Кемджира, должен выжить.

Прошла одна ночь, и наступила следующая мертвая ночь. Фаран сидел, откинувшись на спинку подушки для медитации, перед большой церемониальной свечой, которая уже догорала. Кемджира сидел рядом, бдительно следя за тем, чтобы пламя не погасло раньше времени. Со лба Фарана скатывались бисеринки пота, которые непрерывно капали, пока все его тело не стало мокрым. Поиски Луанг Пу Касема на этот раз оказались исключительно трудными. Многочисленные духи леса сильно мешали шаману сосредоточиться. Они пытались помешать ему в поисках монаха, чтобы выиграть время для Рам- Пхуэна, который последовал за двумя его учениками. Свист, смех и различные проклятия эхом отдавались в ушах Фарана. Перед его мысленным взором пронеслись видения лесных призраков, медленно появляющихся из-под земли во всех направлениях, ползущих и шатающихся поближе к этому священному месту практики. Но они не могли проникнуть за золотой барьер священных надписей, а только стонали от голода. Восемь сознаний Фарана расширяли свои поиски все дальше и дальше, наперегонки со временем, которого оставалось совсем немного. Кровь кипела в груди, боль от неразрешенной магии усиливалась с каждым мгновением. Кемджира сидел позади со сцепленными в молитве руками, слезы падали от боли в его сердце, он чувствовал мучения, которые испытывал Учитель. Он закрыл глаза, умоляя божество проявить милосердие, помочь преодолеть тяготы этой судьбы и наконец положить конец этим зловещим событиям. Мгновением позже порыв ветра пронесся сквозь щели деревянного дома, затушив огонек свечи, и Фаран открыл глаза. Нашел его. *** Очнувшись после путешествия по морю вечного прошлого, Джет обнаружил, что его реанимирует спасатель на месте происшествия, сделавший искусственное дыхание после того, как он почти две минуты не дышал. Он вы кашлял большое количество воды, глубоко задышал и несколько раз прохрипел. "Он вернулся к нам! Как ты себя чувствуешь, малыш?!"- спросил мужчина, стоявший перед ним, когда вокруг поднялся шум паники. Джет кивнул, а затем повернулся, чтобы посмотреть в сторону, и увидел, что Чанвит все еще без сознания и ему делают компрессию грудной клетки неподалеку. Его глаза расширились, и в тот же миг сердце охватил страх. Прилив адреналина в его измученном теле заставил его немедленно поползти к Чану. "Чан! Ты слышишь меня? Не смей умирать на мне, очнись немедленно!" - в панике кричал он, тряся того за руку, надеясь на ответ, как обычно они шутили, когда один будил другого, не обращая внимания на тех, кто мог бы прийти утешить или остановить его действия. Но ответа не последовало; Чанвит лежал неподвижно, как и прежде. Джет склонил голову, положив ее на руку Чанвита, и слезы, которые он никогда не думал, что сможет так легко пролить для кого-то, теперь потекли по его лицу в безмолвной мольбе. "Ты тоже видишь это, не так ли? Наше прошлое". "..." "Пожалуйста, проснись и останься со мной. Не оставляй меня так". Чем больше времени проходило, тем больше он погружался в отчаяние. Джет не хотел поднимать голову, чтобы взглянуть в лицо жестокой реальности, и мог только кричать. Однако в этот момент кто-то ласково погладил его по еще влажным волосам. "Почему ты плачешь. Господин Джет?" - хриплым голосом спросил Чан. Джет быстро поднял голову и встретился взглядом с собеседником, после чего разразился слезами радости. "Чам... хнык, Чанвит". Тот поднял руку, чтобы вытереть слезы друга, а затем мягко ответил: "Эту жизнь мы начнем заново вместе". Переполненный эмоциями и не думая о будущем, которое ждало его впереди, Джет чувствовал лишь страх и отчаянное желание не дать другому умереть, поэтому он несколько раз кивнул, словно подтверждая их согласие. Теперь, когда солнце вот-вот должно было взойти, время было на исходе. И Джет, и Чанвит отказались ехать в больницу на осмотр, намереваясь немедленно продолжить путь. Обоих не волновало, что их машина все еще погружена в реку. Но не успели они обратиться за помощью к спасателям или полиции, чтобы те отвезли их в нужное место, как к ним подошел суровый мужчина. "Эй, дети, я водитель грузовика, который выехал на встречную полосу и спровоцировал аварию. Мы можем поговорить минутку? Вы торопитесь?" Двое молодых людей, завернутых в большие банные полотенца, посмотрели друг на друга, а затем кивнули мужчине. Они действительно торопились и знали, что несчастный случай не был случайным. Однако, похоже, то, что хотел сказать стоящий перед ними мужчина, было очень важно, будь то причина аварии или что-то еще, поэтому они были готовы слушать. "Конечно, говорите, дядя. Что сейчас произошло?"- спросил Джет. "Меня зовут Бунрит, но вы можете называть меня дядей Буном. Я действительно должен извиниться перед вами обоими за то, что произошло. Я рад, что вы оба выжили", - сказал водитель со смесью напряжения и облегчения на лице. Он сжал руки в "вай", и оба молодых человека поспешили ответить ему тем же. "Все в порядке, мы знаем, что ты сделал это не нарочно, - ответил Джет, заставив мужчину облегченно выдохнуть. "Не знаю, поверите ли вы мне, в тот момент, переезжая мост, я увидел женщину, одетую в традиционную тайскую одежду, как рабыни из прошлого, которая стояла посреди дороги и показывала на меня. От неожиданности я не справился с управлением, и мой грузовик понесло в сторону вашей машины", - Джет и Чанвит резко вдохнули, поняв, что это, должно быть, дело рук Рам- Пхуэна. "Вообще-то мы должны извиниться перед вами, потому что этот призрак последовал за нами сюда". Бунрит замолчал, словно нечаянно перестал дышать, а затем поспешно кивнул. "Должно быть, он действительно очень силен. Я встречался со многими призраками и уже оцепенел от страха перед ними, но это существо меня пугает. Давно я так себя не чувствовал". Джет и Чанвит понимающе кивнули. Водитель посмотрел на двух юношей и что-то почувствовал в них. Люди, обладающие магическими знаниями, могли узнавать друг друга, и аура магии, исходящая от них, напомнила ему о человеке, которого он знал давным-давно. Чувствуя приязнь и жалость, он снял с шеи ожерелье-амулет и вложил его в руку Джета. "Я не знаю, с какими бедами ты столкнулся и что тебе противостоит, но встреча с тобой - это, должно быть, превратности судьбы. Возьми это ожерелье, оно может немного помочь тебе, потому что того, что у тебя есть сейчас, недостаточно". Джет и Чанвит тяжело сглотнули, глядя на ожерелье-амулет, которое казалось обычным, но от него исходило теплое свечение. Они были глубоко тронуты. "Неужели мы действительно можем это принять?" "Конечно, у меня нет ни детей, ни родственников, и я довольно давно думал о том, чтобы подарить его кому-нибудь". Джет кивнул, обхватил руками ожерелье-амулет, поднял его над головой и произнес тихое "Сатху", как и Чанвит: "Спасибо. Если мы пройдем через это, я найду вас и отплачу вам позже". Бунрит с улыбкой кивнул, слегка похлопав обоих по плечу. "Что же касается поисков меня, то, если нашим путям суждено пересечься вновь, мы обязательно встретимся, а сейчас вам лучше поторопиться. Я позабочусь обо всем здесь". Двое еще раз поблагодарили мужчину, коротко поговорили с полицейскими, чтобы избавить того от неприятностей, и попросили отвезти их в определенное место. Этим местом был храм, где жил отец Кемджира, Луанг Пор Финьо. К счастью, храм находился всего в десяти километрах от места происшествия. Вскоре полицейская машина доставила их к месту назначения. Судя по положению солнца, было уже около восьми утра. Они вместе спрыгнули с кузова грузовика и подняли руки в знак благодарности полицейскому, который любезно подвез их, а затем повернулись и поспешили на территорию храма. Увидев монаха, подметающего листья под большим деревом Бодхи, они тут же направились к нему и почтительно поприветствовали. Монах перестал подметать и тут же повернулся к ним лицом. "Приветствую вас. Что привело вас сюда в такой спешке?" - поинтересовался Луанг Пор. "Мы ищем Луанг Пор Финьо. Не знаете ли вы, здесь ли он?"- ответил Джет, на что монах кивнул в знак согласия: "Тот, кого вы ищете, не кто иной, как я". Джет и Чанвит едва не прыгнули в объятия друг друга от счастья. Когда они пересказывали Луанг Пору произошедшие события, в его глазах появилось выражение беспокойства. Будучи монахом, Финьо отказался от мирских желаний и отвернулся от мирских дел. Поэтому он не мог оказать сыну особой помощи, а мог лишь ежедневно молиться о его безопасности. К счастью, Кемджира нашел надёжных спутников в лице этих двух молодых людей: "Мы ищем что-то, что, похоже, является семейной реликвией господина Кема. Что-то очень древнее, похожее на драгоценности", - спокойно объяснил Чанвит, в его голосе звучала уверенность, хотя никто точно не знал, что это за предмет и действительно ли это те самые драгоценности, о которых он говорил. Джет хотел спросить, откуда он это знает, но промолчал и кивнул, решив поинтересоваться доводами позже. Но одно он знал точно: Чан не из тех, кто говорит уверенно, если не уверен в своих убеждениях. Луанг Пор замолчал, обдумывая слова парня, а затем ответил. "На самом деле, есть кое-что, что мать Кема получила от своей старшей сестры - очень старая деревянная шкатулка. Пожалуйста, подождите в павильоне, Пи принесет ее вам". Финьо вернулся в пастораль, открыл деревянный шкаф и достал из глубины потускневшую деревянную шкатулку. Положив ее перед ребятами, он сказал: "Это единственное сокровище, которое Кхаэ оставила нашему сыну. Я собирался отдать его ему после окончания учебы. Кхаэ однажды сказала мне, что ее предки передали бы его своим дочерям или внучкам, в зависимости от того, кому они решили его отдать. Но есть строгое правило, что его нельзя продавать или уничтожать". Джет и Чанвит обменялись взглядами, после чего первый спросил: "Можно нам открыть ее, Луанг Пор?" Финьо на мгновение задумался, прежде чем ответить: "Я сам никогда не открывал ее, но не думаю, что возникнут какие-либо проблемы." С разрешения Джет поднял крышку деревянной шкатулки и обнаружил, что она заполнена маленькими, искусно выполненными, старинными украшениями: кольцами, ожерельями, браслетами и серьгами. Чан некоторое время молча разглядывал содержимое шкатулки, после чего потянулся внутрь, чтобы достать что-то на всеобщее обозрение. "Вот оно. " Это серебряный браслет, предназначенный для ребенка, украшенный крошечными колокольчиками, которые звенят, если их потрясти. Ты уверен, Чан? "- нахмурившись, спросил Джет. Тот утвердительно кивнул, не в силах сформулировать причину своей уверенности - им руководила только интуиция. "В таком случае не могли бы вы его уничтожить?" Почтенный монах взял браслет, но недолго подержал его в руках, а затем вернул и покачал головой. "Он принадлежит кому-то, я не могу его уничтожить. Он должен быть возвращен владельцу". В конце его слов Джет почувствовал, как по телу пробежал холодок. Он уже собирался заговорить, но остановился, когда Чанвит схватил его за запястье, чтобы удержать. Видя это, Луанг Пор продолжил свои слова. "Не бойтесь. Если вы никогда с ним не сталкивался, оно ничего вам не сделает, разве что оттянет время. В прошлом, если не считать потомков мужского пола, которые один за другим умирали из-за этого проклятия, ни одного невинного человека не постигла роковая участь" "... " "Так что подождите еще немного, прежде чем отправиться в путь, и все будет в порядке". В половине десятого в небе над пристанищем Учителя и Кемджиры появился, с грохочущими роторами и порывами ветра, вертолет. Он медленно опустился и приземлился на широкой открытой площадке, окруженной свечами, которые мерцали на ветру, но чудом не погасли. Вертолет был вызван Качином после того, как он получил звонок от Фарана минут двадцать назад. Из вертолета вышел человек в форме Королевского лесного департамента и пригласил двух ожидавших его людей сесть на пассажирские места. Убедившись в их безопасности, он постепенно поднял летательный аппарат обратно в небо. "Куда бы вы хотели, чтобы я вас отвез?" - спросил офицер, прежде чем получить ответ от Фарана: "На восток. Продолжайте лететь прямо. Сосредоточьтесь и не обращайте внимания ни на что необычное". Офицер кивнул: "Да, сэр". Сразу же после того, как он закончил говорить, глаза офицера Королевского леса расширились: перед ним в воздухе показались десятки возвышающихся темных человекоподобных теней. Его уши уловили звук, с которым он никогда раньше не сталкивался, похожий на оглушительный свист корабля, за которым последовало пение кхатхи, издаваемое человеком, сидящим позади него. "Если мы столкнемся с ними, будут ли проблемы?" - спросил офицер. Он верил в призраков, проведя половину своей жизни в лесу, однако то, что он видел перед собой, отличалось от всего, с чем он когда-либо сталкивался. Прозвучал короткий ответ: "Конечно". Офицер тяжело сглотнул и направил вертолет в сторону от нависшей угрозы. Несколько раз ему приходилось уворачиваться от массивных рук, которые тянулись к нему, поворачивая то вправо, то влево, пока у него не начала кружиться голова. На лице выступил холодный пот, заливая лицо до самого подбородка. Неудивительно, что Качин настоял на том, чтобы среди всех офицеров был самый опытный и уравновешенный пилот. Он знал, что они могут столкнуться с такой сложной ситуацией. К счастью, плата была достаточно высока, чтобы оправдать риск, иначе он никогда бы не согласился полететь. В дополнение к появившемуся рою претов* их преследовали волны темных лесных духов. Они сливались вместе, как волны гиритов, налезали друг на друга, надеясь утащить самолет. *[прим. пер.: Преты - это души умерших людей, которые попали в промежуточное состояние между смертью и перерождением.] Некоторые из них появлялись в виде мутных дымных облаков, плывущих и кружащихся вокруг, чтобы отвлечь пилота, но они не могли причинить вреда. Не с таким мастером магии, как Фаран, который сидел у открытой двери, непрерывно напевая защитные кхатхи, создавая барьер, служащий щитом. Вертолет мчался по небу, пилот затаил дыхание, преодолевая коварное воздушное пространство, в висках у него ощутимо пульсировало от напряжения и страха. Он и представить себе не мог, что станет свидетелем столь причудливого и опасного явления. Даже встреча со взрослым тигром в дикой природе не внушала ему такого ужаса. Наконец путешествие подошло к концу, когда высокая фигура, сидевшая за его спиной, объявила: "Мы прибыли". Услышав это, офицер поспешно вытер пот с глаз. Позади воздушного судна находился утес, пригодный для посадки, поэтому он немедленно опустил вертолет. Пока ветер от лопастей хлестал окружающие ветки, Фаран вручил офицеру черный амулет Будды, после чего высадился. Офицер сцепил руки в знак уважения и принял его обеими руками. "Держите это при себе для безопасности. Спасибо за поездку". Закончив говорить, Фаран принялся будить Кемджиру, который давно заснул. В глубине души он хотел разбудить его в тот момент, когда почувствовал, что кхван Кема унесся прочь, но был слишком занят борьбой с лесными духами, чтобы потерять концентрацию. К счастью, дух не успел далеко уйти. Несколько раз позвав его по имени, Кемджира открыл глаза и вскочил на ноги с испуганным видом: всего несколько мгновений назад его дух снова ускользнул в тот тайский дом. "Учитель ..." Фаран кивнул, показывая, что он уже знает, и осторожно погладил Кемджиру по голове, чтобы успокоить его. "Все будет хорошо. Пойдем." Когда вертолет улетел, было уже около одиннадцати вечера. Старший взял Кема за руку и повел его в лес, неся в другой руке свою обычную черную сумку. Ориентируясь на свет луны и светлячков, которые появлялись то тут, то там, они углубились в чащу. Менее чем через десять минут они нашли того, кого искали. Луанг Пу Касем сидел в медитации под баньяновым деревом, спокойный и наполненный духовной силой, в окружении светлячков, которые давали достаточно света, чтобы видеть его. Фаран легонько постучал по спине Кемджира, побуждая его следовать за ним. Они остановились на почтительном расстоянии, после чего трижды преклонили колени с искренним почтением. Луанг Пу Касем медленно открыл глаза, которые, несмотря на преклонный возраст и тонкую пелену катаракты, были полны сострадания ко всем существам, обратившимся к нему за помощью... особенно к двум мужчинам, стоявшим перед ним. "Я ждал вас", - произнес пожилой монах, подразумевая, что он знал об их приезде, поэтому и ждал неподалеку от места посадки вертолета. "Приветствую тебя, Луанг Пу, - сказал Фаран. Луанг Пу Касем кивнул в знак признательности. "Да будет благословенна твоя жизнь". Шаман на мгновение замолчал, а затем продолжил разговор о том, что заставило его искать монаха: "Луанг Пу, у вас остался нож экзорциста моего деда?" "Нож экзорциста Саке был выкован из сущности темных искусств. Какой бы мощной ни была его сила, если к нему прикоснется такой практик белой магии, как ты, обратного пути уже не будет. Поэтому Саке и доверил его мне". Фаран знал это слишком хорошо. Его дед и Луанг Пу Касем были близкими друзьями, оба вместе изучали магические искусства. Однако если Луанг Пу Касем выбрал чистый путь посвящения, то Саке упорно продолжал идти своим путем. Лишь в последние мучительные минуты жизни он понял, что все это время делал неправильный выбор. Кемджира, который внимательно слушал, посмотрел на Фарана, услышав это. Значит ли это, что даже такой чистый человек, как Учитель, может быть запятнан этим предметом? Он протянул дрожащие руки, чтобы схватить того за рукав, его глаза наполнились слезами, показывающими его нежелание, но потом он покачал головой и пустил одну слезу по щеке. "Учитель, пожалуйста, пожалуйста, не надо так далеко ходить" ".." Кемджира тяжело вздохнул, затем склонил голову и произнес. "Я заплачу за свою карму". "..." "С-с-с, пожалуйста, не страдайте из-за меня". Если помощь ему означала будущие страдания для Учителя он не мог с этим смириться, несмотря ни на что. "Что скажешь? Ты все еще хочешь этого?" Кемджира надеялся, что Фаран послушает его и откажется, но вместо этого старший мужчина опустился на землю и, не поднимая глаз, сказал Луанг Пу: "Пожалуйста, помоги мне еще раз". У Кемджиры снова потекли слезы, он не мог поразится, как сильно, в этот момент, ему хочется продолжать жить и видеть этот мир. Он хотел всю жизнь следовать за Учителем и своими друзьями. Он хотел остаться и отплатить за доброту Луанг Пора, который всегда учил и направлял его. Он хотел проснуться и воздать по заслугам своей матери, а также бабушке Си, Тонгу и Эке, которые пожертвовали собой, чтобы он мог выжить. Кемджира не хотел умирать... не раньше, чем увидит, как все живут счастливо. Юноша безудержно рыдал, его тело сотрясалось, а потом он отступил назад и медленно опустился рядом с Фараном. Благодарность за этот акт доброты никогда не сможет быть полностью погашена, даже если небо и земля разрушатся. Луанг Пу Касем действительно отрекся от мирских путей, постоянно стремился и накапливал заслуги в течение долгого времени, полностью понимая все аспекты жизни. Поэтому он мог видеть то, чего не могли видеть обычные люди, но не мог никому об этом рассказать. "Подними голову, я верю, что все пройдет и закончится хорошо. Возьми это", - сказал монах Учителю, доставая из своего ранца нож экзорциста, плотно завернутый в янтру, испещренную священными красными символами, и протягивая ему. Кемджира плотно сжал губы, наблюдая за тем, как Фаран подался вперед, чтобы принять его. "Они собираются прорвать защитную стену Го и сделать то, что должно быть сделано. Этот нож экзорциста, если использовать его с сильным и чистым сердцем, не причинит тебе вреда". Фаран прислушался к голосу духов за защитной стеной Луанг Пу Касема, а затем повернулся, чтобы посмотреть в глаза Кемджире, который влажным взглядом смотрел на него, словно взвешивая свое решение. "Оставь Кема здесь. Я помогу ему с его кармой". – в этот момент произнес монах. Это выходило за рамки ожиданий как Фарана, так и Кемджиры, но раз уж Луанг Пу сказал такое, значит, на то была причина. Они не стали больше ничего спрашивать и вместе поклонились в знак благодарности. Кемджира снова посмотрел на Учителя, его глаза все еще горели от эмоций, но прежде чем он успел заговорить, сильная рука нежно погладила его по голове. Затем мягкий голос сказал: "Подожди здесь, я скоро вернусь". По лицу Кемджиры вновь потекли слезы, он полностью осознал истинный смысл этих слов. Он легонько, но решительно кивнул в ответ. "Да, я буду ждать".