Хогвартс. Наследие древней магии

      И всё же он надеялся, что профессор Фиг освободится раньше. Однако письмо, которое Калиста доставила перед ужином, разрушило эти надежды: директор Блэк срочно отправил профессора в Министерство на ближайшие пару дней. Теперь выбора точно не осталось.       К полуночи гостиная Слизерина окончательно опустела. В тишине остались лишь спящие портреты, изредка нарушающие её свистящим сопением, да ровное потрескивание дров в камине. За высокими окнами медленно колыхалась чёрная гладь озера, отбрасывая по стенам блеклые тени. Эмиль осторожно выглянул из-за колонны и, убедившись, что вокруг никого нет, крадучись направился к винтовой лестнице.       — Всё-таки ты не передумал, — внезапно послышался голос.       Эмиль вздрогнул и обернулся, но никого не увидел. Кто-то на портрете недовольно заворочался во сне и снова захрапел. Неужели показалось?       — Кто здесь?       Лёгкий ветерок скользнул по лицу, и из темноты возник Себастьян. Эмиль выпучил на него глаза и отшатнулся, сдержав чуть не вырвавшийся наружу вскрик. Себастьян тихо рассмеялся.       — Очень смешно, — буркнул Эмиль и ткнул его локтем в бок.       — Прости, не удержался. Уж больно хотелось застать тебя врасплох.       Он оглядел Эмиля с головы до ног.       — А ты молодец. Не отказываешься от своих слов. Полезное качество для человека, который собирается нарушить десяток правил за одну ночь.       — Говоришь так, будто делаешь это каждую неделю.       — Не каждую. Иногда чаще.       Себастьян заметил на губах новичка мелькнувшую улыбку, но решил не придавать этому значения.       — Судя по реакции, Дезиллюминационное заклинание ты ещё не знаешь.       Эмиль мотнул головой. Тогда Себастьян достал палочку из-за пазухи и принялся объяснять:       — Это заклинание маскировки. Полностью невидимым тебя не сделает, но если не шуметь и не лезть людям под нос, то заметить тебя будет сложно.       Он плавно взмахнул палочкой, и очертания его фигуры дрогнули, растворяясь во мраке гостиной. Теперь Себастьян больше напоминал размытую тень, чем человека.       — Впечатляет… — Эмиль осторожно протянул руку к едва заметной ряби и случайно коснулся чего-то тёплого и мягкого.       Заклинание рассеялось, и перед ним возник Себастьян. Ладонь Эмиля лежала на его щеке — тёплой, живой. Оба замерли, будто время внезапно перестало существовать. Где-то в оглушающей тишине подземелья бешено колотилось сердце, и Эмилю казалось, что этот стук эхом расходится по каменным стенам. Пальцы дрогнули и невольно скользнули по коже Себастьяна — осторожно, почти невесомо. Тот едва заметно вздрогнул, резко втянув воздух, словно это прикосновение обожгло сильнее любого заклинания. Тёмные глаза расширились от растерянности. И только тогда Эмиль будто очнулся. Он резко отдёрнул руку, быстро отступая назад.       — Я… прости. Просто хотел проверить.       — Не отвлекайся, — Себастьян кашлянул в кулак, отводя взгляд. — Лучше опробуй заклинание.       Эмиль медленно выдохнул, успокоился и поднял палочку, повторяя движения. По мантии пробежала серебристая рябь, и его силуэт слился с темнотой подземелья. Он посмотрел на свои полупрозрачные пальцы и не смог скрыть удивления.       — Получилось…       Себастьян кивнул в сторону лестницы.       — Идём, пока старосты внезапно не вспомнили о своих обязанностях. И постарайся никому не наступать на ноги — это обычно портит весь эффект невидимости.       Ночью Центральный зал преобразился. Тёплый дневной свет исчез, уступив место дрожащим отблескам факелов. Высокие своды терялись во мраке, а пустые коридоры казались непривычно безмолвными. Двое студентов двигались осторожно, стараясь не дать шагам разнестись эхом по залу. Одни старосты были начеку — сновали от стены к стене, другие дремали, привалившись к колоннам. Но ни те, ни другие даже не подозревали, что мимо них крадутся два невидимых силуэта. Проходя мимо расписного столика, Эмиль случайно задел локтем вазу. Ваза опасно качнулась, глухо звякнула о край столешницы и полетела вниз. Дыхание перехватило.       — Левиосо, — быстро прошептали сзади.       Ваза замерла в воздухе в нескольких миллиметрах от пола, затем плавно поднялась и вернулась на место. Эмиль облегчённо выдохнул.       — Осторожнее, — нервно шикнула тень прямо над ухом.       — Прости…       Они добрались до верхней галереи. Отсюда открывался вид на фонтан внизу посреди пустого коридора, а чуть дальше — на небольшую дверь, возле которой дежурили двое старост в чёрных колпаках. Один бодро расхаживал вдоль двери, второй откровенно клевал носом.       — Эти двое при первой возможности побегут к мадам Пергамм, — тихо сказал Себастьян. — Так что постарайся больше ничего не задеть.       — Я же не специально.       — Знаю. Просто напоминаю об осторожности.       Они спустились по лестнице и укрылись за фонтаном. Староста, который ходил взад-вперёд, наконец заметил задремавшего напарника и возмутился настолько, что тряхнул его за плечо. Тот испуганно встрепенулся и уставился на раздражённого коллегу.       — Спишь, пока я стою на страже? А ну быстро пошёл в конец зала и обратно!       Соня что-то буркнул себе под нос, поправил колпак и поплёлся по заданному маршруту. Второй же стоял с видом надзирателя, скрестив руки на груди, и наблюдал за неуклюжей походкой своего коллеги.       Себастьян выглянул из-за каменной сирены и цокнул языком.       — Не пройдём. Слишком близко стоит.       — И что делать?       Вместо ответа Себастьян взмахнул палочкой, и в дальнем конце Центрального зала с оглушительным грохотом рухнули доспехи.       — Какого чёрта?! — подпрыгнул один из старост.       — Иди проверь!       — Почему я?!       — Потому что ты ближе!       — Я один не пойду!       — Вот ты трус…       Раздосадовано ворча, оба поспешили на шум. Себастьян усмехнулся:       — Иногда люди сами создают себе проблемы. Идём.       Две тени вышли из-за фонтана и скрылись за дверями библиотеки. Однако настоящие сложности ждали их уже внутри.       — За шкаф, быстро, — скомандовал Себастьян, и Эмиль последовал за его размытой фигурой.       Среди длинных книжных стеллажей, прямо у входа, за широким библиотекарским столом сидела пожилая, но статная женщина. Седые волосы были собраны в строгий пучок, сосредоточенный взгляд за круглыми очками скользил по страницам книги. Услышав подозрительный шорох, она тут же оторвалась от чтения и медленно оглядела библиотеку, но, ничего не заметив, вернулась к книге.       — Проклятье… — шёпотом выругался Себастьян.       — Ты же говорил, что библиотекарши тут не будет.       — Я сказал, что её обычно нет в это время. Всё будет в порядке. Видишь её стол? В ящике лежит ключ от Запретной секции. Я отвлеку её, а ты достанешь ключ.       — А почему нельзя просто открыть дверь заклинанием?       — Алохомора раньше работала. Но библиотекарша догадалась, что я знаю это заклинание, и наложила защиту. Так что теперь без ключа никак. Не переживай, я обещал провести тебя — и своё слово держу. Поверь мне.       Тень Себастьяна мелькнула между шкафами, подбираясь к читательскому столу. Через секунду раздался резкий скрип ножек стула по паркету. Библиотекарша вздрогнула, схватила палочку и медленно вышла из-за стола.       — Кто там? Это ты, Пивз?       Пергамм направилась на звук, и Эмиль понял: другого шанса не будет. Он быстро юркнул к столу, выдвинул ящик и вытащил заветный ключ. Запретная секция находилась у правой стены библиотеки за массивной решёткой. Но теперь преграда уже не казалась серьёзной: два поворота ключа — и проход открылся. Посреди секции находилась лестница, ведущая вниз. Эмиль дождался Себастьяна, и они вместе спустились на нижний уровень.       Между книжными стеллажами медленно парили полупрозрачные призраки. Их вытянутые фигуры плыли между полок, и лишь иногда раздавался протяжный стон, от которого холодело внутри.       Эмиль замедлился.       От призраков веяло могильным холодом. По спине пробежали мурашки, а пальцы крепче сомкнулись на палочке. Один особенно высокий призрак медленно повернул голову в их сторону, и Эмиль почувствовал, как сердце неприятно ухнуло вниз.       — Они… нас видят?.. — едва слышно спросил он.       — Стараемся не проверять, — шепнул Себастьян.       Призрак плавно двинулся прямо навстречу. Эмиль застыл. Полупрозрачная фигура пролетела совсем рядом, и ледяной холод пробрал до костей.       Себастьян обернулся на прерывистый вдох, раздавшийся позади.       — Только не говори, что ты боишься призраков.       — Н-не боюсь.       В этот момент где-то над полками раздался жуткий вой. Эмиль шарахнулся в сторону и плечом врезался в Себастьяна. Чужая ладонь быстро легла ему на предплечье — крепко, почти инстинктивно.       — Тише, — шикнул Себастьян.       Лишь сейчас Эмиль понял, что всё это время не дышал. Себастьян вёл его дальше между стеллажами, не отпуская. От этого неожиданно стало спокойнее. Когда призраки остались позади, Себастьян убрал руку и предпочёл сделать вид, будто ничего не произошло. Эмиль поддержал его решение неловким молчанием.       Они спустились ещё на этаж ниже и, наконец, могли снять с себя чары невидимости. Здесь было тихо. Их приглушённые шаги эхом разносились по залу. Эмиль шёл рядом и украдкой поглядывал на Себастьяна, который это заметил.       — Что такое?       — Ничего, просто… У тебя ведь тоже есть причины попасть сюда?       — А ты проницательный, — он нахмурился. — Помнишь, я говорил, что у меня есть сестра?       Эмиль кивнул.       — Её зовут Анна, и она… тяжело больна. И ни сестра Чиррей, ни целители больницы святого Мунго не смогли ей помочь. Разводят руками и говорят, чтобы мы готовились к худшему.       Он поджал губы. В тёмных глазах дрогнули отблески факелов.       — Но я знаю, что есть способ ей помочь. И я его найду. Обязательно.       Из груди Себастьяна вырвался тяжёлый вздох. Взгляд впервые стал мягче, лишившись привычной насмешливой уверенности. В тёмных глазах всё ещё мерцали рыжие отблески, но теперь Эмиль видел перед собой не самоуверенного слизеринца, а человека, отчаянно цепляющегося за последнюю надежду. Себастьян улыбнулся, только улыбка вышла непривычно печальной, горькой и очень уставшей.       — Не смотри на меня так жалостливо. Я сам разберусь. Лучше скажи — что мы ищем?       — Если честно, я не знаю.       — Тогда как мы это найдём?       — Думаю, это должна быть какая-то необычная книга.       — Эмиль, это, — Себастьян обвёл рукой бесконечные стеллажи. — Запретная секция. Тут ВСЕ книги необычные.       — Значит, ищем книгу… необычнее необычной.       — Очень полезное уточнение.       Они продолжали идти, осматривая бесчисленные полки в надежде найти ту самую книгу, выбивающуюся из общей массы. Однако задача оказалась не простой, ведь каждая из них была оригинальной и неповторимой.       — Может эта? — Себастьян указал на талмуд с расписной кожаной обложкой и сияющими камнями. Эмиль прищурился, вглядываясь в книгу.       — М-м… нет, не то.       — А эта?       — «Тайны наитемнейшего искусства»? Мне от неё не по себе…       — Ну, ты же искал «необычнее необычного». По мне так очень соответствует твоему описанию.       Эмиль обречённо вздохнул. Когда книжные шкафы, тянущие вдоль стен, закончились, студенты упёрлись в стену.       — Всё, это конец пути, — объявил Себастьян. — Что дальше?       — Нет… не может быть. Здесь должно быть что-то ещё.       Эмиль провёл ладонями по холодному камню, навалился на него плечом, но стена оставалась неподвижной. В голове возник шёпот, будто указывая путь. И вдруг на стене проявились тонкие очертания двери. Медная ручка повернулась, и перед студентами открылся коридор, ведущий во тьму. Эмиль достал палочку и посмотрел на Себастьяна:       — Готов?       — Готов, — быстро отозвался тот, уже держа свою.       Они произнесли заклинание в один голос и шагнули вперёд.       Белые огоньки на концах палочек слабо освещали царивший беспорядок: потёртые шкафы, покрытые многолетней паутиной; испорченные, отсыревшие книги; старые сломанные доспехи, уже лет как сто потерявшие свой блеск. Себастьян удивлённо осматривался по сторонам.       — Я столько раз проникал в Запретную секцию, но о скрытом подвале даже не подозревал. Хогвартс не перестаёт меня удивлять, — он перевёл взгляд на Эмиля. — Как и ты.       Уголок губ Эмиля невольно приподнялся.       — Я смог тебя удивить?       — Конечно. Не каждый день новички просят меня проникнуть с ними в библиотеку и случайно найти тайный ход.       — Кажется, я начинаю собой гордиться.       — И поверь, есть чем.       Негромкий смех нарушил тишину подсобки.       — Кто это тут у нас? — но тут раздался визгливый голос, отдаваясь эхом по каменным стенам подвала.       — Вот чёрт… — выругался Себастьян, задрав голову.       Из тьмы под потолком, вылетел Пивз, расплывшись в широкой, пакостной ухмылке.       — Себастьян Сэллоу с компанией шастают тут, будем надеяться, что их не найдут! Прохвосты-вонючки! Вам светит взбучка!       Полтергейст, довольно напевая себе что-то под нос, пронёсся над головами нарушителей.       — Пивз. Не. Смей, — процедил Себастьян сквозь зубы, злобно смотря в след доносчику. Однако тот уже прошёл сквозь стену. — Надо остановить его или хотя бы придумать достойное оправдание для библиотекарши.       Себастьян рванулся было назад, но чужие пальцы внезапно сомкнулись на его руке. Он резко остановился и обернулся, встретившись с растерянным, почти испуганным взглядом Эмиля.       — У тебя будут проблемы. Раз уж нас поймали, пойдём на повинную вместе.       На секунду Себастьян замер. Вместе. На губах невольно мелькнула быстрая улыбка.       — Ну уж нет, я не доставлю Пивзу такого удовольствия.       И прежде, чем отстраниться, он едва ощутимо провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони, всё ещё удерживающей его руку. Осторожно, почти невесомо. Пальцы Эмиля дрогнули и разжались сами собой, позволяя ладони Себастьяна медленно выскользнуть из хватки.       — Я разберусь с ним. Иди.       Красный до кончиков ушей, Эмиль не мог отвести взгляд от Себастьяна. На коже всё ещё ощущалось мимолётное прикосновение, будто оно никуда не исчезло. Себастьян резко развернулся и взмахнул палочкой. Его фигура дрогнула, растворяясь в темноте полупрозрачной тенью. Ещё несколько секунд Эмиль различал удаляющиеся шаги, а потом и они исчезли в тишине подземелья. Сразу стало непривычно холодно. Эмиль медленно сжал пальцы в кулак, будто пытался удержать ускользающее тепло.       Он схватил ладонь Себастьяна. В который раз. Но что важнее…       Всё ли с тобой будет в порядке?       Он посмотрел во тьму коридора, откуда они пришли. И только потом продолжил свой путь, уже в одиночку.       Света на острие палочки едва хватало, чтобы разглядеть дорогу под ногами. Он шёл медленно, переступая через разбросанный по полу хлам. С каждым шагом холод пробирался всё глубже под кожу. Коридор внезапно оборвался глухой каменной стеной, и Эмиль поднял палочку выше.       «Тупик?» — подумал он, но в голове вновь послышался вкрадчивый шёпот.       По ногам дунул ветер. Он посмотрел вниз и обнаружил, что стоит на люке. Отошёл в сторону, и круглая крышка отодвинулась сама. Узкая винтовая лестница круто вела вниз, в беспросветную тьму. Эмиль собрал всю свою храбрость в кулак и шагнул.       Он осторожно ступал по высоким треснутым ступеням, одной рукой опираясь о шершавую стену, а другой держа палочку с колыхающимся огоньком на конце. Где-то во тьме слышался ритмичный звук капающей воды. Пальцы давно онемели от холода, но Эмиль продолжал спускаться. Лестница тянулась долго, пока, наконец, последняя ступень не осталась позади.       Несколько секунд вокруг царила абсолютная темнота, а затем под сводами один за другим вспыхнули белые огни. Перед Эмилем предстал круглый зал с полуразрушенными каменными колоннами, подпирающими скалистый потолок. Единственное, что было чуждо гнетущей атмосфере — изящная арка по центру подземелья, словно кто-то намеренно поставил её здесь. Под рёбрами ожил знакомый холод, и Эмиль, будто заворожённый, шагнул вперёд. Арка отозвалась на его приближение холодным свечение, а вокруг заметались бледно-голубые вихри, открывая проход к Омуту памяти. Над ним мерно парила загадочная книга с серебряным изображением волшебника на обложке.       «Наверное, это то, что я ищу», — подумал Эмиль и коснулся книги. Серебристая капля сорвалась со страниц и упала в чашу Омута. Гладь воспоминания дрогнула. Мир вокруг расплылся, как отражение на воде. Каменные стены исчезли, и в лицо ударил сухой обжигающий ветер.       Солнце находилось в зените и нещадно пекло голову. Четверо волшебников, ступая по высохшей траве, держали путь к небольшой деревушке, которая из-за засухи давно пришла в запустение. Некогда плодородная земля превратилась в сухую глину и уже не могла дать даже маленького росточка. Люди сидели в своих каменных душных домах, стараясь лишний раз не выходить на улицу, хотя это совершенно не спасало от пекущей жары. Где-то за разрушенным сараем догнивал труп иссохшего телёнка. Двое детишек, брат и сестра, с надеждой смотрели в глубь колодца. Девчушка из последних сил крутила деревянную ручку, наматывая верёвку на ворот. Ведро поднялось, но вместо воды в нём были лишь песок и глина. Здесь уже давно никто не ждал спасения.       Седобородый волшебник возвёл свою палочку в небо, и знакомые бело-голубые искры устремились вверх. Небо заволокло грозовыми тучами, послышался гром и пролился долгожданный прохладный дождь, преображая деревню. Трава позеленела вновь, колодцы наполнились чистейшей прозрачной водой, из заброшенных грядок прямо на глазах вырастал огород. Селяне выбегали из домов, радостно подставляя лица охлаждающим каплям.       Воспоминание дрогнуло и рассыпалось серебряной рябью. Жаркий воздух сменился прохладой каменных стен, а вместо дождя послышалось тихое потрескивание дров в камине. В полумраке учительской собрались четверо волшебников.       Профессор Фицджеральд стояла у окна, сцепив руки за спиной. Её осанка оставалась безупречной, а уверенный взгляд скользил по другим присутствующим. Рэкхем сидел за массивным столом и задумчиво гладил длинную седую бороду, хотя в его глазах читалось лёгкое сомнение. В тени книжных шкафов стоял профессор Бакар, в облике которого угадывались далёкие земли Йемена. Исходившее от него спокойствие будто сглаживало напряжение, повисшее в комнате. Руквуд же, напротив, выглядел заметно встревоженным. Полный волшебник в дорогом расписном камзоле расположился в кресле и выжидающе смотрел на дверь учительской, нервно постукивая пальцем по подлокотнику.       Вскоре на пороге появилась девушка на вид не старше пятнадцати лет.       — Мисс Морганак, — мягко произнёс Рэкхем. — Благодарю, что пришли.       — Вы хотели меня видеть?       Фицджеральд переглянулась с Рэкхемом.       — Мы хотели убедиться, что вы освоились в Хогвартсе, — мягко сказала она. — Пятый курс — не самое простое начало.       — Мне здесь нравится, директриса, — быстро ответила Исидора.       — Отрадно слышать, — улыбнулся Рэкхем. — К слову, меня тоже приняли в Хогвартс сразу на пятый курс.       — Это, несомненно, большая редкость, Персиваль, но всё же вернёмся к делу, — Руквуд чуть наклонился в кресле вперёд и внимательно посмотрел на Исидору. — Вчера вы упомянули странные следы, которые видели во время нашего визита в вашу деревню.       — Да, я сразу же узнала вас всех, — чёрные глаза блеснули. — Я помню тот день до мелочей.       В комнате повисла тишина, однако ученица продолжила.       — Я видела их… Эти странные следы, похожие на дым или вихри. Они были повсюду. Отец настаивает, что это было лишь моё воображение… Но я точно знаю, что видела.       Она вопросительно смотрела на профессоров, но ответа ей так никто и не дал. Рэкхем медленно поднялся из-за стола, всё ещё сомневаясь, стоит ли дальше говорить об этом.       — Вы правы, мисс Морганак. То, что вы видели, существует. Это следы древней магии.       Напряжение в комнате усилилось, но Рэкхем решил продолжить.       — Этот дар у меня пробудился в вашем возрасте. И на сегодняшний день мы с вами единственные, кто способен видеть их.       Лицо Исидоры просияло, однако профессора заметно переглянулись.       — Персиваль, — директриса осеклась и поспешила быстро исправиться, — то есть, профессор Рэкхем, не слишком ли рано вы об этом рассказываете?       — Для начала ей следует разучить основы, — поддержал её Руквуд. — А уж потом углубляться в эти знания.       Рэкхем промолчал, глядя в воодушевлённые глаза девушки.       — Значит, я могу этому научиться?       — Только когда освоите всё, что может дать вам Хогвартс, — на дрожащий свет от камина вышел Бакар. — Древняя магия требует терпения и ясного разума. Она не терпит спешки.       — Это очень долгий путь, — наконец заговорил Рэкхем. — Но поверьте, мисс Морганак, он того стоит.       Она опустила взгляд, скрывая улыбку, слишком самоуверенную для человека, которому только что велели быть осторожнее.       Лица и фигуры растворились в бело-голубом дыме, в нём же исчезла и учительская. Эмиль выпрямился, сжав пальцами края чаши.       В Хогвартсе обучали людей с такими способностями… И один из них был профессором.       Вот только кто теперь обучит его самого? Он поднял глаза на книгу, всё ещё мерно парящую над Омутом.       Надо искать дальше.       Он взял её и убрал за пазуху, как вдруг раздался грохот. Эмиль резко повернул голову в сторону шума. Стена тяжело отодвинулась, и образовался проход с полупрозрачной серебряной лестницей, ведущей наверх. Он подошёл ближе и заглянул в проём, в котором была лишь кромешная темнота. И, видимо, это — единственный возможный выход отсюда.

***

      На самом верху лестницы Эмиль упёрся в расписную дверь, которая бесшумно открылась и вывела его в библиотеку между двумя громоздкими шкафами. Стоило переступить порог, как дверь дрогнула и растворилась в стене.       — Шныряете по Запретной секции?!       От резкого вскрика Эмиль замер и вжал голову в плечи. Ну всё, теперь точно поймали.       — Я надеялась, что эти выходки прекратятся ещё в прошлом году. Но, очевидно, мои слова для вас не имеют никакого значения.       — Мадам Пергамм, — нерешительно послышалось издалека. — Давайте не будем рубить с плеча…       Себастьян!       Дыхание перехватило. Эмиль двинулся с места и пригнулся, быстро идя на звук голосов. Остановившись за шкафом, сквозь щель между книгами он увидел красную от злости библиотекаршу. Себастьян бледнее мела стоял напротив неё, а рядом с ним корча мерзкие рожи, парил Пивз. Эмилю хотелось взять и запустить в призрака какой-нибудь тяжёлой книгой, только жаль, что она беспрепятственно пройдёт сквозь него.       — Больше никаких оправданий, мистер Сэллоу! Я отведу вас к директору прямо сейчас.       — Но…       — Впрочем, — она быстро понизила голос. — Пивз говорил, что вы пришли сюда не одни.       Плечи Себастьяна едва заметно дрогнули. Эмиль прирос к полу, не смея моргнуть. Глаза Пергамм, как две ужасающие бездны, выжидательно смотрели прямо на нарушителя.       — Если кто-то подбил вас на это, будет лучше, если вы скажете. Вы же умный мальчик. Зачем вам неприятности?       Эмиль не знал, что делать — выйти из укрытия и разделить незавидную участь с Себастьяном, или же подождать пока тот сам обо всём расскажет библиотекарше. На лбу проступил холодный пот, сердце так и норовило выпрыгнуть из груди.       Себастьян застыл на несколько секунд, но потом выпрямился и, бросив на Пивза раздражённый взгляд, спокойно сказал:       — Со мной никого не было. Я пришёл один.       Эмиль прикрыл глаза и сделал долгий выдох.       — Ох, Себастьян, — покачала головой мадам Пергамм. — Что же скажет ваш дядя?       Она взмахнула своей палочкой, и стальная решётка, ведущая в Запретную секцию, с грохотом заперлась. Теперь ни заклинание, ни ключ не смогут открыть этот замок. Она направилась в начало библиотеки и указала пальцем на открывшуюся дверь. Себастьян замешкался, взглядом окинул бесчисленные полки с книгами, и тяжело вздохнув, нехотя направился к выходу. Пивз же в долгу не остался, издав в его сторону неприличный звук. Когда дверь за всеми тремя захлопнулась, Эмиль вышел из-за шкафа, метаясь взглядом от стеллажей к двери. Нужно было срочно что-то придумать.

***

      Себастьян шёл, как на казнь. Пивз действовал на нервы своими глупыми колкостями. Пергамм не лучше — вид у неё был такой, словно она поймала не студента, а беглеца из Азкабана, и с чувством выполненного долга вела его на суд. Точнее, в кабинет директора. Старосты, проходившие мимо, перешёптывались друг с другом, некоторые не сдерживали ехидных усмешек.       — Смотри, Себастьяна поймали.       — На этот раз точно вылетит из школы.       — Ему поможет только чудо.       Заткнитесь.       Он сердито смотрел на тень библиотекарши, тянущуюся по мраморному полу. Стук её невысоких каблуков приглушённым эхом раздавался по пустому залу. Хотелось поскорее с этим покончить. И тут кто-то участливо поздоровался:       — Добрый вечер, мадам Пергамм.       Стук каблуков прекратился.       — Скорее доброй ночи, профессор Уизли.       Уизли?       Себастьян поднял голову и точно — перед ним стояла замдиректора в своём сдержанном наряде и пачкой документов в руках. Её пронзительный, но мягкий взгляд из-под очков скользнул в его сторону, заставляя напрячься и в то же время благоговеть.       — Мистеру Сэллоу вновь захотелось почитать что-то интересное на ночь?       — Что-то из Запретной секции, — Пергамм недовольно посмотрела на него через плечо. — Пусть с ним теперь разбирается директор, раз уж мои слова до него не доходят.       — Да всё до меня доходит, — буркнул он себе под нос.       — Оно и видно!       — Подождите, мадам Пергамм. Вы хотите отвести его к директору прямо сейчас?       — Разумеется. Моё терпение уже давно подошло к концу.       — Но сейчас ночь. Блэк точно не будет рад если его разбудят по столь несрочному вопросу.       — При всём уважении, профессор, но я знаю, чего вы добиваетесь, — Пергамм сощурилась. — Вы хотите опять покрыть нарушителя.       Уизли приподняла бровь и слегка сжала кипу бумаг: тон Пергамм явно ей не понравился. Взгляд Себастьяна растерянно метался от библиотекарши к профессору. И тут Уизли отошла в сторону, уступая дорогу к лестнице.       — Если хотите проверить его гнев на себе, то не смею задерживать.       Себастьян посмотрел на неё, но его умоляющих глаз она не заметила. Или предпочла сделать вид, что не заметила. Как ни странно, Пергамм стояла на месте, не решаясь продолжить свой путь. Висевший в воздухе Пивз боязливо съёжился. Себастьян нервно сглотнул.       — Вы же понимаете, профессор, нарушитель должен быть наказан.       — Полностью с вами согласна. Но если вы позволите, я бы сделала это лично.       Пергамм ещё раз посмотрела на Себастьяна.       — Только в этот раз будьте добры наказать его по всей строгости.       — Непременно, мадам Пергамм, — профессор положила руку на его плечо и подтолкнула вперёд.       Себастьян бодро зашагал по коридору рядом с ней, украдкой поглядывая назад. Когда Пергамм надменно фыркнула и развернулась в сторону библиотеки, он высунул язык и оттянул пальцем нижнее веко, заставив Пивза разгневанно замахать руками и выкрикнуть несколько неприличных ругательств. Себастьян довольно ухмыльнулся.       — Спасибо вам, профессор Уизли, — облегчённо выдохнул он.       — Если вы думаете, что и в этот раз всё обойдётся, то спешу расстроить, — тихо, но жёстко ответила она. — Вы очень меня подвели, мистер Сэллоу. Я не могу это так оставить.       Себастьян ссутулился и напрягся.       — И… что со мной будет?       — Для начала зайдём в мой кабинет. Не хочу, чтобы моё негодование разнеслось по всему Хогвартсу.       Он прикусил нижнюю губу, решив больше не испытывать терпение профессора. Чуда всё-таки не случилось.       До кабинета трансфигурации они шли молча, и когда Себастьян переступил порог, его глаза так широко распахнулись, что готовы были выпасть на пол. Возле учительского стола сидел Эмиль. Неловко улыбнувшись, он помахал вошедшему рукой. Профессор щёлкнула пальцами, и второй стул придвинулся рядом с Эмилем.       — Присаживайтесь, мистер Сэллоу. Разговор будет неприятным.       И он послушно сел, переглянувшись со своим горе-напарником. Уизли опустилась за стол, положила рядом документы и тяжело вздохнула.       — Я настолько возмущена вашим поведением, что едва подбираю приличные слова.       Мальчишки потупили головы.       — И никакие извинения и красивые речи вам двоим не помогут, — она грозно смотрела то на одного слизеринца, то на другого. — Мистер Сэллоу, вы же обещали мне, что этого больше не повторится.       — Обещал, профессор, — выдохнул Себастьян, не смея оторвать глаз от столешницы.       — Тогда почему вы не сдерживаете своих слов?       — Это из-за меня, — неожиданно встрял Эмиль. — Я его подбил на это.       — Вы? — удивилась она, не веря своим ушам.       Себастьян с не меньшим изумлением уставился на него.       — Вы меня поражаете, мистер Прауд. Но… зачем?       — Хотел добиться расположения на курсе, — он посмотрел куда-то в сторону, заметно помрачнев. — У меня проблемы с… вливанием в коллектив. А тут как раз услышал разговор сокурсников про Запретную секцию. Они говорили, что туда под силу проникнуть только настоящему слизеринцу.       Себастьян продолжал таращиться на Эмиля, удивляясь его способности врать. Уизли настороженно слушала слишком складный рассказ.       — И я подумал: если я смогу в качестве доказательства что-то принести оттуда, возможно, меня примут. Себастьян поймал меня ещё в гостиной, отговаривал, но я его не послушал. Тогда он решил проследить, чтобы со мной ничего не случилось.       Профессор растерянно моргнула, и выражение её лица вновь стало строгим, но уже более снисходительным.       — Честно признаться, я совершенно не люблю наказывать учеников. Особенно в начале учебного года, — она поправила очки на переносице. — Профессора Фига тоже не хочется тревожить. Он всё ещё горюет из-за гибели Озрика, а ваше наказание может сильнее его расстроить. Вы это понимаете?       Эмиль до побеления сжал кулаки, лежащие на коленях. Себастьян это заметил.       — Да, профессор.       Она задумалась, сведя брови к переносице. Студенты сидели, как на иголках, и с замиранием сердца ждали приговора.       — Поступим следующим образом. Я вычитаю у Слизерина пятьдесят очков.       Мальчишки переглянулись и осторожно выдохнули.       — Но, если вас двоих ещё раз поймают среди ночи — разбираться с вами точно будет директор Блэк. А уж он не будет с вами церемониться. Поверьте мне.       В глазах юношей засияла наивная благодарность. Профессор осуждающе помотала головой и отмахнулась.       — Можете идти.       Слизеринцы подорвались со своих мест и, отвесив вежливый поклон, почти одновременно сказали:       — Спасибо, профессор Уизли!       И быстро направились к выходу, оглядываясь на свою спасительницу. Когда дверь за ними закрылась, профессор сняла очки и двумя пальцами потёрла переносицу. Но на её лице проступила едва заметная улыбка.

***

      Они шли по кратчайшему пути в гостиную, обходя посты старост и негромко, но возбуждённо разговаривая.       — Как она вообще тебя поймала?       — Я пошёл за тобой под заклинанием невидимости. Думал повторить тот трюк с доспехами, но не успел даже палочкой воспользоваться, как вдруг слышу: «Фините Инкантатем». Заклинание рассеялось, и профессор уже смотрела на меня в упор. Я сквозь землю провалиться хотел. Думал: всё, пойду собирать вещи и прости-прощай Хогвартс. Но тут я вспомнил, как ты говорил, что она тебя спасла, и сказал ей, что тебя ведут к директору. Она приказала идти в её кабинет, а сама пошла за тобой. Профессор Уизли потрясающая!       Себастьян тепло улыбнулся, посмотрев на Эмиля.       — Ты тоже.       — Что тоже?       — Потрясающий.       Жар прилил к лицу. Он открыл рот, пытаясь ответить, но вместо слов вырвалось лишь невнятное бормотание. И эта реакция, похоже, явно пришлась Себастьяну по душе.       — Ты так мастерски врал, что я сам почти в это поверил.       — П-просто приукрасил…       Себастьян одобрительно похлопал его по спине.       — Учись принимать комплименты с гордостью. Особенно от меня.       Ладонь плавно скользнула со спины на плечо, и Себастьян приблизился, шепнув напарнику в самое ухо:       — А я кого попало не хвалю.       Шёпот обжёг кожу. Эмиль замер, будто его на миг лишили воздуха. Он скосил взгляд на Себастьяна, и тут же пожалел об этом: на веснушчатом лице играла лукавая и слишком уверенная ухмылка. И почему-то именно она окончательно спутала мысли, оставив вместо них только неловкое, тягучее смущение. Себастьян медленно отстранился, будто ничего особенного не произошло, и как ни в чём не бывало заломил руки за голову.       — Жаль только, что очков лишились. За это наши точно по головке не погладят.       — А… да…       — Но ничего, год только начался, ещё наверстаем своё.       Эмиль нахмурился.       — Итан…       — М? — Себастьян вопросительно посмотрел на друга.       — Итан с Дэвидом после такого точно будут меня травить. А Эдвин…       — Пф, нашёл кого бояться — наших главных зануд. А Эдвину всегда было плевать на эту битву факультетов. Но вот кого точно стоит бояться, так это Имельду. Она за кубок школы порвать готова.       — Ты меня совершенно не успокоил.       Юноши тихо рассмеялись, и за этим разговором не заметили, как подошли к родному тупику коридора. Пароль прозвучал одновременно, и Себастьян с Эмилем на мгновение удивлённо переглянулись, не ожидая такого совпадения, а затем устало и чуть тепло улыбнулись друг другу. Раздался знакомый шелест, и под каменным телом питона появилась дверь.       В гостиной всё ещё царил привычный мрак. Тени от воды мерно зыбились на полу. Рыжий огонёк колыхался в камине и слабо освещал тёмную фигуру, сидящую в кресле. Мальчишки вздрогнули. Себастьян прищурил глаза, пытаясь разглядеть лицо гостя.       — Оминис?       Он, не торопясь, поднялся и достал из кармана мантии палочку, засветившуюся красным пульсирующим огоньком, вырывающим из темноты хмурое лицо. По спине Эмиля вновь пробежались мурашки от его пустых глаз.       — Ты почему не спишь? — спокойно спросил Себастьян.       — То же самое могу задать и вам двоим. Где вы были?       — Да так, прогуливались, — пожал плечами Себастьян, подошёл к дивану и плюхнулся на него, вытягивая ноги.       — Посреди ночи? — Оминис повернул голову в его сторону.       — Проводил новичку экскурсию по Хогвартсу и немного не рассчитал время. Вот и загулялись.       — Вот как, — теперь Оминис повернулся в сторону Эмиля. — Одной из точек случайно не библиотека была?       — Э… ну… видишь ли…       Оминис быстрой и беззвучной тенью подошёл почти вплотную. Он был пугающе близко, но Эмиль всё равно не слышал его дыхания. Свет палочки бил в глаза, как лампа на допросе.       — Эмиль… вы ведь всё-таки туда ходили?       — По правде сказать… — краем глаза он заметил, как Себастьян быстро приложил палец к губам. — Н-нет, не ходили.       Губы Оминиса растянулись в сдержанной улыбке.       — Ложь.       Эмиль нервно провёл рукой по своей шее. Себастьян прыснул в кулак.       — В кабинете Уизли ты был более правдоподобен.       — Вас ещё и поймали?       — Если бы не Пивз, всё бы прошло как по маслу.       — Это ты говоришь каждый раз, когда чуть не вылетаешь из школы, — устало произнёс Оминис. — А потом мне приходится тебя из этого вытаскивать.       Себастьян усмехнулся так, будто слышал это уже сотни раз. Эмиль стал задумчиво рассматривать узор на ковре под ногами, словно там можно было спрятаться от неловкости. Рядом с ними он вдруг почувствовал себя лишним. В груди неприятно кольнуло.       — Знаете, я, пожалуй, пойду к себе. Ноги просто отваливаются.       — Постой! — тихо выкрикнул Себастьян, рывком сев на диван, но Эмиль уже скрылся за колонной. Какое-то время Себастьян продолжал смотреть на неё, но потом шумно выдохнул и откинулся на мягкую обивку.       — Себастьян, — обратился к нему Оминис. — Зачем ты потащил за собой новичка?       — Он… — Себастьян увлечённо разглядывал колыхающееся отражение озёрной глади на колонне. — Интересный.       — У тебя интерес к нему… — Оминис, стоя позади дивана, чуть наклонился и понизил голос — … или к его тайнам?       Уголок губ Себастьяна дрогнул.       — Тебе стоит поговорить с ним лично. Может, он сам захочет тебе о них рассказать?       — Одного бедокура на мою голову вполне достаточно.       — Чем больше друзей, тем веселее, разве нет?       — За столько лет у тебя в друзьях могла быть половина Хогвартса. Но ты почему-то решил задуматься об этом только сейчас.       Себастьян не ответил, скрестив руки на груди.       — Всего три дня прошло с его появления, а ты уже повёл его в дуэльный клуб, потом в Хогсмид, а сегодня ещё и в Запретную секцию.       В камине громко треснуло полено.       — Это на тебя не похоже.       Оминис обошёл диван и сел рядом, уставившись на Себастьяна невидящим, но беспокойным взором.       — Я знаю тебя не первый год, Себастьян, — мягкий голос звучал совсем тихо, будто забирался под кожу. — Ты и палец о палец не ударишь, если игра не стоит свеч. Даже если у него есть то, что тебе нужно, не факт, что это безопасно. Безопасно для тебя…       Рука Оминиса медленно потянулась к нему, однако на полпути остановилась и опустилась. Неожиданно чужие тёплые пальцы накрыли его ладонь, вызвав мелкую дрожь по телу.       — Ты слишком сильно беспокоишься, — Себастьян звучал уверенно, чуть сжимая его руку. — Я знаю, что делаю. Просто поверь мне.       Оминис замер, вслушиваясь в треск пламени, далёкое колыхание воды за окном. И ощущение непривычной теплоты в своей холодной руке, которое сейчас было важнее всего на свете.       Если бы это было так просто…       Он неуверенно кивнул и услышал одобрительную усмешку в ответ.