Связанные одной меткой

Городские пейзажи смазались в тоннель, по которому хотелось ездить целую вечность и никогда не возвращаться домой. Плотный пластик шлема заглушал окружающие звуки и собственные мысли, оставляя одно чувство — трепет от нарастающей скорости. Почти беспрерывная стена зданий вскоре поредела, сменившись одиночными постройками, полями с теплицами и ветряными генераторами. Теперь можно. Рэй выкрутил скорость на максимум и вжался всем телом в корпус байка. Вот она. Свобода. Ровная, изученная на столько лет дорога вторила мощному рокоту мотора. Хотелось ощутить на лице резкие и холодные прикосновения ветра, но правила безопасности не просто так написаны. Рэй свернул с дороги направо: в последнее время он туда заезжал нечасто. Медленно снижая скорость, он увидел тот самый холм, где в детстве мог позволить себе быть собой: без родителей, учителей и окружающих. Он оставил байк у дистанционного столба, поставил на сигнализацию и снял душивший его шлем. Ветер ласково тронул щёки. Жадно вдохнув, Рэй посмотрел на небо. Из-за светового загрязнения звезд не было видно в городе, но недалеко от Периметра он мог насладиться красотой неба по полной, тем более, сейчас хорошо видно Большую Медведицу. Запрокинув голову, он проследил по вымышленной траектории от начала «ковша» Большой Медведицы до кончика «хвоста» Малой Медведицы, яркой и притягивающей взгляд Полярной звезды. Мысленно Рэй вернулся к тому самому дню, когда он чудом улизнул из пригородного дома родителей и нашел это место. Только сияние Полярной звезды помогло ему тогда успокоиться, собраться с силами и вернуться обратно в мир, где ему предстоит носить маски, нужные обществу. Родители старались уделять ему внимание, но служение людям и Единому было важнее. Несмотря на то, что он был всегда на виду и вокруг него были слуги, учителя и члены семьи, и несмотря на многочисленные знакомства, одиночество никогда не покидало душу Рэя. Даже в единственных за его жизнь романтических отношениях и редких встречах с ровесниками ему не хватало чего-то, что заполнило бы пустоту внутри. Но теперь ему не десять. И даже не семнадцать. Ему двадцать пять, у него свое жилье и работа. Теперь у него больше свободы, и общаться он может с тем, с кем хочет. Хотя бы, пока родители и высшее общество не видят. Рэй опустил взгляд и повернул голову. Нью-Пари сиял, словно рождественская ель на винтажных открытках, которые под стеклом хранились в отделе доштормовой истории в музее, но не мягкий свет Центра его интересовал. Чуть дальше аккуратных высотных построек уродливым чудовищем дремал Термитник, сквозь рваные раны источающий мелькающий разными цветами свет. И где-то там сияла его Полярная звезда. *** Со времен Генетического Шторма уцелевшие городские постройки хаотично преображались посредством того, что люди могли найти, и потому Термитник даже очаровывал своей диковатой индивидуальностью, но нельзя забывать: людям из Центра тут не рады. Чудом избежав столкновения с местными, он не сразу нашел дом, в котором однажды ночевал. Байк пришлось оставить на платной парковке в городе, чтобы в Термитнике его не угнали и не разобрали. «Зря ты отказалась от предложения мадам Дюран», — Рэй не сомневался, что Урсула может выжить в подобном районе, но хотелось для неё лучших жилищных условий. И ведь он надеялся, что хотя бы Приора она послушает и переедет в предоставляемую Корпусом служебную квартиру в Центре, но гордая девушка продолжала жить здесь, на окраине Термитника. Рэй вгляделся в занавешенные окна: все еще не спит, судя по тусклому свету. Поколебавшись, он вытащил из кармана куртки смартфон. Если Урсула занята, не страшно, он пожелает ей спокойной ночи и уйдет, всё-таки она его не приглашала. Но тут воздух наполнился завистью и агрессией. Избежать неприятной встречи не получилось. — Ты глянь Лео, кто тут нарисовался. Рэй быстро убрал телефон обратно в карман и повернулся к источнику голоса. Два здоровых коротко стриженных лба в потрепанных спортивных штанах и ярких полиэтиленовых куртках. — Чем могу помочь? Придется уходить, да так, чтобы не оставить за собой последствий. Один из парней хмыкнул. — Помочь? Слыхал, какой фраер. — Ага, — поддакнул второй, пошире и пониже, названный Лео, похлопав по ладони железным прутом. — Куртка, чур, моя. Рэй нервно выдохнул. — Что же, если вам нужна только куртка, не беда. Я отдам вам её, а вы позволите мне уйти. Идёт? Конечно же они не дадут ему уйти, но необходимо было потянуть время, а вызывать полицию не хотелось: тогда отец точно всё узнает. — Уйдешь тогда, когда скажем, фраер. — И курткой не отделаешься. Рэй поджал губы. По закону разрешалось в целях самообороны применять пси, но после подавления настолько сильных эмоций двух людей у него неизбежно закровоточат глаза и заболит голова, а потому не факт, что он сможет отсюда выбраться. Драться против двоих ему не приходилось, и он был не уверен, что победит. Бежать? А если столкнется с другими жителями Термитника? В любом случае расклад скверный. Нужно было придумать что-то ещё. И как назло, пистолет остался дома. — Совсем берега попутали?! — прогремел знакомый голос над головой. Сердце Рэя радостно замерло: она здесь, все обойдется. — Вы хоть знаете, на кого лезете, дебилы? — Судя по металлическому скрипу, Урсула оперлась на перила балкона. — Я вас из петли потом вытаскивать не буду! Воздух сгустился, а к эмоциям добавилась обида. Давняя, глубокая. — Ну конечно, мы теперь тебе чужие, Сула, — оскалился Лео, глядя вверх. — Вы первые начали. Забыл уже, как ваши задницы вытаскивала? — А старина Джо остался там! Рэй не решался вмешиваться в личностные разборки, но на всякий случай внутренне собрался для разрешения конфликта. — Это из-за него вы вляпались! Если бы даже вытащила, с ним вы бы точно рано или поздно скопытились! — Да пошла ты! — Лео яростно воткнул железный прут в землю между треснувших тротуарных плиток. — Нормальной девчонкой была, а теперь что, мажоров и попов выгораживаешь? Ты не человек, ты церковная подсти… Пару секунд. Всего пара секунд, и нос мордоворота влажно хрустнул под кулаком Рэя. — Урод! — рявкнул подельник Лео. Увы, ослепленный злостью, отразить удар в челюсть Рэй не успел. Выругался про себя: не сдержался, сглупил, и теперь ему точно не сдобровать. Он прикрыл голову предплечьями, готовый принимать на себя град ударов, но внезапно почувствовал, как грудь стремительно обвили кабели. Рывок вверх, и воздух прорезали резкие вопли. *** — Что ты вообще тут забыл? — Урсула мрачно протянула ему пакет со льдом. Рэй молча взял пакет из ее рук и приложил к щеке. Придётся объясняться перед родителями, если не успеет зажить до встречи. — Я просто катался и… Покусав разбитую губу, он зашептал, очень тихо, в надежде, что она не расслышит: — Захотел увидеть тебя. Напряженное молчание. — Дурак. Девушка отвернулась и принялась копошиться в механизме посудомойки под столешницей, которым, видимо, занималась до того, как он пришёл к её дому. Рэй развернулся к ней. — Почему мастера не вызвала? Девушка дернула плечами, не отвлекаясь от механизма. — Не хочу кучу бабок тратить, — она встала и вытерла рукавом лоб. — Да и тут несложно. Убедившись, что всё работает, Урсула удовлетворенно кивнула и убрала инструменты в верхний ящик кухонного шкафа. — Я могу чем-то помочь? — Рэй заметил, что, несмотря на идеально вымытый жилой блок, предстояло разобраться с беспорядком на кухне. — Сиди и держи лёд, — девушка отмахнулась и взялась за тряпку, — можешь пока в инете полазить. Время тянулось, но никто из них не решался нарушить молчание. Рэй смотрел на напряжённую широкую спину напарницы и чувствовал, как её гложет вина и горечь, несмотря на попытки забыться в уборке. — Вы значит знакомы? — С кем? — спросила она, не поворачивая головы. — С Лео. Урсула ответила не сразу. — В начальной школе познакомились. Он на самом деле нормальный парень. Рэй стиснул зубы. — “Нормальный” парень не стал бы девушку оскорблять. Краем глаза он заметил, как Урсула пожала плечами и прекратила убираться. — Мы с ним, конечно, сцепились в первый раз, но потом подружились. Правда, меня потом отправили в интернат для псиоников, а Лео почти сразу примкнул к компании Джо. Рэй развернулся, чтобы лучше её видеть. — Я ведь в поисково-спасательном отряде раньше работала. — Помню. Капеллан и отец были впечатлены твоими заслугами и рекомендациями прошлого работодателя. Урсула в ответ на это опустила плечи и голову, отложила тряпку и продолжила. — Это было до того дня, когда Джо решил свою шайку в шахты свозить “на потусоваться”. Дебил. — Не те самые, которые ранее затопило в Ле Лож? — Да. Раньше там даже опытные специалисты могли пропасть, а тут свора пьяных идиотов без страховки. Пришлось повозиться, чтобы их достать. — Кроме одного? Он был слишком глубоко? Чужое чувство вины усилило хватку. Урсула по-быстрому сполоснула руки под краном и принялась вытирать их полотенцем. — Не совсем, — отложив полотенце, она уперлась ладонями о столешницу, вжав голову в плечи. Рэй встал с дивана, тихо подошел к ней и осторожно накрыл свободной ладонью её руку, приняв на себя часть эмоций девушки. Урсула замерла, затем сжала пальцы в кулак. — Я пойму, если ты не захочешь со мной общаться после того, что скажу. Но пообещай, что это останется между нами. Он погладил большим пальцем напряжённые костяшки ее пальцев. — Обещаю. — Джо мог бы выжить. Я из каких только ловушек людей не вытаскивала. Но в тот момент я смотрела на его рожу, вспоминала, во что превратился Лео после знакомства с ним, и поняла, что это может быть не последняя его убийственная выходка. Капля от подтаявшего льда скользнула по скуле. Рэй сжал ее пальцы крепче. — В общем. Вздох. — Я поспособствовала тому, чтобы он остался в шахтах навсегда. Чтобы он больше не мог никому навредить. Ненадолго зависла тишина. — Об этом узнали? — осторожно спросил Рэй. Урсула покачала головой. — Узнали, конечно. Когда полиция взялась за расследование, кэп запретил мне говорить что-либо без адвоката. Доказали в итоге, что это был несчастный случай, но я-то помню, как всё было. Она прикрыла глаза. — Не зря теле- и пирокинетики в списке самых опасных псиоников, нам даже разрешение на оружие не выдают. Рэй положил пакет со льдом на стол и осторожно обнял девушку. Он чувствовал — ей это было нужно. — Не спеши себя винить. Возможно, ты могла решить, что поспособствовала его гибели, хотя на деле всё иначе. Сама ведь говорила, что была зла. Урсула неуверенно пожала плечами. Он отстранился, чтобы не смущать девушку. С нее пока достаточно. В голову пришла идея, которую точно бы не одобрили нанятые инструкторы из КС. — Если хочешь, я могу попробовать посмотреть воспоминания. Она изумленно вскинула брови и посмотрела на него. — Эмпатики и такое могут? Об этом нам не рассказывали. — Это секретная информация. — И что, меня теперь нужно убрать? — мрачно хмыкнула Штерн. — Шутишь, это хорошо, — Рэй улыбнулся. — Но распространяться об этом всё-таки не стоит. — Я поняла. — Так что, — Рэй сцепил позади себя ладони. — Когда будешь готова, я могу попробовать. Чтобы ты успокоилась и поняла, что не виновата. — Не уверена что это произойдет но… Спасибо. Рэй огляделся. Заметил возле тумбочки явно не принадлежащие Урсуле вещи, собранные в пакеты. — Как сейчас твоя подруга? Урсула помрачнела. Рэй уже успел пожалеть, что спросил, но услышал лишь усталое: — Пока без изменений, — она принялась нервно теребить косу. — К ней не пускают, её родители тоже ничего не знают. Хотя… Может, просто говорить ничего не хотят. — Не хотят, чтобы ты волновалась? — Нет, не поэтому. Девушка вздохнула и сосредоточила взгляд на противоположной стене. — С Эйприл мы впервые познакомились спустя несколько месяцев после того, как я уволилась со станции. Она тогда от родителей съехала, чтобы научиться самостоятельно жить, но денег у неё было немного. Потом она нашла моё объявление, я размещала, чтобы делить оплату за жилье. Видимо, она решила, что с такой, как я, безопаснее, а там и её родители про меня узнали и разрешили остаться. Эйприл училась на медсестру и подрабатывала, а я довольно скоро начала в КС работать. Но однажды её коллега, тот самый, на которого мы вывеску опрокинули, настойчиво позвал её в клуб. Эйприл была рада развеяться и меня с собой захотела взять, но я отказала и велела ей не соваться туда. Ничего хорошего в клубах нет, тем более тот мужик мне не понравился. А она не послушала и улизнула. Она выдохнула, и дрожащим голосом призналась: — Твою же, думала прошло. Сейчас. Рэй тронул её плечо, ощущая вспыхнувшие горькие эмоции девушки. — Не торопись. Прикрыв глаза, Урсула продолжила. — О произошедшем я узнала тем же утром, полицейские позвонили. Спрашивали, когда в последний раз я её видела и где. Сказали, что в клубе Эйприл стало плохо после выпитого, настолько, что она в кому впала. Уже позже экспертиза вещество выявила, то самое, что в напитки обычно сыплют на вечеринках. На спине Рэя проступил холодный пот: он слышал о подобных случаях, но обычно они заканчивались иначе. — Этот урод наверняка опоить её хотел и воспользоваться, но Эйприл мало того что нестабильная, так ещё и астматик. — Урсула яростно стукнула кулаком по столешнице. — И когда всё пошло не по плану, не придумал ничего лучше, чем смыться в Термитник, как крыса. Она опустила голову. Рэй осторожно погладил её по спине, без колебаний разделяя с Урсулой гнев и ощущение бессилия. Он понятия не имел, как утешить её, но молчать тоже было неправильно. В этом случае надо действовать очень аккуратно. — Человеческая воля на то и существует, чтобы самостоятельно принимать решения, какими бы… — Да как ты не понимаешь! Урсула резко выпрямилась и посмотрела на него, затравленно и зло. — Сам Единый требует от псиоников защищать человечество, хотим мы этого или нет! Она отвернулась от него и, шмыгнув носом, поправила прическу. Или, скорее всего, стерла слезу, чтобы он не видел, и от этого зрелища у Рэя защемило сердце. “Нет, так не может больше продолжаться”. Он видел перед собой гордую и сильную девушку, которая привыкла полагаться лишь на себя, и оттого сейчас уязвимую от переполняющего её душу груза ответственности и негатива. Ей нужно высвободить эмоции, пока не стало поздно. Рэй положил ладонь на напряженное плечо Урсулы и осторожно надавил своей пси на её эмоциональный барьер, как нажимают носком ботинка на тонкий, едва тронутый первыми морозами лёд. Всё так же не поворачивая к нему головы, она рвано задышала, сопротивляясь. Секунда, и барьер треснул. Ещё секунда, и он почувствовал себя в кольце крепких рук, пахнущих потом, бытовой химией и уже знакомой ему мятной отдушкой. Почувствовал, как в его плечо уткнулись лицом, и тут же обвил руками задрожавшее от рыданий тело Урсулы. Рэй гладил её по макушке в то время, пока собственные слёзы, вторящие чужим, текли по его щекам. На тренировках ему доводилось много раз принимать, блокировать и воздействовать на чужие эмоции, но впервые ему не хотелось это прекращать: он был готов сделать и выдержать всё, чтобы дорогому его сердцу человеку стало легче. С каждым её всхлипом горький яд отчаяния и вины растворялся по капле в море спокойствия, которое Урсуле было нужно. “Милая моя, хорошая”. Он не удивился вспыхнувшим в голове мыслям, но озвучивать их вслух не решился. Рэй на миг сжал объятья крепче и отпустил. Урсула медленно отстранилась, вытерев глаза тыльной стороной ладони. Рэй повторил за ней. — Готова слушать? — Рэй знал ответ, но Урсула должна была подтвердить, в первую очередь для себя самой. Она быстро кивнула. — Ты не виновата в том, что произошло. — Виновата, — вяло выдохнула Урсула. — Кто тебе сказал? — Сама знаю. И её родители также считают. В нашу единственную встречу в больнице мадам Карно швырнула в меня чем-то и… — Тихий вздох. — Высказала на весь этаж всё, что она обо мне думает, а месье Карно велел отстать от их семьи. Рэй растёр лицо ладонями: очевидно, убитые горем родители облегчили собственное чувство вины, отыгравшись на отзывчивой девушке, но хуже всего, что Урсула сама себя считает виноватой. — Но я не могла остаться в стороне и отдала им на больничные и судебные расходы всё, что у меня в заначке было. Не могу приходить к ней, так хотя бы так помогу. После этих слов злость обожгла грудь: как бы Рэй не пытался понять родителей пострадавшей Эйприл, за Урсулу ему было намного обидней. Обвинить непричастную в произошедшем и при этом взять деньги? Что за лицемерие! Обуздав эмоции, Рэй размеренно проговорил: — То, что произошло, — ужасно. Но со своей стороны ты сделала всё возможное и даже больше. Уверен, Эйприл не хотела бы, чтобы ты считала себя виноватой. Тем более, благодаря тебе виновный под следствием. — Так-то оно так… Девушка подошла к окну, обхватив плечи руками. Рэй приблизился к ней и встал рядом. — Но хрен знает, чем дело закончится, вдруг наймет адвоката ушлого и опять смоется. И Эйприл может так и не прийти в сознание. Всего этого могло не произойти, если бы я просто пошла вместе с ней. Урсула отсутствующим взглядом посмотрела на темные очертания жилых построек за окном. Рэй поджал губы и коснулся её плеча. — Она не единственная, которая оказалась и окажется в этой ситуации. А мы можем не останавливаться на достигнутом и сделать так, чтобы таких случаев происходило меньше. — Это нужно, чтобы Термитник стал безопаснее, а это вряд ли произойдет, уже столько лет ничего не меняется. Тем более полиция с КС очень неохотно на контакт идет, я пробовала. — Ну, — Рэй завел руки за спину. — Ты, наверное, забыла, что в Корпусе Содействия есть тот, кто имеет какое-никакое влияние на Совет, которой полиция и подчиняется. Урсула повернулась к нему. — Ты и так в этом увяз, хватит. — Даже если я сам предлагаю? Девушка устало вздохнула. — Ну вот скажи, зачем тебе это? Тебе своих проблем мало? Скучно жить? Или что? — Хочу сделать хоть что-то важное для Нью-Пари и его жителей, а не просто отсиживаться в здании Корпуса. В её глазах блеснуло нечто похожее на удивление. Казалось, Урсула теперь смотрела на него совсем иначе. Рэй сам не понял, как именно, но ему было приятно, что смог изменить впечатление о себе. — Для отца сейчас важно расширять влияние, — Рэй чувствовал разгоревшееся воодушевление. — Поверь, вложиться в развитие Термитника для него не будет чем-то обременительным. Другое дело, — Рэй поджал губы, помня последний разговор с отцом, — убедить в целесообразности этого решения. Возможно, с этим нам поможет мадам Дюран, они друг друга уважают. — Думаешь, Приор к тебе прислушается? — С сомнением нахмурилась Урсула. — Она женщина, и потому с готовностью нас выслушает и выделит ресурсы, если всё получится. — А вдруг нет? — Выделит. Я знаю. Урсула безуспешно попыталась скрыть горькую улыбку, кусая губы. — Твоя наивность поражает, но если так хочется, пробуй. Если получится — здорово. Не получится… Ну значит не судьба. Несмотря на скептичный тон девушки, он чувствовал удерживаемую ею внутри благодарность. «Я тебя не подведу», — хотелось вымолвить вслух, но слова остались внутри: не стоит обещать то, что может не случиться. — Уже который раз помогаешь, мне от этого не по себе. — Мы ведь напарники, — на последнем слове его сердце на миг замедлило ритм, — а значит, должны прикрывать друг друга. К тому же, ты первая мне помогла. — Да ну, — девушка недоверчиво прищурилась. — Как только появилась в моей жизни. Он тут же осёкся: последнее вырвалось на эмоциях. Смущать девушку очень не хотелось, но, к своему стыду, ему было сложно оторваться от распахнутых в изумлении синих глаз Урсулы. Чужая эмоции опутали голову паутиной, и Рэй откашлялся в надежде переключить эмоции: — Отец практически сразу тебя одобрил, как ознакомился с твоим профилем в КС и был уверен, что ты сможешь меня защитить. О том, что мама была не в восторге от решения отца, включая назначение на работу в силовой структуре Церкви, Рэй решил умолчать. — Вот даже сейчас, если бы не ты, валялся бы в подворотне избитый и без вещей. Урсула спешно отвернулась и, присев, принялась с яростным сопением возиться в комоде. Кончики ее ушей вспыхнули, даже шея покрылась красными пятнами. — Потому что головой надо думать. — Я подумал. — Плохо подумал. Вскоре она впихнула ему в руки стопку пахнущих чистотой вещей, не глядя ему в глаза. — Диван сам разложишь. И вообще, — Урсула предупреждающе наставила на него палец. — Проболтаешься о том, что было… — Я никому не скажу. — Смотри мне, — проворчала девушка и направилась к двери в соседнюю комнату. На миг остановилась, уперевшись ладонью о наличник двери. — В любом случае… — пробормотала она, опустив голову. — Спасибо. За всё. И тут же скрылась из виду. Проводив её взглядом, Рэй принялся изучать врученную стопку текстиля. Аккуратно сложенные простыня, покрывало, наволочка, чтобы накрыть диванную подушку, и… спортивные штаны с футболкой. В прошлый раз ему пришлось ночевать в майке и белье, чтобы не помять одежду и не тащить уличную грязь на спальное место, может, её это смутило тогда? Он провёл пальцами по выцветшему принту с логотипом какой-то музыкальной группы и улыбнулся. По его опыту, девушки часто брали одежду своих парней, но чтобы наоборот? Нет, такого он не слышал и не видел. «Зато по размеру подойдёт», — подумал он, поспешно натягивая футболку и отгоняя настырные образы. *** Как Рэй и ожидал, атмосфера за столом в поместье семьи Астра не способствовала семейному уюту. Мама отстраненно пригубила вино из бокала, отец сосредоточенно нарезал на кусочки порцию мяса. Никто не произнес ни слова с момента объявления ужина. Слуги, словно статуи, молча и с прямой спиной стояли на значительном расстоянии от них: несмотря на попытки отца оградить его от лишнего эмоционального контакта с людьми, это не помогало ему расслабиться. К сожалению, синяк, припухлость на скуле и ссадина на губе не успели пройти до конца, и потому Рэй молился, чтобы отец ничего не заметил под слоем косметики, которую по его просьбе нанесла Миранда. — Ты вновь посетил Термитник. Не вопрос, утверждение. Врать и оправдываться теперь бесполезно. Отец отложил столовые приборы. — Я ведь говорил, тебе там не место. Рэй медленно выдохнул через нос. Из раза в раз одно и тоже. — По закону, я сам выбираю, где и с кем мне находиться. — Ты не обычный гражданин Нью-Пари. Ты Астра. Ты должен подавать положительный пример народу, — отец сцепил перед собой пальцы, прикрыв глаза, прямо как в детстве, когда Рэй совершал ошибку. — Я псионик, отец, а значит в глазах народа в любом случае неблагонадёжен. — Это ненадолго, — неожиданно в глазах отца мелькнули искры решимости. — Единый не зря создал вас наряду с чистыми и нестабильными. Действуя вместе, мы можем создать для Нью-Пари по-настоящему лучшее будущее. Но для этого… Отец вновь взглянул ему в глаза. — Ты должен явить себя тем, кому можно доверить город и его народ. А это не получится сделать, если будешь бродить где попало и ввязываться в сомнительные приключения. Мама отставила бокал. — Это так, родной. И мне кажется, — она выдержала короткую паузу и осторожно проговорила, — Джанет стоит пересмотреть тех, кто на нее работает. Рэй сжал кулак: было ясно как день, о ком она говорит. — Сомневаешься в решениях слуги Единого, мама? — Ох, нет, конечно нет! — мама занервничала так, будто её мог услышать сам Викарий, первый человек в Церкви Единства. Тут же взяв себя в руки, она уже более сдержанно продолжила: — Но твое окружение должно быть безупречным. Может, та девушка телекинетик действительно талантлива, но… Она из Термитника. И мне кажется, она уже плохо на тебя влияет. — Урсула здесь ни при чём! — Рэй резко встал со стула и хлопнул по столу. — Не надо ответственность за мои решения перекладывать на других! — Хватит, — холодный голос отца ударил по ушам. — Сядь. Сжав челюсти, Рэй повиновался. — Это в любом случае неважно. Дюран я доверяю, а мадемуазель Штерн выполняет свои обязанности как положено. Но ты права, дорогая, окружение должно быть безупречным. И я уже договорился о встрече с Воннегутами на предстоящем благотворительном вечере. Сердце похолодело: подобные разговоры уже проводились пять лет назад. — Отец… Вновь этот взгляд “мы знаем как лучше”. — Воннегуты — перспективная семья, — спокойно добавил отец. — И дочь у них настоящая леди, — мама воодушевленно улыбнулась. — К слову, тоже высокая. — Мам, не надо, — взмолился Рэй. Он знал Сару достаточно, чтобы не хотеть с ней даже делового сотрудничества, не то что брака. — Милый, — мама с укором взглянула на него. — Если с Сенье нам удалось договориться и сохранить хорошие отношения, то Воннегуты отказов и позора не примут. — Я тебя услышал. Рэй отодвинул от себя тарелку: отцу пришлось приложить немало ресурсов, чтобы материалы об его романе с Эмбер Сенье и сорванной свадьбе извлекли из всех хроник и запретили к упоминанию под страхом наказания. Тем лучше, Эмбер не заслужила подобного внимания, но Рэй точно знал — свадьба с Сарой Воннегут не должна состояться.