Тайна школьного турпохода

Проводив Филиппа до лестничной клетки, Андрей возвращается в осточертевшей маленький кабинет. Иногда он мечтает прийти сюда и увидеть заколоченную дверь. Скидывает рюкзак возле свободного стула, и Айдар лишь на секунду прерывает речь, продолжая передавать анкеты.       — А что на счёт нас? — Саша удерживает в руках анкету Филиппа дольше, чем нужно, в отличии от всех пестрящими отметками на ней нет ровным счётом ничего. — Как мы себя будем оценивать?       — Я спрашивал об этом у Татьяны Михайловны и Петровны. — раздав все анкеты, которые они видели до этого миллионы раз, Айдар садиться на свое место. — Нужно обговорить ещё некоторые детали с губернатором, но у нас всех есть вполне шанс поехать за счёт средств бюджета. Катя, красивая длинноногая брюнетка, присвистывает и утопает в жёстком деревянном стуле. Слова Айдара становятся для всех приятной шокирующей новостью. Хоть раз в жизни они не будут жалеть, что ввязались в студсовет когда-то. Что когда-то не постеснялись показать свои достижения.       — И в итоге, сколько получается человек? — Андрей крутит анкету Филиппа в руках до последнего, но потом с горечью складывает её в большую стопку. Где-то внизу сердца что-то скулит.       — Десять девочек, десять мальчиков, — Айдар краем глаза смотрит на две неравнозначные стопки, в одной — анкеты, которые в итоге «выиграли» в общем голосовании, в другой — все остальные. — Мы с вами. Двадцать пять. Четыре педагога. Двадцать девять.       — А что история с лотереей?       — Ах, это, — в голове Айдара все перемешалось, он уже совсем забыл об этом. Он продолжает смотреть на кучу бумаг перед глазами, хотя душой он находится где-то далеко от этого места. — Да, Татьяна Михайловна сделает объявление во время следующего поднятия флага. Думаю, в понедельник.       — И что, — Саша сглатывает, не веря, что ему придётся произнести это, — какой-то бездумный дурачок, без особых достижений сможет поехать с нами без каких-либо затрат? Айдар пожимает плечами — ему тоже не совсем понятны мысли Татьяны Михайловны.       — Полагаю, что так.       — Зная, её любовь выставлять всю школьную жизнь напоказ, — Оля разворачивает ещё один мятный леденец и кидает в рот. — Радуйся, что она не успела устроить здесь голодные игры.       — А представь если выиграет какой-то наглухо отбитый?       — Как так вообще получилось, что один билет оказался лишний?       — Один из педагогов ушёл в декрет.       — Ты верно хотел сказать — «одна из»?       — Ой, заткнись. Айдар легонько похлопал по столу пустой тетрадью, привлекая к себе общее внимание.       — Как бы ни было, получилось так, что одно место осталось свободным. И с решением Татьяны Михайловной мы уже ничего не сможем сделать, — Айдар смотрит на часы и хмуриться, следующие слова прозвучат для этих ребят как спусковой крючок. — Имя этого человека мы узнаем только в понедельник вместе с оглашением списка. А сейчас все расходимся. Ребята покинули кабинет через доли секунд, продолжая зевать и жаловаться на свою никчемную жизнь. Только Саша остался стоять напротив Айдара. Даже Андрей, и то немного замявшись, очевидно неудовлетворённый списком или возможно собранием, покинул кабинет вскоре после всех.       — А список?       — Я повефу, — промямлил Айдар, держа в зубах две кнопки. Айдар закрыл дверь в кабинет и проверил её надёжность, дернув за ручку. Оттуда они вместе с Сашей спустились в холл, к центру пробковой доски между двух зеркально расположенных лестниц. В коридоре стоял запах моющих и Айдар, стараясь не оставлять следов передвигался на цыпочках. Он крепко прибил листочек со списком, куда ранее указала ему Татьяна Михайловна и отошёл на пару шагов назад, оценивая проделанную работу. Листок весел ровно, но на душе все равно почему-то было погано.       — Расстроился, что кто-то не попал туда? Саша наблюдал за Айдаром с тех пор, как они спустились к лестнице. Вообще-то он хотел спросить его о ком-то большем, но пока был способен только на это. Он боялся, что один неосторожный вопрос и Айдар снова от него закроется.       — Возможно, — Айдар пожал плечами, будто это не значило ничего серьёзного, и поспешил добавить, — в конце концов, в школе много талантливых и усердных ребят, которые не попали в этот список по тем или иным причинам. Это не может не расстраивать.       — Какое милосердие, — Саша закинул рюкзак и провел пальцем по списку. В конце концов что ему ещё оставалось делать, когда его друг скрывал от него очевидное — такие вещи как имена, или даже целых людей?       — Что же, до понедельника, Саш? Айдар выглядел скучающим или расстроенным, или возможно и тем и другим, но парень понял, что сегодня с него бесполезно что-либо спрашивать. Он закусил губу и пробубнил:       — Конечно. Через секунду его рюкзак уже скрылся под пролетом лестницы. Только тогда Айдар смог вздохнуть, и облокотившись на стенд рукой остаться наедине с собой, чтобы спокойно переварить свои мысли.

***

      — Ой. Филипп застыл с вилкой в руках, будто он случайно прикусил язык. Только дело было не в этом. Он неожиданно вспомнил о том, о чем следовало подумать заранее.       — Что значит твоё «ой»? Они ужинали на кухню вдвоём, как обычно, самые поздние. Все остальные домочадцы уже давно разошлись по комнатам и только Чарли сидел и смотрел на Айдара и Филиппа в слепой надежде, что ему что-то перепадет из чужой тарелки.       — Я забыл, что завтра... — Филипп нахмурился. Он чувствовал себя сконфуженно, что не подумал, пожалуй, об одной из самых важных вещей. — Ты ведь завтра работаешь, Айдар?       — Э-э, да, — Айдар ковырнул помидорку и запихну её в рот, — как обычно.       — Я, — Филипп посмотрел на настенные часы, и встал со стула. Уйдя сейчас, он рискует, что Чарли воспримет его уход, как прямой знак того, что Филипп не собирается доедать, — должен позвонить Андрею.       — Постой, погоди, — если бы не быстрая реакция Айдара, то Филипп, бы уже давно стоял в комнате, сейчас же он держал его за руку, — случилось что?       — В общем я, не знаю, как сказать...       — Да уж скажи. Давай.       — Андрей позвал погулять и я согласился.       — Проблема то в чем?       — Он позвал нас.       — Ох, — рука Айдара ослабла на запястье Филиппа. Он не был расстроен, а если и был, то этого не понимал. Скорее всего он был удивлён, немного шокирован. Да, скорее всего так. У него и в мыслях не было злиться на Филиппа с его короткой памятью и тотальной рассеянностью. Беспорядком в вещах и в голове. Он был не удивлён, что узнал об этом так поздно, несмотря на свое непосредственное участие. Если бы не работа, то Филипп, возможно, мог бы просто завтра разбудить его со словами: «Вставай, Айдар, одевайся. Мы идём гулять с Андреем. У тебя нет выбора. Подъем». И Айдару просто бы пришлось с этим смириться. А сейчас, что ему необходимо сделать? Подавшись неустойчивому душевному порыву, он потянул Филиппа на стул и тот с лёгкостью осел. Их ужин ушёл на второй план. Чарли только с виду, умирающий с голода, жалобно заскулил положив морду на носок Айдара.       — Сядь, — немного запоздало ответил Айдар, Филипп уже послушно сидел на месте и не мог избавиться от ощущения, впрочем, как и от физического присутствия руки другого парня на его кисти. — Что собрался делать?       — Как на допросе. Только в лицо лампой не свети. — Филипп свободной рукой потянулся к листу салата у себя в тарелке и засунул его в рот. — Фто, фто? Отменять все конечно, у тебя же работа.       — А во сколько хотели пойти?       — В часа три-четыре. Наверное.       — Ну, на два часа раньше я могу отпроситься. Филипп поднял голову и встретился с лицом Айдара. Ему было важно понять шутить тот или нет. Слова Айдара казалось невозможно было воспринимать всерьёз. Его глубокий спокойный голос ровным счётом не говорил, что он думал об этом затее. Хотя сам Филипп ставил на то, что Айдар захочет отказаться. Именно по этой причине он, наверное, и не сказал ему сразу. Он боялся, что тот откажет, а Филипп упустит пусть и крохотный шанс, но все равно шанс наладить их взаимоотношения. Он уже не говорил о том, как для него это было важно.       — Правда? Филипп, не зная зачем накрыл пальцы Айдара своей рукой. Он не мог поверить в то, что его друг согласен и с особым рвением пытался в этом убедиться. Будто его пальцы, тепло передающиеся из пальца к пальцу, могло ему об этом сказать.       — Правда, Филипп. Рука Айдара выскользнула из-под чужой, еле заметной хватки, и снова оказалась у хозяина на коленях.       — Правда-правда? — слегка щурясь предпочёл переспросить Филипп.       — Слушай, если ты ещё раз спросишь — я передумаю.       — Нет, не надо. — парень круто развернулся на стуле и кончики его рта заиграли в предвкушающей улыбке. — Давай вернёмся к ужину.       — Именно.