Школьные будни

С Данте приятно молчать. Да, просто идти и молчать. Нет, с ним интересно разговаривать, просто Габриель не знал о чем. Ему все говорят, что он странный и задаёт кучу, иногда нелепых, вопросов. Поэтому он не хотел, чтобы его новый знакомый думал о том, что он странный или ещё что похуже. Они уже ехали на трамвае, сегодня художка... Интересно, Ромео придёт? С Ромео было наоборот легко разговаривать и трудно молчать. Точнее, просто можно было попросить его рассказать какую-нибудь историю, а он не уймется. Да и истории у него интересные. Сегодня как раз композиция, а не академический рисунок, так что он не должен быть подавленым. — Будешь чай? — Габриель бы сказал, что голос был не таким как обычно, медленным и размеренным, а с хрипотцой и щепоткой сонности. — Да, но откуда ты его возьмёшь? — слегка потупившись в одну точку, наконец, ответил парниша. Он явно слишком глубоко плавал в своих мыслях, чтобы так быстро выбраться на поверхность. — Я термос ношу. Сейчас холодает, так что я подумал, что в художку будет в самый раз, — объяснил Данте. — Художка... ой, я же скечбук потерял вчера. Нигде найти не могу. — Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь, — цитату Данте перебил голос из динамиков, оглашавший нужную остановку. Для Габриеля цитаты Данте не казались какими-то странными. Он иногда не понимал к чему он это говорит и что означают некоторые фразы, но звучит прикольно. От остановки до художки идти минут пять. Данте, как всегда, держал руки в карманах, а глаза его были закрыты, лишь иногда, открывался левый или правый глаз, чтобы посмотреть, что перед ним. Возле художки всё даже успело высохнуть, были лужицы кое-где, конечно, но суше, чем утром.

***

— Не сможешь прийти, да? — Ромео шёл по пустой улице. Вокруг интересные дома, с завитками и другими замысловатыми узорами. Как будто из 19 века сохранились. — Прости пожалуйста!! — раздался извиняющийся голос в телефоне. — Да, ничего страшного, Феликс, — парень успокоил своего собеседника. Прикусив губу, чтобы не дать слабину эмоциям. Он часто так делал. Прикусывал губу, сжимал челюсти или кулаки, делал все, лишь бы предательская солёная вода не начала капать из глаз. Ромео не любил плакать, обычно, он даже слезинки не пускает. Как там говорят? Мужчины не плачут. Или что-то в этом роде? Только сейчас предательски сильно захотелось. Голос дрогнул, когда он прощался с собеседником по телефону. Убрав мобильник в карман, Ромео сел на корточки и обнял собственные ноги, уткнувшись в колени лицом. Никто не знал, но Феликс был всегда единственным гостем на его дне рождении. Все думали, что он тот самый человек, который в честь своего дня рождения устраивает бал-маскарад. Феликс тоже не знал, что был единственным гостем. Он всегда думал, что просто Ромео со всеми празднует отдельно. Например, с друзьями с художки в один день, с одноклассниками в другой, просто с друзьями не в классе и художке в третий, с родственниками в четвёртый. Но это было не так. Да о чем тут говорить, если сам Ромео совсем недавно осознал, что у него кроме Феликса, друзей то и нет. Лишь знакомые, которых он вряд-ли мог назвать друзьями. Придётся отмечать одному, в своей душной комнате. Ромео распрямился и, шмыгнув носом, вытер глаза своей пушистой курткой. Ноги направились по знакомой дорожке в художку. Нос заложило, блин. Но вроде успокоился. Открыв дверь знакомого здания, он прошёл в гардероб и снял куртку. Опять опаздал на пару минут. Ничего страшного, бывает.

***

Вару не очень любил находится дома. Что ему там делать? Уроки? Ну уж нет. Он предпочитал проводить время на улице, но из-за вчерашней метели на скейте не покатаешься. Вару лежал на своей кровати, закинув ноги на стену. Только пришёл со школы, а уже не знал, что делать. Он побарабанил по стене ногами, а после слез с кровати. Надев коричные джинсы и зелёный свитер он взял наушники, которые лежали на столе, и захлопнул дверь квартиры. Натянув наушники и включив музыку, он двинулся в неизвестном направлении. На улице вовсе не холодно! Зачем надевать куртку? Зелёный дотопал до лесопарка, что начинался от школы, а из-за площади доходил чуть ли не до улицы, где живёт Вару. Он зашёл внутрь и пошёл по своему любимому маршруту. Там никто не ходит, и это почти самое уединенное место в жизни Вару. Ему нравился воздух, он такой чистый и свежий... Фу, такой ужасный звук мотора просочился сквозь музыку. Может же кто-то портить самый лучший куплет песни. Сколько он уже шёл? Наверное, час. Вару сделал несколько петель и был рядом со школой. Он в этом парке очень хорошо ориентировался. О. Среди деревьев он увидел две знакомые головы, что-то серое и голубое. Очкастый и... он ещё не придумал кличку для Зонтика, как раз самое время придумать! У него волосы похожи на мочалку. Значит будет мочалка! Очкастый и мочалка, во, теперь нормально. Вару пожал плечами и пошёл в сторону своего дома. Все таки до возвращения родителей, лучше добраться в свою конуру. Первый, второй и третий щелчок, дверь открывается. Он проходит внутрь квартиры и падает в свою кровать. Его комната больше похожа на свалку, надо будет когда-то прибраться, а то уже до кровати дойти сложно. Взяв телефон, он пролистал чаты и для приличия зашёл в электронный дневник. Тц, надо сочинение писать. Он потянулся и перебрался за письменный стол. Открывая гдз, начал делать чёртову домашку. Почему нельзя просто не задавать домашнюю работу? Она же отнимает столько времени! Хотя, что ему ещё делать? Можно конечно глянуть видосики на ютубе, но у Вару ощущение, что он уже пересмотрел всё, что только существует на планете. «Тебе надо найти хобби или записаться в какой-то кружок» — он вспоминает слова родителей, в особенности от мамы. У него есть хобби! Это катание на скейтборде, но как он должен кататься, когда на улице зима? Ладно, может завтра получше будет, и он сходит в его любимый скейтпарк. Да, он далековато, но зато крутой и новый, и там людей нет. Мечта каждого школьника. Вару не любил, когда лето кончалось. Школа, все дела. Нету больше свободы. Правда есть только одно, что он любил в конце лета. Аллергия наконец заканчивалась. Апчхи! Вару шмыгнул носом, потерев его. Тут же он вскочил из-за стола, лишь бы глаза чесаться не начали, а то вообще ад будет. А, это родители пришли. Мама часто покупает цветы для интерьера кухни. Зеленка дошёл до кухни и начал копаться в апетечке. Наконец, нашёл нужные ему таблетки от аллергии, закинув в рот и запив водой, он поплелся в ванную. Тупая аллергия. Умывшись холодной водой он снова упал к себе на кровать. Пошло это сочинение к черту, он лучше ляжет сегодня спать пораньше.

***

— Прости пожалуйста!! — воскликнул Феликс, стуча концом ручки себе по губе. Он старался решить задачу по физике. — Да, ничего страшного, Феликс — успокоил его голос из трубки. Феликс почти услышал, как Ромео прикусил губу. Слышал, как дрогнул его голос. Феликсу стало обидно за него, он явно его расстроил. Может постараться отпроситься у родителей не ехать к тёте в другой город? Сейчас он почти обязан это сделать, иначе совесть не будет спокойна. О, задачу решил. Что же подарить Ромео? Хотя, ему, наверное, горы подарков принесут поклонницы. Надо будет прийти сюрпризом. Вот придут родители, точно надо отпроситься. Пусть берут младшего брата, а Феликс останется. Он ведь уже не маленький. Только теперь вопрос: что же подарить имениннику? Молчание в голове Феликса заставило того встрепенуться. Он открыл его чат с Ромео и начал листать в поисках сообщения по типу: «Такую сумочку сегодня увидел на полке магазина». Ах, нашёл! Недели три назад Ромео жаловался, что у него закончился его любимый кондиционер для волос. Но, нормальный ли это подарок? Феликс задумался. Вроде бы да, он же его хотел, а вроде... Может ему весь набор сразу подарить? Неплохая идея. На кухне что-то упало, желтоволосик вздрогнул и пошёл на звук. Младший брат как обычно, искал печенья на верхних полках. Вот и уронил контейнер, хорошо, что ничего не разбилось и не рассыпалось.

***

— Так, ты на электрогитаре играешь? — поинтересовался Зонтик, усаживаясь на кресло в своей комнате. — Да, играю, как любитель, — Пик скрестил руки на груди. Он сидел на стуле, возле письменного стола. — А ты? — он кивнул головой в сторону скрипки. — Я в музыкальную школу хожу, — смиренно отвечал Зонтик, — сыграешь что-то? Повисло молчание. На самом деле, парни не очень отошли от удивления с этой встречи. Никто не ожидал, что они соседи, да и, видимо, будут часто видится из-за родителей. — А ты? — единственное, что прохрипел Пик в ответ. Он взял свою электрогитару, а Зонтик скрипку. — Начни ты, — предложил парень с голубыми волосами, опирая скрипку о плечо. Он перебирал смычок в пальцах, стараясь взяться поудобнее. — Мгм, — промычал Пик, дотронувшись до струн. По комнате раздалась лёгкая мелодия, которую легко подхватить. Зонтик послушал где-то минуту, а после вздохнул, настроившись и дотянулся смычком до струн, в то время зажимая некоторые на грифе второй рукой. На удивление, электрогитара прекрасно сочиталась со скрипкой. Пику, конечно, было трудно поддерживать ритм и не сбиваться, поэтому сидел он напряжённый. Зонтик же выглядел умиротворенно, он прикрыл глаза, и казалось, что просто чувствовал ритм, так это называется? Неважно. Какая же прекрасная мелодия. Что-то смешанное между спокойствием и максимальным удовлетворением. Это можно было слушать вечно, даже Пик начал расслабляться. Вот бы играть дуэтом, наверняка, это было завирусилось. Мелодия оборвалась, Пик цокнул. Опять забыл медиатор дома, пальцы стёр. Хорошо, что он быстро это заметил, а то все струны были бы в крови. Зонтик убрал скрипку в чехол и прислонил к стене. Заметив стертые пальцы собеседника, забеспокоился. — У меня есть лейкопластыри, или лучше бинтами, — судорожно сказал он, стараясь не смотреть на кровь. А то ему плохо становится от её вида. — Давай бинты лучше, лейкопластырей много понадобиться, — Пик слегка изогнул бровь, наблюдая, как Зонтик достаёт аптечку и старается не смотреть на его пальцы. — Крови боишься? — Немного, — он протянул ему бинты и достал ножницы, нарезав бинт на кусочки, — мне просто плохо становится от её вида, особенно когда много. — Дак тут её нет почти, — они оба начали перевязывать пальцы один за другим, конечно, больше этим занимался Зонтик, потому что одной рукой не получалось помогать. — Ключевое слово — почти, — заметил парень с голубыми волосами, он наконец закончил. Кстати, очень аккуратно. — Часто перебинтовываешь пальцы? — Пик оценил работу, проделанную над его рукой. — Достаточно, — Зонтик убрал аптечку, и заметив вопросительный взгляд, пояснил, — Я часто режусь о бумагу, ну или когда режу салат, например. — Ясно все с тобой, — кивнул собеседник. — Ты же в 10Б учишься? — А ты в 10А, — констатировал факт Зонтик, улыбнувшись. Пик хмыкнул, ему понравился его новый знакомый. И играет он лучше его, все таки кто-то смог утереть ему нос. — Чем увлекаешься? — Зонтик плохо поддерживал диалог, так что решил выкинуть самый обыкновенный и базовый вопрос. — А, ну, электрогитара, мотоцикл, — Пик видимо не ожидал такого вопроса, — а школа.. Ну, история и английский. Вдруг раздается стук. Парни оборачивается на дверь. А, ясно, родители Пика пошли домой. — Ну, пока, — фиолетоволосый даже улыбнулся, — надеюсь увидимся. — Пока, — парень с голубыми волосами помахал в ответ. Квартира опустела, Зонтик остался в своей комнате один. Он завязал волосы в низкий хвост и переоделся в домашнюю одежду. Точно, доклад, совсем про него забыл. Он улегся на кровать и взял в руки телефон. Резко высветилось уведомление:

Чат с пользователем Куромаку

Куромаку Зонтик, спишь?

Зонтик

Ещё нет

Куромаку Помнишь, ты предложил доклад по звонку сделать? Тебе когда удобно будет?

Зонтик

Нууу, может в пятницу?

В ответ сообщения не пришло, Куромаку лишь поставил реакцию ввиде пальца вверх, а после вышел из сети. Спать охота... Зонт уткнулся в подушку лицом, прижимая ту к себе. В последнее время он не высыпается, уже лето хочется. Но это только начало учебного года, так что об этом даже мечтать трудно.

***

Проснуться было слишком тяжело. Кости ломило, нос заложен, горло першит и хрипит. Ещё и голова раскалывалась. Ощущение, словно температура поднялась, где-то до 37.3. Ну хотя бы не 38. Куромаку перевернулся и приподнялся на локте. Чёртова метель. Сегодня же контрольная по химии... Нельзя пропускать. Свесив ноги с кровати, ему стало холодно. Озноб — плохой знак. Да к черту. Если станет слишком плохо, то просто уйдёт домой. И плевать на то, что скажут родители. Нормальный человек не станет в таком состоянии идти в школу. Надев очки на нос, Куромаку умылся, доплелся до кухни, выпил таблетку. Завтрак, одежда, рюкзак, улица. Вздохнув полной грудью, тот закашлялся. Понимает же, что идти в школу в таком состоянии, бред, но пошёл. На улице, благодаря лёгкому ветерку и солнышку, Куромаку показалось, что он почувствовал себя лучше. О, вот и школа. Зайдя в душное помещение, он на мгновение подумал, что сейчас упадёт в обморок. Хорошо, что не потерял сознание. Озноб слегка чувствуется, но терпеть можно. С головой та же история. Какой первый урок? Вроде, литература. — Привет, Куромаку, — поздоровался Зонтик, меняя уличные ботинки на сменную обувь. Они встретились в гардеробе. — Привет, — хрипящим голосом ответил Куромаку, тут же прокашлявшись. — Ты себя плохо чувствуешь? — проявил интерес скрипач, накидывая рюкзак на плечо и начав ждать, пока гитарист переобуется. — Заболеваю, ничего страшного, — сразу объяснил собеседник. В висок ударила резкая боль, отчего он поморщился. — Пойдём? — предложил Куромаку, закончив менять обувь. — Выглядишь так себе, переживёшь уроки то? — кивнул Зонтик, направляясь к выходу из гардероба, следуя за одноклассником. — Переживу, — он глубоко вздохнул. Горло болит. Открыв дверь на лестницу, они начали подниматься. — Привет, — Зонтик кому-то помахал. Куромаку повернул голову, увидел парня из 10А, который выглядел...грозно. — Привет, — отозвался резкий и грубоватый голос. Зонтик получил в ответ такой же мах рукой. Они даже не остановились, прям на ходу поздоровались и разошлись. Сегодня Зонтик сел рядом с Куромаку. По приглашению, конечно. Куромаку вообще плохо выглядеть стал. Побледнел весь, ещё и горячий, как пламя. Голова начала кружится, дышать трудно, к тому же, появилась сильная слабость. Уже снял очки и положил голову на парту, холодная, приятно. Но не помогает! Он лежит так уже минут пять, наверное. — Ты живой? — Зонтик потыкал в него карандашом. — Может всё же домой пойдёшь? — Я уже не дойду, наверное, — откликнулся Куромаку. — Сегодня же ещё ОКФ... — Переживёшь без ОКФ, я скажу педагогу, что ты заболел, — парень наблюдал за тем, как его сосед по парте повернул голову и посмотрел на него. Куромаку выглядел без очков непривычно, но явно не некрасиво. Он выглядел даже мило, когда слегка щурился, чтобы разглядеть лицо Зонтика. Выглядел каким-то более добрым. — Спасибо. — Что делать то будешь? Останешься тут умирать? — Зонтик старался разрядить беспокойную обстановку. Беспокоился то он, но в любом случае, надо успокаивать хотя бы себя. — Досижу уроки и как-нибудь доползу до дома, — смиренно прохрипел Куромаку. — Да не досидишь ты, как не понимаешь? Только первый урок прошёл, а ты уже умираешь! — возразил Зонтик. Очкастому даже показалось, что он впервые нахмурился. — Ты мне сейчас ползти в медпункт, а потом домой предлагаешь? — Куромаку выпрямился и нацепил очки обратно на нос. — Я могу тебе помочь, — невзначай сказал Зонтик, читая что-то в учебнике русского. — Всмысле? — В прямом, — парень с голубыми волосами повернулся в сторону Куромаку и ожидал ответа. Молчание. — Настолько плохо? — он прикоснулся тыльной стороной ладони к его лбу. Горяченный, температура, наверное, уже больше 38. — Прости, задумался, — Куромаку встрепенулся. От помощи он сейчас бы не отказался. Но, как-то... Зонтик смотрел на него и ждал ответа. Будто в душу заглядывал или пытался загипнотизировать, честное слово. — Хорошо, уговорил. В медпункте муть мутная была. Опять врач придрался к Куромаку по поводу того, что он в таком состоянии пришел в школу. А что ещё делать? Привычка у него такая, на ногах болеть. — Ты где живёшь? — Куромаку будто ото сна очнулся, наверное, если бы не поддержка Зонтика, он бы свалился прямо на асфальт. — Улица Геман, дом 6, — машинально протараторил он, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Он без очков? Ничерта не видно. — Мне это ничего не дало, — признался Зонтик. Он знал улицы, но не прямо вот так... — Красный дом видишь? — Да. — Вот до него иди, потом завернуть налево и по прямой, — по-другому объяснил Куромаку. Он попытался по памяти построить маршрут. Очков и вправду на носу не было. Потерял что ли? Ноги еле как слушались и шли. По ощущениям, Куромаку то впадал в полудрем, то резко приходил в себя. Надо было дома сидеть. — Где ключи? — Зонтик слегка потряс того за плечо, чтобы тот хотя бы признак жизни подал. — В переднем кармане рюкзака, — к счастью, речь была связной. Затащив в квартиру полудохлого товарища, Зонтик усадил его на пуфик, что стоял в коридоре. После спросил, есть ли кто дома. Тишина. Даже Куромаку уже не отвечал. Только тяжело и сбивчиво дышал. Зонтик снял пальто и ботинки. Оглядев одноклассника, он присел на корточки перед ним. Снял с него обувь и пальто. Повесил рядом со своим. Перекинул одну руку Куромаку через плечо, он еле как поднял того на ноги. Тяжелый. Когда отрубился, то весь вес свалился на Зонтика. Где его комната? Он стоял возле развилки, в одной комнате была двуспальная кровать, значит спальня взрослых. С трудом закинув Куромаку на кровать, Зонтик сел на пол, облокотившись на неё. Такую ношу он, конечно, не удерживал. Вернув свое внимания на Куромаку, лежащего на кровати, он медленно поднялся на ноги. Во-первых, он быстро обошёл квартиру, чтобы понимать, где какая комната. Во-вторых, он нашёл градусник, лежащий на тумбочке, возле кровати, видимо, утром Куромаку мерял температуру. Как и ожидалось, 38.6. Зонтик набрал в стакан воды и поставил на тумбу. Снял с того галстук и расстегнул первые пуговицы на рубашке, чтобы дышать легче было. Вымыл и протёр очки. Он снял их с него из-за того, что они могли упасть и разбиться. Также положил на тумбу. Надо бы найти что-нибудь для компресса. Аптечку то он точно не найдёт. На кухне он нашёл бумажные полотенца. Взяв парочку и сложив друг на друга, он намочил полотенца холодной водой. Слегка отжал и уложил на лоб Куромаку.

***

— Феликс, ну почему мы должны оставаться на физру? Она же последним уроком, — ворчал Вару, предлагая другу сбежать с занятия. — Ага, конечно, так я ушёл. Физкультура же классная! — энергично начал Феликс. — Чем? Нас заставляют бегать, прыгать, отжиматься, а потом ты потный и вонючий должен идти домой, чем она классная? — Вару начал перечислять все минусы, загибая пальцы. — Ну Вааруу, — жалобно протянул Феликс. Физкультура была его любимым предметом. — Что? — Ну пошлиии, — продолжал медленно протягивать желтоволосик. — Нет, даже не проси, — сразу отрезал Вару. Как грубо! — Тц, ну и ладно! Больно надо, один схожу. Вот всегда так, Феликс бурчит из-за фигни какой-то. Ну не нравится ему физкультура. Что он должен сделать? Заставлять себя через силу? Нет, спасибо. Итак еле сегодняшний день пережил, а тут такой шанс пораньше домой уйти. Да и к тому же, их всегда отпускают, если физра последним уроком. — Ну что? — ехидно поинтересовался Вару, замечая Феликса в поле зрения гардеробной. — Отменили, — желтоволосик смиренно сел рядом и начал переобуваться. — А я говорил, — гордо произнёс кудряш, наконец, зашнуровав свои кроссовки. Феликс лишь цокнул, Вару его иногда, конечно, бесил, но они же друзья. А друзья всегда друг друга бесят, так ведь? — Прости, не хотел на тебя наезжать, — извинился Феликс. Внезапно, однако. Вару такого не ожидал, и что на это отвечать? — Да ладно, с кем не бывает, — отмахнулась зеленка. Он уже долго ждал, пока его друг соберётся и можно будет потопать домой.

***

Куромаку открыл полусонные глаза. Без очков, да ещё и сонным глазами точно ничерта не видно. Он по привычке начал искать край кровати лёгкими хлопками, чтобы после этого нащупать тумбу, а там уже очки. Только, рука опустилась на что-то мягкое. Куромаку замер. Что было? Он помнил, как разговаривал с Зонтиком за партой, а теперь лежит, что произошло? — Ты проснулся? — чья-то рука взяла ладонь Куромаку и вложила в неё очки. Сразу надев их, он проморгался и увидел Зонтика, что сидел возле его кровати на полу и что-то читал или рисовал, не видно. Это его волосы нащупал недавно, как он напугался в тот момент...