Сложные вещи, которые ты называл "любовь"

Вечер и покорно следующая за ним ночь снова озаряла гавань своими холодными, но спокойными тонами, обволакивая Ли Юэ и заключая в свои томные объятия. Но спокойствие в любые времена стоили чьих-то сил, времени и жизни. Тарталья знал, чья эта заслуга. Ведь его объект обожания как всегда кропотливо и требовательно исполнял свой долг, защищая мирных граждан от смерти. Быть может, он не особо понимал, каков был смысл его накрученного и притянутого за уши долга, но Тарталья не смел возражать. Не особо он горел желанием встретиться с его осуждающе-сверлящим взглядом, а после остаться одному и наблюдать дымку расколотых душ. Всё-таки наличие Адепта рядом было намного лучше его отсутствия. Но, невзирая на всю спокойность вечеров, Фатуи уже несколько дней страдал ночными кошмарами и, в следствии, недосыпом. Не высыпаться для мужчины было просто непростительно. Вернее, не для него самого, а для его жизнедеятельности. Бойкая натура уже не могла в полную меру проявлять себя, что делало Чайльда вялым и уставшим, заставляя ближних мельком переживать и интересоваться его жизнью. Конечно, Предвестник был бы счастлив ответить, что уставший он по причине того, что один симпатичный демон занимал собой весь его вечер, но пока что происходило это лишь в его заоблачных фантазиях, совершенно не намеревавшихся обратиться в явь. Поэтому всегда отмахивался, не собираясь озвучивать причину своего измученного состояния. Чайльд в принципе часто задавался вопросом, когда он успел из жестокого Одиннадцатого Предвестника Фатуи превратиться в услужливого и терпеливого ручного пса, который искренне, словно ребенок, радовался каждым мимолётным встречам с нелюдимым Яксой. Он не припомнил ни единого момента, когда за свою жизнь он так увлекался кем-то или чем-то, но тем не менее мужчине это... Нравилось? Даже слишком. Все, что он ощущал при виде Сяо - было поистине незабываемым и до жути приятным. Настолько, что Тарталья запоминал каждое свое чувство, испытываемое рядом с ним. В этот вечер снова не обошлось бы без надоедливых непрошеных гостей в чужих снах, если бы рыжеволосый мужчина ещё со вчерашнего дня бы не пригласил свой объект воздыхания к себе. Разумеется, далось согласие Сяо ему весьма трудно, но все же каким-то чудом его удалось заполучить. После тяжёлого рабочего дня, уставшее ещё с прошлой бессонной ночи тело ужасно тянуло расплывающейся по мышцам болью, обжигая и стягивая изнутри. Конечности неприятно ныли, а голова была ватной, совершенно не желавшей соображать. Чайльд, решивший хоть немного избавиться от своего напряжения и усталости с помощью теплого душа, закрылся в ванной комнате где-то на пару часов. И нет, он не утонул, как могло бы показаться. Просто не мог, если хотел вообще, выйти из-под теплой воды, что делала своеобразный массаж сильным напором, растекаясь по нему расслабляющими каплями. Но и сохранять приличие тоже нужно. Вдруг, Сяо уже успел уйти за то долгое время, что рыжий провел в ванной? Неудобно получится... Он ведь так горел желанием хоть ненадолго, но встретится. Рядом с ним Тарталье почему-то было спокойнее. И вряд ли из-за того, что тот являлся Божеством. Далеко не по этому. В последнее время было полно дел. Измотанный и утонувший в них Предвестник не мог посвятить себя воздыханию по Охотнику на демонов, хотя, теоретически, делал это каждую секунду. Думая о нем. Нехотя закрывая воду, а после кряхтя вылезая, делая это так неряшливо и неумело, словно ему было не за двадцать, а за все восемьдесят, Фатуи повязал мягкое, приятное, махровое полотенце вокруг пояса. Аккуратно вымощенное в стене зеркало полностью запотело, из-за чего мужчине пришлось убрать с него конденсат. Естественно, видеть сквозь налипшие огненно-рыжие локоны было трудно, потому он прислонил пятерню к лицу, поспешно убирая прилизанные локоны. В купальне было чересчур душно. Настолько, что не хватало воздуха. И без того усталый, Тарталья открыл дверь, мешавшую парному воздуху выходить, дабы наконец вздохнуть свежий воздух. Клубень пара стремительно вывалился из открытой комнаты, точно также быстро оседая мелкими каплями на ближайших предметах интерьера. Наслаждаясь тихим моментом, он не заметил стоявшего за его широкой спиной бледного гостя с шикарными янтарными глазами. — я уж надеялся, что ты утопился, - безэмоционально буркнул Адепт, стоя в проёме, оперевшись на дверной косяк. От неожиданности, мужчина вскрикнул, напрягаясь и резко разворачиваясь лицом к источнику звука, пока на его лице читался испуг вперемешку с возмущением. Но через секунду заметив перед собой того, кого ждал, положил одну руку на грудную клетку, шумно выдыхая. — ты меня напугал! А если бы у меня сердечный приступ случился? - тараторил Чайльд, пытаясь прийти в себя. — я на это и рассчитывал, - на выдохе произнес брюнет, все ещё стоя с невозмутимым выражением лица. — но, к сожалению, мой план потерпел неудачу. Какая жалость. Сяо саркастично пожал плечами, скрываясь в слабой дымке от пара за углом. Тарталье стало немного не по себе. Вернее, он был рад увидеть брюнета вновь, но никак не ожидал встретиться с ним в подобной обстановке. Впрочем, это уже неважно. Тяжело вздохнув, рыжеволосый последовал примеру гостя, выходя из душной комнаты, направляясь к кровати. Номера были выстроены так, что в одном помещении была как маленькая, но уютная спальня, так и дверь в ванную комнату, из которой, кстати, и вышел рыжик. Вероятно, сейчас его интересовала только одна вещь - сколько ждал его Сяо? Час ли? А, может, не так долго? Но вдруг сложив два и два внезапно пришло осознание, что тот дождавшись его, распаренного, находится с ним теперь в одной комнате. А на Тарталье, на минуточку, только полотенце! Предвестник чуть покраснел от собственных мыслей, вставая в ступор и мельком наблюдая за Яксой. Того, в свою очередь, кажется, ничего совершенно не смущало. Он как-то по хозяйски устроился в небольшом кресле, стоящим у окна, устраиваясь максимально комфортабельно и буквально разваливаясь на нём. Сейчас он выглядел как никогда надменно и властно. Подпирая рукой голову, в холодных очах не читалась ни одна эмоция, хотя даже в этом отсутствии красок можно было прочесть какую-то толику заинтересованности в персоне напротив. Сяо взглядом оценивал всю комнату, замечая и сопоставляя мелкие детали. Зачем? Сам не знал. Но за время, проведённое здесь, он не нашёл занятия интереснее. Его взгляд с общего периметра переместился на человека напротив. Янтарь пронизывал каждую клетку в теле, из-за чего было невозможно не ощущать этот пристальный взор. Хотя пристальным его тоже не назвать. Но блуждал он будто по всюду: по уставшему лицу, мешки на котором смотрелись весьма больно; по рукам, ногам, шее и груди; а также по торсу и мешавшему, только для Тартальи, полотенцу на поясе. Хаотично скатывающиеся капельки воды на изрисованной шрамами груди Одиннадцатого выглядели как особый вид искусства, тонкости которого Сяо, вероятно, ещё не постичь. Возможно, поэтому весь его вездесущий взгляд не нёс никакого интереса. Но, быть может, он и хотел, чтобы так думали. — и сколько ты ждал меня? - не выдержав более долгой паузы между ними, начал Тарталья. — достаточно, - да, эта властность ему была к лицу. Рыжеволосый стушевался. Он не знал, жаловаться ли сейчас на ситуацию или наоборот - возносится на седьмое небо? Повернув голову в сторону Адепта, тот не мог не приметить его открытость, которую он показывал через позу, в которой сидел. Это ещё больше добавило красок в происходящее, ненароком создавая впечатление, будто сейчас Тарталью начнут пороть. Но пороть совершенно не в плохом смысле. И это точно также не ушло из-под бдительного взора Божества, на что тот вопросительно вскинул бровь, оставаясь всё в той же надменной позиции. — что? - грубый тон, оповещающий о всей серьёзности старшего, выбил мужчину из лишних раздумий. — ну... - замялся он, издавая нервный смешок. — просто ты смотришь так, будто готов целиком сожрать или же наоборот раздеваешь меня своим взглядом. И нет, мне нравится. Просто учитывая то, что на мне одно полотенце, а сам ты говорил, что... — извини, - Адепт тактично отвёл взгляд в сторону, осознавая сделанное и мысленно коря себя за это. Чайльд пожалел. Только теряя что-то он осознавал, как был к этому проникновенен и как сильно дорожил. Не соврал, что нравится. Огорченно плюхнувшись на кровать, он облокотился на собственные колени, закрывая лицо ладонями. Почему эта неловкость всегда витает в их отношениях? Раздражает. Угораздило же так... — так что? - спустя неловкое молчание внезапно молвил он. — а? - Чайльд убрал ладони с лица, искренне забывая обо всем. — зачем звал? Точно. Он же звал его. Не он сам сюда пришёл. Какой позор. Сам позвал, а сейчас желает испарится или перемотать время. Может, не будь бы этой неловкой встречи, то они бы сейчас не сидели... Вот так? — ну я... Просто хотел тебя увидеть? - неуверенно начал мужчина. — я в последнее время занят и подумал, что это будет единственным способом пересечься... Какая же это была ошибка. И осознал рыжеволосый это только тогда, когда Адепт с тяжёлым вздохом встал со своего места, безмолвно направляясь к выходу. Его ведь не интересовали их встречи. Особенно ночью. Не интересовали же?.. — а-а ещё меня мучают кошмары! - воскликнул Фатуи, замирая в позе готовности рвануть с места. Сяо замер. Но всего на пару секунд. Будто обдумывал дальнейшие действия. Взвешивал, пробовал на вкус. — и что? Ради этого стоило срывать меня? — я спать совсем не могу! Подумал, что ты можешь помочь... - расстроенно ответил Тарталья, огорчаясь незаинтересованностью. — ну и как же? Сяо обернулся на сто восемьдесят градусов, лицом становясь к собеседнику. По привычке скрещивая руки на груди, тот всеми фибрами души ожидал пояснения какой-то поистине весомой причины. Будто его псевдодолг был весомой... — ну... Я просто узнал, что ты умеешь избавляться от кошмаров и... — кто тебе это сказал? - тёмные, словно дёготь, узкие зрачки Адепта заметно сузились, становясь ещё более кошачьими, чем раньше. Голубоглазый не хотел выдавать Чжун Ли. Ведь тот сам рассказал только из-за того, что Чайльд бессовестно давил на него, желая узнать то, о чем первый случайно проболтался. В целом вся известная хитрецу информация была сказана лишь по причине существования его неотразимой харизмы и шарма. Ну а ещё его умений выжимать и торговаться. Полезные навыки. Особенно, когда дело касается чего-то сокровенного. Однако, неедовольный взгляд демона был более убедительным, чем желание не проболтаться. — Чжун ли?.. - тот виновато втянул шею. Будь бы на нём одежда, то смог бы скрыть голову. Но на нём её не было. По неудовлетворённому лицу собеседника было понятно, что тот крайне возмущён. Возможно, им самим. А, может, господином Ли. Или ими обоими. Впрочем, было не столь важно. Просто недоволен. Или зол. — п-послушай! - сразу выкрикнул рыжик, пытаясь исправить ситуацию. — прежде чем ты меня расчленишь, я хочу сказать, что совершенно не имею никакого отношения к этой информации. Я узнал её случайно! Между строк... Сяо тяжело вздохнул, зажимая переносицу между пальцами. — и? Что ещё ты обо мне знаешь, о чем я не осведомлён? — да больше ничего... — Аякс, говори. — не дави на меня! Ты хочешь, чтобы я расплакался и убежал? - включил тот актёрскую игру. — Аякс. — ...много чего, - с Сяо спорить бесполезно. — но, скажу в своё оправдание, знаю только в пределах дозволенного! Пожалуйста, не ругайся. Охотник на демонов не стал ничего комментировать. Его молчание всегда говорило всё красноречивее его самого. И сейчас Адепта больше смущала тупость ситуации и слов смертного, нежели собственная реакция. Вновь устало вздохнув, Сяо подошёл ближе, садясь рядом с собеседником. Скрывать более не имело смысла, раз тот и так был посвящён в прошлое брюнета. Есть ли смысл вообще что-либо утаивать теперь от этих чёртовых красивых глаз, если и так те знали "много чего"? Нет конкретики. Вряд ли соврал. Сяо бы понял. — да, ты прав, - как-то удручающе произнёс демон. — раньше я и вправду поглощал чужие сны убитых мною жертв. Но это в прошлом. Я более не связан с этим. Казалось бы, что тот на секунду раскрылся. Излил душу. Поделился чем-то сокровенным. Чем-то, чего удостоился Аякс. Но лишь на секунду. И вновь плотно закрыл створки окна, не пропуская свежий воздух. Не разрешая никому лицезреть всю ту боль прошедших лет и то осквернение, что угнетало по сей день. Особенно ему. Сяо не был готов к чему-то столь стремительному. И не был готов открываться. Не ему. Никому. Ни за что. Адепт не был достоин понимания. И не планировал делить с кем-то жизнь, свои переживания и горесть. К тому же доставать то, что плотно застыло внутри него. Услышав откровение, пусть он частично и знал о нём, Тарталью настигла печаль и сочувствие. Из его уст это звучало намного... Больнее. Нежели из чьих-то ещё. Между ними вновь повисло это неловкое молчание. Чайльд хотел было как-то приподнести поддержку и сочувствие, но стоило ему едва ли коснуться чужих волос, как рука тут же, словно ошпаренная, одернулась. Мужчина не мог объяснить, почему именно. Большая ошибка Тартальи в том, что он не понимал, когда были нужны те или иные действия. Особенно это было непонятно с Сяо. Он неуклюже почесал затылок, тяжело вздыхая, не понимая, как продолжить диалог. — а раньше - это..? - решил спустя мгновение разбавить обстановку Фатуи, но его тут же перебили. — раньше - это задолго до твоего рождения, - сам того не осознавая, Сяо помог в затеянном. — да. Точно, - он ухмыльнулся. — я часто забываю, что ты старше меня аж на две тысячи лет. Просто ты такой крошечный!.. Рыжеволосый хотел было того заключить в объятья, но вместо желанного тела встретился лицом с холодным и твёрдым полом, а перед глазами рассеивалась лишь тёмная дымка, сопровождающая изящные осколки мёртвых, стонущих в агонии душ. — за языком следи. — а что, неправда? - продолжал стебаться тот. — ты так миниатюрно смотришься на моём фоне, что не подколоть тебя - выше моих сил. — я тебе руку отгрызу, - прокомментировал Якса, наблюдая за ребячеством Одиннадцатого и за тем, как тот в воздухе сжимал его лицо. Периметр залился чересчур заразительным и звонким смехом, вызывая ещё больше раздражения у брюнета. Он смотрел на собеседника так, словно и вовсе не находил в его персоне ничего серьёзного, правда едва ли сейчас Сяо это интересовало. Тарталья не мог спокойно, без умиления, реагировать на реакцию Сяо, всегда парирующего любые высказывания рыжеволосого Предвестника в свой адрес. Это всегда забавило и без того беспечную личность Аякса. Аж противно. Но не от него, а от собственной слабости к этому. К смеху. Его смеху. Закрыв глаза и отведя голову в сторону, янтарь недовольно фыркнул, как-то неестественно напрягаясь. Он сдерживал собственную улыбку. — ладно-ладно, извини, - сквозь смех пытался связать слова Тарталья. — так ты поможешь? — а у меня есть выбор? - он вскинул бровями. — чисто фактически... — да. Чисто фактически у меня есть выбор оставить тебя на произвол судьбы и спокойно уйти, но... - начал размышлять Адепт, но его мысль не дали закончить, перебивая. — ... но сегодня мой покровитель одаривает гнусных смертрых своей милостью, поэтому он не станет игнорировать мольбы беспомощных, - закончил мысль Фатуи, не заботясь о версии собеседника. — прекрати. Переигрываешь. — разве? А мне кажется, я удачно привёл аналогию. Рыжий нелепо, но искренне улыбнулся. Он знал, что Сяо не нравились его сравнения с какими-то благодетелями или Божествами, дарящими благословения. Да даже банально своё святое происхождение он отрицал и всегда хмурился, когда его горе-спутник включал актёра и начинал красноречиво излагать свои бессвязные мысли, ставя Сяо на равне с другими известными ему Божествами. Но Чайльд не мог оскорблять или грубо отзываться о Яксе, обзывая не присущими ему словами. Поэтому, несмотря на его недовольство, он продолжал следовать своей глупости. Потому что был уверен в себе и своем мнении. Потому что не видел в нём ничего дурного. Только светлое. Даже если сам Сяо это отрицал. — чтобы тебе помочь - мне нужно, чтобы ты спал, - на выдохе произнёс Охотник на демонов. — что-то не вижу тебя спящим. Может, мне уйти? — как я могу спать, когда рядом со мной - ты? - снова он подлизывается. — обыкновенно. И, желательно, молча.  Его красивые и удачные, по мнению самого говорящего, комплименты были мастерски отражены и вследствие проигнорированы. По детски надувшись, мужчина встал с постели, направляясь к шкафу. Не спать же абсолютно голым? Даже при условии закрытой части ниже пояса, ему все-таки было не очень комфортно в присутствии такого важного гостя. И забудем тот факт, что всё это время Тарталья продолжал светить своим телом перед чутким янтарным взором. Открыв скрипящие дверцы лакированного шкафа, тот стал копаться в своих вещах в поисках какого-нибудь комплекта, подходящего для домашней носки. Ну или хотя бы для сна. Аякс был бы и рад поспать нагишом, но не рядом же с ним... Пока тот выяснял отношения с неодушевлёнными предметами, включая предметы интерьера, Сяо стоя наблюдал за каждым действием, будто надзиратель. Ну или мама, которая гонит сына спать. Как больше нравится. И этот взгляд заставлял Фатуи нервничать и торопится. Наконец отыскав нужное, рыжеволосый буркнул что-то наподобие "отвернись" и начал снимать полотенце с пояса. Зачем нужно было просить отвернуться, если в комнате была ширма - Адепт так и не понял, но молча выполнил просьбу. Ему самому-то не очень хотелось лицезреть что-то подобное. Слишком рано. Услышав скрип дверц и стук о дерево, демон снова приковал взгляд к лениво плетущемуся Одиннадцатому, что будто был готов в любую секунду свалится на пол и спать на нём. Но, говоря в своё оправдание, Сяо было безразлично. Уложившись на мягкие белые простыни, Предвестник попытался закрыть глаза и пропасть в царстве Морфея. К великому сожалению, через какой-то недолгий промежуток времени, казавшийся уставшему бедолаге столетней пыткой, а мирно наблюдавшему за ним Сяо - всего лишь жалкими пятью минутами, мышцы лежащего в постели мужчины рефлекторно напряглись, стягивая кожу, а какой-то невиданный тремор и стресс вперемешку с раздражением опять подступили к грудной клетке, блокируя поток воздуха, пронзая сердце. Не смея выдержать и минуты длящихся уже неделю пыток, тот начал ворочаться, привлекая внимание Яксы. — смертный, ты спать собираешься? — я же говорил - я не могу уснуть, - раздражённо произнес голубоглазый. — мне уйти? - повторил он вопрос. Почувствовал ли тот недовольство, случайно высказанное под гнётом усталости от неспособности уснуть или же просто предложил удалить из формулы спокойствия свою персону - Тарталья не понял. Демон, само собой, мог осознавать, что для создания уютного и привычного образа сна - Сяо и его особы не должно быть рядом. Но так или иначе он задал вопрос. Не обиделся. Ему не была свойственна эмоциональная манипуляция. — нет! - вскочил мужчина. — не уходи. Ощущение вины предательски разрасталось от самого сердца до коры мозга, впиваясь во внутренности острыми шипами. Насталько, что создавалось впечатление, точно самое тонкое лезвие вонзалось в плоть и прожигало горячей кровью изнутри. Цепкие лианы обвивали и стягивали, вынуждая поддаваться ненужным эмоциям, пока в пустой бездне бурлил бескрайний океан. — что мне сделать, чтобы ты уснул? - пускай эта фраза для Сяо не означала ничего, но для того, кому она была адресована - значила многое. — почитаешь мне? - с искрой надежды промурлыкал Аякс, очарованный умением брюнета проявлять заботу. — ты не ребёнок, - вот гад... Умеет же всё испортить. — я тебе в двадцать раз правнуки гожусь. Думаю, если сравнивать нашу разницу, то я ребёнок, - выкрикивал мужчина, доказывая своё видение с энтузиазмом. — старшие должны заботиться о младших! — я не собираюсь тебе читать, - непробиваемый. — тогда как я, по-твоему, усну? — с этим могу помочь, - это открытый флирт? Аякс что, в раю? — надеюсь, ты не собираешься насаживать меня на остриё копья? - тот нервно засмеялся, неуклюже почесывая затылок. — нет. Но мой вариант не хуже. — на..? - зрачки заметно сузились, а сердце как-то непривычно кольнуло, словно предвкушая чего-то несбыточного. — я просто срублю тебе голову, и ты сразу уснёшь. Эта фраза моментально рассеяла все грязные фантазии Тартальи, которые стали утопленниками безразличного тона Сяо. Чуть наклоняя голову вбок, он выражал искреннее непонимание того, чего вообще можно было ещё ожидать. Но едва ли Адепт не сделал бы того же, о чем сказал, если бы догадался. А, может, догадался, но натянул маску дурочка? Кто его знает... — Сяо! Ну не навсегда же! - недовольно завопил Аякс. — тогда могу вырубить, - Сяо отрешенно пожал плечами. — так себе альтернатива, - цокнул голубоглазый. Ему не угодишь. — а вариант "поцелуй на ночь" не рассматривается? — скажи честно, ты позвал меня только за этим? — нет. Но одно твоё слово - и я весь твой. — и не надейся. Показательно закатив глаза, Предвестник Фатуи потянулся к тому, хватая за предплечье и утягивая за собой. Лишаясь равновесия от неожиданности, Якса упал к тому в постель, сразу же испытывая на себе чужие теплые руки, сковавшие будто бы всюду. Было непривычно ощущать подобные прикосновения абсолютно везде от чего янтарь на секунду стушевался, но тут же пришёл в себя и попытался высвободиться. — отпусти меня! - нервно потребовал Сяо, все еще негодуя. — ну уж нет. Слишком грубый сегодня, - несмотря на боль, которую не специально доставляли когтистые фаланги Адепта, Тарталья предпочёл проигнорировать приказ и только сильнее съежился вокруг брюнета. — мне так неудобно. А как же твои кошмары? — пока ты рядом - мне не страшны кошмары, - Аякс уткнулся тому в лохматую макушку, вдыхая приятный аромат горных цветов и летнего дождя.