным: — Не слушай его, Джоэл. Мы выдержим...Я...я Губернатор усмехнулся и взглянул на Райли. — Ты так уверена, малышка? Мне нравится этот настрой. Но ты и твой приятель ещё не поняли, что здесь нет выхода. Вы в моей игре теперь. Джоэл стиснул зубы, его тело напряглось от злости Он знал одно – он не сдастся. Но самое страшное было то, что он не мог помочь ей. Райли, которую он так берёг, так защищал, стояла прямо перед ним, и ей наносили удар за ударом. Он видел, как её тело сотрясается от ударов, как её лицо искажается от боли. Он слышал её хриплый, подавленный крик, и это било его по самым уязвимым местам. Сердце сжалось, и его гнев рос, но он молчал. Он знал, что если он сдадится, если он скажет хоть слово, то они смогут уничтожить всё, ради чего они боролись. "Но как остановить это? Как не дать ей страдать?" Он рвался, как зверь в клетке. С каждым новым ударом его инстинкты становились всё более яростными. Он так сильно пытался вырваться из наручников, что мышцы напрягались до предела, его руки так сильно болели, что казалось, вот-вот откажут. Он не мог, не мог просто сидеть и смотреть на это. Он чувствовал, как его внутренности выворачиваются, как его желание сделать что-то, остановить их, растёт с каждым мгновением. Но нет. Он должен был держаться. Райли была его слабостью, но он не мог позволить себе сломаться. Он должен был думать о будущем, о том, что их лагерь ещё был там, где они могли быть в безопасности. Он должен был защитить её не словом, а действием, когда придёт момент. Её тело била судорга, но она этого уже не чувствовала. В какой-то момент удары слились в единый гул, неотличимый от биения её сердца. Всё, что было Райли, – растворялось. Она стала частью боли, частью страха, частью этой тьмы, что медленно поглощала её. Её разум плыл где-то далеко, как будто не с ней происходило всё это. "Джоэл... где он? Был ли он здесь? Почему он не говорит? Почему никто не говорит?" Кровь стекала по виску, забивая глаза. Она моргнула, и не увидела ничего. Только тусклый свет лампы над собой и серые пятна, расползающиеся по полу. Холод... такой холод... Её пальцы едва шевелились. Хотелось просто свернуться, исчезнуть, забыть. Она лежала, сломанная, и с каким-то детским упрямством цеплялась за мысль: "ещё немного, я выдержу, ещё чуть-чуть..." Но дыхание стало тяжелее, веки – словно налились свинцом. "Я просто закрою глаза на минутку," — Я убью тебя, слышишь?! Ты, сукин сын, я тебя из-под земли достану... убью... Он захлебывался от ярости и боли, кровь хлестала из разбитой брови, но он даже не замечал. Всё, что он видел –это Райли, в крови, без движения, словно выжженная оболочка себя. Она больше не стонала, не шевелилась. И именно это пугало его больше всего. Губернатор лишь усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень сомнения. — Вот теперь ты говоришь. Всё просто, правда? — он подошёл ближе, почти касаясь Джоэла. — Отдай мне лагерь, и она выживет. Хотя… если она ещё может. — Я тебя прикончу. Медленно. По кускам. — процедил Джоэл, и в его взгляде было нечто такое, от чего даже самым хладнокровным должно было стать не по себе. — Уведи его, — коротко бросил губернатор, отходя. — И если к утру он не станет говорить… начнём с Дэрила. А Джоэл продолжал смотреть на Райли. — Только держись, только выживи… я вытащу нас. Обещаю. Джоэл тряс головой, будто пытался стряхнуть наваждение, но перед глазами стояла Райли – окровавленная, бездвижная, как когда-то он сам лежал под руками Эбби. Он слышал крик Элли тогда, отчаянный, надломленный… и вот теперь тишина. Ему было нечего терять. Кроме неё. И он знал – выберется. И она тоже. Иначе всё, что он пережил, не имело бы смысла.

***

Жара стояла глухая, как в преисподней. Двор перед городской ратушей был заполнен жителями Вудбери, которых согнали на "показательное правосудие". Губернатор стоял на импровизированной трибуне. Перед ним – два брата: Дэрил и Мерл, избитые, связаны, стоят на коленях. — Измена, шпионаж, угроза нашему городу. За это смерть, — спокойно сказал Губернатор, вскинув руку. Толпа молчала. Мерл спрыгнул в сторону, с усмешкой глядя на "толпу овец" — Ну давай, шоу-то начинай. Я надеюсь, ты себе красную ковровую дорожку постелил, урод. Дэрил молчал, голова опущена, И тогда – выстрел. Гулкий, резкий. Один, второй. Крики. Вудбери взорвался. — Нападение...— заорал кто-то из охраны. Сквозь дым и крики в город ворвались люди – Мэгги, Гленн, Эндрю с винтовкой, и сам Рик. Пули засвистели, началась паника. Рик нашёл Дэрила первым, перерезал верёвки. Мерла вытащили, таща на себе – он хромал, но не ныл. В переулке они увидели избитого Джоэла – тот, как зверь, сам едва шёл, но на звук имени "Райли" поднял голову. — Где она? — прорычал он. Мерл повернулся, отводя взгляд. — Поздно… Она… Губернатор убил её. Я видел. Он бросил её в подвал. Она не двигалась. Джоэл застыл. Мир остановился. Воздух исчез. Только пульс – в висках, в груди, в каждом нерве. — Нет. — Джоэл… — начал Рик. — Я сказал нет. — Джоэл прошёл мимо, шатаясь, но уже направляясь туда, где мог быть тот подвал. Рик догнал его через минуту. Джоэл не сопротивлялся. Его руки висели безжизненно, как и всё внутри него. Он смотрел на кровь на бетонном полу, будто всё ещё надеясь увидеть там дыхание… хоть шевеление… хоть голос. Но ничего не было. — Она могла… выбраться? — прошептал он. Глупая надежда, последняя соломинка. Рик посмотрел на него и промолчал. Он знал эту боль. Боль, которая жгла изнутри и отнимала всё. — Мы должны уходить, Джоэл. Ради неё. И ради тебя самого. Он подхватил Джоэла под руку, почти неся его тяжелого, как горе, как потеря. Они поднимались по ступеням, и каждый шаг резал воздух, как лезвие. И жизнь, в которую теперь придётся возвращаться без неё.

***

Райли лежала на холодной больничной койке, не в силах пошевелиться. Всё тело ныло, будто её раздробили по кускам и кое-как собрали обратно. Глаза открывались с трудом, в ушах звенело. Она слышала отдалённый грохот, выстрелы, крики, взрывы. Что-то горело. Что-то рушилось. Но она не могла понять, что происходит. Пальцы не сжимались.Руки не слушались. Её разум был как туманное болото, где мысли вязли и исчезали. "Они пришли… или это конец?" Она попыталась позвать – но горло выдало лишь хрип. Сквозь приоткрытую дверь она услышала шаги. Кто-то быстро прошёл мимо. Её сердце забилось сильнее. Надежда? Или новые мучители? Она зажмурилась. Все силы ушли на одно слово, которое едва сорвалось с губ: — Джоэл… Гленн вбежал первым, распахнув дверь, он ожидал увидеть всё, что угодно – кроме неё. Райли лежала на койке, почти безжизненная, израненная, с засохшей кровью на лице. — Чёрт… — прошептал он. — Она жива. Мегги! Сюда! Мегги влетела следом и застыла. Они оба слышали, как Мерл уверенно сказал: "Райли мертва" Но теперь перед ними было её бледное лицо, слабое дыхание. — Помоги мне, — быстро скомандовал Гленн, кивая на свою спину. — Закинь её. Я понесу. — Мы должны уходить. Прямо сейчас, — подтвердила Мегги, оглядываясь. — Весь город горит. Вместе, с Райли на спине Гленна, они бросились обратно к выходу

***

— Это всё из-за тебя, сука… — выдохнул Джоэл, резко обернувшись к Мерлу. — Это всё ты… Она мертва! И прежде чем кто-либо успел остановить его, Джоэл сорвался с места и налетел на Мерла, сбив того с ног. Удары сыпались один за другим – тяжёлые, полные боли, Мерл пытался отбиваться, но против Джоэла, разъярённого и обезумевшего, он был беспомощен. — Ублюдок! — кричал Джоэл. — Ты убил её! Ты… — Прекрати! — вмешался Дэрил, оттаскивая его с силой. — Прекрати, он мой брат! Джоэл вырвался, дышал тяжело, с кровью на губах и взглядом, в котором не осталось ни тени сочувствия. Он посмотрел на Дэрила, почти с отвращением. — Ты её убил… — прошипел он и сплюнул кровь у ног Мерла, прежде чем отвернуться и уйти в сторону, прочь от всех. Остальные молчали. Никто не знал, что сказать. Никто не смел спорить с человеком, который только что похоронил своё сердце. — Хватит! — рявкнул Рик, срываясь. — Мы дождёмся Мегги и Гленна. И как только они вернутся – валим. Обратно в тюрьму, ясно? Группа притихла. Напряжение повисло в воздухе, как перед ещё большей бурей. И тут фары вырвались из темноты – джип мчался к ним по пыльной дороге. Скрежет тормозов, резкий занос. Машина остановилась в шаге от них. — Скорее! — закричала Мегги, выглядывая из окна. — Она жива, но долго не протянет! — Кто?! — спросил Рик, подойдя и заглянув внутрь. На заднем сидении, вся в крови, неподвижная, но всё ещё дышащая – Райли. — Твою мать… — прошептал Рик. — Джоэл! — крикнул он. — Она жива! Где-то в стороне, в тени, Джоэл застыл. Его тело содрогнулось. Он развернулся, не веря. — Что?.. — выдохнул он, и в следующие секунды бежал спотыкаясь уже к машине. — Райли…Райли… ты...девочка... Её пальцы чуть шевельнулись, будто отвечая. — Все в машину. Живо.