Мой Мир || Кащей

15 декабря 4 утра Выходя из запорожца, Череп – мужчина лет 35-ти, в песочного цвета дубленке, светлым волосом и янтарными глазами, потягивается, зевает и потирает глаза. — Дед, вот скажи: нахрена мы сюда припёрлись? Сдалась Кащею эта девка? Если б не она, мы б ещё десятый сон видели. — Какая тебе разница? Приказал – выполняй. Он тебе за это платит, — затянулся мужчина постарше. На вид 45 лет, с голубыми глазами, коротким темным волосом и чёрной кожанке. — Душа босса – потемки. — Интересно же. Ни о ком он так не пёкся, что аж телохранителей оторвал от дел. А об этой... — Эта девушка близка ему, — оборвал причитания коллеги он. — Что-то большее, чем просто желание поиметь. Хоть он и отрицает, но я-то всё понимаю. Есть у меня, конечно, предложение. — Чёт не верится. Чё за предложение? — скосил янтарный взгляд Череп, перестав зевать. — Я пока промолчу. Поживем увидим. — Так не интересно, — хмыкнул, закатив глаза. «Поезд номер 64 по направлению «Москва-Казань» прибывает на первый путь», — послышался голос женщины из громкоговорителей. Зайдя в главный зал вокзала, мужчины начали вглядываться в лица прибывших, ища ту, ради которой их босс, как казалось Деду, свернет голову любому. ***** Укутавшись в пальто и взяв в одну руку сумку, а в другую футляр с гитарой, я поплелась к выходу из вокзала, попутно ища глазами брата. Лево, право... нет нигде. «Может, я просто Даню не могу узнать? Та нет, бред. Неужели тот хам не передал ему время?.. Узнаю кто взял трубку, получит по первое число». Опустив вещи на пол, полезла во внутренний карман пальто, где лежали приготовленные деньги на такси. — Свиридова Мирослава Викторовна? — прервал меня грубый мужской голос. Я несмело подняла глаза и остолбенела. Передо мной стояли два здоровенных амбала под два метра, явно недавно вышедшие из мест не столь отдаленных. — Нет, Вы ошиблись, — натянула улыбку, соврав. Подняв вещи, быстрым шагом направилась на улицу, пытаясь скрыться от двух пар глаз. — Ну чё ж Вы врете, Мирослава Викторовна? — направились за мной мужчины. — Мы ж прекрасно знаем, что Вы эт Вы. — Нас прислали, чтоб забрать Вас и доставить по нужному адресу. — Допустим. И кто ж Вас прислал? Не поверю, что Даня общается с такими... — помедлила я, разворачиваясь и бросая недовольный взгляд, параллельно подбирая более приличное слово. — ...кадрами. — Не, скорлупа тут не причём, — засмеялся тот, что помоложе. — «Скорлупа»? Что простите? — приподняла брови, вопросительно переводя взгляд с одного на другого. — Нас прислал босс, который как раз и говорил с Вами. Я округлила глаза. — Этот хам неотесанный? Не уж! Пусть лесом идёт! Не нуждаюсь в его помощи и подачках. Сама доберусь, — вспыхнула я. «Душонку свою очистить хочет? Ишь чего удумал!» Мужчина постарше усмехнулся. — Кащей велел доставить Вас в целости и сохранности. Просим проследовать в машину и сказать адрес. — Бессмертный? — рассмеялась уже я. — Несколько секунд назад я чётко дала понять, что никуда с Вами ехать не собираюсь. Или Вы русского языка не понимаете? Ничего, могу повторить ещё на пяти. Хотите? — Эй, кукла, ну чё ты ломаешься? Сказали, что довезем, значит, довезем! — подошел ко мне тот, что помладше и выхватил сумку. «Сука, сам напросился!» Быстро сжав кулак, завела руку, замахнулась и со всей силы ударила кулаком ему в переносицу. Явно не ожидая такого поворота, мужчина попятился назад и, споткнувшись о бордюр и приземлившись на свою пятую точку, зажал нос руками. Сумка благополучно улетела ко мне в ноги. — БЛЯТЬ! НУ ОПЯТЬ ЧТО ЛИ?! Мужчина постарше не обращал внимания на коллегу, держась за живот и согнувшись от смеха. Поэтому, пользуясь случаем, я быстро подняла сумку и села в ближайшее такси, слыша в спину: «Ну могёт девка, могёт! Сразу видно чья школа!». За окном мелькали темные улицы Казани. Новые магазины, витрины, здания. Родной город поменялся за то время, пока она была в Москве. А главным изменением было отсутствие отца, с которым теперь не сможет поговорить. Приехав домой, отдала рубль водителю и быстро поднялась в родительскую квартиру на третьем этаже. Открыв дверь своим ключом, зашла внутрь. — Дань? Ты тут? Я приехала! — крикнула я. Никто не ответил. «А вдруг он начал путаться с плохой компанией? Вдруг теперь он тоже стал группировщиком? Раз меня встречают какие-то уголовники и брат не ночует дома. Нас явно ждёт серьезный разговор». ***** Переминаясь с ноги на ногу, телохранители стояли у железной двери на втором этаже панельной пятиэтажки. — Мож не пойдём? — спросил Череп, почёсывая затылок и прикусывая внутреннюю сторону щеки. — Если не отчитаемся, он нас порешит, — констатировал Дед. — А чё мы ему скажем? Что просрали девку? — Правду скажем. Он же и так всё узнает, — сказал мужчина постарше и снова позвонил в звонок. Простояв около закрытой двери ещё несколько минут, им так никто и не открыл. — Ну вот видишь, спит человек. А мы ему названиваем. Пошли отсюда нафиг! — развернулся Череп, но, не успев сделать и пару шагов, был остановлен крепкой хваткой старшого. — Куда собрался, Черепок? — расплылся он, в улыбке, обнажая щербинку между передних зубов. — О, Кащей! Да я это... покурить хотел. — В квартире покуришь, — затянул внутрь за шкирку телохранителя парень. Пройдя в гостиную, Кащей вальяжно расположился на кожаном кресле, закуривая сигарету. — Ну и? Чё молчим и мнёмся, как школьницы на выпуском? Встретили Мирославу Викторовну? Телохранители потупили взгляды. — Мы это, упустили её, — проговорил в пол голоса Дед. — Не понял, — округлил глаза старшой, подаваясь вперед. — Как Вы – два здоровенных лба, могли просрать миниатюрную, хрупкую девчушку? — Хрупкую? Ды нихрена она не хрупкая! — заверещал Череп. — Ты чёт предъявить мне хочешь? — начал повышать голос старшой. — Не, босс, он просто от обиды так, — перебил Дед. — Обиды? — прищурился, снова откидываясь на спинку и вдыхая едкий дым. — Поясни. — Да. Мы встретили её. Начали объяснять, что так и так приехали отвезти домой или куда она там хочет. А Мирослава Викторовна спросила: «От кого мы?». Тип явно не со Свиридом водимся, ну мы и сказали, что от Кащея. А она как начала гнуть мол: «...хам неотесанный! Пусть лесом идёт! Не нуждаюсь в его помощи и подачках!» Босс хохотнул. Он ожидал такой реакции от неё. Знал, девчушку вдоль и поперёк. Ей палец в рот не клади. — А потом этот, — указал на Черепа. — Наехал на неё. Выхватил сумку, а она взяла ему кулаком прописала. — В смысле «прописала»? — С кулака прям в нос. Удар такой... неплохой. Хорошо поставлен, — добавил обиженно Череп. Ну тут уже Кащея прорвало. Хохот разнесся по квартире. Он схватился за живот. Спустя несколько секунд, вытер слёзы и покачал головой. — Тебя, 37-ми летнего шкафа, побила 25-ти летняя девчушка. Во ты – тормоз! Молодец Мирка! Череп покраснел и обиженно начал ковырять линолеум ботинком. — Ладно, подняли мне настроение. Так уж и быть, не буду надирать Вам задницы. А теперь поезжайте к ней и отдайте тот конверт, что лежит на тумбочке в прихожей. — НЕ, КАЩЕЙ! Я УЖ ТОЧНО НЕ ПОЕДУ! — снова завопил Череп. — Пусть Дед едет. С ним у неё нормальные отношения. — Боишься? Ну правильно! Бойся-бойся! А ты, Дед, вместе с конвертом передай, что это – благодарность за всё, чё сделала её семья для меня. — Понял. Сделаю. — Вот и отлично. Свободны. Мужчины удалились. Кащей покрутил в пальцах тлеющую сигарету, затянулся и прикрыл глаза. Перед ним появилась она. Розовый сарафанчик, белые волосы, веснушки, карие глаза, из которых тогда катились слёзы. И этот крик, от которого сердце разрывалось. Мотнув головой, отогнал мысли. Резко встав, затушил бычок и пошёл на выход из квартиры, хватая кожаный плащ с меховой шапкой. ***** Наконец разобрав вещи, я тихонько прошла в родительскую комнату. На прикроватной тумбочке стоял папин одеколон, лежали очки для чтения и газета от 12-го декабря. В шкафу висели рубашки и костюмы. Всё напоминало о нём. Сняв бордовую рубашку, села на кровать. Поднеся к лицу, вдохнула. Такой же запах. Папочки. Слезы снова полились из глаз. Последний раз мы общались месяц назад. Я даже не смогла с ним нормально попрощаться. Не знаю сколько времени я так просидела. Час? Два? Мои рыдания прервались громким дверным звонком. Встала, аккуратно повесила рубашку обратно в шкаф. Проследовав в прихожую, я поспешно смахнула с ресниц слезинки и, даже не взглянув в глазок, открыла дверь. Глаза округлились. Передо мной стоял тот же амбал в кожаной куртке, что и утром. — В-Вы? — недоумевающе спросила я, чуть попятившись назад. — Простите за беспокойство, Мирослава Викторовна! Не бойтесь. Я очень извиняюсь за моего коллегу, — замялся он, переводя взгляд на моё лицо. — Подождите, Вы плачете? — Нет, — натянула улыбку я. — Просто соринка в глаз попала. Не берите в голову. — Ну, ладно... Можете звать меня «Дед», — протянул ладонь мужчина. — Тогда и Вы обращайтесь ко мне просто «Мира», и на ты, — пожала руку в ответ. — Благодарю, но, если я буду звать Вас так, то босс настучит мне по тыкве. — Что это за «босс» такой? Хам, та и жестокий. — Ну вот это я не могу сказать. Скажу лишь, что Кащей справедливый, честный и рассудительный мужчина. Он попросил передать Вам «это», — протянул телохранитель конверт из-под кожанки. — Что это? — взяла я его, вопросительно переводя взгляд на мужчину. — Босс вместе с ним просил передать: «это - благодарность за всё то, что сделала Ваша семья для него». Всего доброго, Мирослава Викторовна. Я открыла конверт и увидела до неприличия много денег. «ЧЕГО?!» — Но я не могу принять это! — крикнула спускающемуся по лестнице мужчине. Но он уже явно не хотел возвращаться и что-то мне доказывать. Выдохнув, я всё-таки добавила. — Спасибо! И Вам всего хорошего! Закрыв дверь, прошла в свою комнату и, кинув конверт на стол, начала ходить по комнате и размышлять: «Как Даня связан с Кащеем? Он походу состоит в группировке какой-то. Что могла сделать моя семья для этого кадра? Почему он разбрасывается такими кругленькими суммами»? Кто же ты такой – «Бессмертный дядька»?» Теперь я была уверена, что брат точно не отвертится от серьезного разговора. Вдруг мой взгляд пал на толстую тетрадку, торчащую из-под шкафа. Подошла и нагнувшись, подняла. Смахнув с неё пыль, я сразу поняла, что это за вещь. Сев на кровать и открыв её, погрузилась в мир прошлого, в мир моих воспоминаний.