Пять?

На площади Гриммо царил хаос, которого дом, наверняка, не видел даже во времена Блэков. Джинни, всклокоченная, уставшая, злая, металась между Гермионами в попытке успокоить Ми, договориться с Черри и не выпустить из виду хогвартскую Грейнджер, имя которой они пока ещё не выбрали. — Слава подштанникам Гриффиндора! Вы пришли! — воскликнула миссис Поттер, как только Гарри, Глэйс и Драко переступили порог комнаты, — Имейте в виду, ужина нет и в ближайший час не будет. Готовить с ними сложнее, чем даже с детьми. Глэйс окинула неодобрительным взглядом остальных Грейнджер, после чего отправилась в спальню, которую ей выделили Поттеры, чтобы переодеться. Когда она вернулась, на журнальном столике гостиной стояла всё та же сфера, а вокруг неё собрались Гермионы. Они как раз тянули к шару руки, и Глэйс замерла, ожидая результата. Пальцы касались стекла по очереди, замирали на нём, из-за чего складывалось впечатление, что кто-то постепенно наращивает мощность осветительного прибора. Но, увы, даже троим Грейнджер удалось дотянуть внутреннее свечение шара чуть больше, чем до половины от изначального магического потенциала. Тогда Глейс прошла к ним через гостиную и уверенно положила ладонь на сферу. Свет загорелся ярче. — Мы были правы, — заговорил тем временем Поттер, — у вас у всех примерно одинаковый уровень… — он быстро стрельнул взглядом в сторону Ми, моментально стушевался, и так и не закончил фразу. — И теперь мы знаем, что надо искать ещё одну Гермиону, — заявил Малфой, — Недостатка потенциала не хватит на двоих. Хотя бы в этом можно быть уверенными. Даже когда все остальные Гермионы отошли от сферы, малышка продолжала возиться со светящимся шариком, то прикладывая, то убирая от него ладошку. Похоже, она совершенно не понимала природы красивого явления и была уверена, что это обычная игрушка. — Заметили, когда Ми касается шара он зажигается ярче, чем у остальных, — обратила внимание мужчин миссис Поттер, — кажется, нас скоро ждёт её первый спонтанный выброс магии. Гарри посмотрел на супругу, в голосе которой прозвучали почти материнские волнение и гордость. У Джеймса и Альбуса ещё не было магического выброса, но мальчики к нему хотя бы были готовы. Они с рождения жили среди волшебства и ждали момента, когда сами смогут колдовать. Ми понятия не имела, что такое магия. Может быть, она замечала что-то странное в последние сутки, но вряд ли могла дать этому осознанную оценку. В основном малышка ходила хвостиком за Джинни и задавала сотни вопросов о том, куда делись её родители. Гарри похолодел, когда представил, что их ждëт. Он не помнил, рассказывала ли Гермиона о том, как прошёл её первый выброс. Случилось ли это из-за волнения или было закономерным выплеском накопленной энергии? В любом случае, рядом с ней были мама и папа. Близкие люди, готовые поддержать, успокоить, утешить. Примет ли Ми помощь от совершенно посторонних людей? Как отреагирует? Не замкнётся ли в себе? На эти вопросы у Поттера не было ответов, зато было чёткое ощущение, что его супруга может привязаться к девочке, ведь Джинни уже не раз намекала, что хочет дочку. Помешать их сближению Гарри не мог, но надеялся, что оно не помешает Малфою проявить свои отцовские качества. О том, как Джинни умеет с головой уходить в воспитание детей, Поттер знал не понаслышке. Сейчас было важно не упустить момент и вовремя дать понять жене, что она перебарщивает. Громкий кашель заставил Гарри и Джини повернуться к Драко. Судя по его недовольному виду, он долго пытался привлечь к себе их внимание, и теперь, добившись его, раздражëнно бросил: — Надеюсь, вы думали о том, как найти пятую Грейнджер. Заправив прядь волос за ухо и избегая смотреть Малфою в глаза, миссис Поттер ответила: — Да в общем-то, ничего сложного. Две пары глаз уставились на неë с равной степенью непонимания, и Джинни продолжила тише: — Моя мама мастер в поисковых чарах. Когда близнецы бросили Хогвартс и скитались где-то, боясь гнева родителей, она дала им три дня, а потом пошла и за уши вытащила из дешëвой ночлежки. До этого никто из нас не знал, что мама так может. Между ними повисло молчание. Джинни смотрела то на мужа, то на Драко, то на свои сцепленные пальцы. Когда Малфой заговорил, она облегчëнно выдохнула. — Что для этого нужно? — спросил он. — У нас всë есть, — отозвалась миссис Поттер и кивнула на светящийся шар. — Отпечаток магии — лучший ориентир для поисков. — Ну и как с ним быть? — задал вопрос Гарри, — Нужно какое-то заклинание или зелье? — Заклинание. Но его знает только мама. Я схожу к ней, объясню всë и попрошу помочь. Ещë не договорив, Джинни направилась к двери и вышла в коридор. Мужчины видели, как она вошла в кабинет, перешагнула кованную решëтку и зачерпнула из коробки на полке дымолëтного порошка. Не раздумывая, она бросила его под ноги, назвала нужный адрес и сразу исчезла. Драко и Гарри какое-то время стояли, вглядываясь в далëкий зев камина. — Сочувствую, Поттер, — первым нарушил тишину Малфой. Гарри нахмурился: — Чему? — Жена, которая может найти тебя где угодно… Попахивает тотальным контролем и твоим постепенным переходом в состояние безынициативного подкаблучника. — Да пошëл ты! — рыкнул Поттер и отошëл к противоположной стене комнаты. А Драко быстро обвëл взглядом всех Гермион, отметил, что они стараются держаться друг от друга подальше и последовал брошенному сгоряча совету — пошëл. Спустился на кухню, с удовольствием отметил, что у Поттеров имеется современная магловская кофемашина. Дожидаться разрешения хозяина не стал. Пооткрывал ящички и дверки, нашëл чашку, поставил еë под сопла, нажал кнопку… Машина начала разогреваться и фырчать. Из-за этого Драко не сразу понял, что уже не один. Горячие ладони скользнули по его рукам, дыхание тронуло кожу над воротником, женская грудь вжалась в спину. — Наконец-то мы одни… Драко напрягся, но не обернулся. Не обязательно было смотреть, чтобы понять, что это Черри. Нежные пальчики прошлись по его напряжённому животу, потянулись к пуговицам на рубашке, а Малфой маялся от осознания того, насколько долгожданны и несвоевременны эти ласки! Он боялся принять их. Не смел насладиться близостью, которую так жаждал. Его сила воли ломалась, трескалась, как ледяная корка под согревающими лучами весеннего солнца. Хотелось развернуться, сгрести Гермиону в охапку и отпустить себя. Разложить её прямо здесь, на кухонном столе в чужом доме. Трахать так, чтобы с губ срывались не стоны, а крики наслаждения. Чувствовать, как пульсируют её внутренние мышцы, сжимая его член и заставляя терять голову. Будто повинуясь его фантазиям, руки Грейнджер переместились к паху и пальцы обхватили напряжённую плоть прямо через ткань брюк. Последний бастион выдержки был готов рухнуть. Уронив голову, Драко хрипло выдохнул: “Грейнджер…”, надеясь, что она услышит умоляющие нотки в его голосе. О чём он просил? Чтобы она остановилась, повинуясь голосу разума? Чтобы не позволила ему включиться в эту игру? Черри напоминала запретный плод, искушение, которому он не смел поддаваться. Не должен был. Не сейчас. Не здесь. Но как же тяжело было сопротивляться! Прикосновения становились настойчивее, жарче. Пальцы скользили над ремнём, царапая ногтями кожу живота. Драко зажмурился, стараясь удержать в себе стон. Её дыхание горячее и терпкое, как глоток дорогого коньяка, обожгло ушную раковину, влажный язычок тронул мочку. Малфой знал, что, стоит ему развернуться, и все принципы, вся тщательно выстроенная защита рухнет в одно мгновение. Голос разума захлебнётся под сокрушительным напором чувственного желания. — Драко, — прошептала Черри, и от этого шёпота по телу пробежала дрожь, — я знаю, ты хочешь меня. Не сдерживайся… Он не мог больше притворяться, что его это не трогает. Перехватил её запястья, медленно развернулся, встретился с порочным взглядом. В карих глазах горела страсть, в них плескалось желание, рождающее в теле Малфоя живой отклик, который он так отчаянно пытался подавить. Сжав запястья одной рукой, второй Драко коснулся порозовевшей щеки, провëл по мягкой и бархатистой коже, очертил линию губ… И судорожно вдохнул воздух сквозь зубы, когда она обхватила губами его палец, втянула в рот и начала посасывать. Взгляд Черри при этом обольщал, бросал вызов, обещал изысканную ласку, и Малфой не сдержал стон от осознания, насколько это было слишком. Слишком откровенно, слишком соблазнительно, слишком порочно. Как только она с пошлым влажным звуком выпустила палец изо рта, Драко притянул Грейнджер ближе, не в силах больше сопротивляться. Своими губами он жадно впился в податливые её. Целовал напористо, требовательно, с отчаянием и неутолимой жаждой. Чувствовал, как её руки скользят по его спине, впиваясь пальцами в кожу через ткань рубашки. Черри отвечала с не меньшей страстью, с жаром, который прожигал до костей. Драко оторвался от её губ, чтобы перевести дыхание, и впился взглядом в потемневшие глаза. В них отражалось то же безумие, что бушевало в его душе. Он медленно расстегнул еë блузку, пуговица за пуговицей, словно растягивая удовольствие. Понимал, что это ошибка, но не мог остановиться. Снова притянул Черри к себе и возобновил поцелуй. Драко знал, что после этого не будет пути назад, но ему было все равно. Он хотел её. Хотел сейчас. И был готов заплатить любую цену за этот момент… Их прервало не самое тактичное покашливание. — Джинни вернулась. Мы вас ждëм, — сообщил Поттер. Он встал, подпирая плечом косяк двери и всем видом дал понять, что никуда не уйдëт. Как бы они об этом не просили. Черри торопливо запахнула блузку, принялась застëгивать пуговицы, но те никак не слушались. Ей помог Драко. Тронул дрожащие руки, отвëл в стороны и сам привëл одежду в порядок. Через минуту девушка вылетела из кухни. — Ты же понимаешь, что не можешь с ней переспать? — поспешил добить Поттер. — Понимаю, — зло ответил Малфой. — А выглядело так, будто, не войди я, вы бы осквернили нашу столешницу. Драко скрипнул зубами, бросил ядовитое: “Захлопнись, Поттер!” и прошëл мимо Гарри к лестнице, намеренно задев аврора плечом. *** Джинни, увлечённая какими-то манипуляциями со светящейся сферой, едва посмотрела в сторону Драко, когда он вернулся. Воспользовавшись этим, Малфой прошёл к дивану и сел, облокотившись предплечьями на колени, чтобы скрыть определённую неловкость. Своевременное появление Поттера сработало отрезвляюще, но не в полной мере. Чтобы избавиться от болезненного напряжения в паху, Драко требовался либо ледяной душ, либо хороший секс. Увы, ни то, ни другое в ближайшее время ему не светило. С момента, как пересёк порог гостиной, Малфой на уровне интуиции чувствовал назойливую щекотку — ощущение, когда кто-то беспардонно таращится в спину. Наконец, вернув себе самобладание, он поднял глаза, ожидая встретиться взглядом со своей соблазнительницей… Но на него смотрела не только она. Единственной в комнате, кто не обращал на Драко никакого внимания была малышка Ми. Она в принципе не проявляла к нему никакого интереса с самой первой минуты знакомства. В общем-то, это было взаимно… Вот и сейчас она сидела на полу и игралась с машинками. Зато внимание остальных осколков всецело было приковано к Малфою. Эмоции, которые Драко считал у Черри, не шли ни в какое сравнение с тем, что излучали Кара и Глэйс. Там, где первая демонстрировала чистейшую ненависть, у второй закралось что-то совершенно новое. То, чего Малфой никогда не видел в глазах Гермионы. Ревность. Драко будто ледяной водой окатили. Только этого не хватало! За что? Неужели он ещё не расплатился за ошибки юности? Или успел где-то наворотить новых? Возникло стойкое желание побиться головой о стену. Мало было того, что любимая девушка сомневалась в нём настолько, что разделилась на пять частей, так теперь эти части собрались заявлять на него свои исключительные права? Его внутреннюю панику прервал Гарри. Он появился в гостиной с чашкой в руке и направился к дивану, на котором устроился Драко. Опустился рядом, поставил чашку на журнальный столик и молча придвинул к Малфою. Только сейчас тот вспомнил, что собирался выпить кофе. Машинально сделав глоток, он подумал, что горечь напитка идеально отражает его внутреннее состояние. В голове пульсировала одна и та же мысль: он облажался. Снова. Гермиона, расколотая на части, становилась его персональным кошмаром, и он, кажется, только усугублял ситуацию. Присутствие Поттера рядом одновременно раздражало и приносило какое-то странное утешение. Гарри видел его провал, понимал его отчаяние, но не осуждал. — Спасибо, — пробормотал Драко, стараясь, чтобы голос звучал ровно. При желании, эту благодарность можно было отнести к принесённому кофе или к тому, что Поттер не позволил случиться настоящей катастрофе. Очевидно, Гарри это понимал, и лишь кивнул в ответ, не произнося ни слова. Неожиданно тишину в комнате нарушила Джинни. Она резко выпрямилась, удерживая светящийся шар в руках и весело произнесла: — У меня две новости. Хорошая и плохая. С какой начать? — Давай с хорошей, — буркнул Малфой. — Всë работает, и я уже знаю, в каком направлении искать. — А плохая? — спросил Гарри. Джинни подошла к ним ближе и тихо произнесла: — У меня не получается сделать отпечаток магии и поместить его во что-то небольшое и удобное. Кажется, в Министерстве защитили сферу всеми возможными заклинаниями. Припомнив, как легко они забрали шар из кадрового отдела, Поттер и Малфой почти одновременно фыркнули. Миссис Поттер тем временем продолжала: — Отпечаток магии необходим, без него поисковое заклинание не будет работать. Поэтому вам придëтся брать сферу с собой. Драко закрыл глаза и ответил: — Чудесно. Два мужика, таскающие по Лондону стеклянный шар… — Если повезëт, обрастëм клиентурой, — попытался разрядить обстановку Гарри, — Будем брать деньги за предсказания. Малфой на это только раздражëнно покачал головой. — Отправимся сейчас? — спросил он пару минут спустя, — Или дождëмся утра? Поттер моментально ответил: — Сейчас. Я снова не смогу спокойно уснуть, если мы еë не найдëм. Согласно кивнув, Драко взял у Джинни шар и пошëл с ним к выходу. — Сосредоточьтесь на сфере, — давала последние указания Джинни, — поисковая магия сама потянет вас к ближайшему месту аппарации. А дальше ножками. Драко покачал на ладони шар, примеряясь к тому, как им с Поттером ловчее за него взяться. Со стороны это выглядело максимально странно. — Ладно, давай попробуем, — не очень уверенно произнëс Гарри и положил руку на стекло. Переместиться получилось не сразу. Первые пару минут Поттер и Малфой силились уловить действие чар, но не могли настроиться на нужную волну. Тогда Джинни раздражëнно цокнула языком и начала командовать: — Закройте глаза и прислушайтесь к ощущениям в ладонях. Попробуйте почувствовать не прохладу стекла, а действие магии. Она должна покалывать кожу так же, как древко волшебной палочки. Перехватив сферу двумя руками, Драко закрыл глаза, почти сразу то же самое сделал Гарри. Ещë несколько секунд они оба хмурились, нащупывая незнакомые вибрации, и, вдруг, исчезли. Джинни удовлетворëнно вздохнула, но моментально нахмурилась, ведь в гостиной, судя по доносящимся оттуда разговорам на повышенных тонах, разгорался скандал. *** Мир поплыл, краски смешались, и на мгновение Драко и Гарри потеряли ориентацию в пространстве. Когда зрение вернулось, они обнаружили себя в темном, запущенном переулке. Вокруг пахло плесенью. Поттер вдохнул невкусный воздух и поморщился: — Ну и дыра. Малфой молча согласился. Выйдя из переулка, Драко и Гарри отправились в сторону магловского Лондона, изредка передавая друг другу шар. Пришлось попетлять, прежде, чем они вышли к более или менее приличному району, но магия и здесь тянула их дальше. Окраина города кидала им под ноги обрывки газет. Поттер принимал окружающий пейзаж, как неизбежность, а Драко шёл нахмурившись, будто шныряющие вокруг помойные коты оскорбляли его аристократические чувства. Они брели с четверть часа, когда за мутной пеленой мороси увидели сверкающие хромом байки. Под неоновой вывеской паба собралась целая байкерская стая. Клубы сигаретного дыма, приглушенный расстоянием рёв моторов… — Надеюсь, нам не туда? — напряжённо спросил Поттер, ведь сфера в этот момент была в руке Малфоя. Драко посмотрел на него настолько мрачно, что облекать ответ в слова стало не нужно. Зря надеялся. Магия вела их именно туда, в царство хромированного железа, дурно пахнущих тел и скрипящих косух. Когда байкеры заметили их, громкие разговоры начали стихать. Атмосфера мгновенно сгустилась. Гарри инстинктивно потянулся к карману, где покоилась волшебная палочка. Взгляды, острые, как ножи, сверлили чужаков. Кто-то сплюнул на землю, кто-то хрустнул костяшками пальцев. Поттер перехватил сферу из рук Малфоя, чуть не уронив её из-за нервозной поспешности. Ему хотелось покинуть это адово местечко и почему-то казалось, что он сможет быстрее отыскать Гермиону. Когда покалывание в ладонях стало почти непрерывным, Гарри заозирался. Он надеялся увидеть подругу… Но вместо неё на их пути выросла скала. Огромный, под два метра ростом, бородач, преградил дорогу и лениво кивнул на светящийся шар: — Заблудилась, Ода Мэй Браун? — Я? Нет… Я… — попытался что-то сказать Поттер. — Мы пришли за Гермионой, — не дрогнувшим голосом произнёс Малфой. — Знаете такую? Бородач окинул Драко оценивающим взглядом и сделал крохотный шаг в сторону, открывая обзор, но давая понять, что пройти они всё равно не смогут. И тут Малфой увидел её. Грейнджер стояла, прислонившись бедром к огромному мотоциклу. Свет от неоновой вывески над пабом окрашивал в кислотные тона его металлические бока. Но не так впечатлял транспорт, как сама Гермиона. В драных джинсах, облегающем экстремально коротком топике, с новыми проколами в ушах и тёмным макияжем... Драко замер, не в силах поверить своим глазам. Он никогда не видел её такой… живой. Глаза Грейнджер сияли, а улыбка — широкая, беззаботная — казалась совершенно чужой. Она выглядела так, словно сбросила с себя груз всего мира. И, казалось, была абсолютно счастлива. — Гермиона! — позвал Драко. Если до этого момента кто-то из байкеров и продолжал переговариваться, то теперь наступила полная тишина. Суровые дядьки отошли от своих машин и обступили чужаков. Поттер поудобнее перехватил сферу, запихнув еë подмышку левой руки, а правой сжал древко волшебной палочки, закреплённой в кобуре на запястье так, чтобы было удобнее её выхватить в случае чего. Малфой, напротив, казалось был абсолютно спокоен. Он стоял, глядя на Грейнджер и будто бы даже не замечал выросших вокруг громил. Несколько байкеров, сплошь покрытых татуировками, начали сужать круг, как хищники, предвкушающие легкую добычу. Гарри ощутил привычный зуд — ладонь уже ощущала знакомое покалывание. Он был готов к последствиям, только прикидывал в уме, какой штраф грозит им с Драко за нарушение статута секретности. Древко уверенно легло в ладонь. Но в этот момент Голос Гермионы прорезал тишину: — Стойте, мальчики. Она оттолкнулась от мотоцикла легко и непринужденно, словно родилась среди этого хаоса. Словно появилась из самых смелых и дерзких фантазий Драко. В его голове промелькнула мысль, что эта Гермиона скорее воплощает его страх того, что он недостаточно хорош для неë, что она предпочтет ему кого-то более отвязного и непредсказуемого. С дерзким взглядом и вызывающей ухмылкой, она была воплощением свободы и протеста, о которых Малфой никогда не подозревал в ней. Что-то ему подсказывало, что это будет самое сложное и при этом самое интересное испытание для их отношений. — Это мои старые знакомые, — бросила она байкерам, и напряжение немного спало. Громилы отступили, но их подозрительные взгляды продолжали прожигать чужаков насквозь. Гарри облегченно выдохнул и вернул палочку в кобуру. — Чего вам? — беззлобно спросила она, задержав на несколько секунд взгляд на светящемся шаре, который Поттер всё так же держал под мышкой. — Ты знаешь, что произошло? — осторожно поинтересовался Малфой. Он не представлял, какое у этой Гермионы отношение к нему и как она может отреагировать на его вопросы, поэтому решил начать издалека и с чего-то наименее опасного. — Слушай, — вздохнула она, — я понимаю, что так не поступают. Надо было разойтись как положено, поговорить, а не сбегать… Но у нас бы всё равно не сложилось. Мы разные, как байк и велосипед. Всё это Гермиона произнесла легко, почти равнодушно и совершенно точно без угрызений совести, а Драко чувствовал себя так, будто она забивает гвозди в его сердце. За спиной Грейнджер Гарри показал Малфою глазами в сторону припаркованных недалеко фур. За ними можно было спрятаться и поговорить без пристального внимания полусотни байкеров. Драко кивнул, подтверждая, что понял, но торопиться не стал. Вместо этого он начал задавать Гермионе наводящие вопросы: — Ты помнишь, как у тебя родилась идея стать одной из них? — Что за вопросы? Конечно помню! — усмехнулась Грейнджер. — И долго ты шла к столь серьёзному решению? Она сложила руки на груди и вздёрнула подбородок, показывая, насколько глупым ей кажется этот допрос. — Лет с пяти, когда папа купил себе байк. Малфой понял, что с такого ракурса её броню не пробить. Он задумался, о чём ещё можно спросить Гермиону, чтобы заставить усомниться в нормальности происходящего, но тут инициативу подхватил Поттер: — А ты помнишь, как вы с Джинни ходили к прорицательнице позапрошлым вечером? Едва услышав вопрос, Грейнджер открыла рот, чтобы ответить, но так и застыла. По её взгляду, который стал отсутствующим и растерянным, стало понятно, что Гарри попал в нужную точку. — Ладно, — протянула Гермиона минуту спустя, — допустим, вы меня заинтриговали. И что это? Обливиэйт? Какое-то внушение? Проклятье? — Зелье, — коротко ответил Драко. Гарри быстро кивнул, подтверждая слова Малфоя и попросил: — Гермиона, пожалуйста, дай нам пять минут. Мы постараемся всё объяснить. — Меня зовут Веспа, — машинально поправила она, глядя перед собой. — Здесь не любят настоящих имëн. Ещё какое-то время Гермиона стояла, сжимая и разжимая пальцы в кулак, как будто пыталась вспомнить ощущения. Драко догадывался, что в её мысленных образах возникают картинки того вечера, и, вероятно, момента где прорицательница передаёт ей склянку с зельем. Через тактильные образы Грейнджер пробовала восстановить цепочку событий и самостоятельно понять, что произошло. Увы, по воспоминаниям Глэйс и Черри он уже знал, что сделать это будет непросто. Все осколки Гермионы концентрировались на своих основных идеях. Им банально было трудно думать о чём-то кроме их основного сомнения. Даже не заглядывая в мысли Веспы, Драко был уверен, что у неё всё так же. Не зря же она сейчас хмурилась и сводила брови к переносице, предпринимая тщетные попытки всё вспомнить. Наконец она решилась: — Давайте ваш разговор. — Пойдём туда, где потише? — предложил Гарри, указывая Гермионе на стоянку фур. Грейнджер засомневалась, но всё-таки пошла за ними. Драко заметил, как от компании байкеров отделились две внушительные фигуры и двинулись в их сторону. Видимо, ребятки собирались проконтролировать, чтобы их новую соплеменницу не обидели. В планы Малфоя и Поттера лишние свидетели не входили, поэтому пришлось импровизировать. Разговор не сложился. Как только они зашли за крайнюю фуру и скрылись из поля зрения байкеров, Драко взял Гермиону под руку и переместил их к ближайшей от площади Гриммо точке аппарации. *** Грейнджер высвободила локоть из захвата Малфоя, отступила от него на шаг и посмотрела таким взглядом, которым матери награждают своих хулиганистых и непоседливых детей. — Ну и зачем? — спросила она, — Разве нельзя было объяснить ситуацию и просто попросить пойти с вами? — Герм, это трудно объяснить. Лучше увидеть, — снова вклинился в разговор Поттер, чем вызвал раздражение Малфоя. На их счастье, Грейнджер не стала противиться, скандалить, пытаться сбежать. Она покорно пошла за Гарри и Драко к дому, молча поднялась на второй этаж, спокойно вошла в гостиную… И замерла, почти нос к носу столкнувшись с Черри. Немая сцена тянулась добрую минуту. Веспа смотрела на свою копию с весёлым изумлением. Окинула её взглядом с головы до пяток, дольше положенного задержалась на глубоком декольте и экстремально короткой юбке. Черри же скривилась так, будто увиденное оскорбляло лично её. Пока Веспа собиралась с мыслями и думала, какой из многочисленных вопросов, крутящихся у неё в голове, задать первым, из гостиной вышла Глэйс. Брови Веспы поползли вверх, но она не выглядела испуганной. Скорее озадаченной и заинтригованной. — А ещё есть? — с нервным смешком спросила она, обернувшись к Драко и Гарри. Малфой указал рукой на дверь. Веспа бесстрашно шагнула внутрь, проскользнув между дверным косяком и застывшей Глэйс, которая всё это время молча хватала ртом воздух. Ко всеобщему удивлению две младшие версии Грэйнджер хорошо приняли новенькую. Малышка заворожено шагнула к ней из центра комнаты, забросив игрушки, которыми была занята до этого. Она смотрела на Веспу снизу вверх, говорила, как хочет такие же красивые волосы и трогала многочисленные кольца на её пальцах. Кара отреагировала менее эмоционально, но одобрительно хмыкнула и пробурчала себе под нос что-то вроде: "Ну наконец-то кто-то нормальный”. При этом она даже не удосужилась отойти от шкафа с книгами и сразу продолжила чтение старинного фолианта. Потрепав малышку Ми по щёчке и ласково ей улыбнувшись, Веспа прошла к дивану, плюхнулась на него и закинула ноги на журнальный столик. — Мальчики, — довольно произнесла она, — должна признать, не ожидала такого развлечения. Вы меня здорово порадовали. Теперь хотелось бы понять, кто все эти красотки. Джинни, которая не сказала ни слова с того момента, как увидела пятую Грейнджер, вздохнула и начала довольно сухо посвящать еë во все нюансы. Тему магии в присутствии Ми она старательно обходила, обходясь намëками и иносказаниями, из-за чего иногда зависала, подбирая слова. По негласному соглашению с Гарри и Драко, говорить о том, что любая из пятëрки может исчезнуть, Джинни тоже не стала. Пока все были заняты, Ми забралась на диван и устроилась рядом с Веспой. Байкерша слушала внимательно, только изредка задавала уточняющие вопросы. Левой рукой она обнимала малышку и нежно гладила еë по плечику. Когда миссис Поттер закончила, Веспа задумчиво покрутила пирсинг в ухе. — Значит, это всë криворукая гадалка, а не моë осознанное решение идти за мечтой, — выделила она главную для себя мысль. — А я-то думала, что у меня ранний кризис среднего возраста. Драко, который все это время молча наблюдал за развитием событий, подался вперëд, видимо собираясь что-то сказать, но Веспа его опередила. — Допустим, всë это правда. Ну и что? Чего вы теперь хотите? Чтобы мы вернулись к своей прежней жизни? Привести нас всех к общему привычному знаменателю? А что, если нам это не нужно? В комнате повисла напряженная тишина. Драко перевëл взгляд с Веспы на остальных Гермион, словно надеялся найти у них поддержку, но не увидел того, на что рассчитывал. В их глазах читалось согласие со словами новенькой. Даже Глэйс и Черри, которые всего полчаса назад Веспу знать не хотели, теперь кивали в такт еë словам. Сказанное не нашло поддержки только у Ми. Не потому, что она была против, а потому, что уснула, прижавшись к тëплому боку своей новой любимицы. В любом случае, Малфой и Поттеры со своими идеями объединения осколков обратно в целое, оставались в меньшинстве. Драко кашлянул, нарушая тишину. Все обернулись к нему, но он не собирался ничего говорить. Просто стоял и смотрел на пятерых Гермион, как будто его неожиданно огрели по затылку. Похоже, Малфой даже не предполагал, что им может прийти в голову идея оставить всë, как есть. Не рассматривал такого варианта. Первым его желанием было отвести Веспу в сторону и поговорить наедине, как с главным инициатором бунта. Но Драко быстро отказался от этой идеи, вспомнив, что все девушки перед ним обладают тем же стержнем, упрямством и волевым характером, как и она. Вряд ли акцентуация на сомнениях лишила их основополагающих черт характера. Он понимал, что повисшую тишину пора бы нарушить, но не мог подобрать достаточно веских аргументов. Мало того, Малфой вдруг понял, что окажись он на месте Гермионы… каждой из Гермион… возможно тоже не захотел бы что-либо менять. Все они были по-своему счастливы в своём новом положении. Жили тем, что им важно, не отвлекаясь на посторонние раздражители. Даже Ми уже почти не спрашивала про родителей. Разве что Каре было максимально непросто в нынешнем положении, но её ситуация была вполне поправима. Драко не сомневался в этом, потому что однажды уже наблюдал, как она выбирается из эмоциональной ямы. И её нежелание что-либо менять сейчас было скорее продиктовано недоверием и страхом, которые со временем ушли бы. Так и не дождавшись от Малфоя каких-либо слов, в дело вступил Поттер. Он покаянно повесил голову, вдохнул, как человек, признающий своё поражение в споре и произнёс: — Что ж. Если вы так решили… Нам остаётся только принять ваш выбор. Взгляд Веспы из воинственного сделался подозрительным. Хотя Гарри очень неплохо играл, все в этой комнате слишком хорошо его знали, чтобы поверить в сказанное. И действительно, выдержав приличную паузу, Поттер продолжил: — Жаль только, что никто из вас не сможет стать той самой Гермионой, которую мы знали столько лет. — Это почему? — возмутилась Черри, — Каждая из нас мало чем от неё отличается. — Согласен, — так же смиренно подтвердил Гарри, — правда одно существенное отличие всё же есть. Веспа иронично выгнула бровь и закинула свободную руку на спинку дивана. — И какое же? Поттер грустно улыбнулся, прежде, чем ответил: — Право выбора. Гермиона никогда не позволила бы кому-то решать, как ей жить. Тем более, какой-то прорицательнице. Намеренно выделив интонацией последнее слово, Гарри поморщился и передёрнул плечами, как будто и сам относился к ведьмам данной профессии с презрительным пренебрежением. — А если добавить к этому неизвестное зелье с непонятно какими побочками… В этот момент Малфой, стоящий в стороне ото всех, привлёк внимание Поттера и жестом показал, что пора остановиться. Нужный эффект был достигнут. Девушки серьëзно задумались. Когда Гарри резко прервал свою речь, воцарилось долгое молчание, которое нарушало только посапывание малышки Ми, мирно спящей под боком у своей новой подруги. Джинни обменялась напряжёнными взглядами с мужем, затем недовольно посмотрела на Веспу и опустила глаза. — Ну хорошо, — неожиданно резко заговорила Кара, — допустим мы согласимся. Что тогда? Снова слепите из нас ту Гермиону, к которой привыкли? Трудоголичку, торчащую на работе до ночи? С кучей комплексов, страхов и сомнений? Которая даже собственных желаний боится? — Никто не заставляет вас возвращаться к тому, что было, — ответил Гарри, подбирая слова с осторожностью сапёра на минном поле. — Мы хотим, чтобы у вас был выбор, а не рамки единственной черты характера. Вернувшись к себе вы сможете решить, кем быть, что делать, а не следовать слепо за тем сомнением, которое вас породило. Заметив, как Гермионы обмениваются взглядами, Драко понял, что они сдаются и решил немного подтолкнуть: — Как бы потом ни сложились наши отношения, я обещаю, что посажу Грейнджер на байк. И помогу с реализацией других её тайных желаний. А на работе прослежу, чтобы не уходила с головой в отчёты и составление новых законов. — Не слишком ли много ты на себя берёшь? — фыркнула Глэйс и сложила руки на груди. — Ладно, — отвлекла на себя внимание Веспа, — давайте попробуем. *** Они решили, что для начала стоит попробовать поискать информацию о странном зелье в книгах и поспрашивать о нём у зельеваров. Кара и Глэйс с энтузиазмом приняли эту идею, в отличие от Веспы и Черри. Первая сказала, что предпочитает практический подход к решению вопросов, вторая вовсе заявила, что не видит в этом смысла. Дескать, если прорицательница уверяла, что зелье сработало не так, как должно было, то какой смысл разбираться в принципе его работы? Кара закатила глаза и буркнула себе под нос: — Ну конечно… Глэйс была менее сдержанна и во всеуслышание заявила: — Естественно, где тебе книжки читать, когда надо поскорее оседлать Малфоя? Веспа, которая ещё не была в курсе всех взаимоотношений между своими копиями, вытянула губы в трубочку и состроила максимально заинтересованную гримасу: — А что, он сильно сопротивляется? Черри не ответила, но выражение её лица и брошенный на Драко голодный взгляд были максимально говорящими. Неловкую тишину нарушила Кара. Она с громким хлопком закрыла книгу, которую листала в этот момент, и раздражённо произнесла: — В этой библиотеке я всё изучила. Ничего похожего на нашу ситуацию даже близко нет. На этот раз тяжёлый взгляд достался Поттерам и он был полон укоризны. Кажется, Кара ставила им в вину то, что не успели обзавестись парой сотен редчайших древних фолиантов. Первые секунды хозяева дома пребывали, мягко говоря, в недоумении от такой наглости. Затем Джинни медленно сделала шаг вперëд и набрала воздух в грудь, чтобы напомнить зарвавшейся девице о правилах хорошего тона, но Драко оказался быстрей: — Я дам вам доступ к библиотеке Малфой-мэнора, — неожиданно пообещал он. — Даже к книгам по тëмной магии, если понадобится, но с условием сопровождения домовым эльфом. Глэйс фыркнула скорее по инерции, но её взгляд зажёгся алчным предвкушением. Кара же наоборот отшатнулась, будто Драко сообщил, что собирается кинуть их всех в темницу. — Я лучше попрошу у МакГонагалл разрешения посещать Хогвартс, — попыталась звучать уверенно и пренебрежительно она. Получилось не очень правдоподобно. — Давайте уже ложиться спать! — предложил Гарри, — До утра мы всë равно ничего не сделаем, так хоть одохнëм. Он кивнул Малфою, приобнял Джинни за плечи и подтолкнул в сторону дивана. Малышка Ми даже не проснулась, когда он поднял еë и понëс в гостевую спальню.