Кемджира, должен выжить.

Глава 18.

Прежде чем отправиться в дом Фарана, ребята остановились, чтобы собрать банановые листья в роще, не забыв перед тем, как срезать их, отдать дань уважения и попросить прощения у духов, обитающих там. Закончив, они продолжили свой путь, собирая по дороге красивые цветы. Их набралось так много, что руки не могли вместить их все, и Кемджире пришлось использовать свою футболку в качестве импровизированного контейнера. *** Фаран, спустившийся на кухню сварить кофе, увидел, что Кемджира идет с голым животом, и не мог не нахмуриться. (Переводчик: Уже нотки ревности?) Внезапно он отвернулся и пошел обратно по лестнице, чтобы продолжить медитацию. Парни втроем разложили на бамбуковой подстилке банановые листья, цветы и различные инструменты, позаимствованные у бабушки Си. Как только они прикоснулись к материалам, в Кемджире и Джете проснулась творческая сила. Они решили сделать лучший из лучших поднос для Фарана. Чанвит, не обладавший подобными художественными способностями, мог только помогать, обрывая банановые листья для этих двоих. Когда листьев больше не осталось, Чан переключился на помощь с другими инструментами - иголками, нитками, цветами и ножницами - и молча наблюдал за ними. Джет и Кемджира работали молча, словно каждый находился в своем собственном мире. Время неуклонно шло, пока не наступил час ночи. "Уф". "Уххх".- одновременно простонали Джет и Кемджира, закончив с подносом для подношений. Когда они подняли головы, их суставы громко хрустели, а спина болела так, что они чуть не плакали. "Кем, ты идиот, в следующий раз я не буду делать что-то настолько грандиозное!" -сказал Джет с перекошенным лицом. Кем скорчил гримасу, глядя на свои руки, усеянные уколами от булавок, и сказал: "Да, я тоже". Чан же, глядя на работу Джета и Кема, был настолько поражен, что вынужден был достать свой мобильный телефон, чтобы сделать снимок. Да и как он мог не восхититься? Двое друзей изготовили поднос для подношений в форме семиголовой наги. Этот шедевр был идеей Кемджиры, вдохновленной татуировкой на спине Фарана, которую он обнаружил во время ритуала поклонения, когда шел дождь и промочил ему спину. Джет рассказал, что татуировка Фарана - это Фэй Ананта Нага Радж Маха Янтра на которой изображен семиголовый царь всех нагов в Кшира Сагаре, или Океане молока в индуистской космологии. Семиголовая нага (Тату Фарана) Ее начертал известный монах-маг, который был близким другом деда Фарана. *** На следующее утро Фаран с нечитаемым выражением лица посмотрел на поднос с бачи, а затем встретился взглядом с Кемджирой, который настороженно наблюдал за ним. Затем он произнес слова, которые Кем никак не ожидал услышать: "Ты можешь остаться здесь, но тебе не обязательно становиться моим учеником. Я принимаю только Чана ". Рот Кемджиры раскрылся от шока, и Джета с Чаном выглядели также. "Как же так?"- спросил парень дрожащим голосом, едва удерживаясь на месте. Джет посмотрел на своего друга, а затем на учителя, понимая, что у того должна быть веская причина для такого решения. И действительно, после долгих раздумий у Фарана нашлись причины не брать Кема в ученики. Он встретил взгляд Кемджиры. "Чтобы стать чьим-то магическим учеником, ты должен дать клятву почитать этого человека как своего хозяина, не преступать закон, не причинять вреда и не иметь нечистых намерений по отношению к нему. Если однажды ты преступишь этот путь, тебя не спасет даже сотня джетов или чанов". Джет знал, что все сказанное учителем - правда, и он мог в этом убедиться, так как помнил одного ученика, который решил предать Фарана, чтобы присоединиться к шаману с темной магией. Этот ученик совершил тяжкий проступок, украв личные вещи Учителя для неподобающего ритуала. Не прошло и трех дней, как тот сошел с ума. Те, кто верил в магию, называли это "силой мастера". Кемджира медленно опустил голову, не в силах опровергнуть слова шамана. Он признал, что после сна, в котором он видел их прошлые жизни, понял, как глубоко они любили друг друга и как больно расставались. И хотя Кем пытался забыть воспоминания о прошлой жизни, ему это не удавалось. Он больше не мог думать о Фаране как о хозяине своего друга. "Я понимаю". – Кемджира кивнул, отползая назад и садясь поодаль, чтобы дать возможность друзбям вместе поднять поднос. Джет был озадачен, не понимая, о чем говорят Учитель и его дорогой друг. Но как только он поймал взгляд шамана, ему пришлось снова сосредоточиться на ритуале. Чанвит сделал то же самое. Джет уже проводил этот ритуал, так что на этот раз он просто направлял Чана. Фаран зажег благовония и свечи для поклонения Триратне, затем кивнул друзьям, чтобы они встали в позу перед изображением Будды. После он тоже сложил руки в молитве. Поклонившись Будде они произнесли отрепетированное песнопение. "Намотаца пхахавато арахато самма сампутаттса" После этого Джет велел Чанвиту произнести клятву, а сам отошел, чтобы сесть рядом с Кемджирой, оставив того выполнять следующие шаги самостоятельно. Чан произнес клятву мягким, глубоким голосом, его взгляд был твердым и непоколебимым: "Дорогой мой уважаемый учитель, я, Чанвит Пхани-чакорн, предлагаю свое тело и разум, чтобы стать верным учеником и учиться у вас. Я буду прилежно учиться, повиноваться вашим учениям, относиться к вам с уважением и не принесу вам никакого бесчестья". Затем он преклонил колени. Фаран кивнул, взял поднос и отставил его в сторону, затем наклонился, чтобы коснуться головы Чанвита, закрыл глаза и нараспев произнес кхатху, призванную скрепить их умы, чтобы в момент опасности, если только не придет его время умирать, Фаран мог прийти на помощь, как это случилось с Джетом в автобусе. Прочитав кхатху, он взял священную нить, обвязал ее вокруг запястья Чана и благословил его на счастье и процветание. Кемджира мог лишь наблюдать за происходящим со смесью зависти и обиды. Закончив, Джет забрал поднос и убрал его в кладовую Фарана. Кем же с болью смотрел на свой шедевр, над которым он кропотливо трудился до глубокой ночи, а Учитель, казалось, был совершенно равнодушен к его творению. Он поджал губы и печально посмотрел на свои руки. Затем Учитель велел всем отдыхать, зная, что трое накануне почти не спали. К трем часам пополудни он разбудил их и велел спуститься вниз. Следующим заданием был заключительный этап ритуала. Джет, уже прошедший через него, тяжело сглотнул при этой мысли. "Вы пойдете в лес за домом и найдете красную бумагу, свернутую в свиток. Какую найдешь первой, ту и принесешь". "Да, Учитель " - Чанвит отправился выполнять приказ. Фаран же посмотрел на своего озорного ученика, стоявшего с облегченным выражением лица, и продолжил: "Джет, ты идешь с ним". "Что!?" - Джет резко повернулся к Учителю, его рот застыл в шоке, но, когда Фаран поднял бровь в ответ, он не стал спорить. Он просто стоял и принимал свою судьбу. "Джет, Чан, удачи", - сказал Кемджира. Несмотря на то что ему хотелось присоединиться к веселью друзей, он не решался снова войти в лес. Фаран наверняка знал об этом, поэтому и не сказал ему идти с ними. Видя, что его друг выглядит удрученным, Джет быстро подошел и погладил Кема по голове, сказав, что принесет ему вкусные лесные продукты. Чан тоже подошел к Кемджире, чтобы похлопать его по плечу, выглядя неловко и не зная, как его утешить, но это заставило парня радостно улыбнуться. Он помахал им рукой, а потом сел ждать их возвращения на короткий стул рядом с бамбуковой подстилкой, на которой читал Учитель. Вдруг Фаран встал, подошел к дому, вернулся с серебряной чашей, наполненной одной или двумя тысячами монет достоинством в один бат, и поставил ее перед Кемджирой. Внутри чаши лежали маленькие ножницы и несколько мотков разноцветных лент. "Ты можешь сделать цветочную милостыню?"- спросил Фаран. Кемджира, все еще не решаясь поднять глаза на Учителя, кивнул, пододвинул к себе серебряную чашу и приступил к порученному ему заданию. Фаран молча смотрел на младшего, прекрасно понимая, что творится у него в голове. Однако он не мог заставить его остановить свои мысли или предложить какие-либо слова утешения. Вместо этого он нашел для него занятие, чтобы развеять скуку. К счастью, Кемджира с ранних лет занимался искусством и ремеслами, в том числе складывал цветочные милостыни. Ему нужно было зарабатывать деньги на обучение, поэтому он брался за любую работу, которую мог найти. Кем начал складывать ленточки вокруг монет в виде различных цветов, таких как цветы пулевого дерева, розы, фолусы и фрукты в форме журавлей и яблок. По мере работы он начал получать удовольствие от задания и забыл о Фаране. "Как мило" "..." "Драконий фрукт довольно сложно сделать" Видя, что настроение Кемджиры улучшилось, Фаран вернулся к своей книге, но его уши оставались прислушиваться к бормотанию парня. *** В лесу Чанвит и Джет искали на земле и среди кустов красные бумажные свитки, пробираясь все глубже и глубже. Джет все время был начеку, надеясь не встретить ничего ужасного. Это была главная причина, по которой он боялся заходить в лес за домом Учителя. Это было нечто, что обычно спало ночью и просыпалось днем, в отличие от других духов. "Эй, Чан, ты уже нашел его?"- с тревогой спросил парень. По правде говоря, если бы он не боялся, что его выпорет Фаран, он бы сейчас же побежал обратно. Пошарив вокруг, Чан нашел красный бумажный свиток, но, когда он повернулся, чтобы сказать об этом Джету, его глаза заметили что-то еще. Он медленно поднял палец, указывая на него, и сказал: "Джет за тобой!" Глаза Джета расширились, волосы встали дыбом, и он взмолился, чтобы это было не то, о чем он подумал. Медленно обернувшись, он увидел, что это именно то! На них смотрел свирепый кабан, которому было почти тридцать лет - примерно столько же, сколько Фарану. Это напомнило Джету о предыдущей встрече, когда зверь агрессивно преследовал его. Учитель назвал его "Прай", и он был правителем этого леса. "Чан, я сосчитаю до трех, а потом мы побежим, хорошо? Один. Два!" Джет потрясенно раскрыл рот, почувствовав, как ветер пронесся мимо него, а затем выкрикнул проклятие: "Ах ты, маленькая дрянь! Я еще даже до двух не досчитал, ублюдок" Чанвит проигнорировал вульгарные слова и человека, бегущего вплотную за ним. Он не понимал, почему должен ждать счета "три". Разве нельзя было просто бежать? Дикий кабан, увидев убегающих людей, погнался за ними с невероятной скоростью. Парни убегали от зверя, пока не достигли внешней границы леса. Достигнув границы своей территории, кабан остановился, с сожалением оглянулся на двух мальчишек, которые едва избежали его хватки, повернулся и ушел обратно в лес. С наступлением сумерек Джет и Чанвит вернулись в Учителю, и выглядели при этом в в полном беспорядке. Один потерял ботинок, а у другого свалились очки. "Вот, Учитель, - сказал Чанвит, опустился на колени и протянул Фарану красный свиток, как раз в тот момент, когда Джет с громким шлепком ударил его по спине. "Ты, слепой ублюдок, это Дханг! Учитель здесь!" Чанвит стоял на коленях на земле, а Учитель сидел на бамбуковой подстилке, рядом с ним лежал Дханг. Чанвит был не только близоруким. Он мог быть даже полуслепым... Фаран устало покачал головой, взял красную бумагу, которую достал Чанвит, и прочел ее. Там было написано: "Огромная популярность, неуязвимая защита". Он кивнул, затем достал что-то из сумки и протянул. Джет схватил руку Чана, чтобы принять это от учителя, и при ближайшем рассмотрении парень понял, что это монета, сделанная из леклая. "Я дарю это тебе. Держи ее при себе для защиты во время опасности. Ритуал поклонения не сложен, но ты должен полностью воздерживаться от нарушения третьей заповеди"- наставлял Фаран. У каждого магического предмета был свой способ поклонения и особые меры предосторожности. Чанвит поблагодарил Учителя и положил монету в карман рубашки, намереваясь сделать из нее ожерелье. Джету, в свою очередь, подарили деревянную фигурку обезьяны, способную помочь в делах и удаче. Видя, как его друзья получают подарки, Кемджира, сидевший в одиночестве и тихо складывавший бумагу, то и дело напоминал себе, что не должен завидовать, хотя сделать это было очень трудно. Когда пришло время ложиться спать, Джет и Чанвит, утомленные дневной миссией, легко уснули, а Кем ворочался в постели с кучей мыслей, пока наконец не заснул почти в полночь. Тем временем Фаран, поставив в комнате поднос с подношениями, которые помогали готовить трое детей, сидел и некоторое время смотрел на него, после чего вздохнул и вышел на другую сторону дома. Дверь в комнату Кемджиры тихо приоткрылась уже вторую ночь подряд. Видя, что все крепко спят и не нуждаются в кхатхе, Фаран подошел к кровати, достал из кармана рубашки баночку с травяной мазью для ран, открыл крышку и кончиком пальца зачерпнул немного. Затем он осторожно взял стройные руки Кемджиры и нанес мазь на каждый палец, как на левой, так и на правой руке. Закончив наносить лекарство, он тут же встал и вышел из комнаты. В этот момент, услышав звук закрывающейся двери, Кем медленно открыл глаза. Его губы были плотно сжаты, а лицо неудержимо пылало в темноте жгучим красным цветом. "{Как я смогу жить дальше, если он будет продолжать в том же духе?}"