Пять?

Несколько дней назад Получив от Драко разрешение на посещение библиотеки, Глэйс еле дождалась окончания рабочего дня. Слухи о книжной коллекции Малфоев ходили разные, но все они сводились к тому, что её размеры поражают. Говорили, что даже библиотека Хогвартса ей уступала. Грейнджер с нетерпением ждала вечера, чтобы окунуться в мир древних знаний и отыскать хоть какую-то зацепку, способную объяснить то, что с ними произошло. Как только время перевалило за шесть, Глэйс нащупала в кармане металл кулона и сразу переместилась в Малфой-мэнор. Величественное поместье, несмотря на свою историю, встретило её уютом, а миссис Малфой приняла Глэйс с неожиданным радушием. После короткого обмена любезностями и отказа гостьи от чая и кофе, Нарцисса проводила её в библиотеку — огромную залу, заполненную книжными стеллажами от пола до потолка. Пораженная масштабами, Грейнджер потеряла дар речи. Миссис Малфой мягко улыбнулась и поспешила удалиться. Перед тем, как закрыть за собой дверь, хозяйка поместья напомнила, что Гермионе нужно лишь позвать домовика, если понадобится помощь. Удивительно, но у Глэйс даже не возникло желания прочитать Нарциссе лекцию на тему угнетения малых волшебных народов. Видимо из-за того, что Миссис Малфой произвела на неë исключительно позитивное впечатление. А ещë потому, что Нарцисса, кажется, всерьëз боялась как-то обидеть гостью или показаться навязчивой. В итоге в тот вечер Грейнджер почти не притронулась к книгам. Долго ходила между стеллажами, водила пальцами вдоль потускневших от времени корешков и много думала. На следующий день она не стала отказываться от предложения составить Нарциссе компанию за чашечкой чая, и с ещë большим удивлением отметила, какой радостью зажглись голубые глаза миссис Малфой. Грейнджер было невыносимо неловко. Она постоянно расправляла складки на форменной юбке, крутила в голове, что сидеть нужно прямо, пыталась вспомнить, как правильно держать чашку и всё время боялась ляпнуть какую-нибудь глупость или бестактность. Способ, которым Нарцисса сняла напряжённость был верхом дипломатии. Хозяйка дома вдруг потянулась, как будто у неё затекла спина, бросила на гостью извиняющийся взгляд и доверительным тоном сообщила: — Я так отвыкла от норм этикета. Вы не обидитесь, если я предложу немного от них отступить? Грейнджер чувствовала себя так, будто язык прирос к нёбу, поэтому только отрицательно покачала головой в ответ. Миссис Малфой расплылась в улыбке и с блаженным вздохом скинула туфли. Когда же она глубже села в кресле и подтянула к себе ступни, Глэйс окончательно перестала контролировать мимику. — Я не сильно вас шокирую? — поспешила уточнить Нарцисса, на что получила ещё одно отрицательное движение головой. После этого она моментально сменила тему, уведя беседу подальше от смущающего этикета. С того дня чаепития стали их маленькой традицией. Глэйс, будучи человеком привычки и порядка, с удивлением обнаружила, что ждет этих встреч с нетерпением. Ей нравилось слушать рассказы Нарциссы. Поначалу скованная и сдержанная, Грейнджер постепенно тоже начала делиться своими мыслями и переживаниями. Она говорила о работе, о проблемах в Министерстве, о сложных магических законах и о своих попытках их усовершенствовать. Они обсуждали книги, искусство, политику. Оказалось, что у миссис Малфой тонкое чувство юмора и глубокое понимание жизни. Глэйс, привыкшая видеть в ней лишь аристократку и мать Драко, открыла для себя умную, чуткую и интересную собеседницу. За необычайно короткое время между ними возникла особая связь, основанная на взаимном уважении и интересе. *** Изменившееся дыхание Драко заставило Глэйс вынырнуть из мыслей. Он начал переворачиваться на другой бок, а Грейнджер поднялась из кресла и подошла к нему, подсвечивая себе волшебной палочкой. Малфой спал, но дышать он и правда стал тяжелее. Покачав головой, Глэйс повела древком над телом Драко. Когда в небольшой круг света попала его рука, Грейнджер шумно втянула воздух сквозь зубы. Тëмно-бурая сетка вокруг раны увеличилась и казалась воспалëнной. Взгляд Глэйс потянуло к часам. Прошла только половина времени, и короткая стрелка едва пересекла цифру десять. На этот раз эффект антидота прошёл слишком быстро. Но почему? То ли яд сильнее распространился из-за того, что Драко пропустил предыдущий приём антидота, то ли проведённый ритуал каким-то образом ослабил организм. Всего на секунду Грейнджер задумалась, стоит ли будить Малфоя раньше, но тут же заметила, как он морщится во сне и потянулась дрожащими пальцами к его плечу. Драко не отреагировал. Она потрясла сильнее, но результат был таким же. Малфой не просыпался. Под своей ладонью Глэйс чувствовала, как горяча его кожа. Ближе к ране, там где начинались тёмные полосы, он и вовсе пылал. Пребывая в полной растерянности, она ещё несколько раз попробовала встряхнуть Драко, уже не особо рассчитывая на какой-то эффект. Здравый смысл подсказывал, что нужно звать на помощь, но природное упрямство говорило, что нужно решать вопрос самой. К тому же, после того, как днём доктор Оконелл устроил ей проверку, которую смог бы пройти не каждый профессиональный колдомедик, Грейнджер просто обязана была справиться. Она не проходила никаких обучений, но у неё за плечами имелась другая школа. Опыт жизни в полевых условиях посреди боевых действий. Так чем любой доктор, получивший свои знания в тёплых аудиториях, под чутким руководством лекторов, был лучше неё? Глейс сделала несколько глубоких вдохов и попыталась вспомнить, что именно доктор Оконелл говорил ей о побочных действиях антидота и о том какие осложнения может вызвать ритуал. Он предупреждал, что организм, ослабленный болезнью и недосыпом, может отреагировать на вмешательство посторонней магии как угодно. Так может быть именно это и произошло? Ритуал нейтрализовал действие антидота? Выжег лекарство из крови Малфоя? Самое главное, что Глэйс запомнила из речи врача, так это то, что настоящий медик должен уметь действовать, основываясь на своей интуиции. И она подсказывала Грэйнджер, что ждать полуночи нельзя. Да, времени прошло слишком мало, но Драко требовалась новая порция антидота. Глэйс решила рискнуть. Она развернула Малфоя на спину и надавила большим пальцем ему на подбородок, в надежде, что он откроет рот. Эффект получился противоположный. Драко стиснул зубы, даже в бессознательном состоянии выбирая защитную реакцию. Тогда Глэйс позвала домовика. Линки моментально появилась рядом, переводя встревоженный взгляд от Грейнджер к Малфою. — Принеси чайную ложку! — выпалила Грейнджер, совершенно забыв про вежливость и свои убеждения. Линки исчезла и вернулась быстрее, чем она успела договорить. Дрожащими пальцами Глэйс приняла ложку и наконец-то вспомнила о благодарности. Эльфийка поджала уши. — Мисс Грейнджер нужна помощь? — спросила она. — Нет, Линки, я справлюсь. Если что, я позову. Глэйс действительно считала, что ей стоило остаться с Драко наедине. Без посторонних взглядов она чувствовала себя увереннее. Как только эльфийка исчезла, Грейнджер села на край кровати, удобнее перехватила ложку и попыталась просунуть еë кончик между стиснутыми зубами Малфоя. Его челюсть была напряжена до предела, но после нескольких настойчивых, но осторожных попыток, Глэйс удалось добиться своего. Медленно, миллиметр за миллиметром, она продвигала ложку, пока не смогла влить небольшую порцию зелья в рот Драко. Он рефлекторно сглотнул. Потребовалось несколько минут, чтобы вся доза антидота оказалась внутри. Теперь оставалось только ждать. Грейнджер придвинула кресло ближе к кровати и, не отрывая взгляда, наблюдала за Малфоем. Его кожа по-прежнему горела, но тёмные полосы на руке, казалось, немного замедлили своё распространение. Время тянулось мучительно медленно. Каждая минута казалась вечностью. Боясь пропустить какой-либо признак улучшения или ухудшения, любую реакцию на зелье, Глэйс даже дышала поверхностно. Тревога сдавливала горло, не позволяя набрать полные лёгкие воздуха. Когда томительное ожидание приобрело привкус отчаяния, Грейнджер решилась позвать на помощь. Но прежде, чем она произнесла заклинание, губы Драко разомкнулись. Он провëл по ним кончиком языка, увлажняя, и хрипло произнëс: — Если продолжишь так пристально смотреть на меня, я задымлюсь. Глэйс судорожно выдохнула, а в её глазах появился подозрительный блеск. — Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. Медленно, будто бы даже неуверенно, Драко приподнялся на локтях. Провёл рукой по лицу, смахивая остатки сна, и хрипло усмехнулся: — Будто по мне потопталось стадо гиппогрифов, — он сделал паузу, оттянул ворот футболки, принюхался к ней и поморщился. — А сверху ещё помочились тролли. Глэйс нахмурилась, игнорируя его попытки пошутить. Она осторожно осмотрела его рану и прошептала простейшее диагностическое заклинание, которому научилась у доктора Оконелла. Зеленый свет скользнул по руке, высвечивая темные полосы. Они стали немного светлее, но все ещё внушали ужас. — Яд отступает, но очень медленно, — заключила Грейнджер, сжимая губы в тонкую линию. Ощущая липкость пота, Драко решил, что ему необходимо смыть с себя остатки лихорадочного сна. — Всё равно уснуть пока не получится, — пояснил он Глэйс, поднимаясь с кровати и направляясь в ванную. Горячие струи воды дали телу желанное расслабление и смыли не только пот и грязь, но и навязчивые остатки кошмарных видений. Драко стоял под душем, наслаждаясь каждым мгновением, позволяя теплу проникать в уставшие мышцы. Вода беспрепятственно текла по волосам, лицу, смывая страх, который запомнило его тело. Малфой закрыл глаза, позволяя себе просто быть, просто чувствовать, просто дышать. Когда он, наконец, вышел из ванной, его волосы были влажными и растрепанными, а торс обнажен. Он небрежно вытерся полотенцем, совершенно не заботясь о том, какое впечатление производит на Глэйс. За то время, пока его не было, она успела привести постельное бельё в порядок заклинанием. Впившись взглядом в высушенную и очищенную кровать, Драко смущённо нахмурился: — Ты могла позвать Линки. Она бы всё сделала. Возможно, это прозвучало твёрже, чем он хотел, но чувство благодарности смешалось с неловкостью и голос неконтролируемо сорвался. До этого занятая наведением порядка, Глэйс обернулась и замерла. Влажные волосы Малфоя, капли воды, стекающие по обнажённой груди, усталый, но расслабленный взгляд — всё это заметно сбивало её с толку. Она попыталась отвернуться, но не смогла. Щёки медленно залил румянец, выдавая смятение. Драко уловил её смущенный взгляд и усмехнулся про себя. Думал ли он, что для того, чтобы растопить ледяную Глэйс придётся поймать проклятье и проигнорировать назначения врача? Ему нравилось производить на неё впечатление, наблюдать за тем, как она пугается собственных естественных реакций… Увы, он чувствовал себя слишком уставшим, чтобы играть в кошки-мышки. Отбросив полотенце на стул, Малфой достал из шкафа пару чистых футболок. Одну он положил на спинку кресла, вторую надел. Грейнджер адресовала ему недоумённый взгляд. — Это тебе, чтобы можно было переодеться. Ты же не будешь спать в офисной одежде? — Спать? — ещё сильнее растерялась Глэйс. — Вообще-то, я не собиралась… — Брось, — перебил её Драко, — тебе нужно отдохнуть. Ты ведь добилась выходных для меня, а не для себя. — Но ведь ритуал и антидот… Остановив её жестом, Малфой уверенно произнёс: — Наколдуем сигнальные чары. Они разбудят нас в нужное время. — А если тебе снова станет хуже? — не сдавалась Глэйс. — Грейнджер. Я нормально себя чувствую. К тому же, ты сама проверила меня и сказала, что действие яда постепенно нейтрализуется. — Да, но… Драко посмотрел на неё исподлобья и потребовал: — Спать! После чего подошёл к кровати, залез под одеяло, сдвинувшись на самый край и постучал ладонью по месту рядом с собой. — Ложись. Неуверенность Глэйс сменилась возмущением: — С тобой в одну кровать? Ещё чего! Я лучше в кресле посплю. Усталый вздох сорвался с губ Малфоя. — И будешь завтра пить зелья от боли в спине и шее. Чего ты боишься, Грейнджер? Я всё равно не в том состоянии, чтобы приставать. Можешь не сомневаться, ты будешь в полной безопасности. … Или ты боишься реакций своего тела? Последнее он произнёс тем тоном, которым бросают вызов. Драко знал, чем зацепить Глэйс и он оказался прав. Сдёрнув со спинки футболку, Грейнджер направилась в ванную комнату, вколачивая пятки в мягкий ковёр. Захлопнув за собой дверь, Глэйс запоздало сообразила, что ей тоже не помешало бы принять душ. Но для этого нужно было спросить у Драко разрешения и узнать, где взять полотенце… Почему-то Грейнджер не хотелось сейчас контактировать с ним больше необходимого. Она встряхнула мужскую футболку, расправляя, сняла с себя блузку и застыла перед зеркалом, размышляя, снимать ли бюстгальтер. Спать в нём не было никакого желания, но ткань её импровизированной сорочки на эту ночь казалась слишком тонкой. Застонав от раздражения, Грейнджер всё-таки завела руки за спину и оголила грудь. Надевая на себя футболку, Глэйс против воли втянула носом воздух. Она пахла сандалом и чем-то неуловимо мужским, что заставляло сердце биться чаще. Она пахла Драко. Ещё несколько минут Грейнджер стояла перед зеркалом, разглядывая себя в отражении. То ли из-за прохлады старого замка, то ли из-за того, что Глэйс непрестанно думала об этом, её соски напряглись и натянули серую ткань. Настолько несвоевременно. Максимально неловко и неуместно. Когда время нахождения в ванной приблизилось к четверти часа, Грейнджер решила, что пора выходить. Посильнее одёрнула футболку, скрестила руки на груди и открыла дверь. Оказалось, что все её переживания были напрасными. Драко мирно спал. Глэйс облегчённо выдохнула. Осторожно ступая, она прошла через комнату, но замешкалась, прежде чем лечь рядом с Малфоем. Кровать оказалась не такой уж и широкой, как выглядела на первый взгляд. Стараясь не коснуться Драко и никак не потревожить его, Грейнджер легла на самый краешек, накрылась второй половиной одеяла и подтянула его до самого подбородка. — Спокойной ночи, Грейнджер, — сонно пробормотал Драко. — Спокойной ночи, Малфой, — ответила она шепотом, чувствуя, как щеки начинают гореть. Малфой провалился в сон почти мгновенно, его дыхание стало ровным и глубоким. Глэйс же долго не могла сомкнуть глаз. Она лежала напряженная, боясь пошевелиться, прислушиваясь к каждому звуку в комнате, к каждому вздоху Драко. Она ощущала его присутствие рядом, его тепло, и это одновременно пугало и притягивало. Наконец, усталость взяла верх, и она погрузилась в беспокойный сон. *** Когда сработали сигнальные чары, и Глэйс, и Драко с трудом разлепили глаза. В полусонном состоянии, повинуясь необходимости, они провели ритуал, затем молча легли в постель и снова уснули. На этот раз Грейнджер не беспокоилась о том, чтобы случайно не коснуться Малфоя. Напротив, она протянула к нему руку так, чтобы касаться пальцами локтя. Чтобы не пропустить, если у Драко снова начнёт подниматься температура. Температура не поднялась, и остаток ночи прошёл спокойно. *** За окном постепенно начинало светать и первые лучи солнца пробивались в узкую щель между плотными шторами. Но Глэйс проснулась не из-за них, а из-за непривычного ощущения тяжести. В первые секунды она не могла понять, где находится. Таращилась в незнакомый потолок и упорно его не узнавала. Наконец воспоминания прошлого дня разблокировались в просыпающемся мозгу. Теперь Глэйс разобралась, что тяжëлое поперëк живота — это рука Драко, тëплое на плече — его дыхание, а твëрдое, упирающееся в бедро — … колено? Выбраться из кровати, не потревожив Малфоя, было нереально, поэтому Грейнджер просто лежала и размышляла над иронией судьбы. Кто бы мог подумать, что из всех частей, на которые разделилась Гермиона, именно она первая окажется в постели с Драко. Когда тело начало затекать, Глэйс тихонько выдохнула и попыталась высвободиться. К счастью, Драко спал крепко и не отреагировал на её манипуляции. Она осторожно перекатила его на спину. Уже поднявшись, не удержалась и бросила быстрый взгляд на спящего Малфоя. Беззащитный и умиротворённый, он казался совсем другим человеком, нежели высокомерный слизеринец из её школьных воспоминаний. Воспоминаний, за которые она, почему-то, продолжала цепляться. Тихонько пройдя в ванную комнату, Глэйс переоделась в свою одежду и кое-как привела в порядок волосы. Затем подошла к тумбочке, взяла с неё пузырёк с антидотом и мягко разбудила Драко. Он открыл глаза, немного растерянно посмотрел на неё, но послушно выпил предложенное зелье. Пока он маленькими порциями глотал антидот, Грейнджер шёпотом объясняла: — Я сейчас отправлюсь на Гриммо. Надо принять душ и переодеться перед работой. Скоро я вернусь, и мы проведём третий ритуал. Драко сонно кивнул, соглашаясь с планом Глэйс, машинально провёл ладонью по её колену и отвернулся, снова погружаясь в сон. Грейнджер облегченно вздохнула. Выйдя за дверь, она позвала Линки и попросила проводить еë к кабинету. Самостоятельно искать дорогу пришлось бы долго. Но возле камина случилась небольшая заминка. В кабинете сидела миссис Малфой, пила чай и всем своим видом показывала, что специально дожидается Гермиону. — Нарцисса? — обозначила своё появление Грейнджер. Миссис Малфой улыбнулась ей и указала на стол, на котором дымилась вторая чашка чая. — Доброе утро, Гермиона. Составишь мне компанию? Глэйс с сожалением покачала головой. — Боюсь, что не могу. Мне нужно привести себя в порядок перед работой и успеть вернуться, чтобы провести третий ритуал. Нарцисса тут же взмахнула руками, показывая что не стоит расценивать её приглашение, как обязательное к выполнению. — Я всего лишь хотела узнать, как прошла ночь, — с улыбкой произнесла она. Последовала долгая пауза, во время которой Грейнджер не знала, куда спрятать взгляд и свои эмоции от той двусмысленности, которая прозвучала в словах миссис Малфой. То ли сообразив, что могла быть понята превратно, то ли вдоволь насладившись реакцией гостьи, Нарцисса пояснила: — Я имела в виду ритуал. Если ты говоришь, что нужен третий, значит второй тоже оказался неподходящим? Что-то похожее на вину проскользнуло во взгляде Глейс. Она не хотела огорчать маму Драко не самыми приятными новостями, но, увы, ничего обнадёживающего сказать пока не могла. Грейнджер кивнула, подтверждая догадку Нарциссы, но та, вопреки ожиданиям, улыбнусь. — Ничего. Уверена, что у вас всё получится. … Каминная сеть открыта. Я буду здесь, пока ты не вернëшься, на случай, если Драко решит уйти. Они переглянулись, заговорщически улыбаясь, после чего Глэйс поудобнее перехватила свою безразмерную сумку и вошла в камин.