Позволь мне быть твоей опорой

К великому сожалению, поиски логова Сюань Юя затянулись куда дольше, чем рассчитывали Фэн Синь и его компания. Хуа Чэн многое знал, но украшение, что дал ему Фэн Синь помогло лишь отчасти. Путешествие всё равно заняло более пяти дней. За это время им приходилось сталкиваться с приспешниками Сюань Юя, но тем не менее они не представляли угрозы, несмотря на немалое их количество: всё же Се Лянь и Фэн Синь являлись сильными Богами Войны, а Хуа Чэн — «непревзойдённым» князем демонов. Фэн Синь терзался мыслями о Му Цине, боясь, что каждое мгновение промедления в поисках может привести к неизбежному и чему-то страшному. Из-за этого он не мог сомкнуть глаз, хотя Се Лянь и настаивал на том, что отдых необходим, но Фэн Синь противился, отрицая очевидное. Он понимал, что стоит беречь силы, но в то же время разум не давал покоя. — Я… я так не могу, Се Лянь, — в очередной из привалов Фэн Синь сидел за столом, подпирая рукой щёку. — Он… он ведь там совсем один… «Ну кто просил тебя убегать? — тем временем бранился он в мыслях. — Ведь я… демоны тебя побери! Му Цин! Уж лучше бы ты посылал меня, а сейчас…» Лицо Фэн Синя было бледнее обычного, взгляд — понурым, а под глазами виднелись иссиня-черные круги, свидетельствуя о том, что за все эти дни великий генерал Няньян не сомкнул глаз ни на один шичэнь. Он пытался сохранять спокойствие, но выходило это из рук вон плохо. Так ещё и тело предательски «кричало» об усталости. Каким бы сильным он ни был, сейчас его божественная ци была на пределе возможностей. Ещё одна такая бессонная ночь, и спасать нужно будет не только Му Цина, но и его самого. — Если ты так продолжишь, то как ты сможешь ему помочь? — с укоризной произнёс Хуа Чэн, которому уже надоело упрямство их спутника. — Если бы не гэгэ и то, что этот Сюань Юй переполошил мой Призрачный город, думаешь, я бы стал с тобой таскаться? — Саньлан, прекрати, — перебил его Се Лянь. — Они оба мои близкие друзья, а Фэн Синь… скажи, что бы делал ты, если бы такое произошло со мной? — Не произошло бы! — Саньлан, не будь столь самоуверенным, — покачал головой Се Лянь. — Что, если бы меня похитили? — Се Лянь, не стоит, — покачал головой Фэн Синь, проведя пальцем по бортику пиалы с уже остывшим чаем. — Твой Искатель Цветов даже мысли не допустит, чтобы с тобой что-то случилось… — Всё верно, потому что такое и не может произойти, — уверенно заявил Хуа Чэн, делая глоток из своей пиалы. — Хотя не стоит ли мне напомнить Искателю Цветов, как наш Наследный принц попал к Безликому Баю? — подняв на Хуа Чэна наглый, насколько это возможно в его состоянии, взгляд, сказал Фэн Синь. — Или то, когда его пронзали мечом в почти разрушенном храме? Хуа Чэн сжал пиалу так сильно, что на руке выступили вены: то, как генерал Наньян умел бередить старые раны, припоминая прошлое, раздражало настолько, что он был готов накинуться на этого языкастого, когда не просят альфу, но сдерживался лишь ради Се Ляня. Хуа Чэн и так до сих пор не мог простить себя за прошлое, а сейчас его будто насильно окунали в те события, напоминая о том, когда он не сумел защитить любимого. — Фэн Синь, это уже слишком! — Се Лянь не хотел просто молча наблюдать за ними, поэтому прервал зарождающуюся ссору. — Саньлан не мог ничего сделать в те моменты… — Се Лянь, так как я могу быть спокойным, когда Искатель Цветов продолжает насмехаться? — возразил Фэн Синь. — Му Цин мне очень дорог, и я… я хочу наконец-то найти его! Что если Сюань Юй пытает его? Или того хуже… — Фэн Синь, мы обязательно найдём его, но тебе необходим сон, — спокойным тоном, словно уговаривал ребёнка, произнёс Се Лянь. — Я понимаю твои переживания, но мы его вытащим… главное, для его спасения ты не можешь позволить себе поддаваться тревоге! Ты должен быть твёрдым в своих решениях и быть сильным ради Му Цина… Фэн Синь хотел было что-то сказать, но в горле стоял ком, не давая произнести ни слова. Потухший взгляд и то, как он едва держался, чтобы не упасть без сил — всё говорило об усталости, которую он пытался скрыть. Пусть он и понимал, что не стоило сейчас браниться с Хуа Чэном, но и приближающийся гон, и волнение за любимого беспокойного омегу — всё будто смешалось и не давало нормально мыслить. «Как он может отправлять меня отдыхать, когда Му Цин там один, — тревожные мысли продолжали погружать голову в предательский страх. — Я должен… должен ради него…» — Генерал Наньян, как бы мне ни претила ваша компания, но я соглашусь с гэгэ, если ты продолжишь в том же духе, то в итоге будешь совершенно бесполезен, — покачал головой Хуа Чэн. — Мы останемся на этом постоялом дворе, а наутро двинемся в путь. Город Фэнду уже близко, значит, нам стоит приготовиться к бою… Эти слова звучали логично и разумно, ведь несмотря на то, что Хуа Чэн и обладал немалой демонической силой, истощённый небожитель в лице Фэн Синя стал бы для них сейчас лишь обузой. Он подозревал, что найдут они Му Цина не в лучшем состоянии. Но одно дело, если все они будут полны сил, а другое, если придётся ещё и Фэн Синя вытаскивать из передряги. Сюань Юй и прежде был костью в горле Хуа Чэна как главы Призрачного города, из-за чего он и хотел поскорее поставить наглого демона на место. «Му Цин всё же один из Богов Войны… но в то же время он омега, — размышлял Хуа Чэн, переводя свой взор со своего супруга на Фэн Синя. — Сюань Юй может использовать это против Му Цина… вот только как далеко он зайдёт…» Почему-то сейчас мысли Хуа Чэна стали крутиться вокруг вспыльчивого небожителя. Он помнил один из последних визитов Му Цина в Призрачный город, и их сыну очень понравилось проводить время с ним. Хуа Чэн не был глупцом, пусть и небожители для него почти все были весьма неприятны, он прекрасно понимал, что и Му Цин, и Фэн Синь дороги его супругу. Да и их сын был весьма смышленым мальчишкой, и как знать, когда он повзрослеет, с кем построит семью, к тому же Хуа Чэн не хотел лишать ребёнка одного из «родственников». Он был уверен, что их маленький А-Сянь вырастет достойным и никогда не причинит вред другому без явной на то причины, и даже подумал о том, что совсем не против, если Му Цин будет заглядывать в Призрачный город нянчиться с их ребёнком, ведь по его мнению это могло помочь с тем, чтобы этот неугомонный омега и сам задумался о будущем потомстве. На какое-то время между ними воцарилось молчание: каждый был погружён в свои мысли и переживания. Первым нарушил тишину Се Лянь, словно возвращая своих спутников в реальность: — Саньлан, Фэн Синь, нам пора отдохнуть, — спокойный голос привлёк внимание обоих. Хуа Чэн положил ладонь поверх руки супруга и едва заметно улыбнулся. Он прекрасно понимал, что тот не допустил их перепалки с Фэн Синем и хотел лишь сохранить боевой настрой, да и наконец-то, чтобы генерал Наньян перестал спорить и отправился в постель. — Ваше Высочество, увидимся утром, — кратко кивнул Фэн Синь, поднимаясь из-за стола. — Прошу извинить меня, что доставляю столько хлопот… Он отправился на второй этаж, где для них уже заранее были подготовлены комнаты: отдельная для Фэн Синя и совместная для Се Ляня с супругом. Оказавшись в небольшой комнате, Фэн Синь устало повалился на кровать, прямо в походном одеянии. Мысли не могли успокоиться, но глаза предательски слипались. Сил держаться без сна совершенно не оставалось. Как бы он ни переживал, его спутники были правы: если сейчас он намеренно будет лишать себя отдыха из-за тревог, то станет абсолютно бесполезен. Тем временем Хуа Чэн и Се Лянь отправились в соседнюю комнату. Между ними витало напряжение: Искатель Цветов злился из-за упрямства Фэн Синя, а Наследный принц пытался сохранять трезвый рассудок, чтобы они смогли без препятствий вызволить Му Цина. — Гэгэ, как думаешь, как далеко мог зайти этот демон? — уже лёжа в кровати, Хуа Чэн посмотрел на супруга, сплетая с ним пальцы. — Как бы эти двое ни были невыносимы, но… я понимаю Фэн Синя… — Саньлан, тогда… зачем ты стал его упрекать? — приподнявшись на одном локте, Се Лянь с интересом посмотрел на любимого. — Ведь… ты бы и сам не находил себе места, случись что со мной… — Гэгэ, я не могу допустить этого, но… в этом есть доля истины, — согласился Хуа Чэн, склоняясь ближе, оставляя легкий поцелуй на губах напротив. — Ты и наш сын — самое дорогое, что у меня есть… — Саньлан, я благодарен тебе, что ты отправился, чтобы вызволить Му Цина, — ответил сквозь поцелуй Се Лянь. — И ты, и А-Сянь — самое важное и ценное, что есть у меня, но Фэн Синь и Му Цин — мои друзья, и мы не можем просто оставить это так… — Прошло уже пять дней, гэгэ, — тихо заметил Хуа Чэн. — Сюань Юй заплатит за всё… но, позволь мне разобраться с ним самому… — он прикрыл глаза, о чём-то задумавшись, а после кратко поцеловал любимого в лоб. — Я не буду в это вмешиваться, Саньлан, — отозвался Се Лянь. — Но сейчас нам всем необходим отдых… — Ты прав, Моё Высочество, — кивнул Хуа Чэн, накрывая их одеялом, а после, приобняв супруга за талию, прикрыл глаза. Се Лянь прижался ближе и уткнулся носом в шею своего любимого демона, засыпая прямо так, в его объятиях. Сейчас они были на пределе своих сил, отчего довольно скоро погрузились в сон. Фэн Синь в этот момент ворочался на кровати, мысли не давали ему покоя, но он заставил себя хотя бы немного расслабиться. Все эти дни Се Лянь и впрямь возился с ним, как с ребёнком. Именно поэтому Хуа Чэн сегодня и не выдержал: мало того, что он изначально не хотел отправляться вместе с Фэн Синем, так ещё и вёл он себя, словно капризный мальчишка: то отказывался от еды, то ото сна, то пытался сцепиться с ним самим, даже если повода не было. Фэн Синь довольно скоро беспокойно уснул, а образы в голове заставляли лицо хмуриться. Он ворочался на кровати почти всю ночь и лишь под утро смог немного успокоиться. За эти дни все трое стали неплохой командой, а Хуа Чэн на многое закрывал глаза, оправдывая это тем, что как только их «миссия» закончится, то он сможет забыть о Фэн Сине и навести порядок в Призрачном городе. Работы предстояло немало, главное, было схватить виновника всех бед.

***

На следующий день Се Лянь, проснувшись первым, коснулся щеки супруга и улыбнулся, видя, что он ещё крепко спит. Он знал, что демоны могут обходиться без сна, но сейчас этот небольшой отдых был нужен им всем. Любуясь спящим альфой, Се Лянь погрузился в мысли о том, смогут ли они успеть вовремя, отчего его брови невольно сдвинулись. Хуа Чэн вскоре распахнул свой единственный глаз, тут же перехватывая руку супруга, чтобы он не убирал её с щеки. Он чувствовал, что Се Лянь явно встревожен предстоящим сражением, ведь все прекрасно понимали, что без боя им не обойтись, но сам Хуа Чэн был спокоен, ведь уже не первый раз зачищал «гнездо» неугодного ему демона. — Гэгэ, ты выглядишь взволнованным, — заботливо протянул Хуа Чэн, сжимая его руку, дабы успокоить. — Всё будет в порядке… мы вытащим этого засранца… — он едва рассмеялся, но, чувствуя на себе грозный взгляд супруга, притянул его в свои объятия и поцеловал, извиняясь. — Саньлан, я знаю, как ты недолюбливаешь других небожителей, — устало вздохнул Се Лянь. — Просто, Му Цин же омега, я боюсь… — Как бы Сюань Юй не воспользовался этим? — не мог не догадатьс Хуа Чэн. — Не знаю, что он уже успел с ним сделать… твои опасения не беспочвенны… но я уверен, что генерал Сюаньчжень ещё жив… Хуа Чэн опустил взгляд на супруга и одной рукой бережно убрал несколько прядей с его лица. — А что… если Му Цин не выдержит? — раздался полный сомнений вопрос Се Ляня. — Что… если его сломили? Или он и впрямь будет с этим мерзавцем Сюань Юем… — Гэгэ, откуда в твоей голове столь удивительные и неутешительные мысли? — Хуа Чэн недоумённо приподнял бровь. — Может, Му Цин и обладает паршивым характером, но ведь явно любит он лишь одного идиота, а мне не надо быть предсказателем, дабы это увидеть… А вот насчет того, выдержит ли он, мы не узнаем, пока не доберёмся… Он хотел сказать что-то более ободряющее, но и у самого были сомнения на этот счет. Пусть Му Цин не был ему интересен, как омега, но он помнил, когда тот пришёл к ним в Призрачный город и каким растерянным казался. Несмотря на всю язвительность и маски, Хуа Чэн и впрямь не знал, чем это похищение могло закончиться для беспокойного небожителя. — Саньлан… я бы не сказал, что это успокаивает, — чуть усмехнулся Се Лянь, но выбрался из желанных объятий, приводя себя в порядок после сна. — Это путешествие не из простых, надеюсь, что Фэн Синь наконец-то поспал… — Если он научился думать головой, я буду поражен, — усмехнулся Хуа Чэн. — Что ж, нам не стоит здесь задерживаться, пора отправляться… Се Лянь согласился, направившись на выход из комнаты, правда, стоило ему открыть дверь, как увидел перед собой Фэн Синя. Вид его был не намного лучше, чем в предыдущие дни, а одежда небрежно на нём висела, но хоть синяки под глазами стали меньше. — Ваше Высочество, Искатель Цветов… я… я слышал, что недалеко от постоялого двора кто-то обсуждал недавние дела из города Фэнду, — затараторил Фэн Синь. — Там… люди… нет… мелкие демоны, что подчиняются Сюань Юю… они… один из них хвастал, что УБИЛ МЕНЯ! Хуа Чэн хотел было рассмеяться, но видя панику на лице Фэн Синя, сразу понял, чем этот альфа был встревожен. «Если Му Цин в это поверил… он долго не протянет, — покачал головой Хуа Чэн. — И Фэн Синь это прекрасно понимает… этот Сюань Юй знает, на что давить… нужно как можно скорее избавить все три мира от столь отвратительного демона… он зашёл слишком далеко…» Хуа Чэн одновременно восхищался и с неким опасением стал размышлять о Сюань Юе. По силе может он и не годился, как соперник, но ведь этот демон явно действовал не один, окружив себя армией приспешников. Погрузившись в мысли о недавнем происшествии, Хуа Чэн выглядел мрачнее тучи. Слишком многое произошло за эти дни, даже поведение Фэн Синя словно перестало его раздражать. Только Сюань Юй не давал ему покоя: в голове возник образ одного «непревзойдённого», а картинка становилась одна отвратительнее другой. «Ши Уду… этот паршивец до сих пор жив, — вдруг пронеслось в мыслях. — Но… мы должны попытаться предотвратить хотя бы эту беду… если ещё не слишком поздно…» — Саньлан… ты… — Пора отправляться, — сухо отозвался Хуа Чэн. Вся его спесь и желание спорить или пререкаться сошли на нет, а единственный глаз полыхал огнем. Казалось, что весь мир замер в одно мгновение, а вокруг Искателя Цветов поднималась убийственная аура, что пробирала до самых костей. Прошлое слишком глубоко засело, напоминая о том, каким он видел Хэ Сюаня, как буквально боялся отходить от кровати или оставлять одного, дабы демон не наложил на себя руки и не развеял прах. Сейчас история словно повторялась, но у них был Фэн Синь — тот, кто являлся истинным альфой для Му Цина и мог помочь выбраться из омута страданий этому омеге. Хуа Чэн надеялся, что это так, иначе ещё один случай окончательно погрузит «непревзойдённого» в омут собственного безумия. — Саньлан… — Се Лянь, Искатель Цветов прав, не время разговоров, — согласился Фэн Синь, поправляя висящий за спиной лук. Хуа Чэн подошёл к супругу, его рука сжимала ятаган, что висел на поясе. Даже Эмин смотрелся грозно, а зрачок у него сузился, словно сам пытался выследить демона прямо из постоялого двора, чувствуя настроение своего хозяина. — Гэгэ, не отходи от меня далеко и ни в коем случае не лезь на рожон, — голос Хуа Чэна звучал серьёзно и даже больше напоминал приказ, а не обычную просьбу. — Мы отправляемся в проклятый город… — Саньлан, в чём дело? В конце концов, я Бог Войны, а не нежный мальчишка, — возмутился Се Лянь, не понимая резкой перемены в настроении супруга. — Я смогу за себя постоять… — Ваше Высочество, не время для споров, — напомнил Фэн Синь. — Мы можем решить всё по дороге… Пусть генерал Наньян и поспал всего не более двух шичэней, выглядел полным сил, а в глазах плясали убийственные огоньки. Известие, что он сегодня услышал, потревожило его сон, а также посеяло новые зёрна опасения внутри. Хуа Чэн после этих случайных или же специальных «слухов» понимал, что Сюань Юй должен был привести весомый аргумент в доказательство смерти генерала Няньяня. Он вспомнил, как несколько дней назад Фэн Синь зацепился своим плащом, что тот оказался непригоден, и его пришлось оставить прямо там. — Я понял… — Что? — остановившись в нескольких шагах от таверны, Се Лянь и Фэн Синь обернулись на Хуа Чэна. Всё это время они сохраняли молчание, торопливо покидая постоялый двор, но голос Хуа Чэна будто вывел всех из «транса». Внезапная фраза привлекла внимание, заставляя замереть в ожидании. Фэн Синь не хотел тратить время на пустую болтовню, но понимал, что Искатель Цветов обронил слова не просто так. — Сюань Юй должен был привести какое-то доказательство твоей смерти Му Цину, чтобы он поверил, — отозвался Хуа Чэн. — И… — Ты серьёзно сейчас об этом решил поговорить, Искатель Цветов? — с раздражением почти выкрикнул Фэн Синь. — Му Цин там… у этого психа! — Фэн Синь… я о том, что доказательство у него было — твой плащ, — покачал головой Хуа Чэн. — Нам стоит отыскать его логово… а тебе… Фэн Синь ринулся на него, хватая за воротник алых одежд, не давая закончить фразу. Он был в ярости, глаза покраснели от злости, а вены на шее резко выступили. Даже запах в этот момент усилился. Фэн Синь был готов наброситься с кулаками, если бы не Се Лянь, что развёл обоих в разные стороны. — Фэн Синь! Пилюли! — сухо произнёс Се Лянь. — Саньлан, продолжай… Фэн Синь хотел было возразить, но, чувствуя на себе обжигающий взгляд Наследного принца, нашёл те самые пилюли и мгновенно выпил одну из них. Он и вправду почти потерял контроль, стоило услышать весьма безобидные слова Хуа Чэна. Сейчас Фэн Синь не хотел себя сдерживать, но Се Лянь понимал: если они будут выяснять отношения, то и впрямь спасать Му Цина может стать слишком поздно. — Я о том, что если Му Цин поверил ему, то мы можем опоздать, — завершил Хуа Чэн. — Каким бы паршивым характером ни обладал Му Цин… его чувства слишком сильные… он слишком долго носил маску… Се Лянь прекрасно понял, что имел в виду супруг. Несмотря на неприязнь к другим небожителям, Хуа Чэн говорил здравые вещи и не хотел повторения ещё одной истории. в этот момент Хуа Чэн вновь вспомнил о том, чью тайну скрывал от любимого, а сейчас, словно история повторялась. И как знать, насколько хуже могло быть положение Му Цина. «Он не должен разделить судьбу Хэ Сюаня… нет… я не могу допустить, — выругался Хуа Чэн. — Эта чертова язва должна жить нормально!» Он всегда был уважителен с омегами, не позволяя себе лишнего, ведь сколько лет он уже был вместе с Се Лянем, и они растили ребёнка. Однако после истории с демоном Чёрных Вод у Хуа Чэна закрепилось мнение, словно, если вдруг произойдёт что-то похожее, он не позволит этому повториться. Никто из всей компании не понимал, почему вдруг настроение Искателя Цветов резко переменилось. Фэн Синь едва поспевал за ним вместе с Се Лянем. Хуа Чэн настолько быстро шёл, что менее чем успела догореть одна палочка благовоний, вся троица оказалась в городе Фэнду. Атмосфера вокруг давила, казалось, что даже птицы не смели летать над крышами опустевших домов. Запах крови ударил в нос, а вокруг не было ни души. Хуа Чэн на мгновение замер, давая знак рукой своим товарищам, дабы те остановились, и прислушался. Ветер завывал, создавая ощущение чужого присутствия. Деревянные ставни скрипели, едва держась на заржавевших петлях, но было ясно, что они здесь не одни. «Слишком тихо… тут явно что-то не так, — пронеслось в его голове. — Кажется…» — Справа, — раздался громкий голос Хуа Чэна, что выхватил из ножен ятаган, разворачиваясь в ту сторону, про которую только что сказал. — Всем быть начеку… Фэн Синь вынул лук из-за спины, натягивая тетиву с вложенной в руку стрелой. Он развернулся в другую сторону, слыша шум позади домов. Се Лянь схватился за меч, который крепко сжал в руке, и смотрел перед собой. — Кажется, мы здесь не одни, — кивнул он, слыша приближение неизвестных. С каждым мгновением шаги доносились всё отчетливее, вскоре к ним прибавились и громкие крики. — В атаку! Не дадим им добраться до господина! — крикнул кто-то из-за опустевших домов. — Вот как, самое время размяться! — усмехнулся Хуа Чэн. — Гэгэ, Фэн Синь — я разберусь… — В одиночку полезешь? — крикнул Фэн Синь и направил стрелу в появившегося перед ним противника. Вскоре троицу окружила толпа из приспешников Сюань Юя, что владел этим городом, вернее, он обосновался здесь уже как несколько столетий назад. Незнакомцы напоминали хорошо обученный отряд воинов, и их лица были скрыты масками. Хуа Чэн не стал отзываться на слова Фэн Синя и двинулся в бой. Разрезая ятаганом воздух перед собой, он двигался легко, словно это было не сражение, а танец. Ловко расправляясь с приближающимися противниками, Хуа Чэн поразил уже порядка пяти или семи демонов. Фэн Синь, ловко орудуя луком, старался расправиться с как можно большим количеством врагов. Все его мысли были лишь об одном: «Быстрее одолеть врага, найти Му Цина!» Се Лянь держался уверенно и с мечом в руке ловко отбивался от атак, поразив нескольких демонов. Едва они справились, как Хуа Чэн схватил одного из уцелевших за ворот чёрных одежд, не давая улизнуть. — Где ваш хозяин? — каждое слово он чеканил, словно заученную фразу. — Ты… я… я… ничего… — Отвечай, когда спрашивают! — Хуа Чэн терял терпение, наблюдая за трясущимся в его хватке прихвостнем, глазом он будто прожигал дыру в своём пленнике, который понимал, что не годился в соперники самому Искателю Цветов, поэтому дрожащей рукой всё же указал направление. Хуа Чэн занёс ятаган над приспешником Сюань Юя и снёс ему голову, откидывая тело от себя. Эмин уже давно окрасился алым из-за яростного сражения, на лице и шее Хуа Чэна были капли чужой крови, но сейчас это его совершенно не волновало. — Искатель Цветов? — окликнул его Фэн Синь, видя, что тот ведет себя совершенно иначе. — Я в норме, идём дальше, — отмахнулся Хуа Чэн. Пусть мысли и не давали ему покоя, а устроенная демоном засада лишь раздражала, он не собирался останавливаться. Все трое двинулись в указанном направлении. Каждый из них пребывал в собственных тревогах: Фэн Синь переживал за Му Цина, Хуа Чэн перебирал в голове сотни способов всех известных ему пыток, а Се Лянь надеялся, что вскоре поймёт, почему его супруг вёл себя сейчас необычно. Хуа Чэн тоже переживал за Му Цина, но по своим, неведомым остальным, причинам. Изменения в его поведении не укрылись от супруга, к тому же они давно были парой и связаны меткой, поэтому все переживания передавались партнёру. Прибыв к самому высокому зданию, что и являлось обителью Сюань Юя, Хуа Чэн вдруг остановился, схватив Се Ляня за руку. — Внутри демонов может быть гораздо больше, — голос его звучал ровно, но в то же время пугающе, а после он перевёл взгляд на Фэн Синя. — Сюань Юя оставь мне, на приспешников мне плевать! — Мы же заключили договор ещё в Доме Блаженств, — хмыкнул Фэн Синь. — Я его не убью! — Я лишь напоминаю, Фэн Синь! — отозвался Хуа Чэн. — Идём… время не ждёт! Отпустив руку Се Ляня, он толкнул ногой деревянную дверь, распахивая её и сделал шаг внутрь, скрываясь в мрачном коридоре. Его спутники ринулись следом, не отставая. Каждый хранил молчание, надеясь, что довольно скоро они смогут найти Му Цина. Вот только в каком состоянии? Фэн Синь прислушивался к каждому шороху, стараясь не пропустить ничего. Убрав лук за спину, он сжал на поясе лёгкий меч, что взял с собой, пусть его любимым оружием и был лук, альфа умел пользоваться и другим. Продвигаясь всё дальше, спутники видели перед собой алые коридоры, что были тускло освещены свечами, однако было подозрительно тихо. Хуа Чэн ожидал очередной засады, но к его удивлению, ещё никто не ринулся навстречу непрошеным гостям. — Гэгэ, Фэн Синь, думаю, нам туда, — окликнул Хуа Чэн своих спутников, замерев перед каменной лестницей, что уводила вниз, в подземелье.