Пять?

Драко не сразу понял, что его разбудило. Какое-то время он ещё лежал с закрытыми глазами, анализируя своё самочувствие. Первым впечатлением было, что ему стало лучше. Ломота в теле прошла, голова казалась ясной и температура по ощущениям пришла в норму. Но, помня вчерашнее утро, когда он думал, что полностью выздоровел, Драко решил не спешить с выводами. Не найдя у себя никаких подозрительных симптомов кроме затёкшей руки, он открыл глаза и почувствовал, как по телу растекается приятное умиротворение. Лицом к нему — так близко, что он чувствовал тёплое дыхание на своём плече — спала Глэйс. Она и была причиной онемевший руки, потому что её голова покоилась на сгибе его локтя. И Малфой был вовсе не против. Он готов был сколько угодно терпеть неприятные ощущения и противные “иголочки” ради возможности наблюдать такое несвойственное Глэйс безмятежное выражение лица и её разметавшиеся по подушке волосы. Всегда собранная и строгая, сейчас она казалась совершенно другой. Уязвимой. Нежной. Драко не мог отвести взгляд и боролся с желанием коснуться губ Грейнджер лёгким поцелуем. В груди поднималось странное, неизвестное ему раньше ощущение. Как будто каждая клеточка ликовала. Сначала Малфой насторожился, не понимая природы этих эмоций, но затем его словно током прошибло. Он понял, что хотел бы просыпаться так каждое утро. Видеть рядом спящую Гермиону, чувствовать её тепло, знать, что она здесь не из-за того, что выполняет навязанный самой себе долг. Всем своим существом Драко желал, чтобы Грейнджер навсегда стала частью его жизни. В этот момент, прерывая волнующее откровение, в спальне появилась Линки. Возникла рядом с кроватью с тихим хлопком и беспардонно уставилась на Драко и Гермиону. Малфой хотел шикнуть на неё, чтобы вела себя тише, но было поздно — Глэйс уже проснулась. Она сконфуженно отстранилась от Драко, села на кровати, подтягивая одеяло до подбородка, как будто была голая, а не в длинной мужской футболке. С лёгкой горечью из-за того, что его созерцание спящей Грейнджер прервали, Малфой спросил: — Что случилось, Линки? — Миссис Малфой просит вас прийти в кабинет, хозяин, — пискляво затараторила эльфийка. — Мистер Поттер принёс новость по каминной сети. Через пару секунд Драко откинул одеяло и резко поднялся на ноги. Наверное, стоило действовать осторожнее, голову сразу повело, но неприятное предчувствие подгоняло и придавало сил. До кабинета он добрался в рекордные сроки, кивнул матери и поспешил к камину. Опустился на пол, чтобы Гарри было его хорошо видно. Спросил: — В чём дело, Поттер? Заместитель главного аврора бросил настороженный взгляд за спину Драко, туда, где сидела Нарцисса и делала вид, что полностью увлечена утренним кофе и не замечает ничего вокруг. Пока Гарри раздумывал над ответом либо подбирал правильную формулировку, в кабинете появилась полностью одетая Глэйс. Поттер никак не прокомментировал её нахождение в Малфой-мэноре. Только нахмурился ещё сильнее, хотя казалось, что дальше уже некуда. Наконец Гарри посмотрел в глаза Драко и произнëс: — Один из твоих арестованных исчез из камеры предварительного заключения. — Сбежал? — переспросил Малфой. — Нет. Именно исчез. Испарился из помещения, закрытого замком и десятком заклинаний. Охрана допрошена под веритасерумом. Они чисты и даже с места не отлучались. — Отойди-ка от камина, Поттер, — мрачно буркнул Драко, — я иду к тебе. Он обернулся, готовый бороться за свою свободу. — Верни мою палочку, Глэйс. — И не подумаю, — ответила она. — У тебя в отделе десять человек и каждый из них легко справится с этой задачей. Срываться на помощь, когда ещё вчера вечером ты еле держал глаза открытыми — не геройство, а глупость. Взгляд серых глаз схлестнулся со взглядом карих. Теперь Глэйс была совершенно непохожа на ту нежную, мягкую девушку, которая спала у Драко на руке. Вернулся её несгибаемый характер и непробиваемая уверенность в своей правоте. В принципе, Малфой именно этого и ожидал. Он не стал срываться, доказывать ей что-то, а просто спокойно сообщил: — Если ты не отдашь её, то я отправлюсь в Министерство безоружным. И закрытый камин меня не остановит. — Считаешь себя таким незаменимым? — поджала губы Грейнджер. Драко покачал головой: — Нет. Но мракоборцам сейчас нужен сильный легилимент. Пока воспоминания охраны ещё свежи и легко можно обнаружить следы вмешательства в разум. Глэйс сложила руки на груди и смерила Малфоя долгим тяжёлым взглядом. Их зрительная схватка длилась не меньше минуты, когда Драко вздохнул, показывая, что готов идти на уступки. — Обещаю, что шагу не сделаю из Министерства и не буду носиться по всему Лондону в поисках преступника. Я только проверю охранников на предмет подправленной памяти и всё. Ещё несколько секунд Глэйс смотрела на него, будто оценивая, насколько можно доверять его обещаниям. Затем пожала плечами, бросила: “сейчас принесу” и вышла из кабинета. Обрадованный такой лёгкой победой, Малфой перевёл взгляд на маму. Она молча наблюдала за всем происходящим и неторопливо пила чай, но, заметив внимание сына, поставила чашку с блюдцем на столик и с видом искренней заинтересованности сложила руки на коленях. Ей почти удалось сыграть в свою роль, только уголки губ предательски дёрнулись, выдавая её восторг всем происходящим. Драко вздохнул, думая что сейчас ему предстоит второй раунд убеждений. Но Нарцисса вытащила палочку из кармана домашнего платья, взмахнула ей и открыла доступ к камину. — Спасибо, мам, — искренне поблагодарил Малфой. Он не знал, что ещё можно сказать. Пообещать ей, что будет осторожным? Или сказать, что при первых признаках ухудшения самочувствия вернётся в мэнор? Это было бы логично, но Драко предпочитал не врать матери. От необходимости придумывать вежливые, но ничего не значащие фразы, его спасла Глэйс. Она снова вошла в дверь, держа в руке свою безразмерную сумку. Сделала шаг к Малфою, отдала ему волшебную палочку и молча отступила на шаг. Драко благодарно кивнул ей, зачерпнул дымолётного пороха и отправился в кабинет к Поттеру. *** Гарри нетерпеливо расхаживал по кабинету взад-вперёд, когда из камина на него вылетел Драко с таким видом, будто только что вырвался из многолетнего заключения. — Рассказывай, — без предисловий потребовал Малфой. Но Поттер не успел произнести ни слова, потому что в этот момент огонь в камине снова полыхнул. Из него вышла Глэйс, невежливо подтолкнула Драко в спину, чтобы не стоял столбом на пути, и, прошествовав к столу Гарри, устроилась в кресле для посетителей. Малфой осторожно поинтересовался: — Ты зачем здесь? В его интонациях сквозило раздражение и лёгкая паника. — Чтобы проследить, что ты выполняешь свои обещания, — ответила Грейнджер и принялась выгружать из сумки антидот и всё необходимое для нового ритуала. — Да ты шутишь! — мученически застонал Драко. Глэйс проигнорировала его страдания. На столе перед ней появились травы, руны, пара зелий и пергамент с инструкциями. Когда она закончила расставлять всё в нужном порядке, то подняла удивлённый взгляд на застывших Поттера и Малфоя. Попросила с лёгкой ехидцей: — Не обращайте на меня внимания. Занимайтесь своими делами. Гарри бросил ошарашенный взгляд на Драко и неуверенно начал рассказывать: — Эм… Преступников зовут Моран Дэли и Билл Маккена. Вчера их развели по разным камерам и допросили. Ничего особенно важного узнать не удалось. Оба шестёрки, на склад их отправили, как расходный материал — если попадутся, не жалко… Вслушиваясь в речь Поттера, Малфой не мог отвести взгляда от идеально ровной спины Глэйс и её методичной работы с ингредиентами. Несмотря на то, что его злили любые попытки контроля со стороны, глубоко внутри Драко чувствовал разливающееся тепло от того, как упёрто Грейнджер пытается ему помочь. Никто, кроме матери, никогда так не заботился о его шкуре. И чёрт возьми, это было приятно. Тем временем Гарри продолжал: — Сегодня их должны были отправить в Азкабан. На рассвете охранник делал обход, зашёл в камеру к Дэли, а там пусто. И никаких следов магии. Как будто парень просто взял и испарился. Поттер сочувственно смотрел на Драко, который сидел, стиснув зубы, и делал вид, что сосредоточен на его словах. — Кто проверял память сотрудников? — спросил Малфой, не отводя взгляда от Глэйс. — Бэрк. Впервые с начала рассказа Драко нахмурился. Если до этого момента он думал, что дело всё-таки может быть в безалаберности кого-то из охраны, то теперь эту версию можно было отмести почти с полной уверенностью. Всё-таки начальник мракоборцев являлся отличным легилиментом. Чуть-чуть похуже, чем сам Малфой. Звон склянок привлёк внимание мужчин — Грейнджер заканчивала смешивать ингредиенты и зелья. Получившаяся жижа несколько раз булькнула и от неё потянуло странным, вполне ощутимым холодком. Сверившись с инструкцией, Глэйс развернулась к Драко и кивнула ему на стул рядом с собой. Ритуал проходил в тягостной тишине, нарушаемой лишь бормотанием Грейнджер. Когда все было готово, она окинула Драко строгим взглядом. — Теперь антидот, — безапелляционно заявила она. Малфой скривился. — Не сейчас. После него я валюсь с ног, а спать мне пока нельзя. Глэйс нахмурилась и уже собиралась возразить, но Драко уверенно пообещал: — Я выпью его позже. Он вложил в сказанное весь свой дар убеждения и Грейнджер сдалась. Она посмотрела на часы, видимо прикидывая, сколько времени прошло с прошлого приёма лекарств и согласно кивнула. — Хорошо. Но ровно через полтора часа я вернусь. И если ты не выпьешь антидот добровольно… Последовавшее молчание было таким многообещающим, что Драко невольно поежился. Глэйс же собрала всё обратно в сумку и вышла, оставив Драко и Гарри наедине. Поттер проводил её взглядом, покачал головой и, обернувшись к Малфою, протянул: — Ну ты и попал. — Заткнись, Поттер, — огрызнулся Драко, — и давай работать. Времени у нас в обрез. Если бы голова Драко не была забита сбежавшим преступником и угрозами Глэйс, он наверняка заметил бы, что Поттер смотрел на него с непривычным осуждением. *** Первым делом после ухода Грейнджер Малфой добрался до своего кабинета и переоделся. В шкафу всегда висела рубашка и лежали джинсы. Как раз на такой крайний случай, когда Драко так спешил на работу, что явился в том, в чëм спал — простой футболке и трикотажных домашних брюках. Вернувшись в кабинет к аврору, Малфой попросил показать ему камеру предварительного заключения, где держали беглеца. Гарри не сказал ничего против, но вид имел такой, будто был сильно недоволен происходящим. Драко решил, что это профессиональная гордость, ведь подчинённые Поттера наверняка уже вдоль и поперёк проверили помещение и ничего в нëм не нашли. Компетентность авроров Драко под сомнение не ставил, но хотел составить свою картину произошедшего, поэтому недовольство Гарри предпочёл проигнорировать. Пропустив его в камеру, Поттер закрыл дверь и встал, сложив руки на груди. Его скучающий взгляд громче слов говорил о том, что никакого смысла в этой проверке он не видит. Если бы Драко пригляделся, то наверняка заметил бы за показным равнодушием кое-что ещё. Пройдя по крошечной комнате несколько раз и осмотрев имевшиеся здесь кровать, стул, а так же каждую стену, Малфой как ни в чём не бывало кивнул Гарри на дверь. — Что дальше? — язвительно поинтересовался тот, когда они вышли в коридор. — Проверишь мою работу на каждом этапе? Или всë-таки удовлетворишься устным отчëтом и займëшься своим делом? Драко на мгновение опешил от враждебности, которая исходила от Поттера, но быстро взял под контроль собственные эмоции и весело поинтересовался: — Моë дело — в мозгах копаться? — Ну, тебе это удаëтся лучше, чем остальным, — всë так же ворчливо отозвался Гарри. Демонстративно постучав указательным пальцем по подбородку, словно раздумывая над услышанным, Малфой решил: — С препарированием мозгов подождëм. Я хочу пообщаться со вторым арестованным. Как его там? Билл Маккена? — Его допрашивали дважды, — резко ответил Поттер. — Парень удивлён не меньше нашего. Рыдал, как ребёнок, что напарник не посвятил его в свою схему побега. — Ещё неизвестно, цел ли Дэли. Может оказаться, что из них двоих как раз Маккена больший везунчик. Гарри со скептическим видом пожал плечами, но возражать не стал и повëл Драко к другой камере, в противоположном конце коридора. Всю дорогу до места они молчали. Поттер смотрел перед собой. Он как будто боялся даже случайно бросить взгляд на Малфоя. Подозрение, что всё это связано не только и не столько с побегом преступника закралась у Драко, когда Гарри демонстративно открыл перед ним дверь камеры и шутовски поклонился, пропуская вперёд. Что-то не давало аврору покоя и это явно было связано напрямую с Драко, а не с тем делом, которое на них свалилось. Малфой провёл допрос и не стесняясь заглянул в мысли преступника. Тот действительно не знал, куда делся его подельник. Какие-то смутные, не оформленные подозрения метались на задворках его мыслей, но ничего конкретного в них не было. Драко скорее уловил, догадался, проинтуичил, что это может быть связано с каким-то из артефактов. Уже выходя из временного пристанища Маккена, он пристально вгляделся в зелёные глаза Поттера и с ещё не до конца упавшей шторкой окклюменции поймал волну сильнейшего раздражения и подозрительности. — В чём проблема Поттер? — бросил Драко спокойным тоном, когда они шли обратно в кабинет аврора. — А в чём проблема? — не успел сориентироваться от неожиданного вопроса Гарри. — Ты смотришь на меня так, будто мечтаешь отправить к дементорам. Думаешь, это я помог преступнику сбежать? Или у тебя ко мне какие-то другие претензии? Поттер явно стушевался под таким напором и сам не сразу смог обличить в слова то, что чувствовал. Они прошли весь длинный коридор Министерства в тишине, лишь здороваясь с встречными сотрудниками. Только подойдя к кабинету Гарри смог собраться с мыслями. — Глэйс теперь живёт в мэноре? — недовольно спросил он. Драко резко остановился, как будто споткнулся от неожиданности. — А что, с этим есть какие-то проблемы? — поинтересовался он. — А то ты не знаешь! Мне не нравится, что она не ночует на Гриммо. — Говоришь, как папаша, который не смирился с тем, что его дочка выросла. Если в тебе говорит нереализованный отцовский потенциал, то советую обратить внимание не в сторону моего поместья, а на свой дом. Не хватает собственных детей для проявления заботы? Займись душевным спокойствием остальных осколков Гермионы. — Именно этим я и занимаюсь, — огрызнулся Гарри, — Ми спрашивает о тебе каждый вечер, Черри рычит на всех хуже Снейпа. Веспа стала возвращаться со своих байкерских тусовок далеко за полночь. Только Кара, кажется, рада твоему отсутствию, но мы с Джинни, как ты понимаешь, не сильно довольны этим. Помнится, тебе надо налаживать отношения со всеми частями Гермионы, а не только с одной, а у меня складывается впечатление, что ты выбрал себе любимую жену, и забыл про остальных. — Не неси чушь, Поттер. Или ты не в курсе, что меня отправили на принудительный больничный? — Ну почему, я как раз в курсе. Только не могу понять, почему тебе вдруг потребовалась круглосуточная сиделка? Сейчас ты не похож на умирающего, которому нужен постоянный уход. — Подозреваешь меня в том, что я прикинулся, будто схватил проклятие, чтобы держать Глэйс возле себя? Может, ты думаешь, что у меня крышу сорвало на фоне вынужденного воздержания? Ну-ка, расскажи мне Поттер, сколько Грейнджер сейчас в твоём доме? Гарри замялся, но всё-таки ответил: — Четыре. — То есть, все они живы, никто не исчез? Если бы ты задумался, прежде чем вываливать на меня претензии, то понял бы, что, несмотря на то, что Глэйс проводит ночи в мэноре, между нами ничего нет. Она находится эти дни рядом со мной, потому что реализует свой синдром отличницы и страсть к разгадыванию загадок. Как только она найдёт нужный ритуал и с проклятием будет покончено, я стану ей неинтересен, поверь. Драко усмехнулся, хотя это получилось у него не сильно весело. — Но Черри… — начал Поттер и замолчал, как будто складывал в уме все известные улики по сложному делу. Когда в его мозгу всё более или менее разложилось по полочкам, он поднял на Драко уже менее враждебный взгляд. — Вчера утром Черри вернулась откуда-то через камин и столкнулась в кабинете с Джинни. Она была ужасно зла и расстроена. Заявила, что раз ты предпочитаешь фригидных ледышек, то она умывает руки и больше не желает тебя видеть. Черри была настолько не в себе , что мы с Джинни подумали что… — Неправильно подумали, — отрезал Малфой. — В последние дни я спал почти круглые сутки. Антидот, который назначил мне доктор Оконелл, сбивает с ног почище круциатуса. А Черри так бесилась не из-за того что застукала меня с Глэйс, а из-за того что Глэйс застукала меня с ней и помешала развитию событий. Поттер окончательно перестал понимать, что происходит и просто тупо смотрел на Драко. — Давай я потом тебе всё в подробностях расскажу, — вздохнул Малфой. — У меня осталось от силы полчаса на осмысленную работу, потом я стану безвольным овощем часов на шесть. — Ладно. Прости. Я не имел права набрасываться на тебя с претензиями. Просто мы с Джин реально переволновались, что ты решил бросить эту борьбу за все осколки Гермионы и остаться с самым спокойным из них. Закатив глаза, Драко толкнул дверь в кабинет и стремительно вошёл внутрь. Очевидно боялся сорваться и наговорить Гарри лишнего.