Кемджира, должен выжить.

Глава 24.

Кемджира замер на несколько долгих секунд, а затем медленно повернулся, чтобы уйти. Однако прежде чем он успел броситься прочь, тонкие пальцы вцепились в воротник его рубашки. Фаран втащил его в комнату, и дверь тут же захлопнулась! Кемджира хотел заплакать, но не посмел. Он лишь затаил дыхание, крепко зажмурил глаза и медленно повернулся лицом к учителю. "Учи... Учитель, я..." Фаран не стал ждать, пока Кемджира закончит говорить. Он сказал спокойным голосом, хотя его глаза все еще были закрыты: "Сходи за мокрой тряпкой и вытри мне лицо". Кемджира поджал губы и кивнул, чувствуя стыд за то, что вместо того, чтобы взять на себя ответственность за свою ошибку, он решил сбежать. "Мне очень жаль, Учитель… Пожалуйста, подожди меня". - Кемджира быстро помог Фарану сесть рядом с большой кроватью, а затем оглядел комнату в поисках чистой ткани. Спальня Учителя была просторной, с небольшим количеством мебели. Она выглядела очень чистой и опрятной. Найдя небольшое полотенце, он побежал в ванную, расположенную внутри комнаты. {"Так вот почему я никогда не видел, чтобы Учитель пользовался ванной внизу."} Кемджира намочил ткань, выжал ее и вернулся к Фарану. Кем опустился на оба колена и приблизился к Учителю, который сидел с закрытыми глазами. Парень остановился на почтительном расстоянии, не решаясь что-либо предпринять. "Учитель, не хочешь ли ты сам вытереть его? Фаран слегка нахмурился и покачал головой, произнеся с ноткой раздражения в голосе: "Сам. Подвинься поближе". Кемджира тяжело сглотнул и медленно подполз ближе. Его сердце забилось быстрее от таинственного прохладного аромата, исходящего от Учителя, от вида татуировки Сарика Куу Док Буа Янтра, которая была хорошо видна на его груди, так как рубашка с длинными рукавами была расстегнута, и от его красивых, пропорциональных черт лица... Кем еще раз глубоко вздохнул, попросил у Учителя разрешения и дрожащими руками осторожно стер пудру с его лица. Фаран же склонил лицо вниз, чтобы младший мог вытереть его, не вставая. Прохлада влажной ткани в сочетании с охлаждающим порошком была настолько эффективна, что все лицо онемело: "Что ты бормотал перед моей комнатой?" Кемджира все еще был ошеломлен тем, что Фаран наклонился к нему вплотную, поэтому его раскрасневшееся лицо мгновенно побледнело. Он плотно закрыл глаза, решив, что это его конец. Кем не хотел этого признавать, но лгать в данный момент было нельзя, тем более что он не умел этого делать... Его большие круглые глаза на мгновение округлились, прежде чем он ответил: "Кх... Просто простая кхатха". Фаран медленно открыл свои черные глаза и встретил взгляд Кемджиры. На мгновение он заглянул в мягкие карие глаза парня, а затем спросил шепотом, достаточно громким, чтобы они оба услышали: "И что там было написано?" Время словно остановилось, и Кемджира застыл, завороженный острыми глазами Учителя, в которых была сладостная притягательность. Они были так прекрасны, что ему казалось, он мог бы сидеть и смотреть в них день и ночь. Теперь он понял, почему Джет предупреждал его не смотреть в глаза Учителю и почему тот часто надевал солнцезащитные очки, чтобы скрыть глаза, когда выходил на улицу. Ведь его глаза так завораживают.... "Какую кхатху бабушка Си велела тебе прочесть?" Кемджира слегка поджал губы. Его щеки опять раскраснелись, как будто его дразнили. Фаран уже знал это... Но раз уж его поймали, почему бы не прочесть это при нем? "Бхутапирани Тайнти несет нашу Мокаруну Дуаянамобхутдаю».". Фаран наблюдал, как маленькие губы Кемджиры произносят кхатху от начала до конца. Его глаза изучали милое лицо, которое до сих пор во всем походило на то, что было в его прошлой жизни, но было и отличие. "Это было его очаровательное качество."- непроизвольно произнес Фаран, не успев понять, что его пленили губы Кемджиры и он уже начал предаваться неподобающим мыслям. Он медленно закрыл глаза и кивнул. "Возвращайся в свою комнату и отдохни". Кемджира, все еще с раскрасневшимся лицом, неловко кивнул и медленно встал. Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, но все еще стоял, нахмурившись и наклонив голову в замешательстве. Неужели он только что сказал: "Да"??? Но поскольку в данный момент ему нужно было разобраться с чем-то более насущным, приступ яростного гнева поднялся с кончиков пальцев ног, мгновенно вычеркнув из головы подозрительные слова учителя. "Джет, ты мертв!" Джет и Чанвит не убежали. Они просто отошли на безопасное расстояние, потому что были уверены: даже если их поймают, с Кемджирой все будет в порядке, но им двоим так не повезет! *** Состояние Пуккапхонга значительно улучшилось после того, как ему оказали помощь врачи. Менее чем через два дня он снова стал энергичным. Получив разрешение врача, он переоделся в новую одежду, которую ему дал отец, а затем вышел на улицу, чтобы дождаться лекарств. "Папа, я пойду заберу пра-джиаду в доме учителя. Он должен быть готов сегодня", - сказал Пхонг, выйдя из больницы. Поскольку они приехали по отдельности, Пуккапхонг намеревался ехать один. Староста округа Чанг кивнул и сказал: "Да, будет лучше, если ты поедешь за ним сам. Так мы не будем беспокоить Учителя, заставляя его отправить амулет по почте. Мы и так уже многого от него потребовали". Пуккапхонг лучезарно улыбнулся, не приняв это за ругань со стороны отца. Он быстро махнул ему рукой и пошел к своей машине. Получение пра-джиада было лишь одной частью дела; на самом деле ему просто хотел увидеть Кемджиру. В течение двух дней, проведенных в больнице, во время еды, ходьбы, сидения или лежания Пхонг не переставал думать о лице парнишки. Он признался ему в любви, но так и не получил ответа. Все еще оставалось нерешенным, и он едва мог есть и спать. Пуккапхонг не знал, ответит ли Кемджира на его чувства, но ему хотелось попробовать сделать хоть что-то. Если не получится, как он надеялся, он сможет просто пойти домой и поплакать, чтобы мама его утешила. В это время Кемджира складывал цветочные милостыни для Учителя на бамбуковую подстилку, которую Джет и Чанвит помогли перенести под манговое дерево, чтобы не слепило солнце, прежде чем все они вошли в комнату для медитации. Цветочные милостыни, которые складывал Кемджира, предназначались Учителю, чтобы он использовал их для создания заслуг во время церемоний посвящения в сан в деревне. После того как они немного посидели, подъехала знакомая четырехдверная машина и припарковалась неподалеку. Из машины вышел Пуккапхонг. "Привет, Пхонг! "- Кемджира поприветствовал его "вай". Сердце молодого мужчины заколотилось от тоски, но он сдержал себя, чтобы не выказать слишком много эмоций. Он улыбнулся и подошел к Кемджире на расстояние, которое не было ни слишком далеким, ни слишком близким. "Привет, Кем. Что ты делаешь?" - спросил он. Кем улыбнулся и показал ему ленточку, сложенную в форме розы с монеткой внутри. Его милая и ласковая манера поведения не очень понравилась Пуккапхонгу. "Я складываю цветочную милостыню для Учителя. Ты пришел к нему?" Пхонг хотел сказать, что пришел повидаться с Кемджирой, но сдержался и просто кивнул с улыбкой. "Да, я пришел забрать пра-джиаду, которую он обещал сделать для меня. Тогда я сначала поднимусь к нему", - сказал тот. Кем слегка кивнул, быстро встал с подстилки, надел обувь и с улыбкой повернулся к старшему. "Тогда иди вперед. Я скоро принесу тебе воды", - сказал парнишка. Услышав это, Пхонг почувствовал, что у него заколотилось сердце, и быстро кивнул, не подозревая, что Кемджира просто искал повод подняться в дом Учителя ... *** Кем принес два стакана с прохладной водой из пандана: один - для Пуккапхонга, а второй он поставил перед Учителем. "Воды, господин", - сказал он. Учитель ничего не ответил, но заговорил спокойным, но строгим голосом: "Ты оставил деньги на подстилке вот так. Не боишься, что кто-нибудь украдет их?" Услышав это, лицо Кемджиры слегка опустилось. Он быстро извинился перед Учителем, а затем встал и пошел мимо Пхонга вниз по лестнице, не замечая беспокойства в его глазах. Фаран тихонько прочистил горло, чтобы привлечь внимание Пуккапхонга, и заставил его обернуться, после чего вручил ему деревянную шкатулку с зачарованным пра-джиадом. "Учитель, мой отец сказал, что хотел бы, чтобы ты пошел с нами на боксерский стадион. Он беспокоится, что дядя Кла тоже может быть там. - сказал мужчина, заметив, что шаман на мгновение задумался, и быстро добавил еще. – Но если ты занят, то все в порядке". Но он не ожидал, что тот кивнет в знак согласия. "Если не возникнет ничего срочного, я приду", - ответил Фаран. По лицу Пуккапхонга расползлась улыбка, но не только потому, что у него будет помощь шамана, если другая сторона прибегнет к нечестной игре, но и потому, что Кемджира тоже будет там. Он был полон решимости не проиграть такому, как Кла, с его боевым духом. Поболтав с Фараном еще несколько минут, Пхонг попрощался и спустился вниз, чтобы найти Кемджиру. Тот, сидевший без дела, быстро встретил его с улыбкой и вежливо спросил: "Уже уходишь?" Мужчина слегка вздохнул. Хотя ему и не хотелось уходить, он должен был это сделать. Но прежде ему нужно было сказать нечто важное, то, что он намеревался сказать с самого начала. "Кем, через два дня у меня бой, и я хотел бы, чтобы ты пришел посмотреть. Ты сможешь прийти?" Кемджира посмотрел в глаза Пхонга, тяжело сглотнув, словно мог угадать, о чем думает собеседник. Он не ответил на его признание, но сейчас было не время давать ему ответ. Несмотря на неловкость, Кем не хотел, чтобы Пуккапхонг потерял боевой дух, поэтому он улыбнулся и кивнул. "Конечно, я приду посмотреть, - заверил он его. Улыбка старшего расширилась, обнажив ямочки на обеих щеках, и он радостно кивнул. "Спасибо. Тогда я пойду. Увидимся позже". "До свидания. Езжай осторожно". "Обязательно. Я буду очень осторожен", - серьезно заверил его Пхонг. Кемджира улыбнулся и тихонько захихикал от его серьезности. Он подождал, пока тот уедет, и снова сел складывать цветочные милостыни, вздыхая в нерешительности. "{Как мне отказать ему, не обидев ...}" В тот момент Кемджира и не подозревал, что кто-то тайно наблюдает за ним из окна сверху. **** Два дня спустя Джет, Кемджира и Чанвит стали убираться в доме и, как обычно, зашумели с рассветом, нечаянно разбудив Фарана раньше, чем планировалось (опять). Последние два дня Кем и Фаран почти не виделись. Одна из причин заключалась в том, что шаману приходилось спешить, чтобы провести оставшиеся уроки с Чаном и Джетом. Несмотря на их сильную психическую мощь, у них не было достаточно времени на подготовку, чтобы легко справиться с духом Рам-фуенг'слэвела. Во-вторых, Фаран чувствовал, что теряет концентрацию из-за Кемджиры, и старался избегать его, чтобы сосредоточиться на обучении двух своих учеников. Тем временем Кемджира все еще не мог успокоиться из-за Пуккапхонга, в результате чего они оба непроизвольно исчезали из поля зрения друг друга. После купания, одевания и еды Чайя пригнал машину для учителя, а потом с Кео на мотоцикле отправился обратно. Машина оказалась черным седаном. Джет сел за руль, Учитель - рядом с ним, а Чанвит и Кемджира – сзади. Вскоре они прибыли к месту проведения соревнований по боксу. Боксерский ринг был установлен под открытым небом, в окружении многочисленных палаток с едой. Мероприятие также транслировалось в прямом эфире по телевидению. Сегодня Учитель был одет в свою обычную белую хлопчатобумажную рубашку с длинными рукавами, черные брюки и солнцезащитные очки. Джет, Кемджира и Чанвит внимательно следовали за ним, пока не дошли до боксерской площадки, где их заметил староста округа Чанг и сразу же пригласил сесть в первый ряд. Когда Фаран сел, он заметил Край-лерта, шамана из южного района. Увидев его, собеседник тут же начал бормотать кхатхи под нос. Разумеется, Учитель сделал то же самое, но только произнес защитные кхатхи... Если Край-лерт начал первым, значит, он знал, что тот будет на мероприятии. Вскоре настало время поединка. На правой руке Пуккапхонга был надет пра-джиад, который сделал для него Фаран. Первым делом боксеры исполнили традиционный танец тайского бокса, чтобы отдать дань уважения своим учителям. Затем, как только прозвенел гонг, сразу же начался бой. На протяжении всего поединка Фаран продолжал беззвучно читать кхатхи, чтобы защитить Пуккапхонга от любых ослепляющих или гипнотизирующих заклинаний шамана-противника. Ядовитые существа, которые были наколдованы, тоже превратились в пепел. Однако никто этого не заметил, поскольку все были поглощены боем. Дзинь! После долгого обмена ударами наконец прозвенел колокол. Пуккафонг сумел отправить Кла в нокаут, хотя оба были одинаково избиты. В толпе раздались одобрительные возгласы: в этом году победу одержал представитель подрайона старосты Чанга. Как только Кла унесли со сцены, Край-лерт, шаман и по совместительству родной дядя последнего, поднялся со своего места и улыбнулся в сторону Фарану, словно наслаждался магическим поединком с ним. Он не собирался причинять серьезного вреда, прекрасно понимая, что с таким человеком, как Фаран, так просто не пошутишь. Он не держал зла и на предыдущий инцидент, ведь неприятности начались из-за его племянника. Хорошо, что Фаран не обратился к черной магии, иначе жизнь его была бы намного сложнее. Получив свой приз, Пуккапхонг быстро покинул сцену, чтобы переодеться, а затем подошел к Кемджире, сидевшему рядом с Учителем. "Кем, можно тебя на минутку?" Кемджира взглянул на Учителя, а также на Джета и Чанвита. Фаран продолжал наблюдать за новыми бойцами на ринге, не обращая на него внимания, но, увидев, что друзья кивнули, Кем встал и отошел вместе с Пуккапхонгом. Межчина подвел парня к скамейке под деревом и достал бархатную коробочку размером с кулак. В ней лежал роскошный браслет из розового золота. Он показал его Кемджире, а затем прямо сказал: "Кем, я по-прежнему остаюсь при своем мнении. Ты мне нравишься. Не дашь ли ты мне шанс?" Кемджира слегка поджал губы, глубоко вздохнул и медленно потянулся, чтобы закрыть крышку бархатной коробочки, а затем так же прямо ответил: "Пхонг, спасибо, что подарил мне такие хорошие чувства, но у меня... у меня уже есть та, кто мне нравится", - почти шепотом сказал Кемджира, склонив голову, слишком смущенный, чтобы снова смотреть на мужчину. Тот разочарованно поджал губы, но в конце концов понимающе кивнул. Похоже, он уже знал, кто этот человек, просто пытался обмануть себя. "Прости меня, Пхонг. Пожалуйста, не злись и не ненавидь меня", - дрожащим голосом сказал Кемджира, заметив, что Пуккапхонг на некоторое время замолчал. Он вздохнул с сожалением, но сумел слабо улыбнуться парню, не желая, чтобы тот волновался. "Я понимаю. Не думай об этом слишком много. Я не злюсь и не ненавижу тебя, Кем", - заверил его Пхонг Кему стало легче, и он тут же улыбнулся в ответ. "Спасибо тебе. Пхонг", - с благодарностью сказал он. Увидев его выражение лица, Пуккапхонг не мог не найти его ужасно милым. Он игриво наклонил голову и дразняще спросил: "Так... ничего, если я попрошу стать кем-нибудь другим?" Кемджира моргнул и снова кивнул. "Мы можем быть… братьями". Молодой мужчина рассмеялся, не зная, плакать ему или смеяться, когда младший не оставил ему другого выбора, кроме как смириться с этим. Но это лучше, чем вообще не иметь выбора. "Хорошо, братья, так братья. Мне немного грустно. Не мог бы ты сходить со мной в магазин за закусками?" Кемджира с готовностью кивнул. Желая купить что-нибудь для Учителя и двух своих друзей, он дружелюбно ответил: "Подожди, давай я угощу тебя коктейлем, чтобы поднять настроение". На боксерском же ринге, Фаран продолжал наблюдать за боем, хотя его концентрация была не совсем полной. "Кем и Пхонг вместе покупают закуски. Они выглядят очень счастливыми, правда, Тонг?" "Да, да, Пхонг даже вытер пот с лица Кема. Завидно, правда, Эка?" Фаран пожалел, что не взял с собой сегодня палку для порки.