Чего бы Иисус никогда не сделал

Может быть, он просто проклятый. Существует же венец безбрачия? У него точно такой же, только безденежья. Вечная безысходность. Он действительно обречён. ________ - Мистер Кемпбелл, это вы? Не признал в чистой одежде, отлично выглядите сегодня. - Нортон закатил глаза. Орфей умел даже комплимент сказать так, что лицо кривилось само собой. Как же хотелось разукрасить его смазливую рожу. - Не могу сказать вам того же. - что ж, не он это начал. Орфей широко улыбнулся, принимая вызов. Все, кто находился с ними в одной комнате, тяжело вздохнули, Фредерик почти сразу вышел вон. Правильно сделал, дальнейший диалог у окружающих вызывал исключительно испанский стыд: - ...И как всегда, сочитесь вежливостью. Не поделитесь, где научились своему остроумию? - Орфей не отводит взгляд. Улыбка как приклеенная, и глаза по два омута. - Там, где твоя аристократичная задница точно бы пошла по кругу - зло выплёвывает старатель, наблюдая потуги Орфея сохранить невозмутимую улыбку на лице. Что ж, удачи.       Нортон не может объяснить, почему он вообще с ним разговаривает, как и не может объяснить, для чего его пригласили и почему даже при столь..сложных взаимоотношениях его до сих пор не выставили за дверь, но до их первого контакта один на один он действительно думал, что делает это из вежливости.       До того, как всё началось.       В тот вечер, после милого обмена любезностями, старатель не заметил, как на особняк опустилась ночь. Болезнь не давала уснуть, грудь терзал кашель, лёгкие жгло. Тяжело было даже сидеть, не харкаясь ежеминутно каплями крови, не то что лежать. Нортон бродил по пустым коридорам, не цепляясь взглядом ни за что - однообразные стены, один длиннющий ковер, даже вид из окна будто совсем не менялся. Что ж, обратно ему придется возвращаться по собственным кровавым "следам". - Решили пометить территорию? - Нортон дернулся от голоса, раздавшегося за спиной, сердце от испуга застряло где-то в горле и теперь не давало дышать вообще. Мужчина обернулся, все ещё не приходя в себя. Позади него стоял хозяин особняка, одетый, как ни странно, будто на выход - во всем белом, и даже монокль нацепил. Сноб. - Вы зачем так делаете? - От испуга Нортон растерял весь свой угрюмый вид и даже забыл добавить в речь язвительности, которая обычно присутствовала в любом диалоге с Орфеем. Упёрся рукой о подоконник, переводя дыхание - и какое к черту "пометить территорию", вы о чем вообще? - А как по-другому это назвать? - Орфей обвел рукой пространство под ногами- на светлом ковре темнели кровавые точки. Нортон тяжело вздохнул. - Извините за это, ничего поделать не могу. Хотя бы не сгустками, и на том спасибо. Я все уберу. - Нет надобности - Орфей устало потёр переносицу, и Нортон только сейчас обратил внимание на то, настолько сильно переменилось его поведение. Не было привычной надменности, и всё ещё ни одной сказанной колкости, скорее усталость и капля раздражения. - горничные завтра все уберут. - Ещё раз извините. Я, пожалуй, пойду. Старатель последовал в обратном направлении и уже прошел мимо Орфея, как вдруг за спиной раздалось: - Постойте! Раз уж мы оба не можем уснуть, может разделите со мной пару часов? Вот как. А ведь ещё с утра они были готовы перегрызть друг другу глотки. Бессонница делает с людьми странные вещи. Он пожал плечами. Ночь обещает быть долгой.