Кемджира, должен выжить.

Глава 20.

Чанвит в тревоге вскочил на ноги, когда Кем внезапно разрыдался. Увидев его слезы, Джет почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь, а голос в голове закричал, что случилось что-то ужасное. Он быстро бросил метлу и потащил своего маленького друга, чтобы усадить на скамейку под манговым деревом. "Кем, какого черта ты от меня скрываешь? Расскажи мне все!" - Джет случайно повысил голос на парня, и Чан, стоявший неподалеку, предупреждающие махнул головой, указывая на всхлипывающего парня. "Господин Джет, успокойтесь, ладно? Смотри, господин Кем теперь плачет еще сильнее". Джет ущипнул себя за переносицу, чтобы снять напряжение, и притянул своего маленького друга в объятия. "Черт, прости меня. Я подожду, пока ты успокоишься и прекратишь плакать. Вот так, вот так". Кемджира не собирался плакать... но он разрыдался из-за воспоминаний о прошлой жизни, которые Фаран велел ему забыть. Одна мысль о том, что тот впустил в свое сердце эту женщину, причиняла ему жгучую боль. Выплакавшись, он почувствовал себя немного лучше, хотя слезы не прекратились, а тело все еще сотрясалось от тихих рыданий. Кемджира смущенно отодвинулся от плеча Джет и вытер глаза. "Джет, Чан, простите меня". "Кем, между тобой и Учителем что-то происходит, верно? Я почувствовал неладное с тех пор, как он отказался принять тебя в ученики. Он также говорил странные вещи", - нахмурив брови и напрягая голос, спросил Джет. Он собирался подождать, пока не будет уверен, прежде чем о чем-то спрашивать, но теперь, похоже, все прояснялось. Кемджира плотно сжал губы и поднял лицо, чтобы встретиться взглядом с двумя своими друзьями, его большие глаза мерцали от эмоций. Тогда Чанвит мягко спросил: "Господин Кем... вам нравится Учитель?" "Ах ты, маленький ш...!" Этот вопрос поразил Джета как молния. Он собирался отругать Чанвита за такую прямоту, особенно после того, как тот только что велел ему успокоиться! Кемджира же снова заплакал, кивая и качая головой. Его выражение лица выражало полнейшее замешательство. "Учитель и я ... были любовниками в прошлой жизни". Рот Джета открылся, словно пораженный второй молнией, затем третьей, четвертой и … пятой, пока Кем рассказывал всю историю, включая прошлую жизнь, которую он делил с Фараном, как они оба вернулись в те времена и что он сделал той ночью. И Джет, и Чанвит полностью поверили рассказу Кемджиры. "Вообще-то я тоже не спал в ту ночь, - сказал Чанвит. Он по натуре был любителем поспать, а поскольку дом был деревянным, шаги в нем звучали четче, чем в бетонном. По слабому запаху благовоний Чан понял, что в комнату вошел Учитель, но он решил, что тот просто проверяет, и не стал открывать глаза. Кемджира кивнул. "Мне очень жаль. Хоть он и твой учитель, я ... я ..." Кем хотел и пытался забыть эти воспоминания, но это было невозможно. Пока он каждый день видел лицо Фарана, он никак не мог забыть... Чан представил себе будущее, в котором они двое согласились стать любовниками, и кивнул. "Для меня Учитель - просто человек, а не монах, которому запрещено жениться или заводить семью. Кого бы он ни любил или что бы ты ни чувствовал, это твое право. Ты не должен об этом беспокоиться", - успокоил его тот. Джет кивнул, но выражение его лица не улучшилось, а, казалось, стало еще более озабоченным. "Если Учитель и ты нравитесь друг другу, это замечательно. Я не возражаю, если что. Здорово, что ему будет о ком заботиться, когда он состарится, но, судя по тому, что ты нам рассказал, все не так, верно?" Слова Джета словно тяжелый комок застряли в горле Кемджиры. Он не мог отрицать, что Фаран всегда проводил четкую границу между ними. Чувство, которое Кем испытывал к учителю, было безответным ... Видя, что Кемджира по-прежнему выглядит страдающим и растерянным, Джет продолжил рассказывать о том, каким человеком был Фаран. "Я знаю его с детства. Он всегда был человеком слова. Когда он сказал, что не будет тебе помогать, он так и поступил. Он взял Чана в ученики только для того, чтобы передать свои знания и помочь тебе в будущем. Фаран так просто в ученики не берет, понимаешь? Он и так очень добр, делая это для нас..." Да, именно поэтому Кемджира не должен усложнять жизнь Учителю. Парень чувствовал себя так, словно оказался в тупике. Куда бы он ни посмотрел, везде видел лишь воспоминания о прошлой жизни, особенно о том времени, когда они разминулись всего на несколько дней. Образы их мучительного расставания еще больше уязвляли Кема тем, что он не мог вернуться и все исправить. Более того, в этой жизни Кемджира был мужчиной. Возможно, это была одна из причин, по которой Учитель отказал ему. Со слезами на глазах Кемджира спросил: "Что мне делать, Джет? Вахх." Джет снова обнял Кемджиру, нежно и ласково поглаживая его по спине, хотя его слова были почти как острые копья, пронзающие сердце его близкого друга. "Отпусти его, Кем. Забудь об этом. Это будет трудно, но я помогу тебе. Поверь мне". Кем зажмурил глаза и разразился неконтролируемыми рыданиями. Он был похож на хрупкое стекло, которое неоднократно разбивалось, или на маленького зверька с телом, полным ран, но все еще продолжавшего жить. Чанвиту больше нечего было сказать, он согласился со словами Джета. Он мог только стоять, молча заслоняя двух своих друзей от солнца... *** Фаран провел старосту Чанга, его дочь и сына в дом, усадив их на равные места, но на некотором расстоянии друг от друга, так как они не были учениками, которые должны были уважать его. Они были как пчелы и цветы, зависящие друг от друга, чтобы обеспечить лучшие условия жизни в этой деревне. В обмен Фаран давал старосте магические предметы и помощь как практикующий маг. Если дело не выходило за рамки его возможностей, он, конечно, мог помочь, как в этот раз. Фаран попросил Прим и Пуккапхонга записать даты их рождения на листке бумаги и передать ему, а затем подсчитать числа и предсказать судьбу. Однако среди тишины Пуккапхон вдруг заговорил. "Учитель, не могли бы вы сначала прочитать мою? Мне очень нужно в туалет". Услышав это, староста деревни Чанг посмотрел на сына. "Разве я не говорил тебе, чтобы ты не пил слишком много воды?" Пуккапхонг, все еще сцепляя руки в поклоне, повернулся к отцу и поднял их над головой в знак извинения. Фаран бросил короткий взгляд, после чего переключился на бумагу Пуккапхонга. "Постарайся не выходить из дома несколько дней до состязаний. Что касается магического предмета, я сделаю из него пра-джиаду и отправлю к тебе домой, но это займет около трех-четырех дней". Пра-джиад, о котором говорил Фаран, - это не просто кусок ткани с янтрами, а вид снаряжения, которое боксеры надевают на руку во время боя. Это был магический предмет, призванный защитить владельца от опасности во время боя, относящийся к категории защитных предметов. Его изготавливали из ткани или священной нити с надписью янтры и обматывали или заплетали в шнур. В некоторых случаях внутри мог находиться такруд или другие магические предметы. Пуккапхонг улыбнулся и в знак благодарности поднял руки над головой. "Большое спасибо, учитель. Могу я воспользоваться уборной, пожалуйста?" "Валяй", - сказал Фаран. Получив разрешение, Пхонг быстро удалился и сразу же спустился вниз по лестнице. Фаран же вернулся к чтению даты рождения Прим, нахмурил брови, подсчитывая, а затем покачал головой и тихо вздохнул. "Госпожа Прим, в вашей судьбе ничего не сказано о несчастных случаях, но у вас есть проблемы со здоровьем. Вам следует больше отдыхать". Лицо Прим покраснело от смущения: ее уличили в том, что в последнее время с ней произошло несколько мелких несчастных случаев, потому что она так переутомилась, что не успела отдохнуть. Но, наложив такой сильный макияж, что отец не мог понять, что она устала, девушка придумала оправдание, чтобы он привез ее к Учителю. Поймав на себе взгляд отца, она сухо улыбнулась. Затем воспользовалась возможностью поболтать с Фараном, как и собиралась. Тем более что она впервые попала в его дом и хотела извлечь максимум пользы из драгоценных минут. "Как поживаете, Учитель?" Фаран кивнул со смягчившимся выражением лица, в котором смешались покорность и обожание молодой женщины. Несмотря на то что ей было почти тридцать лет - всего на год или два моложе его, - Прим до сих пор ни с кем не сошлась. Зная ее с детства, шаман никогда не питал к ней никаких романтических чувств. Для него она была как сестра, выросшая рядом с ним. Даже если бы она думала о нем гораздо больше и заявила, что будет жить с ним, как только он женится, это не изменило бы его чувств к ней. "Я в порядке. А как вы, мисс Прим?" "Ну, как видите, я была занята работой и не высыпалась..." *** Что же касается вопроса между Кемджирой и Фараном, то после того, как младший согласился с предложением Джета отказаться от Учителя, он решил избегать встреч с шаманом. Если же встреча была неизбежна, ему следует сохранять сдержанную манеру поведения и говорить так, словно он беседует с монахом. Что же касается Учителя, то Джету все равно придется быть начеку. В конце концов, не так уж много тех, кто действительно знал Фарана достаточно хорошо, чтобы видеть его насквозь. Но именно поэтому парень и не хотел, чтобы друг делал этот шаг. Если Учитель начнет его недолюбливать, Кем пострадает больше всех. Студенты решили побыстрее овладеть своими навыками и как можно скорее отвезти Кемджиру обратно в Бангкок. Кем знал об этом и понимал. Когда Джет так откровенно напомнил ему об этом, это помогло ему увидеть правду, хотя это было трудно, он должен был попытаться. Кему приходилось напоминать себе, что нельзя ставить Учителя в неудобное положение, и размышлять над собственной ситуацией. Подметая листья и погрузившись в размышления, Кем забрел на кухню и случайно на кого-то наткнулся. "Простите" - Кемджира быстро отошёл в сторону и поклонился в знак извинения. Это оказался высокий, хорошо сложенный мужчина с загорелой кожей и стрижкой под ноль. Он растерянно посмотрел на Кемджиру. "Кто ты? Я никогда не видел тебя раньше. Как тебя зовут?" – Мужчина не принял извинения, а спросил с дружелюбным видом. Парень моргнул, заколебался, прежде чем ответить, и, чувствуя, что ему скорее хочется убежать, чем стоять на месте, ответил: "Я Кем". Мужчина посмотрел на него глазами, полными странных чувств, заставив Кемджиру опустить взгляд в пол. "Милое имя. Я Пхонг. Приятно познакомиться". Кемджира собирался поприветствовать его как полагается, но тот протянул руку, заставив парня опустить ладони и протянуть их для рукопожатия. Но не успели они обменяться приветствием, как по его позвоночнику пробежал холодок: кто-то за его спиной передал ему буддийскую книгу, чтобы вложить ее в руку Пуккапхонга. "Ваша судьба говорит, что вы, скорее всего, скоро получите травму. Я рекомендую тебе каждый вечер перед сном читать песнопения на тридцать четвертой странице", - спокойно сказал Фаран. Внезапно Пхонг тоже почувствовал дрожь во всем теле. Образ Учитель Фарана, стоящего за спиной Кемджиры, показался ему знаком, чтобы он отступил назад. Он махнул ему рукой, принял книгу с жесткой улыбкой, а затем ушел за отцом и сестрой, сожалея о том, что позволил кому-то, кто был полностью в его вкусе, ускользнуть. Кемджира молча стоял, глядя на землю перед Учителем, пока не услышал его тихий приказ: "Прекрати подметать листья и иди приготовь еду. Как только закончишь, накрой ее крышкой. Я спущусь и съем ее позже". Кем посмотрел в сторону стола и увидел крышку для еды. Именно над ней шаман работал с самого утра. Отдав распоряжение, он ушел, оставив парня стоять в одиночестве на том же месте. "{Ты же просил меня не делать для тебя лишнего...}" Кемджира хотел сказать это, но не решился. Он просто глубоко вздохнул и постарался не думать о действиях старшего, полагая, что у того должны быть на то свои причины. "{Не нервничай, Кем, иначе Джет непременно убьет тебя"}. Мысленно он трижды повторил про себя эту фразу, после чего направился на кухню, чтобы приготовить еду, как было велено.