Горечь

Дождь не прекращался весь вечер. Он падал тяжело, гулко, как будто не просто с неба — а изнутри. Дженсен снова оказался в квартире Джареда. Без планов, без повода. Просто после работы они решили пройтись. Просто… потому что не могли не быть рядом. Дженсен сидел на полу, опершись спиной о диван. В руках — бокал вина. Джей растянулся на диване, одну руку закинув за голову, другую — на живот, небрежно, расслабленно. На экране мерцал фильм: сцена за сценой, герои, реплики, музыка. Но никто не смотрел. Их взгляды то и дело находили друг друга — и в этих пересечениях было больше, чем в любом диалоге. — Это худший фильм, который я когда-либо выбирал, — пробормотал Джей с лёгкой усмешкой. — Ты выбрал не фильм, — ответил Дженсен, не отрывая взгляда. — Ты выбрал момент. Джей отвёл глаза. На секунду. — Я не привык к тишине с кем-то. Обычно, если кто-то рядом — это значит: держи дистанцию. Не расслабляйся. — А со мной? — мягко, почти неслышно спросил Дженсен. — А с тобой… всё сложнее. Я всё время думаю: если позволю себе поверить — ты исчезнешь. Дженсен медленно придвинулся ближе. Сел рядом. Почти касаясь плеча. — А я боюсь, что если задержусь — ты исчезнешь. Молчание между ними стало почти физическим. Плотным. Хрупким. Как тонкая нить, которая могла порваться от одного неправильного взгляда. И тут — звонок. Резкий, чужой, как нож по стеклу. Джей схватил телефон. Дженсен замер. — Да, — коротко. Потом тишина. Только сжатая челюсть, только то, как меняется его лицо. — Я понял. Не продолжай. Я всё понял. Он сбросил. Выдохнул. Улыбнулся. Слишком быстро. Слишком неестественно. — Всё нормально? — осторожно спросил Дженсен. — Просто… напоминание, что мой мир не ставится на паузу. Даже когда мне хочется. — Работа? — У тебя ведь тоже есть начальник, который звонит в самые неподходящие моменты, — отмахнулся Джей, отворачиваясь. И как по команде — второй звонок. На этот раз — у Дженсена. Он не сразу взял. Но всё же ответил. — Агент Эклз. … — Да, я понимаю. … — Нет, отчёт ещё не готов. … — Подождите. … — Да. Понял. Он отключил. Повисла тишина. Та, в которой слышно собственное дыхание. Дженсен сидел, сжав трубку, будто хотел задавить в себе всё, что рвалось наружу. — Тебя вызывают? — тихо спросил Джей. Спокойно. Словно знал. — Пока нет. Пока просто ждут. Данных.— на секунду он замолчал  — У меня всё меньше времени. Джей долго смотрел в пол. Потом поднял глаза. — Сегодня в кафе был парень. Говорил по телефону. Я случайно услышал: обсуждали маршрут. Восточный. —Джаред сделал глоток вина — Я не уверен, правда это или нет. Но ты можешь проверить. Может, пригодится. Дженсен не ответил сразу. Его взгляд был прикован к лицу Джея — к каждому изгибу, каждой мимике, каждому следу мысли. — Почему ты мне это говоришь? Джей произнёс медленно: — Потому что хочу, чтобы ты остался… чистым. Чтобы мог сказать себе потом, что не зря был рядом со мной. Он встал. Отошёл к окну. Силуэт — напряжённый. Спина — прямая. Но в каждом движении чувствовалась обречённость. Спокойная. Принятая. — Возьми, что тебе нужно, — продолжил он. — Но оставь себе то, что мы не успели разрушить. Дженсен долго не двигался. Он чувствовал, что это не просто информация. Не просто зацепка. Это — жест. Способ дать шанс. Легальный, отстранённый. Не компромисс — спасение. Он поднялся. Подошёл ближе. — Ты знаешь, что я не могу это проигнорировать, — тихо сказал он. — Знаю. — Но я знаю и другое: ты не сдашь меня. Если только сам не захочешь. — Я не хочу, — слишком быстро, слишком честно. — Тогда скажи прямо. Это — ловушка? Джей обернулся. Лица их оказались рядом. — Нет. Это — дверь. В какую ты войдёшь — решай сам. Молчание. Долгое. Глубокое. А потом — шаг. Дженсен потянулся вперёд. Его ладонь легла на щеку Джареда. Мягко. Неуверенно. Он не знал, что будет завтра. Но сейчас он хотел остаться. Ещё хоть немного. Джаред не отстранился. Только закрыл глаза. Впервые — позволив. — Останься, — прошептал он. — Хотя бы до утра. Давай хотя бы на эту ночь забудем обо всём. — Я и не собирался уходить, — ответил Дженсен.

***

Утро было серым. Серым не снаружи — внутри. Дженсен вышел из квартиры Джареда, не сказав ни слова. Не потому что не хотел, а потому что знал: если останется хоть чуть дольше, не сможет уйти вовсе. Он шёл по тротуару, повторяя про себя, как заклинание: Восточный маршрут. Данные. Отчёт. Восточный маршрут. Информация оказалась чистой. Чёткой. Точной. Слишком правильной, чтобы быть случайной. Он понимал — Джейден знает больше. Возможно, гораздо больше. Возможно… всё.

***

— Ты уверен, что он не замешан? — спросил напарник, бросая на стол распечатки. — Он может быть связным, — осторожно произнёс Дженсен. — Или личным исполнителем. В любом случае, он рядом. Слишком рядом с ключевой фигурой. — А если он и есть она? Дженсен замер. Хотел рассмеяться. Отмахнуться. Но… не смог. Он вспомнил слова Джейдена: «Я хочу, чтобы ты остался чистым.» Чистым от чего? От кого? Он не знал. Но инстинкт подсказывал: в Джейдене что-то скрыто. Что-то… опасное.

***

Вечером он снова пришёл в кафе. Без цели. Просто — увидеть. Джей стоял за стойкой. Как всегда. Тот же бариста. Та же рубашка. Улыбка — чуть усталая. Чуть ироничная. — Ты всё тот же? — тихо спросил Дженсен, садясь. — А ты всё так же не умеешь спрашивать прямо, — ответил Джей, ставя перед ним чашку. — Я просто думаю… что ты не совсем тот, за кого себя выдаёшь. Молчание. Джей задержал взгляд. — А если я — именно тот? Ты бы… разочаровался? Дженсен смотрел в его глаза. И молчал. Потому что он уже начал верить в одно. А его работа требовала верить в другое.