Так было нельзя

Тэмин покинул Корею на несколько дней. Ведь несмотря на происходящие жизненные потрясения работа, как островок стабильности, оставалась на первом месте. Расписание никто не отменял. Все запланированные мероприятия в Японии состоялись как и положено. Активность, тождественно бегству, отгоняла странные мысли. Правда не надолго. Они всегда возвращались, неслышимо и незаметно. Одна за другой. Иногда перед сном, иногда в отражении зеркала с зубной щеткой во рту, иногда посреди шумного застолья в компании громких голосов, а иногда во время занятий на беговой дорожке в моменты когда музыка в наушниках постепенно стихала, но новая песня начинала играть не сразу. Так ощущался внутренний противовес. Головной болью и дисгармоний. Время порознь текло то крайне медленно, то чрезвычайно быстро. Тэмин часто смотрел в телефон, ожидая увидеть сообщение или услышать звонок, в котором прозвучит один единственный вопрос. Но вся следующая неделя наполнила привычный диалог неестественным затишьем. Минхо писал обо всем подряд, об утренних пробежках, о походе в театр, о кинопремьерах, о чемпионате футбола, о попойке у Кея дома, но не о том, что нужно. Тэмин ожидал участия, но порог его откровенности оказался не тронут. Никто не совершил настойчивого вторжения, и не оставил с десяток советов. “Почему ты не спросишь меня?” Это не было похожим на то, чтобы Минхо было все равно. Тэмин знал, что хён не такой человек. Но не мог понять причину, по которой его решительное упрямство не проявляет себя. Это тревожило намного сильнее. И где в этой крайности было не потерять себя? Сердце Тэмина расходилось во взглядах со здравым смыслом, и он пытался убедить себя в том, что еще не принял окончательного решения. Но в какой-то момент в его сумке появились новая баночка с витаминами, а на недавних после концертных вечеринках он витиевато сторонился любого алкоголя. И расстегивая пуговицы на пижаме в промежутке между походом в душ и сном, он смотрел на себя и боялся пропустить начало того, когда его тело начнет изменяться. Минхо же ожидал возвращения Тэмина и нарочно не донимал его с животрепещущей темой. С беспокойством он лелеял надежду по крайней мере на то, что Тэмин чувствовал себя хорошо. Хоть Тэмин и не писал ни о каких жалобах. Но Минхо не спрашивал как он, понимая что все вопросы о самочувствии вряд ли бы были хоть на каплю правдивые. Тэмин вновь плохо спал, и об этом говорила не только его активность в сети и время ответов на сообщения. Послевкусие недосказанности ощущалось особенно сильно. Как открытая дверь, которая с двух сторон казалась закрытой, но никто не решался дотронуться до ручки первым. Новостей от Тэмина не было. Но несмотря на любопытство, Минхо не хотел вмешиваться в этот единоличный процесс, но и отдаляться и дистанцироваться он не планировал тоже. Он старался быть по возможности рядом. Все таки сложности обстоятельств можно было прекрасно понять, как и то, что Тэмину могло потребоваться намного больше времени. Тем более, что большой пул его сил отнимала подготовка к концертам и репетиции. Минхо размышлял о многом. И о своем проценте участия и доли ответственности тоже. Но все с чем он мог помочь, казалось таким тщетным и не существенным. Он был готов включится во все. В переговоры, в изменения графика. Он также планировал полностью оплатить все издержки лечения, но не хотел никуда тащить Тэмина силком. Это должно быть его решением. И его выбором. Но водоворот волнений затягивал. И Минхо надеялся, что Тэмин не станет медлить достаточно долго и вскоре определится с датой. Иного варианта Минхо не видел. По возвращению, Минхо был непомерно рад встретить Тэмина. Он сам приехал за ним в аэропорт. Прошла всего неделя, но возникло ощущение словно Тэмин наконец вернулся из мирового турне по Америке и Европе, когда Минхо не видел его несколько месяцев. Порыв радости от долгожданного свидания с избытком сочился наружу. Но приветственные объятия под объективами камер не могли передать ту настоящую искренность которой должно было бы быть. Десяток лишних глаз не позволял открыться простым, но запретным желаниям. И смотря на светофоры дорогу и знаки, Минхо понимал что временами он все больше скучал по Тэмину, несмотря на привычные частые отъезды. Он хотел много ему рассказать, важного и не очень, но умолк когда осознал что его не слушали. Минхо заметил не сразу, как голова Тэмина расслабленно откинулась на сиденье, как медленно закрылись глаза не в силах противится полуденной дреме и как начало доносится слегка уловимое сопение. “Ты так устал” — было горько видеть, что Тэмин вымотан. Это напомнило Минхо о былых временах, когда они впятером все вместе жили в общежитии. И от усталости порой могли засыпать где и на чем угодно. Минхо выключил музыку, чтобы ничьи фоновые голоса не нарушили хрупкой зыбкой сонливости. Тэмин давно не спал во время поездок. Но именно поэтому Минхо и хотел чтобы хоть этот час в машине прошел максимально спокойно. — Ты не зайдешь? — спросил Тэмин, выходя из машины. — Я заеду чуть позже. Отдыхай. Принесу что-нибудь к ужину. Если вдруг хочешь что-то конкретное, скажи мне. — Хорошо. После того как Минхо отвез Тэмина домой, он отправился на тренировку. Минхо искренне надеялся что Тэмин сможет поспать еще хотя бы пару часов в комфортной обстановке и под мягким мурлыканьем над ухом. Тем не менее, Минхо отменил несколько своих планов на вечер, хоть обычно это было не в его прерогативе. Активность била в нем ключом, особенно после интенсивных физических упражнений. Но что-то подсказывало ему, что сегодня не стоило выходить за грани безмятежного ритма Тэмина. Под вечер Минхо вернулся в квартиру Тэмина, как и обещал. Он невозмутимо вошел под любопытные кошачьи взгляды и поставил пакеты с едой на журнальном столике. Он скинул с себя пиджак и ненадолго удалился в ванную. Тэмин лежал на диване с телефоном в руках. Он обернулся, следуя взглядом за спиной Хёна, но не покинул лежачего положения. Запах из шуршащих пакетов манил голодный желудок. Тэмин вытянул руку и заглянул внутрь сумок с угощением. Но между пластиковых контейнеров с едой, Тэмин нащупал еще и несколько бутылок соджи. “Стоило предупредить” Однако Минхо быстро вернулся. — Знаешь Дэнги, твой папа совсем тебя не воспитывает. — Со вздохом Минхо посетовал на белую пушистую наглость Дэнги, что уже успел улечься поверх его черного пиджака Тэмин по-светлому улыбнулся. — Возможно Дэнги считает, что белый пиджак смотрелся бы лучше. Но кошачья шерсть быстро отошла на второй план. Минхо опустился на диван рядом и потянулся к Тэмину. Он аккуратно предпринял попытку пристроиться рядом. От волос Тэмина шел приятный запах. Он уже успел помыться и высохнуть, но еще хранил на себе этот свежий аромат нетронутой чистоты. Минхо встретила еще одна теплая улыбка, несмелая и осторожная. И Минхо ощутил на мгновение, то неуловимое счастье, быстротечное и мимолетное, как в те моменты когда ты любуешься неповторимой красотой природы. Особые отблески света, особая свежесть в легких, только здесь и только сейчас. — Хён, куда ты? — К тебе поближе. — Минхо нарочно пытался втиснуться в пространство между Тэмином и спинкой дивана. — Здесь полно место рядом. — Я соскучился, Тэмини. Неужели ты нет? Конечно же Тэмин тоже соскучился. Он был рад вновь ощущать приветливую тактильность Минхо, теплую и благосклонную. Ему правда хотелось этих прикосновений. Всех до единого. Минхо игриво прикусил Тэмина за плечо сквозь пижаму. — Хён! — но это возмущением было напускным. Иногда на Минхо накатывало желание кусать Тэмину повсюду, словно бы он был готов его съесть. Но он делал это не больно, поверхностно прикасаясь к коже зубами. За тонкие руки, за мускулы плеч, за нежную шею, грудь, упругие ягодицы. — Ккунги не нравится, что ты меня кусаешь. — и действительно, два других кошачьих глаза с небольшим осуждением смотрели на излюшнюю активность разворачивающуюся на диване. — Главное, что тебе нравится. Минхо приобнял Тэмина, так что из цепкой хватки было не выбраться, как и совершить неожиданное падение с дивана. От того, следующей после плеча стала мочка уха. Тэмин съежился, ощущая дыхание у самого края уха, но не сопротивлялся. Его желание было простым и Минхо читал его. Тэмин позволял захватывать себя все больше, наслаждаясь лаской о которой не приходилось просить. — Тэмини… — томный шепот повторял Тэмину его же имя вновь и вновь. Минхо любил звать его именно так, зазывающе сладко. Он мог много раз за день произносить его имя, но лишь иногда Минхо нарочно опускал интонацию, и с соблазнительным оттенком вытягивал и приглушал каждый слог по отдельности. Рука Минхо ходившая по лицу, волосам и шее Тэмина, скользнула вниз. Через тонкую талию ладонь проникла под ткань пижамы, зашла на низ живота и остановилась. Оголенная кожа под пальцами оставалась такой же как и прежде, однако же ощущения казались несколько иными. Минхо в смятение провел рукой еще раз. На месте где должны были быть рельефные мышцы пресса, живот Тэмина ощущался достаточно мягким и рыхлым. Как будто бы в последнее время и не было тех ежедневных занятий спортом, которые Тэмин определенно точно не забрасывал. — Твой живот такой мягкий… — удивление Минхо не смогло удержаться. — Хён…. Но разве Тэмин был виноват в том? Но эта инородная мягкость отчего то нарочно ложилась на руку. Странная и пружинистая, что Минхо поддался ей и не убирал руки. Осознание догнало позже. Без одного не могло быть и другого. — Ты уже определился с датой? — Минхо задал вопрос невзначай, выплывший из недр подкорки. Глубокий вздох сопутствовал поступку, что обнажит душу. Тэмин плотно сжал губы, останавливая себя от того что он непременно скажет. Еще пара секунд многозначительно молчания и момент будет окончательно и бесповоротно испорчен, а ласка в которой он растворился уйдет. Но перед этим Тэмину хотелось получить хотя бы один поцелуй. И ощутить любовь, нежную и отзывчивую. Но именно этот момент был самым лучшим временем чтобы сказать то о чем Тэмин так долго думал. Пусть даже руки в которых он так отчаянно желал быть, могли отпустить и покинуть его. Он был должен. — Хён, ты наверное будешь злится на меня. — Если ты еще не определился, то здесь нет причин злится. Я все прекрасно понимаю. Столько мероприятий и планов, нелегко выбрать недельку в самом разгаре сезона. — Не из-за этого, Хён. — Тогда с чего мне на тебя злится? — Минхо поцеловал Тэмина в плечо. И даже если бы Минхо сейчас и услышал то, что действительно бы заставило его злится. Оставленный поцелуй с чистым сердцем правдиво отражал его чувства. — С того что я склоняюсь к весьма эгоистичному решению. — М? — Я хочу оставить его…. Минхо опешил. — Зачем? — но возможно стоило высказать этот вырвавшийся вопрос чуть деликатнее. — Ты же слышал что сказал доктор. — Я знаю. Брови Минхо непроизвольно сошлись вместе на переносице от непонимания. Но он ощутил, как пальцы Тэмина коснулись его лица, и пытались несмело и осторожно разогнать эту хмурость. — Это может быть опасно для твоего здоровья. — Я знаю. — Тэмини…это. — Бессмысленно. Глупо. Я знаю. — два круглых глаза пронзительно смотрели на Минхо — Знаю, что будут риски. И что возможно я буду чувствовать себя ужасно. Но….я правда хочу этого, Хён. — Но зачем тебе это, Тэмини? Но Тэмин не знал что ответить на это вопрос. — Потому что в другом случае, я не думаю что смогу спокойно жить с этим. — Тэмини, возникнут проблемы…и много. Истиной причины Минхо искренне не понимал. Не на одной гуманности строился мир. Однако в голове не укладывался иной исход событий. Потенциальные сложности уже красочно вырисовывались одна за одной. Но к чему были лишние трудности, объяснения, тайны? К чему было подвергать себя напрасному риску? К чему было ставить карьеру на которой держится целая жизнь на кон судьбы? К чему было бороться за то, чего скоро не станет? — Потому что это нечто большее, Хён. Не просто из плоти и крови. Не просто ошибочное стечение обстоятельств. Наше с тобой, Минхо. Твое и мое. У нас было так много общих вещей. Но не такого. — Тэмин аккуратно накрыл руку Минхо поверх своего живота. — Я не планировал такого в ближайшем будущем. Но я не хочу намеренно отказываться от того, что ворвалось в нашу жизнь так внезапно. Тэмин неотрывно вглядывался в лицо Минхо, и видел как тот внимательно вслушивался в каждое его слово. Тэмин понимал, как это могло выделить. Нелепо и несуразно. И пусть их общение длинною в 16 лет пережило на своем веку многое, с момента официального начала отношений иного порядка прошло не так много времени, чтобы такое событие могло иметь место быть. Они не жили вместе и не планировали ничего серьезнее внезапных тайных свиданий или совместных походов в магазин. Они существовали рядом друг с другом в пределах настоящего, не помышляя и не заглядываясь на будущее. — Глупо, да? Глупо хотеть чего-то столь приземленного и нормального? Глупо желать того обычного счастья, что и сотни обыкновенных людей вокруг? Но соглашаться на эту глупость никто не обязывал. — С какой-то стороны, наверное, да. Тэмин на это лишь виновато улыбнулся. — Поэтому я хотел спросить и тебя…потому что…. — но Тэмин не договорил, его голос дрогнул. Внезапно на него сошло то стеснение, от котором по непонятной причине он на время был отгорожен. Тэмин спрятал глаза. Им завладел болезненный страх. “Пожалуйста, останься со мной, Хён. Не уходи от меня. Не сейчас” — Честно признаться, я не рассчитывал, что можно как-то по другому. И думаю об этом только сейчас. — Минхо говорил правду. Каждый шаг в сторону в его голове выводил к новому парадоксу. И путаница только нарастала как снежный ком. И ближайшие перспективы казались настолько непроглядными и туманными. Но снисходительный взгляд на Тэмина, который незаметно пытался укрыться от его глаз, взывал к глубокой сочувствующей преданности. — Ты уверен что готов к этому? — Минхо переживал за Тэмина в первую очередь. — Конечно нет. — это был голос честности, и хоть рука Тэмина дрожала, он не отпускал Минхо — Но не волнуйся, Хён. Я правда хорошенько постараюсь. И все будет хорошо, правда да? — Тэмини… — Я только надеюсь что ты все еще будешь рядом со мной… Сердце Минхо сжалось. «Неужели, ты сомневаешься в этом?» — Тэмини…ты — Прости, что прошу от тебя слишком многого Тэмин множество раз прокручивал этот разговор в своей голове и морально готовился встретить на лице Минхо любую реакцию. От гнева до разочарования. Их взгляды на жизнь отличались, как и ценности. Но его сердце слабо надеялась отыскать среди будней реальности уступчивую и принимающую сторону Минхо. И теперь, в момент когда Тэмин нарочно отвернулся от его лица, только рука оставшаяся рядом вселяла в него веру. И ранимость Тэмина зацвела ещё больше, когда его виска неожиданно коснулись губы. — Чего ты так боишься? — Потерять то, что сейчас между нами. Это было тем самым, о чем говорил Тэмин в самом начале их откровений друг другу. Тэмин прекрасно осознавал, что реалии жизни не позволят им с Минхо отдалится настолько, чтобы никогда не видеть друг друга. Но он правда боялся лишится счастья, которое он обрел. Когда ощущал любовь от человека, которого он любил сам. Долго, трепетно, нежно. И он даже представить не мог, как ему быть, если эта ответность внезапно закончится. Но тем не менее не смотря на страх в Тэмине теплилось огромное мужество, чтобы говорить о вещах, ставивших его спокойствие под удар. Минхо восхищало это. Как сила чувственного внутри Тэмина шла вразрез с рациональностью, страхами и неуверенностью. Минхо вновь задумчиво припал губами к плечу Тэмина, а рука продолжала поглаживать мягкий живот. — А я боюсь за тебя, Тэмини. Но я буду рядом… с тобой. Минхо нежно обнял Тэмина. И хоть он ощущал собственную некомпетентность и неподготовленность, он планировал оставаться оплотом поддержки для своего макнэ. Пусть даже в такой ситуации. О том, что принесет им будущее они будут думать потом. — Хён... Тэмин вновь с немой просьбой уставился на Минхо, в трепетном предвкушении только одного действия. И это милое молчаливое ожидание вновь всколыхнуло сердце Минхо. Минхо аккуратно накрыл пухлые губы, которые так хотели одаривать сотней поцелуев в ответ. Но нежность Минхо казалась Тэмину по-особому откровенной. Он преодолевал новые оттенки смущения и стыда от неожиданного интереса направленного на его живот. — Ты ощущаешь это? — Ощущаю, что именно? — Внутри тебя. Тэмин прыснул со смеха. — Нет, Хён. Думаю для такого пока слишком рано. Но слышал, что так бывает. — Вот как? — Пока я ощущаю только постоянную тошноту. — Даже сейчас? — Немного. — Надеюсь это скоро пройдет. Один я со всем этим не справлюсь. — Минхо указал рукой на пакеты с едой. Но его рука вскоре вновь вернулась на прежнее место. Это новое ощущение, которому Тэмин не мог подобрать название, нравилось ему. — Наверное, тебе придется временно попрощаться со своими кроп-топами? — Все пока еще не так сильно заметно. — Думаю фанаты обратят внимание. — Они уже обсуждают, что мне пора наведываться в зал почаще. Минхо и сам ни раз и ни два, видел комментарии обсуждающие каждую деталь внешнего вида Тэмина. И далеко не все из них были положительные. Люди настырно и нагло советовали ему диеты, и лелеяли так много необоснованных надежд на то, что Тэмин услышит их и займется вопросом похудения поактивнее. Минхо жалел что не мог отгородить Тэмина от всей этой анонимной неприязни и злобы, зная как он чувствительно относился к подобному. Но он не мог уберечь его от всего мира. Это тоже было одной из причин переживаний. И Минхо понимал, что теперь ему придется хранить на один секрет больше. — Может я делаю недостаточно, чтобы они просто были счастливы за меня? — Тэмини… — Я постараюсь никого не разочаровать. Тебя тоже, Хён. Минхо вновь обнял Тэмина. Так как не обнимал. Крепко прижимая к себе. — Ты останешься сегодня со мной? — прозвучал неуверенный вопрос. — Да. Минхо не планировал оставаться на ночь, но был не в том положении чтобы уйти. И не горел желанием. — Хён? — М? — Спасибо…. “Я люблю тебя.”