My Best Friend, the Serial Killer / Моя бести — убьёт на месте

───── ◉ ─────

В первый раз, когда это случилось, она заявила, что не виновата. — Я проклята, милый, — пояснила Панси, засовывая свой чемодан между односпальной кроватью Драко и книжным шкафом, а затем развалилась на его пушистом покрывале. Сидя за своим заваленным учебниками столом, Драко ошеломлённо пробормотал: — Проклята? Как, чёрт возьми, ты умудрилась попасть под проклятие? Прошло два года после войны, когда Панси разыскала Драко в его студенческом общежитии в Нью-Йорке, где он обучался на целителя. Она выглядела измождённой, хрупкой и отчаянно нуждалась в его заботе. Драко считал, что поступает правильно, открыв для неё двери своей комнаты в общежитии Хартли-Холл в Гарлеме. Панси была его лучшей подругой, голосом разума, который он упорно игнорировал до, во время и после войны. Она всегда заботилась о его благополучии. Теперь настала его очередь отплатить ей. От чего бы она ни убегала, Драко знал в глубине души, что сделает всё возможное, чтобы её защитить. — Старое семейное проклятье Паркинсонов, — объяснила она. — Мамочка рассказывала, что если женщина из нашего рода получает отказ в брачном предложении или сама его отвергает, она обречена стать суккубом и никогда не найти настоящей любви. Какой-то старый мизогинистичный ублюдок-прадед наложил это проклятье двести лет назад, когда его дочь отказалась от навязанного брака. Драко уставился на неё. — Ты серьёзно, Панс? Это же бред. Панси пожала плечами и перекинула длинные тёмные волосы через плечо, устремив печальный взгляд в потолок комнаты Драко. — Серьёзнее некуда, милый. Зачем мне врать? Этот чёртов Нотт разорвал нашу помолвку, тем самым обрекая меня на судьбу падшей женщины. Иезавель. Шлюха. Неважно, с кем я встречаюсь — если они меня бросают, они умирают. Драко прикрыл рот рукой, ошеломлённый. Слова о смерти словно пролетели мимо ушей. — Нотт отказал тебе? Он задумался. Было абсурдно представить, что робкий, невзрачный Нотт мог отвергнуть кого-то столь яркого и уверенного, как Панси… или, может, именно поэтому он так поступил. Нотт никогда не смог бы удержать её интерес, не говоря уже о том, чтобы угнаться за её энергией, этот жалкий глупец. Панси пренебрежительно фыркнула, снова запустив пальцы в волосы. Тёмные пряди вились вокруг её руки, а на лице застыло кислое выражение. — К сожалению. Драко невольно вздрогнул, ощутив холодок, пробежавший по спине. — И ты… его убила? — выдавил он, обхватив себя руками и слегка покачиваясь в кресле. Панси замерла, перестав играть с волосами, и посмотрела на него немигающим взглядом. — Клянусь, это был несчастный случай. Видимо, мой пра-пра-пра-как-там-его дед не учёл, что проклятье суккуба пробудит во мне кровожадную, убийственную черту после отказа. Это было ужасно. В одну минуту Нотт, запинаясь, бормочет извинения, что не любит меня, а в следующую я вся в крови, а у него… вырван кусок глотки. Пришлось бежать из Англии, пока Министерство не исчерпает силы, разыскивая его. — Она рассмеялась — резкий, жестокий звук, но с хрупкими, почти надломленными нотками. — Его чёртовы домовые эльфы подняли тревогу. Без настоящих друзей или семьи — лишь вопрос времени, когда авроры забросят это дело. Драко снова вздрогнул. Вопрос времени растянулся на два года. На следующий день после выпуска Драко из Магической школы целительства Колумбийского университета они оба вернулись в Англию.

───── ◉ ─────

Драко медленно пил свой чай Ассам, каждый глоток помогал ему собраться перед предстоящей задачей. — Ладно, он пришёл, и что дальше? — спросил он. Волосы Панси, теперь коротко остриженные в резкий боб, всё ещё были достаточно длинными, чтобы она могла нервно накручивать их на палец. — Это было ужасно, милый. Он заявился в ярости из-за ссоры с начальницей на работе. Называл её то «чёртова сука», то «проклятая шлюха» — я предложила приготовить ужин и выслушать его нытьё. Начала готовить пасту, а он вдруг обвинил меня в том, что мне на него наплевать. Сказал, что я такая же бессердечная стерва, как его начальница. Я ответила, что он несёт бред, и тогда он грубо толкнул меня к столешнице. Мерлин, Драко, я испугалась! Он такой огромный, высокий — я думала, он меня убьёт! А потом заявил, что не любит меня, никогда не любил и не видит нас вместе, потому что я слишком зациклена на себе. Что я годна только для одного! — Панси замолчала, её плечи задрожали, по щекам потекли слёзы. — Я резала лук, плакала, и… всё произошло так быстро. Не знаю… нож просто соскользнул. Драко не смог сдержать ни сарказма, ни скептицизма в голосе. — Соскользнул? Прямо несколько раз в грудь, а потом он сам дотащил своё мёртвое тело до гостиной? Панси опустила руку с волос к чашке с чаем и провела ухоженным ногтем по её краю. — Всё случилось так быстро! Кажется… я уверена, он довёл меня до гостиной своими придирками. Он хотел уйти, вот что произошло, да… пытался меня бросить. Я пошла за ним — он ведь бросил свою куртку там. Нож был у меня в руке, и… это просто случилось. Я не виновата, — тихо сказала она, глядя в свою чашку. Драко давно понял, что лучше не сомневаться в искренности слов Панси. Помимо Нотта, это был третий мужчина, которого она убила. Все трое — её магловские бойфренды, пытавшиеся с ней порвать и встретившие свой роковой конец. И оставившие за собой кровавый беспорядок, который Драко приходилось убирать. Он допил чай, поднялся со стула за их маленьким кухонным столом и вздохнул. Он был измотан, но его ночь только начиналась. Пройдя по коридору в гостиную, он обошёл лужу крови на полу. Присев как можно ближе к телу, стараясь не задеть кровь, Драко внимательно осмотрел раны, прикидывая, сколько чистящих средств понадобится. — Ты злишься на меня? — спросила Панси из-за спины, её голос дрожал от напряжения и едва скрываемой жалости к себе. Драко вздохнул и выпрямился, разведя руки. В тот же миг Панси, всхлипывая, бросилась в его объятия. — Я никогда не смогу на тебя злиться. Ты моя девочка, и это не твоя вина. Ты не можешь контролировать эти… порывы. Панси молча покачала головой, уткнувшись ему в грудь. — Я монстр. — Нет. Ты женщина, которой приходится жить с чудовищным проклятьем. Он услышал её тихий, почти невесёлый смешок, когда она сильнее прижалась к нему. — Ты знаешь меня лучше, чем я сама. Драко обнял её крепче. Они справятся. Он справится. Только сначала нужно найти отбеливатель.

───── ◉ ─────

Драко любил запах магловского отбеливателя. Он идеально маскировал кровь, а порой и мочу — неизбежные последствия вспышек Панси. Ему нравился ритуал: натянуть плотный пластиковый фартук, хирургическую маску, бахилы и резиновые перчатки по локоть, прежде чем собрать всё необходимое из кладовки, чтобы заставить бывших бойфрендов Панси исчезнуть. Он чувствовал на себе взгляд Панси, когда вновь подошёл к телу Деклана, её бойфренда последних двух месяцев. Осторожно, чтобы не поскользнуться в луже крови, Драко перевернул Деклана на спину и поморщился, услышав мерзкий шлепок окоченевшего тела, упавшего в уже остывшую кровь. Он посмотрел на бледное лицо мужчины. Глаза Деклана были широко раскрыты, застыв в ужасе. Содрогнувшись, Драко аккуратно их закрыл. Несмотря на страх, отпечатавшийся на лице, Деклан был довольно привлекателен, хотя и слишком коренаст для вкуса Панси. Как и Драко, она предпочитала мужчин суровых, но с лёгкой мягкостью в чертах. Деклан же выглядел воплощением грубой силы, с которой приходилось считаться. Удивительно, что Панси смогла его одолеть. Драко тихо присвистнул. — Чёрт, Панс, ты оставила нож в нём? — Он нахмурился, кончиком пальца тронув рукоять ножа, торчавшего из груди Деклана, прямо над сердцем. Нож держался непрочно, прижатый к боку и груди при падении. Драко скривился. Если Деклан был ещё жив во время последнего удара, то точно умер, когда упал на нож, вогнав его глубже в грудную клетку. Осторожно оттянув V-образный вырез футболки Деклана, Драко осмотрел несколько неглубоких колотых ран. — Ой, забыла вытащить, — рассеянно бросила Панси. Драко взглянул на неё, чувствуя, как раздражение кольнуло кожу. Панси стояла у окна, уперев руки в бёдра, слегка постукивая босой ногой по паркету. Она казалась отстранённой. И красивой. Холодной, почти надменной красотой, которая могла соперничать с красотой матери Драко. Лебединая шея, подчёркнутая строгим бобом, густые тёмные брови и длинные чёрные ресницы, обрамляющие озорные зелёные глаза. Её улыбка — острая, почти угрожающая, с идеальными белыми зубами за пухлыми губами, напоминающими Драко его собственные. У окна, в магловской одежде, потерянная и трагично прекрасная, Панси выглядела как та, кто могла бы стать идеальной чистокровной женой, если бы Нотт оказался для неё достаточно сильным. Драко всегда питал слабость к красивым, трагичным женщинам. В их гневе, опасности и стойкости было что-то притягательное; их тоска отзывалась в нём комком боли, который он носил в груди со времён войны, не находя облегчения. Он находил родство в их уязвимости и силе — от утончённой тьмы своей матери до невротичной решимости Гермионы Грейнджер. Драко был словно мотылёк, летящий на пламя их боли, разворачивающейся перед ним, как греческая трагедия. Он моргнул и отвёл взгляд. — Ну что ж, — сказал он, обхватив рукоять ножа и потянув. Тот выскользнул легко, словно скальпель, которым Драко орудовал во время деликатных операций в Святом Мунго, где магия была ограничена. — Хороший нож, — отметил он. — Это из нашего… — …набора с рукоятью из железного дерева, — закончила Панси. Драко усмехнулся. — Обожаю эту алмазную точилку. Отличная работа, в смысле. Но в посудомойку его точно не засунешь. Я сам вымою, — пробормотал он, осторожно отложив окровавленный нож в сторону. Вытащив палочку, он глубоко вдохнул. Драко всегда был мастером трансфигурации и заклинаний. Он проделывал этот сложный набор чар уже дважды, но каждый раз нервы были на пределе. Сначала мощное Тергео справилось с кровью, но Драко, как опытный целитель, знал, что магия не избавит от всех следов. Здесь и пригодился его верный отбеливатель, устраняющий то, что упустила магия. Следующим шагом была трансфигурация тела в кость. Идея родилась в панике, когда он ворвался в спальню Панси в тот первый, полный потрясений год после возвращения в Англию. Она была вся в крови, рыдая над телом своего первого бойфренда, с кровью, размазанной по губам и зубам, словно она пила из его перерезанного горла. Драко не стал расспрашивать, слишком ошеломлённый зрелищем. Панси закричала: «Помоги мне!» — и в тот момент он вспомнил отца. Однажды, после лишнего бокала портвейна, Люциус разразился тирадой перед Пожирателями Смерти, высмеивая Барти Крауча-младшего за трансфигурацию отца в кость, чтобы избавиться от тела. Тогда Драко подумал, что это гениально, а отец просто завистливый болван. Он трансфигурировал мёртвого бойфренда Панси в шейный позвонок С3. С изящным взмахом палочки и заклинанием он проделал то же с Декланом. Плечи Драко расслабились, и сладкое облегчение разлилось по телу, почти болезненно покалывая кожу. Как всегда после такой тонкой магии, эйфория быстро отступала, сменяясь адреналином. Он ухмыльнулся, глядя на свою работу, сердце колотилось, а тело дрожало от возбуждения. Теперь избавиться от кости будет проще, и Драко уже знал, как это сделать. Сзади послышалось одобрительное мычание. Панси наклонилась к нему. — Идеально, — похвалила она. Драко усмехнулся, но тут же нахмурился. — Не привыкай, — бросил он, обернувшись. Волосы Панси падали на лицо, но он заметил её улыбку — тёмную, почти зловещую. Порой он гадал, как ещё это проклятье меняет её, не поглотит ли тьма суккуба когда-нибудь человеческую часть её натуры. Но он знал: эта тьма никуда не денется. — Я принесу кислоту, — предложила Панси. — Убедись, что ты в защите, и что это две части серной, одна часть… — Я знаю, ясно? И в поли… как его там… ванне, — огрызнулась она. — Я не совсем бесполезна. — Полидициклопентадиен. И я не говорил, что ты бесполезна. Ты же знаешь, я никогда… — Тогда дай мне помочь. — Панси вышла из комнаты. Драко переместился из присевшего положения, сев на пол и скрестив длинные ноги. Сердце колотилось, и на миг ему захотелось вскочить и пробежаться по комнате, чтобы сбросить энергию, бурлящую в теле, словно электрический ток. Вместо этого он сделал несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться. Голова слегка закружилась, когда напряжение начало отступать. Панси вошла в комнату и замерла, держа в резиновых перчатках небольшой белый контейнер. — Мерлин, Драко, ты в порядке? Он хотел спросить, как вообще можно быть в порядке после такого. Он любил её всем сердцем, но справляться с этим в конце дня было невыносимо тяжело. И всё же он убеждал себя, что так лучше. — В порядке, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Просто идеально. Панси поджала губы и осторожно подошла. Драко мысленно напомнил себе, что всё почти закончилось, и снова достал палочку. Он наложил защитные заклинания на себя, на участок пола вокруг них и на Панси — на случай, если она забыла позаботиться о себе. Её раздражённый взгляд ясно дал понять, что она не забыла. — Лишняя защита не повредит, — заметил он, взмахнув палочкой, чтобы контейнер плавно опустился из рук Панси на пол перед ним. Ещё одно заклинание — и вокруг контейнера замерцал серебристо-золотой барьер. Драко левитировал позвонок в контейнер, где тот зашипел и запенился в кислоте. Они оба смотрели, затаив дыхание, как кость полностью растворилась. Удовлетворённый, Драко взмахнул палочкой и применил медицинское заклинание для уничтожения биологически опасных веществ, избавляясь от кислоты и контейнера. Теперь кость никогда не восстановить. Громкий хлопок, с которым Панси стянула резиновые перчатки, заставил Драко вздрогнуть в наступившей тишине. Она улыбнулась ему. — Ещё чашечку? Драко приподнял бровь, снимая свои перчатки. — Читаешь мои мысли. Через двадцать минут, переодевшись в зелёную шёлковую пижаму и держа чашку ромашкового чая с изрядной порцией джина, Драко развалился на диване перед камином. Панси прижалась к нему, уютно устроившись рядом. — Куда ты ходил после смены? — спросила она, заправляя прядь его волос за ухо. Драко закрыл глаза, наслаждаясь тем, как она перебирает его волосы. — Выпить с Грейнджер. Рука Панси замерла, и она слегка поёрзала, будто ей вдруг стало неудобно. — Она всё ещё ноет про Уизли? — бросила она с горечью. — Могла бы найти кого-то получше этого идиота. «Например, тебя?» — подумал Драко, мысленно закатив глаза. Дружба Грейнджер с ним была не единственным гвоздём в гробу её обречённых отношений с Уизли. Грейнджер также сблизилась с Панси, и какое-то время они отлично ладили, но потом что-то пошло не так. Драко не знал, что именно, но женщины поссорились. Вскоре после этого Грейнджер порвала с Уизли, что породило у Драко множество теорий заговора, которые обе категорически отрицали. — Однажды она это поймёт, — уклончиво ответил Драко. Панси шмыгнула носом и потянулась, словно ленивая кошка, прежде чем положить голову ему на плечо. — Знаешь, я буду по нему скучать. У него был огромный член. Драко молча сделал ещё один глоток чая.