Do you feel this pain too?

Дыхание сбившееся, лёгкие почти на исходе, от следюущих шагов становится ужасно сложно бежать, в горле пересыхает с каждой новой порцией воздуха. В груди начинает что-то больно тянуть и резать, создаётся ощущение что вот-вот отбросишь коньки. Юноша бежит по непонятной темноте, ничего вокруг не было, даже пола. Он оборачивается, в ужасе убегает от неизвестности и вдруг оступается. Тело сразу ощущает лёгкость, дух захватывает, пока Ким летит куда-то и..снова стоит? Ранее зажмуренные глаза медленно раскрываются в страхе. Парень оказывается дома, опять. Поднимает руки перед собой, мурашки вместе с дрожью проходятся по всем конечностям, его начинает трясти. Сону хотел было выйти из квартиры, пока его не хватают за руку. Хватка крепкая, тяжёлая. Чужая рука возвращает светловолосого на место, над ним сразу возвышается пара взрослых, в глазах которых горели красные огни. До боли знакомые, злые лица, оценивающие каждый твой шаг, осуждающие каждое твоё слово. Всего тебя. И возразить ты им не можешь, потому что тогда тебя заткнут любыми способами, не пожелают слушать, просто потому что ты посмотрел в эти гнетущие гневом гримасы не тем взглядом. Не с той физиономией, которая им по нраву. Вид Кима становится всё жалостнее, потому что брови сгибаются, а глаза наполняются солёной жидкостью. Он закрывает лицо руками, тяжело дышит, всхлипывая. — Нет... пожалуйста.. не надо.. – тихо шепчет и весь трясётся, надеясь что это всё закончится как можно скорее. Омерзительно ужасные слова спадают с губ родителей, больно проталкиваясь в голову через уши, проникая всё глубже режут череп: « ты свинья, ты сделал всё не так, у тебя ужасный вкус; а вот *** лучше, чем ты ; закрой свой поганый рот, мы тебя плохо воспитали » и они всё кричат подобное без конца, пока мозг начинает вздуваться, сердце сильно-сильно бьётся. Вот оно уже показано крупным планом, как всё и есть, бьющееся невозможно быстро пока не-.... л о п а е т с я . Ким подрывается с кровати в холодном поту, блондинистые волосы взъерошены, в груди всё же колотится сердце, совершенно не тронутое. Пока ещё живое. Оно билось так сильно, что по рукам отдавалась ужасно не приятная дрожь вместе с током до кончиков пальцев. Иногда даже казалось, что оно билось об рёбра. Юноша хватается за футболку, сжимая её между пальцами. Слёзы моментально начинают течь по розовым щекам, обжигая их, а к горлу подступает ком. В постоянно тихой комнате Сону раздаются не громкие всхлипы, которые по ощущениям ломали не только глотку, но и грудную клетку. Как же это всё надоело. Мало того, что в жизни от родителей покоя нет, так ещё и кошмарные сны с их участием просто добивают. Нет, пробивают насквозь. Как ещё можно спастись от этого? Где найти способ успокоиться? Не тревожиться хоть раз? Парень понятия не имел, но он так хотел бы знать ответы на все эти вопросы. От рыданий Кима отвлекает телефон, неожиданно зазвонивший. Ему никто никогда не звонит и не пишет, у него нет ни друзей, ни знакомых, кому юноша мог понадобиться? Бледная рука поднимает гаджет, переворачивая экраном к себе. Неизвестный номер. Большой палец тянется к зелёной кнопке, нажимает её и подносит к уху. — Алло?.. – дрожащим голосом, задаёт короткий вопрос, совсем не ожидая ответ так сразу. — Это Сонхун. Сону, преподы всё никак не могут до тебя дозвониться и дописаться, даже твои родители им не отвечают. Мне передали что ты на грани отчисления, тебя в колледже не видать...ещё, они спрашивают, всё ли в порядке – тараторит Пак, пока на заднем фоне что-то шуршит, звук больше похож на быстрые шаги. По ту сторону звонка темноволосый получает гудки вместо объяснений. Телефон поднимается на уровне глаз, высвечивается надпись « Собеседник окончил разговор ». — Чёрт.. – агрессивно выплёвывает Сонхун, убирая телефон в карман джинс. Он даже понятия не имеет, где живёт Ким и как можно найти его, а уж тем более притащить в шарагу. Задача становилась всё сложнее, но видимо, приходится только ждать, пока тот объявится сам. Весь прошлый день прошёл невыносимо сложно, впрочем так же как и все остальные, Ким не знал, куда можно деться. Крики и пьянство старших не прекращались даже на выходные, их беготня друг за другом... словно маленькие дети, отвратительно. Но, благо, наступил новый день, когда парень наконец соизволил пойти в колледж. Правда даже там ему не скрыться от осуждающих взглядов, которые буд то вот-вот сожрут тебя живьём. А атмосфера одиночества в огромном обществе ещё больше пугала и угнетала, даже, наверное, сильнее чем проблемы с родителями. Хотя, эти две неприятности скорее были наравне друг с другом. Прямо сейчас парень собирается в своё школьное заведение, одев серую толстовку и чёрные джинсы. Тяжёлый портфель непривычно стягивал плечи назад, из-за чего они быстро уставали, но даже от такой боли становилось хоть каплю легче. Ким вышел на улицу, сразу же воткнув наушники в уши, не желая знать что происходит вокруг, надеясь слушать только музыку. К сожалению, помимо песен он начинал слышать свои непрекращающиеся мысли, которые появлялись абсолютно незаметно, от чего в рандомный момент махал головой в разные стороны, что бы выбить их оттуда. Дорога к колледжу по хрустящим листьям заставила немного успокоиться, хоть что-то. Подходя к зданию, парень заметил огромную кучу людей, идущих получать знания, с каждым шагом расстояние между ними становилось всё меньше, пока люди не превратились в толпу, которую так тяжело переносил Ким. В принципе, он не очень любил людей, а находиться в сужающейся толкучке было невыносимо противно и страшно, так что тот предполагал лучше подождать, пока все зайдут и, лучше опоздать на пару, чем идти вместе с стадом. Звенит раздражающий звонок, оповещающий студентов о том, что учебный день уже начался, но только не для Сону. Тот пришёл в класс намного позже, чем надо было, из-за чего преподаватель немного наругал его, но после всё же разрешил сесть на место. Парень быстро пробегает по классу к своей парте немного пригнувшись, буд то от этого его никто не заметит. Отношение учителей к ученикам определённо отличалось в школе и колледжах своей лояльностью, от этого становилось легче учиться, даже в глубине души словно создавалась какая-то благодарность. А может, преподаватели просто устали за свою долгую жизнь тратить нервы на младших, вот и решили придавать нарушениям и хулиганствам меньше внимания. Пока мужчина в очках у большой доски что-то скучно рассказывал, светловолосый выкладывал принадлежности на стол, уже собираясь записывать лекцию, которую он немного пропустил. Неожиданно, юношу начинают откликать по сторонам, он обращает на это внимание, поворачивая голову к голосу. — Эй, эй! ты, блондинчик! говорят, ты из этих? – с бешеной улыбкой докапывается задира с короткой стрижкой. — Чего?... – совсем не понимая о чём брюнет говорит, отвечает вопросом на вопрос, поднимая брови в удивлении. — Ну внешностью ты прям похож, хах! – смеётся, окидывая того быстрым взглядом. Сону просто хмурится, возвращаясь к заданиям. Уроки заканчиваются. Мерзкий звон старого звонка проносится по всему зданию, заставляя закрыть уши от громкости и не красоты его звучания. Сбившиеся нотки былой мелодии заползают в уши, буд то пытаются заставить кровь вытечь оттуда. Благо, звук не настолько громкий для этого. Парень просто морщится и быстро собирает книги в портфель, накидывая его на плечо, молниеносно спускаясь с третьего этажа на первый. Группы людей не такие большие, половина успела убежать домой, пока некоторые только плетутся к выходу. Светловолосый осматривает всё вокруг, выходит за двери здания, спускается по крыльцу, как вдруг его хватают за шиворот серой толстовки, больно вжимая в холодную стену. Перед глазами предстаёт знакомая физиономия, которая хмурится и злобно улыбается, придерживая Кима за плечи, прижимает к бетону, не давая уйти, даже попытаться. Глаза расширяются в удивлении, он толкает задиру в плечи стараясь отодвинуть от себя, но у него не выходит. Брюнет прицепился к нему намертво. — Чт...– не бросает попытки выбраться из хватки, цепляется за чужую одежду и тянет её, потом всё же сдаваясь, но держась на стороже – Что тебе нужно?! – возмущается, совсем не понимая почему на него накинулись. — Ммм..ну губки у тебя пухленькие, что надо для пидора – тянет слова, хочет прикоснуться к чужому лицу, но тот бьёт задиру по руке, начиная хмуриться и злиться – С чего вы решили что я.. – неожиданно, из-за спины выходят ещё трое парней из параллели, такие же бандиты по внешнему виду и характеру как тот, что держал светленького, не давая ему двинуться. Сердце Сону дрогнуло, он не на шутку испугался. Страх прошёлся по телу током, пульсируя в конечности. Кима резко швыряют в другую стенку учебного заведения так сильно, что он тут же скатывается по ней и падает на пол, дыхание мгновенно участилось от сильного удара спиной. Кашель вырывается изо рта. Четверо плохишей подходят ближе к беззащитному, смеясь и улыбаясь. — Повеселимся, парни? – глава оглядывается на остальных и видит их огонь ярости в глазах, который, по ходу они собираются вылить на Сону. Тот приподнимается на руках ближе к стене, от страха стараясь вжаться в неё, словно после этого на ней откроется потайной вход и он сможет укрыться, но к сожалению нет. Один из юношей хватает светловолосого за ногу, тянет ближе к другим обидчикам. Некоторые из них наклоняются что бы ударить кулаками в лицо, но вместо этого попадают в руки, за которыми Ким прячется. Один замахивается ногой, со всей силы бьёт в живот, от чего юноша сгибается, поджимает колени. С другой стороны идут удары по спине, сверху стараются попасть в голову. Ким разгибается и пытается встать, но не успевает, потому что удары градом сыпятся на его тело, от чего он снова сжимается в комочек, весь дрожит и плачет взахлёб. — Получи, урод! – слышится сверху, — Таким как ты в обществе не место, мерзкий гомик! – за словами идут всё новые и новые действия, оставляющие на его нежной коже множество синяков и ссадин. Из-за угла выглядывает тёмноволосый, который, сразу замечая ужасную картину, не может поверить своим глазам. Он подходит к шайке, стараясь разглядеть, кто же лежит на земле. — Что здесь происходит? – грозно кричит Пак, всматриваясь в лица хулиганов, постепенно оборачивающихся на него. Глаза старшего устремляются на тело, скрючевшееся на холодном полу от боли, лежащее в толстовке, знакомой до колкости в груди. Парень щурится, позже замечая блондинистый локон, выглядывающий из под капюшона. Брови тут же взлетают выше лба. — ...Сону?.. – с странной неуверенностью спрашивает брюнет, медленно подходя ближе и всё быстрее осознавая, что это реально Сону. Перед его лицом неожиданно встаёт главный задира, выдавливая лыбу. — Ха! А ты че, его парень? че ты лезешь вообще? – дерзко кидается словами в Хуна, пока его лицо начинает меняться. Брови смещаются к переносице, эмоцию ни с чем не перепутать. Злость, гнев. Белоснежные зубы скрепят, отвращение и ярость щекочит нос, пока Пак возвышается над бандитом, сжимая кулаки. — Ублюдок. – слово крепко вгрызается в морду обидчика, ошарашивая его. Сонхун незаметно замахивается и вбивает кулак в мерзкую физиономию, кожа расплывается, тот сразу падает на землю с подозрительным хрустом. Остальные начинают кидаться на старшего, попадая ему кулаками в лицо и бока, пока Пак вмазывает всем по удару, юноши отлетают в разные стороны. Некоторые подбегают по второму кругу. Глава внезапно начинает кричать, останавливая друзей. — Стоять! Бегом уходим, я кажется что-то сломал! Если сломаете и вы, меня некому будет нести! быстро, быстро! – голос дрожит в панике, парни подбегают к тому, помогая ему встать и быстро уходят, оглядываясь. Сонхун смотрел им вслед, пытаясь отдышаться. В голову врезается мысль о младшем, он сразу бросается к нему, падая на колени. — Сону!...Сону, всё в порядке? дай посмотрю – тянется к рукам, которыми Ким закрывал лицо, отодвигает их и видит некое месиво – Боже мой, Сону... – лицо светловолосого выглядело впервые так плохо: из носа текла кровь, линией капающая с подбородка ; бровь разбита, а под глазом синяк, ещё помимо этого маленькие царапины и ссадины на щеках. Страшно представить, что у него под толстовкой.. Пак аккуратно запрокидывает руку юноши на своё плечо, помогая ему встать. — Идти можешь? – обеспокоенно спрашивает, в ответ замечая лёгкий кивок головой. Парни ушли прочь с этого места, стараясь вместе дойти до дома Сонхуна. Через 15 минут оба уже стояли на крыльце. Брюнет одной рукой старался открыть замок двери, много раз в панике проворачивая его в разные стороны, через секунду наконец открывая. Тут же заходит внутрь, первым делом укладывая Кима на мягкий диван, ранее висевшего на чужом плече. Сону лежал совсем без сил, стараясь не дёргаться и не доставлять себе больше дискомфорта, потому что боль по всему телу давала о себе знать при малейшем движении и прикосновении. В это время старший судорожно искал аптечку по всему дому, что бы обработать раны. Естественно, сам Пак был в такой ситуации не раз и он знал, что нужно делать при подобных ситуациях. В детстве был немного вспыльчивым, из-за чего ему часто могли навалять..за то сейчас, навыки пригодились. Хотя, лучше бы не пригождались. Найдя коробочку с лекарствами и бинтами, Хун тут же понёс её в гостиную, где неподвижно лежал юноша, прикрыв глаза. Увидев это, темноволосый немного испугался, ибо после избиения и отключиться можно. Он тихо подошёл ближе, что бы убедиться что всё в порядке и, слава богу оказался прав. Младший медленно распахнул ресницы. — Сону, я хочу обработать твоё лицо, я постараюсь аккуратнее.. – обещает Пак, усаживаясь рядом с тем. Парень поднимает крышку аптечки, берёт вату и перекись водорода, выливая щипучую жидкость на белое облако. Подносит вату к ссадинам, осматривая несчастный вид Кима с жалостливым лицом. — А почему они накинулись на тебя? – разбавляет успокаивающую тишину таким же мягким голосом, стараясь не испугать Сону и не сделать ему больно. Чужие губы дрогнули, явно пытаясь дать ответ, – Они...думали..что я...гей.. – выдыхает лежащий, грустно опуская опухшие глаза вниз. В ответ Пак промолчал, не зная что можно ответить. Эта причина такая частая, что, уже на самом деле не удивительно. Правда единственное, что непонятно, так это то, с чего хулиганы решили, что Ким - гей. Сонхун тянется за новой ваткой, хотел вытереть немного засохшую кровь из под носа и брови. Вата проходится по струйке, полностью вытирая её, после чего Хун сразу засовывает её в ноздрю младшему, что бы остановить кровотечение. Тот немного дёргается, начиная стонать от резкой ломящей боли во всём теле, которая сразу застилается мурашками. — Потерпи немного – убирает кровь с разбитой брови, доставая мазь. Через десять минут всё лицо было почти как новенькое, не считая синяка под глазом, подбитой брови и губы. Пару маленьких пластырей на щеках почти не были видны, а вата в носу уже окрасилась в красный. — Сону, ты не сможешь присесть? мне нужно осмотреть твоё тело, надеюсь, там ничего серьезного нет – действительно переживая за младшего, с огромной заботой задаёт вопрос Пак, ожидая ответа от Кима, в то время как тот отрицательно вертит головой, начиная засыпать, – Хорошо.. отдыхай – легонько хлопает ладонью по чужому колену и уходит в другую комнату заниматься своими делами.