Стабильность-залог…?

***

      Он не помнил, когда всё это началось. Это помешательство на одном человеке. Омеге, который появился так внезапно и сбил привычные устои внешне холодного альфы.       Лололошка был ярким. Буквально слепил глаза своей лучезарной улыбкой, ямочками на чуть пухлых щеках и россыпью мелких веснушек. А его искрящиеся глаза иссиня-чёрного цвета, в которых иногда проглядывала отчётливая синева, содержали какую-то недосягаемую мудрость и каплю горькой печали. Дилан утонул бы в этих глазах с удовольствием. Разделил бы любую ношу, что тяготила этого с виду беззаботного парня.       Когда они впервые встретились, альфа совершенно не был заинтересован в знакомстве, а уж тем более в дружбе, не говоря о чём-то большем. Этот омега был обычным… поначалу. С первого же дня Лололошка дал понять Дилану, что тот не так прост, как кажется. Чрезмерная любознательность, гиперактивность и, боже, любовь что-то разломать, распилить, разбить — не давали альфе заскучать. Поначалу Дилан раздражался, торговался, чтобы Ло не делал ничего из ряда вон выходящего, а потом просто махнул рукой, считая его чудаком.       Запаха как такового у Лололошки не было, но то, что он омега, Дилан не сомневался. Совсем тихий аромат васильков и чего-то медового достигал обоняния альфы и не давал покоя. Ещё одна странность: как омегу поселили в блок к альфам и бетам? Этим вопросом он озадачился, но сразу же получил ответ. Документы омеги даже не его. Там он числился как Лололошка Дейви Харрис, и при этом — альфа. Ло пожимал плечами и говорил, что сам ничего не знает, эта бумажка была у него с самого начала. Вот и ещё одна загадка — потеря памяти. Дилан удивлялся, почему омега не знает, как он здесь появился и зачем вообще поступил в университет.       Порой беспечность Лололошки доводила альфу до скрежета зубов. Ну как можно быть настолько безответственным? На все вопросы парень просто глуповато смотрел на Дилана и улыбался своей лучезарной улыбкой — и альфа уже не мог злиться.       День за днём судьба альфы крепко переплеталась с судьбой омеги. Сейчас Дилан не мог и представить свою жизнь без этого взбалмошного парня. Он уже привык ложиться спать под тихий бубнёж омеги и просыпаться от грохота чего-то на кухне, получая потом порцию вкуснейшего завтрака.       Это утро не отличалось ничем от предыдущих, только было до странного тихо. Дилан приоткрыл глаза и первым делом потянулся погладить Абилку, кошку, которую притащил Ло одним вечером. Мягкая шерсть плавно скользила между пальцев, а негромкое мурлыканье успокаивало. Это стало неким ритуалом на каждое утро.                         Стабильность. Вот что любил Дилан.       Но как бы ни хотелось продолжать валяться в тёплой кровати, подработка не ждёт, а деньги нужны всегда. Хоть сегодня и выходной, это не повод сбивать режим. Стабильность. Вот что альфа всегда говорил себе.       Эта стабильность трещала по швам, когда рядом оказывался неугомонный омега с чёрными глазами. Вот и сейчас Дилан, гордившийся своей непробиваемостью и холодным умом, паниковал и не знал, что делать. Лололошка умудрился где-то пораниться. Да так сильно, что кровь залила ковёр в ванной (который теперь только выкидывать), а дорожка густых красных капель тянулась от самых входных дверей. Дилан порывался звонить в скорую, но омега был категорически против. И почему, спрашивается? Ему просто не хотелось беспокоить врачей «по пустякам». По пустякам, блять!       Рваная рана на боку вызывала лишь страх и какую-то истерическую панику. Дилан столько крови ни разу в жизни не видел, а омега будто каждый день с таким сталкивался. Абсурд!       — Идиот! Где ты умудрился так пораниться? — Альфа бесновался, но помогал промывать рану. По-хорошему, её бы надо зашивать, но под рукой не было ни иглы, ни специальных ниток. Да у них в блоке только перекись, бинты да таблетки от поноса! Даже Брендон, славившийся своей безбашенностью, никогда не ранился ТАК сильно.       — Давай я вызову скорую! Лололошка, это не шутки! — в который раз упрашивал Дилан.       — Не надо, это же просто царапина, — Ло шипел, когда сосед заливал рану перекисью. Когда же в ход пошли бинты, омега как-то даже облегчённо вздохнул.       Альфа пытался затянуть рану потуже, но в то же время боялся причинить ещё больше боли. Лололошка стоически терпел все упрёки и манипуляции с его раной — любой альфа позавидовал бы такой выдержке. Омега пискнул только при промывании, а так сидел молча!       Нет, Дилана точно сведут в могилу.       Когда Ло потянулся за тряпкой, чтобы вытереть кровь с пола, Дилан без зазрения совести шлёпнул его по руке и выгнал из ванной, велев идти в комнату и «подумать над своим поведением». Под недовольное мычание омеги Дилан сел на край ванны и наконец выдохнул, позволив себе слабину в виде дрожащих рук и рассеянного взгляда.       Когда панику удалось подавить и все следы неприятной ситуации были устранены, он зашёл в их с Ло комнату. Тот сидел, уставившись в телефон и что-то печатая.       Дилан подошёл к кровати соседа, но, не решаясь сесть, спросил:       — Как себя чувствуешь?       — Всё хорошо, спасибо за помощь, Дилан, — Лололошка улыбнулся той самой улыбкой, от которой у альфы всё внутри переворачивалось. Телефон пискнул от входящего сообщения, и омега снова уткнулся в гаджет.       Дилану не особо интересно, с кем это там переписывается его проблемный сосед. Но когда тот подскочил с кровати, явно забыв, что ранен, зашипел от боли и поплёлся к выходу, терпение альфы лопнуло.       — Ты куда? — хмуро спросил он, глядя на сошедшего с ума омегу. С такой раной тот прыгал, как горный козёл, будто был здоров.       — Я договорился помочь Дженне в приюте для животных… вот, — как ни в чём не бывало сообщил Ло. Дилан был теперь точно уверен: тот не человек.       — Ты… серьёзно? — Альфа смотрел на омегу, как на полного идиота. Его взгляд выражал лишь ошеломление от абсурдности ситуации.       Ло склонил голову набок в непонимании и кивнул — мол, он на полном серьёзе.       Ну уж нет. Если Ло сдвинется хоть на сантиметр, Дилан привяжет его к кровати.       — Сиди дома. Лололошка, ты ранен, — как маленькому ребёнку, альфа пытался донести до омеги эту простую истину. — Рана не затянется по твоему желанию. Если ты будешь активничать, она снова разойдётся и, не дай бог, загноится! Ло нахмурился.       — Но я обещал…       — Ой, Ло, у Дженны полно «доблестных хомячков», готовых помогать этой ебаной юле с любым делом, — Дилан грубо перебил его. Мало ли что омега обещал. — Сядь на кровать и лежи. Иначе я уложу тебя силой.       Альфа не любил насилие и давление над слабым полом, но ради этого омеги сделал бы исключение. Это для его же блага.       — Я не могу, Дилан… мы же договаривались ещё три дня назад, уже поздно отказываться. Она не найдёт замену так быстро, — Ло пропустил мимо ушей все доводы альфы. — Да и не могу я заставить её таскать мешки с кормом…       — Ты что? Блять, ну-ка повтори! — Помните, что Дилан считал себя холоднокровным альфой? Так вот, забудьте, сейчас он готов был придушить этого омегу собственными руками. — Какие мешки?! Я… аргх!       Он рычал не столько на Ло, сколько на всю ситуацию в целом. Не долго думая, Дилан протянул ему свой телефон.       — Дай мне её номер. Я иду вместо тебя. И это не обсуждается!       Последнюю фразу альфа произнёс с ледяной твёрдостью.       Ло растерянно посмотрел на телефон и уже хотел отказаться, но, встретившись взглядом с соседом, сразу сдался. Даже он, с его отсутствием инстинкта самосохранения, почувствовал, что лучше не перечить. Быстро набрав номер, он отдал телефон обратно. Омега закусил губу. Дилан сглотнул.       — Я… спасибо, Дилан! Как я могу отблагодарить тебя? — Лололошка был невозможен. Он смотрел так доверчиво и невинно, что вся злость альфы мгновенно испарилась.       — Отблагодаришь меня послушанием. Ложись в кровать, — только и сказал Дилан, собираясь на помощь Дженне.       Он быстро собрался, так как времени до встречи оставалось мало. Отписав активистке, что придёт вместо Ло, он ещё раз бросил взгляд на омегу и вышел.       Помочь Дженне не составило труда. Для альфы донести пару небольших мешков с кормом было пустяком, но, представив на своём месте Лололошку с его раной… в общем, Дилан был горд, что не позволил омеге пойти в таком состоянии.       Дженна пыталась выяснить, что случилось с Ло («Как это он плохо себя чувствует?»), упомянула какие-то «суперважные встречи», но Дилану было плевать, вертел он ее и ее проблемы. Никуда он омегу не отпустит, пока рана не заживёт.       Даже не попрощавшись, он направился к общаге. Вечерело. Солнце садилось, окрашивая небо в алые тона. Прогулка принесла умиротворение, но, вспомнив о пропущенной подработке, Дилан сник.       В блоке было тихо. Альфа мысленно прокрутил в голове тысячу и одну пытку, если омега ослушался, но, войдя в комнату, обнаружил мирно спящего Лололошку… на своей кровати, с Абилкой в обнимку. Дилан устал удивляться. Честно.       После душа ему ничего не оставалось кроме как лечь на кровать соседа.       Эта ситуация стала толчком к чему- то необратимому.