Приёмный сын

Они ехали втроём в город, чтобы отдать Женю обратно в школу. Пущин с Данзасом были настроены решительно, а Женя напугано перебирал в руках свой блокнот. Иван Иванович смотрел в окно и стискивал зубы. Было какое-то плохое предчувствие по поводу всей этой затеи, будто можно решить всё иначе и что-то нехорошее минует их, но никаких идей не было. Решительно нужно было всё выполнить в ближайшее время, но страх трепыхался свечкой на задворках мыслей, раздуваемый ветром мыслей. Неосторожное движение и пожар. Константин Карлович же напротив, был спокоен. Он был знаком с этой системой, впрочем, как и Пущин, знал куда давить, что сделать, чтобы получить своё законно. Он был даже в какой-то степени беспечен, но старался не мешать Ване с его эмоциями. В любом случае, он никак не мог помочь, кроме того, как находиться рядом, что он и делал, сейчас держа Пущина за руку. Поездка заняла достаточное количество времени, поэтому приехала компашка немного измотанной, но всё так же не лишённой решимости. Все, кроме Жени, который всё так же боялся остаться в этой школе навсегда. Повозка остановилась и вся троица вышла из неё по очереди. Перед ними стояло деревянное здание школы. Тоже достаточно новое, как многие из зданий рядом. Чтобы зайти, ничего особенно не потребовалось и, как удачно, они попали на самый конец занятия и удалось не ждать долго. Пущин, почему-то взявший на себя ответственность за это, подошёл к учителю, который вышел из кабинета и остановил его. Учитель попервой посмотрел на, в своих глазах, странного рыжего мужчину с опаской, а затем его глаза широко расширились от удивления. Нашёлся? Неужели? Мужчина глянул за спину Пущина и увидел Женю. Будто никуда не убегал. Немного справившись с удивлением, учитель вернул свой взгляд на Ивана. -- Здравствуйте, Иван Иванович.. Я.. Я Федор Игоревич Карамышев.. А - он хотел что-то спросить, но решил прервать себя и махнул рукой в сторону, чтобы гости следовали за ним- Идёмте в кабинет. Дети почему-то оставались в кабинете, откуда вышел Федор, а сейчас звучал тихий гомон разговоров. Пущин, Данзас и Окороков шли немного сзади от Карамышева, а тот вёл их куда-то по тёмным коридорам. Из открытых дверей лился тёплый солнечный свет, но двери располагались достаточно далеко друг от друга, а оттого и света было мало. Плюс многие из дверей были закрыты, особенно в конце коридора, где, вероятно, были кабинеты поменьше. Федор открыл одну из дверей (не вполне понятно как, ведь в этой части коридора видно вообще ничего не было) и пропустил всех гостей и Женю внутрь. Сказал мужчина, проходя и садясь в кресло у стены. В комнате напротив двери было большое окно, слева от двери стоял стол с тремя креслами - один у стены, куда и сел учитель, и два с другой стороны стола, а справа от двери стоял большой книжный шкаф, заполненный до отказа. -- Итак, Иван Иванович и... Он указал на Костю вопросительно -- Константин Карлович Данзас. -- Да. Я благодарен, что вы привели Женю целым и невредимым, насколько я могу судить, но, позвольте поделиться со мной что случилось и как он у вас оказался. Все взрослые сидели на стульях, а Женя, как неприкаянный, стоял рядом с Иваном и Константином, будто прячась за Пущиным. -- Знаете, мой друг нашёл Женю в городе, но прежде чем разобраться в чём дело, решил отвезти его вместе с ним. Тогда он, как раз, направлялся ко мне в гости и так Женя оказался у меня в доме. Уже на следующее утро мы узнали правду, а сегодня уже сидим перед вами. -- Да, весёлая история Федор покосился на Женю, а тот машинально пригнулся и взгляд учителя упал обратно на лицо Ивана. -- Благодарю за то, что привели его обратно, но, если вы ожидаете вознаграждения... Но учителя прервал сам Пущин -- Ни в коем случае. Федор Игоревич, мы.. Вернее, я хотел бы взять мальчика к себе на попечение. Усыновить. Федор недоверчиво прищурился и оглядел сначала Ивана, а затем Константина. Его взгляд выражал так же и немного осуждения, но больше именно недоверие. Но недоверие сменилось задумчивостью. Мужчина явно заинтересовался предложением забрать надоедливого ученика, но недоверие к ссыльному революционеру тоже было. После около десятка секунд ожидания, когда молчание уже почти стало неловким, Федор поднялся с кресла, чем немного удивил гостей. -- Предложение вполне интересное, но позвольте мне посоветоваться с учительским составом и проверить кое-что связанное с Евгением. К тому же, нужно уведомить полицию, чтобы они смогли прекратить поиски, раз мальчик в порядке и нашёлся. Пущин тоже поднялся со стула, когда увидел, как Карамышев медленно подошёл к Жене и повёл вместе с собой к выходу, держа руку на его лопатке. -- Федор Игоревич, а, предварительно, вы не могли бы сказать получится ли забрать Женю? -- Предварительно я не могу быть уверен, но вам, в любом случае, нужно будет подождать. Пущин с Данзасом пошли следом за учителем и Женей, которые шли в сторону лестниц в холле. Наконец-то заговорил и Костя. -- Тогда, может, вы укажете нам время, когда нам вернуться? Звучит так, будто сегодня у вас слишком много дел, связанных с Женей. Может завтра в то же время? Учитель остановился и повернулся к мужчинам, которые всё так же шли за ним хвостиком, и кивнул в сторону входной двери. -- Сейчас вы здесь не сможете ничего сделать. Можете идти. И, да, действительно, можете завтра прийти в то же время и уже с вами мы договоримся. Костя и Ваня кивнули друг другу, попрощались и с Федором Игоревичем и Женей поочерёдно, и вышли из здания. Мальчика повели в его комнату, а Мужчины пошли по городу, обсуждая свои дальнейшие действия.