Приёмный сын

-- Так, Кость, на пару слов. Женя, ты будь тут, остаёшься за старшего в кабинете до ужина, хорошо? Женя удивлённо кивнул, ведь изменения в поведении мужчины не были предсказуемыми и не поддавались логике, с позиции самого Жени. А Данзас так же удивлённо проследовал за Ваней, как оказалось, в спальню. Не пошутить оказалось невозможным и Костя с усмешкой сказал. -- Если ты так по мне соскучился, мог ведь спокойнее повести меня сюда, зачем было пугать Женю? Но по снисходительно поднятым бровям Вани, тот понял, что это не было уместно. -- Ладно, глупая шутка. Но что случилось? Чего такой нервный? Пущин сел на кровать, а Костя встал на корточки перед ним, положив руки на колени и смотря в глаза, терпеливо ожидая, пока Иван сможет заговорить. Тому же действительно было тяжело начать и он метался от мысли к мысли, бегая глазами по коленям и по Костиному лицу. С чего начать? С розыска Жени? С полицейского? С волнений и планов? В сущности, тем было немного, но голова Пущина уже от них разрывалась в щепки, пока перед ним сидел спокойный слушатель, который своим сочувственным взглядом наблюдал за метаниями Вани. Решив, что нужно как-то вернуть запутавшегося Ивана на землю, Костя с кряхтением поднялся с пола и сел рядом с Пущиным, который проследил за его действиями немного нервно. Ваню обняли за талию, целуя в нос и щёку. Немного удивленный, а оттого менее задумчивый Пущин, часто поморгал и вопросительно посмотрел на Данзаса, но тоже приобнял его. -- Давай по порядку. Сначала что случилось, а потом уже твои мысли. Мне важно всё понять. Хорошо? -- Вчера приезжал полицейский и спрашивал про Женю. Говорил, что они по всему городу его искали, а теперь переключились и на загородное жильё. В общем, Жене даже здесь не очень безопасно и, честно говоря, чудо, что вы смогли приехать сюда, не встретившись с полицией. Или встретившись? Что у вас вообще было? Пущин говорил нервно, невпопад, иногда запинаясь и резко вдыхая между словами. В общем, волнительно. Костя на это погладил его по волосам и так же завораживающе и успокаивающе ответил. -- Нет, не встретили мы никого. Вернее, умело избегали встреч с любыми видами полиции. Я специально вёл его так, чтобы никто нас не заметил особо, даже учитывая, что мы с ним, вроде, не местные. Мы сходили в магазин, там Жене купили одежды и спокойно без происшествий добрались до трактира, где и поели. Но так как там был велик шанс столкнуться с полицией, мы решили не ночевать там. Тогда уже начался снег. Мы пришли в ближайший постоялый двор и там уже спокойно переночевали, позавтракали, а затем вернулись сюда. И, кстати, оба голодные. Может, стоит попросить слуг сделать полдник, а не ждать ужина? Обед уже, ведь, пропущен. И правда. Все жители дома пропустили обед, все были голодны, а это может подождать и конца их приёма пищи. Ваня еще немного посидел молча, обдумывая сказанное Костей. Буря в голове окончательно улеглась и теперь ясно стало понятно какие есть варианты действий. Но, пока что, голодная троица должна была поесть. Думать на голодный желудок ужасно гиблая затея, особенно по мнению Данзаса. Так что, Ваня, побыв ещё немного в объятиях Кости и обменявшись с ним парой поцелуев, всё же пошел озадачить прислугу приготовлением им сытного перекуса. Дожидаясь его, Мужчины ещё обсудили поездку Кости и Жени, Ваня пожаловался на слова полицейского и немного повозмущался несправедливостью полиции, а затем они ещё немного просто молча обнимались. Всё же, они в последние два дня не были наедине совсем и даже обсудить то, как они скучали, не могли. По истечению срока готовки, Ваня пошёл приглашать Женю, а Костя сразу пошёл вниз в столовую. В столовой собрались они втроём и достаточно спокойно поели. Женя с Костей наперебой рассказывали о случившемся в поездке. После такого милого диалога Пущин встал из за стола и подошел к Данзасу. -- Костя, нам надо поговорить. На это Женя встрепенулся и заинтересованно навострил уши, но Иван успокаивающе обратился к нему. Костя же лишь понимающе молчал. -- А вы, Евгений Юрьевич, можете быть свободны. Мы будем обсуждать финансы, налоги и пошлины. Хотите послушать? -- Не-не-не-не-не Сказал и без того заскучавший Женя, убегая из столовой, что только пятки сверкали. Иван наконец выдохнул и дал выход своему уставшему и обеспокоенному лицу. Мысли снова начали роиться в голове Пущина. Константин сейчас тоже, вслед за другом, стал серьезным и похлопал его по плечу. Иван на это взял его запястье и потёрся о него щекой по-кошачьи. -- Так что именно ты хочешь обсудить? -- То что нам делать, чтобы Женя остался с нами. Мужчины снова сели за стол, но уже за соседние стулья. Говорили они тихо, но эхом по комнате разносилась их речь. -- Не выход оставлять всё, как есть. Полиция и школа, естественно, на ушах и кто-то явно получит, если Женя не найдётся. К тому же и нам придется постоянно прятаться и от полиции, и от людей в принципе. Вдруг донесут. Тут встала пауза, где Костя согласно закивал. Он задумчиво посмотрел на их руки по очереди и взял запястье Вани в своё. Так было им обоим спокойнее. -- Да, ты в этом прав. Но что нам стоит делать? Можно сейчас будет поехать и выдать его таки полиции? Мы ведь даже знаем куда он вернётся, мы сможем его забрать. И тут, с топотом, Женя вбежал столовую, чем до чёртиков напугал обоих мужчин. -- Я НЕ ХОЧУ ОБРАТНО! Прокричал ужасно напуганный кудрявый мальчик. Оказалось, убежал он показушно, а потом вернулся и тихо подслушивал. Женя стоял посередине комнаты, сжав руки в кулаки и напряжённо и глубоко дыша. Он ужасно напуган и выглядит как будто сейчас заплачет. -- Женя, пожалуйста, давай - начал Пущин, но его перебили -- Я НЕ ПОЙДУ! И он топнул ногой, не зная как ещё подкрепить важность своих слов. Иван же выпустил свою руку из Костиных и подошёл к еле живому и бледному от страха ребёнку. -- Жень, пойми, пожалуйста... Снова начал Иван успокаивающе, положив руку на плечо мальчика, ноздри которого раздувались от неспокойного дыхания. -- Не пойму. Я не хочу вернуться в ту школу. Никогда туда не вернусь! -- Тебе придётся. - вступил в разговор Данзас, тоже подошедший к ним - Мы не сможем тебя прятать долго. В школе, наверняка, все на ушах, а полиция заходила к Иван Ивановичу. Про тебя спрашивали. А если узнают, что мы тебя тут прячем, то уже нам несдобровать и нам тебя уж точно не отдадут ни за какие деньги. Он немного преувеличил, но это оказалось достаточно понятно для Жени. Он шмыгнул и сложил губы так, будто сейчас заплачет, а затем вытер нос рукой. -- А вы меня - его речь прервалась на шмыг - точно вы оттуда заберёте? Мальчик с надеждой посмотрел на обоих взрослых, которые оба кивнули, а Пущин вдобавок его обнял за плечи, сидя на корточках рядом. -- Конечно, Женечка. Ты нам ужасно полюбился, как же тебя можно отпустить? Женя всхлипнул и опустил голову, чтобы никто не видел, что глаза у него заслезились, но его обнял ещё и Костя с другой стороны, так что пришлось вдобавок потереть глаза руками. Все трое стояли там какое-то время, пока Иван чуть не упал из-за уставших ног и все пересели на стулья, уверяя уже в который раз мальчика, что им он уже родной и его никогда и никому не отдадут. Уже через час они ехали все втроём в город, чтобы отдать Женю полиции, а потом и в школу. Пущин с Данзасом были настроены решительно, а Женя напугано перебирал в руках свой блокнот.