Кемджира, должен выжить.

Глава 15.

Мотоцикл Чайя, управляемый одним из жителей деревни, которого староста попросил отвезти бабушку Си и Минт в дом Фарана, остановился возле лестницы. Шаманка и Минт торопливо подошли к ритуальной площадке. Учитель Фаран открыл глаза от медитации. Когда Джет, Кемджира и Чарнвит увидели, что пожилая женщина и девушка вернулись, они все вздохнули с облегчением. Ребята поддерживали Пермай, у которого все еще продолжались приступы, и молились за то, чтобы их подруга вернулся в нормальное состояние. "А вот и она". Бабушка Си поставила контейнер с клейким рисом рядом с Пермай. Ее морщинистые руки открыли крышку и достали святую нить, чтобы обвязать ее вокруг запястья девушки, напевая при этом "Пермай...кхван бас вернулся. Теперь возвращайся в свое тело, са аттха латтха сухита вирунха пхуттхаса сане ароха сухита хохи саха сапхехи ялипхи" В этот момент Фаран увидел, как из контейнера поднимается слабый белый дым и попадает в рот Пермай. Затем ее нахмуренные брови медленно расслабились. Пермай действительно вернулась. "Пхутхоракса тхамморакса сангхоракса. Не уходи, не исчезай больше. Приди и останься со своим телом, Омисаваха " Как только бабушка Си закончила напевать хатху, дергающееся тело расслабилось. Закатившиеся глаза вернулись на свое место, а искривленный рот приобрел нормальную форму. Вскоре ее веки мягко закрылись, а дыхание стало ровным. Кем радостно улыбнулся, а Минт с облегчением вытерла слезы. Несмотря на то что до этого скептически относилась к таким сверхъестественным вещам, она же изменила свое мнение. Затем бабушка Си призвала всех присутствующих повязать святую нить вокруг запястья Пермай в качестве приветственного ритуала для ее кхвана. Первым это сделал Фаран, за ним в порядке старшинства последовали Чаия, Кео, Минт, Кемджира, Джет и Чанвит. Когда все было окончательно завершено, учитель Фаран велел всем разойтись по домам и отдохнуть, кроме Чайи и Джета , которые должны были остаться и помогать ему здесь, так как сегодня вечером он будет совершать астральную проекцию, а значит, кто-то должен присматривать за его телом, чтобы предотвратить любые беспорядки. Чанвит вынес Пермай из дома Фарана, как и тогда, когда они приехали, за ним следовали бабушка Си и Кео, а в конце вереницы - Минт. Фаран повернулся к Кему, посмотрел на него острым взглядом и сказал: "Ты тоже останешься у тетушки Кео". У Джета открылся рот, а Кемджира моргнул, растерянно глядя на Учителя. Но, вспомнив недавние события, Кем понял, что оставаться здесь бесполезно: он ничем не может помочь Фарану. Оставаться здесь было бы только в тягость, поэтому он медленно встал и с опущенным взглядом последовал за Чанвитом. "Учитель, почему ты хочешь, чтобы он спал в другом месте?" - спросил Джет, нахмурив лицо в замешательстве. Фаран услышав это, поднял палку и стукнул ею Джету по голове. "Ой..."- Джет потер голову, морщась. "И почему ты хочешь, чтобы он оставался с нами на всю ночь?" Причина была проста: если Кемджира останется, то он точно не даст своему другу отдохнуть как следует. А чем меньше тот отдыхал, тем слабее становился его дух. Джет сухо улыбнулся Фарану и быстро поднял руки над головой, чтобы извиниться, показав, что неправильно понял учителя. "Ах, я забыл. Приношу свои извинения". Затем Фаран начал медитировать, чтобы войти в состояние глубокой концентрации, а Чайя сидел на страже, держа масляную лампу наполненной и следя за тем, чтобы свечи не погасли рядом с телом. Тем временем Джет вышел на улицу с мотком святой нити и обмотала ее вокруг деревьев самбонг, окружающих дом. Затем он отправился на кухню, сварил черный кофе и захватил несколько закусок, и остался следить, следить за тем, чтобы никакие духи не проникли на территорию. И, похоже, как и говорил учитель сегодня ему действительно не удастся поспать. *** Сегодня вечером Кео устроила для них спальные места в центральном зале дома, соблюдая дистанцию между мужчинами и женщинами, а сама сидела, отделяла зерна и присматривала за ними, пока они спали рядом. Фонарь давал мягкий свет в темноте. Кемджира лег рядом с Чанвитом, и в голове у него пронеслись образы Фарана, поднимающего палку, чтобы ударить его, его свирепый взгляд и слова, которыми он велел ему остаться с Кео. Эти воспоминания снова и снова проносились в его голове, заставляя его плакать. Кем не мог понять, почему поступок Фарана так сильно ранил его сердце. Ведь он не сделал ничего плохого; более того, он поступил правильно. Чем больше он думал об этом, тем больнее становилось его сердцу, и слезы текли по лицу. Кемджира тихо плакал про себя, пока в конце концов не уснул. Где-то после трех часов ночи парень проснулся от ощущения, что кто-то прошел мимо него. Когда он сориентировался, то увидел, что это Пермай, которая собиралась открыть дверь и выйти на улицу. "Пермай!" - Кемджира окликнул ее, но она даже не обернулась. Увидев это, Кем быстро встал и стал трясти Чанвита, но тот не просыпался. Он подполз к Минт, чтобы разбудить ее, но и она тоже глубоко спала. Что касается Кео, то ее в комнате уже не было. Кемджира был напуган, но он не мог позволить Пермай выйти на улицу одной. Поэтому он встал, надел ботинки и побежал за ней. "Пермай, подожди меня!"- парень пытался позвать ее, но она казалось, не слышала его и продолжала идти, словно в трансе. Кемджира прекрасно понимал это, ведь он и сам не раз ходил во сне, даже чуть не спрыгнул с балкона. Он знал, что должен догнать девушку и схватить ее. "Пермай!" Но чем больше Кемджира бежал, тем больше ускорялась Пермай, пока не скрылась в лесу. Кем замешкался, с тревогой оглядываясь по сторонам. Чанвит не просыпался, а жители деревни, которые могли помочь, ушли в горы. Бежать за помощью к Джету и Фарану было слишком далеко. Кемджира боялся, что, если Пермай исчезнет, на этот раз, она может уже не вернуться. В конце концов он решил бежать за ней в лес. Чанвит перевернулся на другой бок. Мерцающий свет фонаря заплясал по его глазам, заставив моргнуть и проснуться. Однако первое, что он увидел, была не маленькая голова Кемджиры рядом с ним: с боку от Чанвита теперь было лишь пустое пространство, а за ним - лицо Пермай, все еще крепко спавшей рядом с Минтом. Высокий человек приподнялся, нащупал очки и надел их. Ясность только усилила тот факт, что Кемджира больше тут нет. "Тетушка Кео, вы не видели Кема?"- спросил Чанвит у женщины, которая все еще сидела неподалеку, сортируя зерна. "Ха, он здесь... А!?" - Кео собиралась сказать, что Кемджира спит рядом с Чанвитом, но поняла, что там уже никого нет. *** Массивная черная змея вынырнула из воды, подняв голову на высоту около двух метров. Ее глубокие янтарные глаза смотрели вниз на человека со сцепленными руками. Низким, резонирующим на сажень голосом она произнесла: "Если бы твоих заслуг было недостаточно, ты бы не смог прийти сюда." Фаран поклонился в знак признания этих слов. Затем черный змей, известный как Пучонг, продолжил: "Ты пришел из-за этих трех детей, не так ли?" Фаран кивнул, затем поднял взгляд, чтобы встретиться с гигантским змеем, и заглянул в его большие янтарные глаза. Он видел действия всех троих с той минуты, как они вошли в этот лес: от произнесения проклятий, оскорбления духов, плевков, ссоры и громких звуков, нарушающих покой, до мочеиспускания на дерево, где обитает его дух, без каких-либо извинений. Змей словно хотел, чтобы Фаран понял, почему исчезли эти дети. "После такого я заставлю их заплатить за свои поступки. Я лишь прошу тебя отпустить их... живыми". Пучонг посмотрел на Фарана, который спокойно встретил его взгляд, не дрогнув, даже в своем нынешнем облике, и осмелился просить о жизни тех, кто совершил ошибку. Воспоминания о том, что было сотни лет назад, вновь нахлынули на него. Некоторые вещи никогда не меняются. Пучонг потянулся вверх, затем отступил назад в воду, пока их головы не сравнялись, а затем сказал: "Я прикажу Нанг Та Кхиану отпустить этих детей, но они должны посвятить себя в монахи по крайней мере на шесть лет и соблюдать восемь заповедей всю жизнь. Если они этого не сделают, я приду за ними и сделаю так, что они станут духами, блуждающими по этому лесу. Я сделаю так, что они никогда не смогут увидеть мир". Фаран снова поклонился в знак благодарности, но замер, услышав следующую фразу, которую произнес змей, прежде чем погрузиться в воду. Светлячки медленно гасили свой свет, но фраза, произнесенная несколько минут назад, все еще звучала в его голове. "Но я могу освободить только троих. Что касается четвертого, то тебе придется искать его самому". Дух Фарана вернулся в его тело. Его черные глаза мгновенно широко распахнулись. В тот же миг Джет и еще один мальчик по имени Чанвит в панике взбежали по лестнице и с тревожным видом подползли к нему, сцепив перед собой руки. "Учитель, Кем исчез!" Это заявление ударило Фарана как камень по голове. Услышав от Чана, что Кемджира исчез незаметно для всех, даже для Кео, которая бдительно следила за ними и не видела его ухода, он еще больше помрачнел. Последние слова лесного духа говорили о том, что он не причастен к этому делу и не может предложить никакой помощи. Это означало, что исчезновение Кемджиры было связано с его личной судьбой. "Дядя Чайя, иди помоги старосте деревни и членам клуба. Скажи всем, что эти дети еще живы, и продолжайте поиски. В конце концов их найдут". "Да, Учитель ", - ответил Чайя и поспешно встал, чтобы немедленно уйти, ведь он ничем не мог помочь Кемджире. Когда Чайя ушел, Фаран обратился к Джету и Чанвиту. "Вы оба, следите за свечами и лампами. Не позволяйте огню гаснуть. Если пройдет больше часа, а я не вернусь, зажгите палочку благовоний, чтобы позвать меня". Джет быстро поднял руку над головой в знак подтверждения приказа Учителя. И хотя Чанвит все еще был в замешательстве, он сделал то же самое. В тот же момент Мхек и Лах, возглавлявшие поисковую группу, проводили ритуал извинения перед местным духом-хранителем и лесным духом, чтобы те расчистили путь, помогли найти трех пропавших и вернуть их обратно. Фаран также послал свой дух во все восемь направлений в поисках трех пропавших, но как бы он ни старался, ничего не нашел. Когда они зажигали благовония и свечи, внезапный порыв ветра подул так сильно, что они не смогли удержать пламя. Хотя они были храбрыми и не боялись призраков, члены группы не могли не оглядеться по сторонам, так как никогда раньше не сталкивались с подобным явлением. Они быстро опустились на колени и стали молиться в унисон. Фаран наблюдал за происходящим со стороны, качал головой и вздыхал. Похоже, они не собирались так просто отпускать детей обратно... Фаран решил объединить восемь частей своего духа в одну и взлетел на вершину горы, пробираясь сквозь деревья, заслонявшие путь, пока не достиг самой глубины леса - места, где еще не ступала нога человека. Там, скрытая за водопадом, находилась пещера средних размеров. Дух в человеческом облике прошел через водопад в пещеру. Фаран всегда знал об этом месте и о том, что в нем обитает, но ему никогда не приходило в голову вторгнуться туда… ни разу. Однако это дело не оставляло ему иного выбора, кроме как молить о помощи. Фаран остановил свой шаг, когда наткнулся на длинный бассейн с водой, тянущийся до самого конца, не оставляя ни малейшего шанса на продолжение. Он сложил руки в поклоне, опустился на каменную землю и обратился к наблюдавшему за ним существу: "О местный страж и хранитель леса, если я, Фаран Руангдеч, оскорбил тебя действием, речью или мыслью, намеренно или ненамеренно, я прошу у тебя прощения". - Фаран еще раз преклонил колено, а затем продолжил: "Сегодня я в смятении и пришел просить у тебя помощи. Пожалуйста, смилостивься и удовлетвори мою просьбу. Если же моих заслуг окажется недостаточно для исполнения этого желания, я готов уйти". В этот момент множество огоньков от светлячков в пещере вспыхнули и осветили окрестности. Уши шамана уловили звук чего-то движущегося в воде и приближающегося к нему. Тень существа медленно появилась на стенах пещеры, приняв форму большой змеи. Фаран закрыл глаза, вспоминая то время, когда он попал в измерение Рам-Пхуенга. Он сосредоточился на образах и чувствах того времени, чтобы найти способ вернуться в это измерение. Спустя долгое время ему наконец удалось войти. Однако он смог добраться только до причала древнего тайского дома. Дальше он пройти не смог. То, что Фаран видел сейчас, было следами удара молнии. На пирсе, где он стоял, виднелись черные выжженные линии, а несколько деревьев вокруг дома упали и помяли крышу. Должно быть, молния, разразившаяся предыдущей ночью, затронула и измерение Рам-Пхуэна. Учитель почувствовал, что Рам-Пхуэн прячется в доме напротив него. Должно быть, его душа была в какой-то степени ранена, поэтому он вел себя тихо и не доставлял хлопот снаружи. Однако духа Кемджиры здесь не было. Куда же он делся? *** Кемджира не знал, когда потерял сознание, но очнулся он в спальне, которая показалась ему странно знакомой. "Уже проснулся, Кем?"- Говорил человек в традиционном тайском костюме прошлой эпохи с красивым лицом и странным голосом. Кем нахмурился и отпрянул назад, когда тот подошел ближе. "Кто вы?" Мужчина тихонько захихикал, но в его черных глазах не было ни малейшего блеска, как будто он не находил это забавным. Он сел на кровать и наклонился к Кемджире. "Мы не виделись несколько ночей. Теперь ты забыл меня?" Кемджира заглянул в глаза мужчины, пытаясь разобраться в угасающих воспоминаниях. "Мы не виделись несколько ночей...?" "Посмотри внимательно на этот дом, Кем". Кемджира поступил так, как ему было велено, и обнаружил, что все вокруг относится к более ранней эпохе, словно сцена из тайского фильма восьмидесятых годов, который он когда-то смотрел. Затем он увидел деревянную стену комнаты цвета яичной скорлупы. Глаза парня расширились, и он быстро обернулся, чтобы посмотреть на стоящего перед ним человека. "Ты тот самый человек из моего сна?" Кайот кивнул и взял руку Кема в свою. "Кем, пожалуйста, останься со мной. С этого момента я буду заботиться о тебе, хорошо?" Кемджира отдернул руку и решительно покачал головой "Нет, я не могу. Если я останусь здесь, значит, мне придется умереть, а я пока не хочу умирать". Отказ Кемджиры заставил Кайота неприятно скривить лицо. "Когда же ты перестанешь отвергать меня, Кем? Когда ты уже увидишь меня!" Кем вздрогнул и тут же отступил, потому что внезапно лицо Кайота, казавшееся нормальным, стало бледным и болезненно-зеленым. Он медленно переполз на кровать, приблизил это ужасающее лицо к Кемджире и заговорил леденящим душу голосом, который парень уже слышал раньше. "Я лелеял и защищал тебя сотни лет. Неужели ты думаешь, что я позволю тебе стать чужим? Только пожелай!" Кемджиру словно ударило током, и он закричал от страха, спрыгивая с кровати, надеясь убежать из этого дома и молясь о том, чтобы наконец проснуться. "Куда ты собираешься бежать?" - раздался по всему дому голос Кайота. Когда Кем обернулся, чтобы посмотреть, он был так потрясен, что у него чуть не отказали ноги. Он увидел человека в одежде цвета хаки, со скрюченным и деформированным телом, словно все его кости были сломаны, из ран текла кровь, череп был раздроблен, шея параллельна плечу, и он гнался за Кемджирой на своих, казалось, бессильных ногах. Парень повернулся и бросился вниз по лестнице, но споткнулся на последней ступеньке, вывихнув лодыжку. Боль казалась слишком реальной, чтобы быть сном, но даже несмотря на то, что он не мог идти, Кемджира в слезах все равно решил ползти дальше. Дверь в дом, расположенная уже так близко, внезапно захлопнулась с громким "бах". Кем, чьи надежды рухнули в тот же миг, уставился на нее расширенными глазами, пока изображение закрытой двери не сменилось парой ног в штанах цвета хаки, согнутых и скрюченных. Он тут же опустил взгляд, не желая смотреть, так как страх поглотил все его существо, оставив бездыханным. Он свернулся калачиком и начал беззвучно плакать. Кайот опустился на колени и наклонился вперед, находясь в нескольких дюймах от того, чтобы обхватить тело парня своими руками. Но тут его остановила чья-то рука, крепко схватившая его за волосы, и дернувшая назад. Перед ним возникло лицо Фарана, смотрящее на него глазами, полными ярости, черные радужки которых сузились до точки.