«Бессмертный Лорд беременен злым семенем Повелителя Демонов»

### Чу Ханджин не мог не посмотреть на него: «Что ты хочешь сделать!» Юэ Линь: «Я просто хочу сказать тебе, что счеты между нами еще не урегулированы. Ты не можешь просто так сказать об этом и оборвать отношения, когда захочешь». Чу Ханджин поднял пару благородных глаз. В этот момент он начал понимать гнев Юэ Линя. Он пристально посмотрел на него: «Ну и что?» Юэ Линь: «Ты должен сделать то, что обещал». Обещай помнить его. Я обещала подумать о нем позже и тогда решить, стоит ли его выбрать. Согласились родить ребенка. Если я соглашусь...я, возможно, снова влюблюсь в него. Но теперь Чу Ханджин решительно порвал с ним отношения, не дав ему больше никаких шансов, и даже не захотел слушать его объяснения. Воздух был настолько холодным, что можно было подумать, будто он замерз, а монахи Ронгку Дао, стоявшие позади них, с изумлением смотрели на все происходящее. Они не слышали содержания разговора, но своими глазами видели, что Юэ Линь, путешествовавший с Чу Ханьцзином, внезапно привел с собой большую группу демонов. Является ли он членом клана демонов? Чу Ханджин в сговоре с демонами? Их взгляды на Чу Ханджина стали подозрительными. Юэ Линь, естественно, заметил все эти реакции, с улыбкой посмотрел на Чу Ханцзиня и медленно сказал: «Если ты не будешь выглядеть немного рассерженным, твоя репутация будет испорчена». Чу Ханджин не мог не открыть рот с сарказмом. Он посмотрел на Юэ Линя без всякого страха, и в его глазах даже было сострадание. Потому что он знал, что Юэ Линь говорил в гневе. Он также знал, чего хотел Юэ Линь. Дитя, это просто оправдание нежелания уходить. После травмы самооценка этого человека вновь поднялась после долгого перерыва. Чу Ханджин не рассердился на его слова. Успокоившись, он сказал: «Тебе не нужно быть одержимой мной. В мире так много красивых мужчин. Я никогда не буду испытывать к тебе никаких чувств». Юэ Линь слегка расширил глаза. Чу Ханджин думал, что он реалист, но он не знал, что лучший способ растоптать чувства других людей — это не забыть, оскорбить или измотать их, а полностью и всецело игнорировать их. Юэ Линь хотел увидеть хотя бы след эмоций на его лице, может быть, гнев, может быть, печаль, в конце концов, это было из-за него... Но на этом лице было только спокойствие, спокойствие холодное, как смерть. Казалось, он влюбился в глиняную куклу, как будто он все это время разговаривал сам с собой, отдавая все силы, но не получая никакого ответа... как в полной шутке. Юэ Линь стиснул зубы до боли и схватился за запястье: «Очень хорошо, никаких чувств не будет. Ты сдержал слово. Теперь тебе следует вести себя так, будто тебя заставляют». Чу Ханджин: «Что ты хочешь сделать!» Юэ Линь не ответил ему. Он повернулся к монаху Жун Ку Дао и сказал: «Я забираю твоего Юэ Чжаоцзюня!» После этого он протянул руку к талии Чу Ханджина. Чу Ханджин сердито сказал: «Разве я соглашался?!» Он сильно сжал плечи Юэ Линя, и кости треснули от такой яростной и жесткой силы, но Юэ Линь все равно упрямо протянул руку и держал его в своих объятиях. Это шаг к освобождению. Главное — надавить на соединение сухожилий и костей. Цель — заставить противника остановиться из-за боли. Если он не остановится, есть риск переломов костей. Обычно, следуя человеческому инстинкту самосохранения, они сразу же его избегают. Но Чу Ханджин не ожидал, что Юэ Линь, похоже, будет без сознания. Он проигнорировал «хруст» своих костей, которые вот-вот сломаются, обнял его и побежал к горам! «Юэ Линь!» Чу Ханджин отругал его. Юэ Линь не ответил и не оказал сопротивления. Он крепко держал его, нейтрализуя действия Чу Ханджина. Его глаза были красными: «Я не хочу причинять тебе боль». Чу Ханджин нахмурился и поднял руку: «Ты отпустишь?» Юэ Линь: «Нет». Чу Ханджин ударил Юэ Линя в грудь! Эта ладонь была наполнена духовной энергией. Юэ Линь внезапно закрыл глаза, и несколько струек алой крови потекли из его губ. Казалось, он не ожидал, что удар ладонью Чу Ханджина окажется столь мощным. Он посмотрел на него, и его глаза были наполнены слишком многими эмоциями. Это было похоже на глубокую и безнадежно стоячую воду, которая почти затягивала людей и тонула в них. Он просто сильнее сжал руки. Но он был осторожен, чтобы не навредить Чу Ханджину. Глаза Чу Ханджина сияли: «Отпусти». Юэ Линь все еще не отпускал. Чу Ханджин снова ударил его по груди: «Отпусти!» Юэ Линь отвернулся и снова закашлялся кровью. На этот раз он был еще слабее, чем прежде, и его зубы были стиснуты. Температура его тела была очень низкой, костяшки пальцев бледными и ледяными, но сердце сильно колотилось в груди. Чу Ханджин почти чувствовал его учащенное сердцебиение, которое было смесью депрессии и безумия. Чу Хан сегодня чувствовал себя немного уставшим. Если он продолжит, то не сможет освободиться от оков, пока не убьет Юэ Линя. Однако Чу Ханджин поднял руку, но не смог ударить его. Любое действие, угрожающее безопасности жизни, может быть прощено, если оно является разумной самообороной. Но Чу Хань не мог сделать этого сейчас. Он знал, что Юэ Линь не собирался причинять ему вред. Он знал... Юэ Линь просто ненавидел его за то, что он не любил его. Если бы это было просто из-за любви, как он мог убить кого-то? Возможно, он мог сделать это с другими, но не с Юэ Линем. Бесшумно путешествуя среди облаков, Чу Ханджин увидел знакомый пейзаж и понял, куда привел его Юэ Линь. Высокие деревья стоят рядами, отбрасывая густую тень. Под ними находится двор с забором. Посреди двора стоит дом из дерева, соломы и кирпича. «Ты вернул меня?» спросил он. Юэ Линь по-прежнему ничего не говорил. Кровь на его челюсти засохла, а морщины на лице стали грубыми и жесткими. Когда он опустил Чу Ханджина, его лоб побледнел. Его тело, которое приняло на себя обе ладони Чу Ханджина, восстанавливалось, но было очевидно, что Чу Ханджин ударил его сильно, и он также был серьезно ранен, а его тело было не в лучшем состоянии. Он прошел прямо в центр двора, опустил ладонь, и под землей появился магический круг. Золотой свет окружал двор, словно герметичная клетка. Хотя снаружи можно было видеть, барьер был настолько толстым, что даже мухи не могли вылететь. Это его настойчивость, он хочет удержать Чу Ханджина рядом с собой. Чу Ханджин снова сказал: «Юэ Линь». Юэ Линь повернулся к нему спиной. Терпение Чу Ханджина на пределе: «У меня сейчас много дел, и у меня нет времени возиться с тобой. Мы наконец-то нашли владельца проклятия, и убийца в небесной могильной яме прямо перед нами. Ты похитил меня, что ты сделаешь со мной потом? Что скажут культиваторы Ронгку Дао, когда вернутся? Что скажет мой старший брат, когда придет?» Юэ Линь: «Это не имеет ко мне никакого отношения». Чу Ханджин: «Ты шутишь. К тому же, я уже говорил это раньше...» Прежде чем он успел закончить свои слова, Юэ Линь сердито ударил в бок, отколов кусок вершины горы. Его глаза были полны негодования и боли, и он взревел: «Ну и что!» Он не хочет слушать! Молчаливое противостояние. Юэ Линь теперь не мог слышать ни слова. Чу Ханджин теперь не мог с ним общаться. После стычки Чу Ханджин повернулся и пошел в дом. Комната была чистой, как новая, столы, стулья и скамейки аккуратно расставлены. Чу Ханджин смотрел на все это, чувствуя себя немного сбитым с толку, не понимая, почему он ввязался в такие отношения. ...Как она могла оказаться брошенной в горах, как она познакомилась с Юэ Линем, как он забеременел, как он мог забыть все это. Как мне дальше строить наши с ним отношения? Это действительно головная боль, и что делает ее еще более головной болью, так это то, что Бай Гу забрали демоны? После множества перипетий и поворотов, наконец, был пойман он сам. Если бы Чу Ханджин не понимал Юэ Линя, он бы заподозрил, что это афера, целью которой было заманить его сюда. Он сидел там, волнуясь, и вскоре услышал звук горящих дров на кухне, поднимающийся дым и звук кипящей в печи воды. Юэ Линь готовит. Вскоре он пришел с едой. Но его поза была немного странной. Он держал разделочную доску в одной руке, а другую заложил за спину. Он неловко и смущенно поставил посуду и рис на стол, налил стакан воды и повернулся, чтобы выйти. ——Это была рука, которую вывихнул Чу Ханджин. Чу Ханджин почувствовал легкую боль в сердце. Юэ Линь все еще упрямился и даже не взглянул на него. Вместо этого он подошел к кровати, снял пальто, повернувшись к нему спиной, и расстегнул нижнее белье, обнажив верхнюю часть тела. В дополнение к слегка согнутому левому плечу, на его спине было тёмно-красное пятно от удара ладонью, а по всему телу были ожоги — их тоже недавно нанёс Чу Ханджин. Юэ Линь выпрямил левую руку и сдержанно застонал. Издав несколько тихих звуков, он достал марлю и перевязал рану на спине круговыми движениями. Затем он зализал рану, как будто закончил, и надел черную одежду, как будто ничего не произошло. Чу Ханджин стоял посреди комнаты. Но он обошел его, обошел и сел во дворе. Хотя еда была восхитительной на вкус, Чу Ханджин вообще не смог ее есть и просто оставил ее, пока она не остыла. Юэ Линь вернулся во двор только поздно ночью, поэтому Чу Ханджин сбросил одеяло и лег на кровать. Он хочет спать. Но я не могу спать. Лягте на бок и натяните одеяло на грудь. Юэ Линь знал, что он зол, но он также был зол. Не знаю, сколько времени это заняло, но меня наконец одолела сонливость. Чу Ханджин в изумлении услышал очень легкие шаги. Затем одеяло вокруг него осторожно натянули потуже. Поняв, что это Юэ Линь, Чу Ханджин поднял веки и посмотрел на него. «...» Но он увидел только фигуру, которая торопливо, быстрыми шагами удалялась, словно боялась, что другие узнают, что он заботится о ком-то. Ему и Юэ Линь было трудно примириться за короткий промежуток времени. Чу Ханджин откинулся на подушку, необъяснимо вздохнул и собирался закрыть глаза и снова заснуть, как вдруг в его сознании возникла рябь. …Фрагменты воспоминаний начали всплывать. Именно на этой кровати он по какой-то причине рассердился на Юэ Линя. Он проснулся среди ночи и увидел, как Юэ Линь накрывает его одеялом. В то время Чу Ханджин казался гораздо более своенравным и прямолинейным. Он снова отбросил одеяло, и Юэ Линь снова его поднял. После нескольких столкновений Юэ Линь признал поражение, забрался на кровать, накрыл его одеялом, обнял его и долго извинялся. Как Чу Ханджин посмел ссориться с ним и сильно пнуть одеяло в это время? Потому что для того, кто тебя любит, мучить себя может быть более болезненно, чем мучить его лично. Чу Ханджин положил пальцы на уголок одеяла, испытывая смешанные чувства. Мое сознание было затуманено, и я не понял, когда заснул. Когда я проснулся, за окном было уже светло. Весенний пейзаж был великолепен, и пели птицы. Когда Чу Ханджин встал, он подошел к раковине. Ну вот, горячая вода готова. Затем подойдите к зеркалу, чтобы привести себя в порядок, и все туалетные принадлежности будут в наличии. Еда была на столе, едва теплая. Чу Ханджин подошел к двери. За пределами двора выстроился ряд демонов-стражей. После того, как Юэ Линь похитил Чу Ханцзина прошлой ночью, они примчались сюда ночью, преклонили колени и поклонились: «Господин Бай Гу добровольно ушел в отставку. Царство Демонов осталось без лидера. Мы приглашаем Ваше Величество вернуться в Царство Демонов, занять трон и управлять делами». «Пожалуйста, вернитесь в Царство Демонов!» «Ваше Величество, подумайте дважды...» «...» Их король, Юэ Линь, в это время рубил кинжалом короткий кусок дерева, его волосы были аккуратно связаны, он выглядел героическим и ловким. Он прижал длинные кости пальцев к крышке, опустил глаза и уставился на текстуру дерева, игнорируя их слова. Увидев его, я вспомнил вчерашние события. Чу Ханджин сделал шаг вперед. Услышав шум, Юэ Линь прекратил свои дела и повернул голову, чтобы посмотреть на него. Атмосфера спора еще не исчезла. Чу Ханджин опустил глаза, взмахнул рукавами и вернулся в дом. Он не просидел там долго. Юэ Линь вошел и посмотрел на нетронутую еду на столе. Он взглянул на него своими глубокими золотистыми глазами и спросил: «Почему ты не ешь?» Чу Ханджин: «Я не в настроении». Юэ Линь улыбнулся и беспечно сказал: «Ладно, я не в настроении, но ради твоего здоровья я не против разжевать это и накормить тебя». «...» Чу Ханджин поднял голову и посмотрел на него прямо. Тон Юэ Линя был также свирепым: «Почему ты смотришь на меня? Ты смотришь на меня, ища еды?» Чу Ханджин больше не мог сохранять спокойствие и сказал, опустив голову: «Я не ожидал, что ты окажешься им». Предыдущий Повелитель Демонов. Но эти вещи можно связать воедино. Битва Хейт Би, произошедшая более десяти лет назад, стала причиной катастрофы, устроенной предыдущим Повелителем Демонов. Во время его правления местные ожесточённые войны не прекращались ни на минуту, а всё потому, что этот царь демонов был одержим даосизмом, амбициозен и считал человеческую жизнь бесполезной, что привело к многочисленным смертям. Они убивали не только людей других рас, но и людей своей собственной расы. Праведники могут сказать лишь несколько слов об этом недолговечном короле демонов: у него превосходный дух, но он убивает себе подобных, и его жестокость неприемлема для клана демонов. Юэ Линь бесстрастно рассмеялся: «Я действительно невыносим». Чу Ханджин тоже насмешливо покачал головой и взял палочки для еды. Было бы нелепо с его стороны вмешиваться в этот спор. Все, что с ним произошло, было настолько нелепо, что было непостижимо. Он взял кусочек овоща и поднес его к губам, чувствуя рыбный запах масла. Чу Ханджин на мгновение почувствовал беспокойство в животе, отложил палочки для еды, почувствовал тошноту и снова захотелось блевать. Если бы он мог... он бы очень хотел, чтобы ничего этого никогда не произошло. Чу Ханджин закрыл лицо рукавами. У меня была утренняя тошнота и недомогание, уши покраснели от лихорадки, и я едва могла дышать. Через некоторое время рядом со мной послышался звук перетаскиваемых столов и стульев, и послышалось знакомое дыхание. Юэ Линь обнял его за талию, положил руки на живот и нежно потер его, одновременно вливая в него духовную энергию. По сравнению с тем, что было раньше, Чу Ханджин чувствовал себя гораздо более неловко. Он оттолкнул Юэ Линя жесткой рукой и сказал твердым голосом: «Нет необходимости». ###