Ad infinitum

      𝜗𝜚

Воспоминание.

Две тысячи лет назад.

      Тэхён стоял у высокого дерева, чьи корни уходили глубоко в землю, а пурпурные листья завораживали, словно гипнотизируя взгляд. Он притаился за массивным стволом, стараясь создать видимость, что свидание сестры с женихом проходит без охраны. Никто не должен догадаться, что он, Тэхён, наблюдает за ними. Также, как и страж на противоположной стороне, который скрытно защищает короля.       Эллоира сидела на траве, перелистывая страницы книги. Её красота и одиночество казались несовместимыми.       «Даже принцессы остаются разменными монетами в чужих играх», — подумал Тэхён.       Девушка терпеливо ждала жениха, пока тот, высокий и статный, неслышно подкрадывался сзади и наконец не обнял её. Эллоира озарилась улыбкой, повернувшись к Намджуну. Тот сел рядом, внимательно разглядывая страницы, которые она показывала.       Наблюдать за ними было приятно. Между ними чувствовалась любовь, пусть даже брак заключался ради примирения Виктори и Бандмана. Война между королевствами могла обернуться выгодой для соседних держав, готовых напасть на ослабленных врагов. Но пара, погружённая в свои чувства, словно забыла о политике. Тэхён, нарушив протокол, решил не мешать им и направился в библиотеку.       По пути он размышлял о будущем. Сестра станет королевой Виктори, а он, не патриот, но преданный брат, последует за ней. Будет служить ей, нянчить племянников, защищать их. В библиотеке Джин и Юнги, как всегда, обсуждали дела. Джин, старший наследник, с рождения готовившийся к трону, относился к Тэхёну с холодной вежливостью. Юнги же не испытывал ни симпатии, ни неприязни.       — Наши молодожёны остались без присмотра? — спросил Джин, не отрываясь от карты владений.       — Да, я оставил их, — ответил Тэхён.       — Нарушение протокола, — сухо констатировал Юнги.       — Но они уже почти муж и жена. Свадьба близко, так какой смысл стеречь их во дворце?       — Ключевое слово — «почти», — Джин положил карту. — Непредвиденное может случиться в любой момент. Будь наготове.       Позже наследник озвучил иное предложение:       — Тэхён, после свадьбы твоя роль охранника Эллоиры закончится. Хочешь служить Юнги? Твои навыки нам пригодятся, да и родственные узы обязывают.       — Честь для меня, — Тэхён слегка наклонил голову. — Но, если вспомнить Ваши же слова… — он уловил едва заметную улыбку наследника. — Интеллигенция Виктори может восстать против Эллоиры, несмотря на Ваши указы. Ей понадобится защитник в чужой стране. Им буду я.       — Понятно, — Джин задумчиво провёл рукой по карте. — Тогда возвращайся к ним.       — Как прикажете.       В саду пара, увлечённая разговором, не заметила его возвращения. Намджун крепко обнимал Эллоиру за талию, а та смеялась, показывая что-то в книге.       «Всё будет иначе, но они справятся», — мысленно заключил Тэхён.       — Тэхён, присоединяйся! — неожиданно позвал Намджун.       Эльф замедлил шаг. Они никогда не общались — откуда жених знает его имя?       Его усадили рядом, и разговор зашёл о книгах, причинах конфликта и надеждах на мир. Внезапно Намджун перевёл взгляд на Тэхёна, и его голос стал твёрдым:       — Я многое о тебе слышал. Ты отправишься в Виктори и продолжишь охранять Эллоиру. Ей нужна защита, — он посмотрел на невесту с нежностью. — Это не просьба. Это приказ.

𝜗𝜚

             Вечер. Бумажные фонари, развешанные на деревьях, заливали тëплым светом праздник в деревне на территории Виктори. У каждого проходящего мимо существа на голове красовался венок из цветов и веток. И Тэхён не стал исключением – на его голове красовался сплетенный из волчеягодника венок. В новой и чистой одежде он шел мимо ярмарочных ларьков с угощениями. Перед отправкой на праздник маг торжественно объявил: «Сегодня в западной деревне Праздник Грёз. День, когда всем нам можно и нужно отдохнуть». Так эльф и оказался здесь.       Гук наколдовал всем венки-ассоциации. Тэхёну достался с ядовитым эффектом. Он даже не стал спрашивать, почему. У самого мага на голове красовался простой венок из ромашек – причина этого выбора также оставалась загадкой. Все работники, включая рыжего мальчишку, облачились в праздничные наряды и к вечеру отправились в деревню. Едва ступив на украшенную территорию с каруселями и балаганами, компания мгновенно растворилась в толпе.       Тэхён действительно мечтал выбраться из поместья и, возможно, даже сбежать. Но теперь, оставшись совершенно один среди веселящейся толпы, он почувствовал острую, гнетущую пустоту.       У одного из ларьков столпилось особенно много покупателей. Девушка-зазывала звонко кричала: «Покупайте сладкие чарующие леденцы!»       Тэхён хмыкнул, достал из кармана серебряную монету и взял популярное угощение. Рассмотрев леденец со всех сторон, он не нашел ничего примечательного. На вкус он тоже оказался самым обычным. Но уже через минуту на его гладкой поверхности проступили слова: «Вам снова не повезет!». Угощение тут же полетело в ближайшие кусты.       Послав леденец в своих мыслях, Тэ стал наблюдал, как фейри весело пляшут под песни. Толпа хлопала в такт их движениям, ликуя от улыбок танцовщицы. В памяти само собой всплыло игривое лицо Эллоиры на придворных балах – публика точно так же сходила с ума от ее танцев и уловок.       Он резко развернулся и пошел прочь, протискиваясь сквозь толпу. Вдалеке Тэхён наконец заметил Биби – она что-то строго выговаривала чьим-то расшалившимся детям. Он уже направился к ней, но поток мыслей прервало громогласное объявление.       — Внимание! Внимание! — Огромный огр на сцене размахивал руками, пытаясь перекричать гул толпы. — Набираются смельчаки для кулачного боя! Главный приз — исполнение ЛЮБОГО вашего желания! — Народ взревел от восторга, засвистел и захлопал.       Тело Тэхёна само развернулось, уводя его прочь от малышки Биби, и неумолимо понесло к месту, где у сцены уже кучковались претенденты.       — Я участвую, — Тэхён пробился к началу очереди, остановившись перед гномом с пером и свитком. Существо, внешне напоминавшее человека, но ростом ему лишь по пояс, оценивающе окинуло эльфа взглядом.       — Участие — золотой, — ухмыльнулся гном, протягивая руку. Тэхён молча достал монету.       «Обычно такие бои бесплатны, но нет — на празднике решили нажиться», — мелькнуло у него в голове. Его проводили в зону ожидания, битком набитую существами всех мастей. Преобладали мужчины, но встречались и отважные женщины. Кто-то возвышался на голову выше остальных, кто-то юрко сновал под локтями. От многих исходила ощутимая магическая аура, заставляя Тэхёна насторожиться. Наверняка не удержатся от чар.       Спустя полчаса, когда в душном помещении уже негде было повернуться, участников вывели на огороженный круг — импровизированный ринг.       — И снова приветствую вас, дорогие гости! — Огр на сцене весело махал рукой. Толпа ревела в ответ — многие уже доставали кошельки, ведь ставить на победителя можно было с первого же раунда. — Начинаем сто семьдесят второе состязание Дня Грёз! — Грохот барабанов потонул в овациях. — Четыре тура! Сорок бойцов! — Огр обвел рукой собравшихся. — На груди каждого есть номер! Ставьте смело монеты на бойцов!       На одежде участников мгновенно вспыхнули светящиеся цифры. Тэхён взглянул на свою грудь — мерцала семерка. Его нелюбимая семерка. Он бегло окинул взглядом толпу зрителей — знакомых лиц не было. Что ж, и к лучшему.       — Первый тур: Вытолкни за круг! — Публика снова завизжала. Всем так нравилось смотреть, как кому-то делают больно, как они сражаются, словно звери. — Правила просты: вытолкни всех за пределы круга. Игрок выбывает, если любая часть его тела коснется земли за чертой или он потеряет равновесие. На это всё — ровно три минуты. Когда время истечет, существа, оставшиеся в круге, пройдут дальше. Внутри можно делать всё, кроме чародейства!       Звук барабанов заглушил последние слова. Все метались, ища место внутри круга. Тэхён, недолго думая, выбрал центр — самую безопасную зону, сокращающую количество направлений атаки и позволяющую контролировать дистанцию. Не он один оказался таким умным: множество игроков столпилось рядом с ним — всё же лучше, чем край. Он встал устойчиво: ноги расставлены шире плеч, центр тяжести опущен. — Раз… Два… — прогремел голос огра. Тэхён увидел перед собой искривленное ненавистью лицо молодого фейри. — …Три! Удачи вашим сапогам, а главное — кулакам!— Оглушительный хохот.       На Тэхёна сразу же с огромной силой ринулся здоровяк-амбал, разогнавшийся, чтобы наверняка вышвырнуть эльфа. Выхода не было. Тэхён рванул к краю. Вокруг началась вакханалия: сильные хватали слабых и швыряли за черту. Амбал несся боком, нацелив плечо прямо в парня.Тэхён резко уступил место, и противник, потеряв равновесие, по инерции вылетел за линию. Эльф тут же рванул обратно в центр. Оглядевшись, он увидел: существ в круге осталось куда меньше. Толпа ревела, наблюдая кровавую потасовку между полукровкой и дварфом. Полукровка лез пальцами в глаз дварфу; тот вопил от боли и ярости. Дварф орал, но никто не откликался, даже не поворачивался. Тэхён бросился на полукровку, сшибая его с ног и освобождая дварфа. Тот пополз к границе, но полукровка уже вскачил и снова мчался за ним. Он выглядел дико, явно пришедшим за чем-то иным, нежели победа.       — Червь, ты мне помешал!.. — Полукровка прыгнул на эльфа, пытаясь вцепиться в одежду. Тэхён ловко ускользнул, игнорируя оскорбление. Соперником явно овладело нечто: красные воспалëнные глаза и дикий взгляд выдавали помутнение рассудка. Он снова кинулся на Тэхёна, сбил его с ног и повалил на землю. Народ свистел и ревел.       — Кнут! Кнут! Кнут! — Кнут (так, видимо, звали полукровку) яростно рванул, пытаясь высвободить руки, чтобы обхватить шею Тэхёна.Тот изо всех сил толкнул его коленом в живот. Кнут ахнул, ослабив хватку. Эльф едва успел приподняться на локте, как Кнут со всей силы врезал кулаком ему в челюсть. Тэхён отлетел к самой черте, и полукровка тут же навалился на бывшего генерала. — Что-о с тобой сде-е-лать?.. — прошипел он, склонившись к самому уху парня. Кнут уже схватил Тэхёна за рубаху и потащил к черте, как вдруг рыжий стройный мужчина резким движением вытолкнул полукровку за пределы круга! Тэхён мгновенно вскочил и снова рванул к центру, переступая через распростëртые тела. Маркобесие на арене веселило публику всё больше. К счастью, через мгновение оглушительный гудок возвестил об окончании боя.       После первого раунда толпа у ринга увеличилась; монеты так и сыпались в мешки организаторов. Тэхён оглядел поле: осталось восемь бойцов. Он пересчитал их глазами – число не изменилось. Челюсть ныла от удара полукровки.       «Жаль, эльфья кровь не лечит своих», – с горечью подумал он.       — Наши победители! — прогремел голос с трибуны. — Номера три, пять, семь, семнадцать, восемнадцать, двадцать четыре, тридцать два и сорок! — Публика взорвалась аплодисментами. — А исполнять желание победителя будет... сам Гук!       Девушки у сцены завизжали от восторга, устремив влюблëнные взгляды на мужчину. Тот стоял на помосте, горделивый и непроницаемый, его взгляд безошибочно нашел Тэхёна в толпе бойцов. Эльф тоже не отводил глаз от своего Господина.       «Конечно, не всё так просто», — промелькнуло у него. Кто ещё в этой глуши мог бы исполнять желания? Разве что... Сама мысль, что королевский маг станет выполнять прихоть какого-то деревенского бойца (хотя на праздник съехались со всех концов), казалась нелепой. Масштаб несоизмерим. — Дорогие воины! — Гук раскинул руки, его голос лился плавно, словно мëд. — Мы уже стали свидетелями отваги. Но не сбавляйте темп! Покажите истинную мощь и красоту боя! — Он улыбнулся, приложив руку к сердцу, изображая искреннее восхищение перед бойцами, которые смотрели на владельца знаменитого магазина с немым обожанием. — Да пребудет с вами удача! — Второй раунд! Кулачный бой, как и обещали! — объявил распорядитель. — На ринг вызываются номера три и семнадцать! Бой начинается как только вы ступите на ринг!       Из толпы бойцов вышли двое: тот самый рыжий паренек, что подсобил Тэхёну когда-то, и его противник – огромный, горбатый огр. Тяжелый воздух арены пропитался запахом пыли, пота и... чего-то металлического, предвещающего кровь. Толпа взревела, споря и крича ставки, сливаясь в единую стену звука.       Огр, похожий на движущуюся каменную глыбу, взревел и бросился вперёд, как разъярëнный бык. Его первый удар – широкий, размашистый замах, предназначенный размозжить голову. Хлюпающий глухой звук! Кулак, размером с кузнечный молот, вминается в грязь у самых ног рыжего парня, Хоупа, который в последний момент отпрыгнул назад. Грязь брызгает во все стороны. Огр рычит от ярости и неловкости. Хоуп, пригнувшись, с хитрой усмешкой, мелькающей в глазах, быстро перемещается по периметру. Он не стоит на месте ни секунды.       Огр бьет снова – серия страшных прямых ударов. Воздух свистит, рассекаемый его кулачищами. Но Хоуп не там, где его ждут. Он уворачивается с минимальными рассчитанными движениями: лёгкий наклон головы, шаг вбок, приседание. Мощные удары огра проносятся в сантиметрах от него, тратя чудовищную силу впустую. Один удар всё же задевает Хоупа по плечу. Рыжий фейри вскрикивает от боли и откатывается, но мгновенно восстанавливает стойку, помассировав ушиб. Его глаза не теряют остроты, они сканируют огра – тяжелое дыхание, медленный поворот корпуса, привычка опускать левую руку после удара.       Огр, обезумев от злости и унижения, решает покончить с этим раз и навсегда. Он с рëвом собирается для своего самого мощного удара, который должен смести всё на своем пути. Он широко замахивается правой рукой, на мгновение полностью открывая левый бок и подбородок — это то, чего ждал Хоуп.       Вместо того, чтобы отступить, Хоуп делает стремительный рывок вперед-влево, прямо под летящую дубину-руку огра. На долю секунды, пока гигантский кулак пролетает над его головой, Хоуп вкладывает весь вес тела, всю жилистую силу своих ног и спины в один идеально поставленный удар. Не кулаком, а когтистой ладонью снизу вверх , прямо в точку под челюстью огра, где шея встречается с головой.       Звук негромкий, но чудовищно эффективный. Голова огра резко запрокидывается назад. Его глаза закатываются, огромное тело вдруг теряет всякую координацию, могучие ноги подкашиваются. Огр замирает на мгновение, как гора перед обвалом, а затем с глухим звуком рушится навзничь в грязь, сотрясая землю. Он лежит без движения, оглушенный, издавая лишь хриплые всхлипы.       Зрители сначала замирают, а затем взрываются воем – кто от восторга, кто от ярости из-за проигранных ставок. Хоуп стоит над поверженным гигантом, грудь вздымается от усилий, по липкому от пота и грязи лицу стекает струйка крови из рассеченной брови. Он не улыбается триумфально, а лишь слегка кривит губы в той же хитрой, знающей усмешке.       Хотя Тэхён уважал бойцов на ринге, его взгляд вновь искал мага. Гук больше не наблюдал за ним — он о чём-то оживленно беседовал с рыжеволосой эльфийкой. Та жестами указывала на ринг, что-то объясняя. Тэхён резко отвернулся.       — Седьмой и сороковой номер! — Прозвучал вызов. Эльф увидел, как напротив него поднялась девушка в просторной мантии. Лица не было видно, фигура казалась хрупкой. Даже глаз не разглядеть в глубоком капюшоне. Едва Тэхён ступил на песок ринга, невидимый кулак со страшной силой врезал ему в солнечное сплетение. Он рухнул, не успев вдохнуть. Крики толпы слились с объявлением победительницы. Магия.       «Парализующий удар», — пронеслось в помутневшем сознании, пока его волокли прочь.       Его бросили на заднем дворе возле бочки с элем. Тэхён сидел, уставившись в одну точку, сжимая кулаки от стыда.       Продул. Как идиот. Недооценил из-за хрупкого вида... Позор.       — Ты удивил меня. — Из тени вышел Гук, руки были скрещены на груди. Голос звучал холодно, почти разочарованно.       — Не смог устоять, — пожал плечами Тэхён, избегая взгляда.       — Загадал бы свободу? — спросил маг ровно.       — Да, — ответил Тэхён без колебаний.       — И верил, что победишь? — Гук сделал шаг вперёд. Его лицо скрывала тень, но выражение лица было неважно.       — Нет. Я реалист.       Позднее триумфатором турнира вышел Хоуп. Его всю ночь поили элем, он плясал с красавицами и красавцами, став центром всеобщего внимания. До самого утра толпа ждала, какое желание загадает рыжий. Его ответ оглушил всех:       — Гук, ты не сможешь дать мне то, чего я хочу. Так что оставь свое волшебство при себе. — Разочарованный ропот прокатился по толпе — никто не увидел легендарного исполнения желания владельцем магазина.       На следующие утро всё вернулось в обычный режим дня, повторение действий. О его вычерашнем фиаско никто не говорил, но, очевидно, размышлял. Подарок мага лежал на столе в комнате Тэхёна, его он в руки не брал. Слишком слаб, чтобы даже смотреть на него. Стыд.       Затенённый тренировочный двор, утоптанная земля под ногами. Три фигуры в центре: маг представляет двух воинов. Не сразу можно понять, кто из них ученик, а кто учитель.       — Это Хоуп. С сегодняшнего дня вы будете тренироваться вместе каждое утро, — Гук кивнул на фейри рядом.       Теперь была возможность рассмотреть парня лучше. Высокий, с жилистым телом, испещрённым шрамами — тело закалённого бойца. Но выражение лица выдавало нечто иное: безмятежную, почти детскую улыбку.       «Слишком уж доволен для воина», — подумал Тэхён, окидывая его оценивающим взглядом сверху вниз. Посмотрим, как он держит меч.       — Ты в курсе, что оценивать должен скорее он тебя? — усмехнулся маг.       — Посмотрим, кто кого, — парировал эльф.       — Так это правда ты — Генерал Альянса Света? — Хоуп самоуверенно ухмыльнулся, его взгляд полон откровенного скепсиса. Он явно не верил, что перед ним легендарный Тэхён Киммонуэльский.       Без предупреждения деревянный меч Хоупа взметнулся вверх, заняв простую, но безупречную среднюю стойку. Тэхён сделал глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться. Его собственная стойка выглядела неуклюжей попыткой вспомнить давно утраченное. Вес меча казался чужим, центр тяжести упрямо смещался. Гук покачал головой, наблюдая за действиями эльфа.       Тэхён ринулся вперёд с резким, но нескоординированным выпадом. Меч описал широкую дугу, оставляя корпус открытым. Хоуп даже не сдвинулся с места. Едва заметным движением запястья он развернул клинок под острым углом.       Раздался сухой стук дерева. Атакующий меч Тэхёна соскользнул впустую, а его самого слегка понесло вперед по инерции.       — Говорят, ты мог создавать клона с собственным клинком? — Хоуп прервал натиск, его голос звучал назойливо. Да, двойник был визитной карточкой голубоволосого генерала, его сильнейшим заклинанием. С ним он громил целые легионы, зная, что за спиной есть тот, кто прикроет.       Не теряя темпа, фейри нанёс короткий, точечный укол прямо в центр открывшейся груди бывшего генерала.       — Открылся, — констатировал он спокойно, и эта невозмутимость бесила Тэхёна пуще самого удара.       Учитель методично обрушил серию простых, прямых ударов по рукам, ногам, корпусу. Тэхён судорожно метался, с трудом парируя, принимая удары на клинок с глухим стуком. Он отступал шаг за шагом, теснимый к краю площадки.        Отбивая очередной прямой укол, Тэхён инстинктивно совершил короткое скользящее движение вбок — не шаг, а скорее сдвиг стопы, как его учили в далёком прошлом. Одновременно его меч провёрнулся запястьем в сложном, но экономичном движении, отвел клинок Хоупа в сторону и тут же — молниеносный укол в открывшийся бок учителя! Движение было чистым, точным, донельзя элегантным.       Хоуп резко отпрыгнул назад. Его обычно спокойные глаза расширились от неподдельного удивления. На светлой тренировочной робе чётко проступила пыльная отметина от удара. На мгновение во взгляде фейри мелькнуло... уважение? Признание того, кем был эльф перед ним?       — Нет, Гук, ты явно привёл афериста, — Хоуп махнул деревянным мечом в сторону Тэхёна, но в его голосе уже не было прежней насмешки. — Он меня даже не задел.       — Перестань, — сухо отозвался маг, наблюдавший весь бой из тени. — Когда он будет готов — скажи мне.       — А тебе, Тэхён, удачи, — Гук внезапно улыбнулся по-настоящему, искренне. — Очень жду, когда смогу увидеть вживую тот самый удар двойником.       К ежедневной рутине – созданию зелий и продаже артефактов – добавились тренировки с Хоупом. Фейри был в общении приятен, но на тренировочном дворе от его былой учтивости не осталось и следа. Он явно наслаждался доминированием над Тэхёном, который всё ещё с трудом возвращался в форму. Особое удовольствие рыжему доставляло поддразнивание: он постоянно твердил, что Тэ всех обманывает и таланта у него нет.       — Тэхён, помни о трёх столпах боя: спокойствие, терпение и концентрация, — наставлял Хоуп, повторяя прописные истины, усвоенные Тэхёном ещё в студенчестве.       — Каждый день бегай по полю с привязнными камнями и делай тысячу ударов деревянным мечом по воздуху. Вспоминай основы, — бросал он, а сам удобно устроился на весенней траве, наблюдая, как эльф выполняет изнурительные упражнения.       Спустя время Хоуп решил провести спарринг. Он выждал момент, когда Тэхён, занося меч для широкого удара, на мгновение замер, потеряв равновесие. Фейри молниеносно шагнул вперед-вбок, его клинок скользнул вдоль чужого и тупым остриём упёрся Тэхёну прямо в горло.       — Бедняжка, — язвительно усмехнулся он.       Тэхён вернулся в магазин в отвратительном настроении. Переодевшись, он спустился в мастерскую к магу и молча принялся помогать готовить усиливающие зелья. Они не сделают силачом, но дадут прирост физической мощи.       — Как занятия? — спросил Гук, не отрываясь от книги и поправляя очки.       — Неплохо, — буркнул Тэхён без энтузиазма.       — Скоро вернёшь форму и покажешь ему, кто здесь главный, — маг рассекал чёрное растение острым ножом.       — Я хочу сходить к парикмахеру, — Тэхён кивнул на отросшие волосы, но главной целью был город. Его томило желание узнать новости внешнего мира; он чувствовал себя запертым в этой глуши.       — Я приглашу его сюда, — предложил Гук.       Тэхён стиснул челюсть:       — Вы говорили, я свободен и это не клетка.       — Сегодня отдам тебе зарплату за полгода. Трать, куда захочешь, — маг попытался сгладить углы.       — Я хочу... — начал было Тэхён, но его прервали: Маргарита поставила перед ним тарелку с черничным пирогом и стакан тыквенного сока. Гук, как всегда, удивительно точно знал, чем задобрить буйного эльфа. Хотя бурлил тот в основном внутри, выдавая себя лишь редкими вспышками эмоций и ежедневным недовольным видом.       — Откуда вы знаете, что я люблю черничный пирог? — Прищурился Тэхён.       — Интуиция, — невозмутимо ответил маг.       Маг пребывал в необычайно хорошем настроении, и Тэхён решил этим воспользоваться, задавая осторожные вопросы.       — Кто сейчас на престоле Бэндмэна? — тыквенный сок обволакивал рот, как нектар, даря истинное наслаждение.       — Жестокий правитель. Взошёл на трон обманом и продолжает деспотичную политику. На контакт не идёт, — Гук отложил книгу, присев рядом.       — Вы его видели вживую?       — Видел, — кивнул маг.       — Могли бы взять меня с собой в Виктори? — Тэхёну нестерпимо хотелось увидеть город, его обитателей. Найти знакомых. Перерезать глотки.       — Чувствую твою кровожадность, Тэ. Не пытайся отрицать, — Гук встал, открывая новый рецепт: «Создание диких помощников. Сова».       — Не отрицаю, — сквозь зубы проговорил эльф. Хочется просто уйти. Куда угодно. — Но буду сдерживаться. Не совершу глупостей.       — А кто заменит тебя здесь? У тебя есть обязанности, — напомнил маг.       Ответа не нашлось. Оставить Биби, Маргариту и мальчика одних было действительно рискованно.       В один из таких же безмятежных дней маг торжественно объявил об отъезде.       «Вернусь скоро», — сказал он. В его «скоро» Тэхён не верил. Абсолютно.       После прощания Биби снова погрустнела, вяло кружа в воздухе и доставляя эксклюзивный заказ чопорному гному. В окне мелькнуло движение – кто-то махал рукой. Пока пушистая была занята, Тэхён вышел за порог.       У ворот стояла сгорбленная старуха в лохмотьях. Лет восемьдесят, если не больше – предел человеческого века.       — Пожалуйста, дитя, глоток молока, да кусок хлеба, — прохрипела она, протягивая иссохшие руки.       Тэхён, не раздумывая, спустился к Маргарите, взял стакан молока и свежую чесночную булочку. Вернувшись, протянул старухе. Та жадно выхватила угощение, начав быстро, почти зверино, пожирать булку. Закончив, она уселась на порог, довольно крякнув.       — Что ищешь, дитятко? — внезапно спросила старуха, впиваясь в Тэхёна острым взглядом.       — Свободу, — неожиданно для себя вырвалось у эльфа.       — Не-е-ет! — Качнула головой старуха. — Другое! О чём день и ночь думаешь! Тебя обманули! Всем тебя жалко! — Она несла околесицу. Тэхён уже повернулся уходить, когда её голос остановил его:       — Семью-то твою убили, да? — старуха ехидно ухмыльнулась, глядя на внезапно остолбеневшего эльфа. — А у обидчика твоего всё ладно! Власть, сила, могущество! — Тэхён знал: у Намджуна действительно всё прекрасно. Распороть ему брюхо...       — Кстати, о короле Виктори, — продолжала старуха с притворной невинностью. — Новая у него невеста. Уж жена теперь, любимая-разлюбимая. — Что-то внутри Тэхёна с треском оборвалось. Сестра так и не стала королевой. Ни на день. А Намджун клялся в вечной любви... и сам же её уничтожил.       — Так любит, что на руках носит! — Старуха захлопала в ладоши. — Эльфийка, говорят, краше которой в мире нет! Да ещё и наследника ждут – королевство ликует!       Тэхён не стал слушать дальше. Он резко развернулся и шагнул в магазин. Не сдерживая шага, вбежал в спальню и рухнул на кровать. Обхватил себя руками, начав бессмысленно раскачиваться. Воспоминания о счастливой Эллоире рядом с Намджуном причиняли невыносимую боль, дикий, всепоглощающий ужас. Он до боли сжал свою метку на коже, царапая её и причиняя себе боль.       Решение созрело мгновенно, кристально ясно: Убью. Собственными руками. Его голову, снесённую, брошу к ногам той, что заняла её место.