«Бессмертный Лорд беременен злым семенем Повелителя Демонов»

### Чу Ханджин: «Когда я говорил, что мы с тобой в одной группе?» Бай Гу удивился: «Разве я неправильно помню? Я видел, что Юэчжаоцзюнь и наш Господь были влюблены и стали даосскими товарищами, и я думал, что рано или поздно они попадут в царство дьявола. Оказывается, то что я думал, было слишком рано». Все эти слова были сказаны даосским шпионам Юньшаня. Если бы этот человек умер, новость о переходе Чу Ханджина на сторону демонического клана немедленно распространилась бы по всем шести сектам. Бай Гу добавил: «Нет смысла держать этого человека, и будет еще хуже, если мы позволим ему вернуться и предупредить других. Я разберусь с ним сейчас». Говоря это, он схватил мужчину за плечи, словно намереваясь убить его на месте. Чу Ханджин заговорил: «Стой!» Как он мог позволить демонам убить культиваторов Юаньшань Дао и его братьев? Чу Ханджин сказал: «Разве я просил тебя убить кого-то?» «Тогда это...» Бай Гу, казалось, не собирался ни наступать, ни отступать, и наконец, он перевел взгляд на Юэ Линя. Это прозвучало лицемерно, но это как раз соответствовало тому, что он имел в виду. Он спросил: «Ваше Величество, как вы думаете, как нам следует с этим справиться?» Вот и всё. Чу Хань наконец понял. Его первоначальной целью было либо убивать людей, либо проверить намерения Юэ Линя. Если Юэ Линь искренне вернется в клан Демонов, все праведники придут в клан Демонов, чтобы узнать правду. Как их не убить, когда они придут к ним на порог? Но если Юэ Линь на стороне Чу Ханцзиня, он обязательно последует его желанию и отпустит этого человека. Теперь Юэ Линя пришлось поджарить на огне, чтобы выяснить его позицию. Юэ Линь взглянул на шпиона и спросил Бай Гу: «Где ты его нашел?» Бай Гу, казалось, не ожидал этого вопроса и пробормотал: «Когда я вошёл в комнату, я увидел его на балке, крадущимся вокруг, поэтому я поймал его и узнал записку, и пришел к выводу, что это был праведный человек, который пришел за информацией». Лицо Юэ Линя внезапно стало гневным: «О, правда?!» Было бы лучше, если бы он не злился. Когда он рассердился, Бай Гу отступил на два шага назад, пытаясь понять, что имел в виду Юэ Линь, с растерянным выражением лица: «Ваше Величество...» Юэ Линь усмехнулся: «Если вы мне не доверяете, то не нужно ничего говорить. Трон отдан мне. Если я захочу его получить, у меня есть много способов это сделать. Не говоря уже о том, что вы продолжаете говорить «Ваше Величество», но притворяетесь, что подчиняетесь мне, но тайно посылаете людей следить за мной. Я не знаю, где вы нашли кого-то, кто мог бы проверить мою жену и подставить меня!» Лицо Бай Гу побледнело, и он с грохотом опустился на колени: «Ваше Величество, у меня нет такого намерения! Это правда, что я нечаянно налетел на вас, Ваше Величество...» Юэ Линь поднял ногу и пнул его: «Убирайся! Мне становится не по себе, когда я тебя вижу!» После крика Бай Гу так испугался, что у него разорвались сердце и печень. Он схватился за свою одежду, выполз наружу и в одно мгновение бесследно исчез. Просто...сбежать? Чу Ханджин посмотрел на Юэ Линя с легким удивлением. Честно говоря, я не ожидал, что он будет таким жестоким. Однако, когда фигура Бай Гу исчезла в дверях, свирепое выражение на лице Юэ Линя тоже исчезло. Было очевидно, что он сделал это намеренно. Но Бай Гу действительно его боялся. Из-за капризности и непредсказуемости характера Юэ Линя Бай Гу не мог его понять. Юэ Линь повернулся к Чу Ханцзину и сказал: «Ты снова доставил мне неприятности». Чу Ханджин безжалостно сказал: «Он пришёл в Племя Демонов, чтобы найти меня. Если тебя это беспокоит, можешь отпустить меня». Юэ Линь на мгновение замолчал и усмехнулся: «Как хочешь». После этого он посмотрел на солнце, как будто торопился куда-то и быстро ушел. Во дворе остались только Чу Ханджин и шпион. Чу Ханджин передал духовную энергию другой стороне. Вскоре после этого другой человек внезапно выплюнул полный рот крови, перевернулся и встал на колени: «Цзюнь Юэчжао...» Чу Ханьцзинь: «Нет нужды вставать на колени, позволь мне спросить тебя, как ты здесь оказался?» Другой вздохнул и покачал головой: «Мастер секты Му попросил меня прийти. После того, как Чэнь Яна препроводили в Ронг Ку Дао, он обвинил тебя в сговоре с демонами и убийстве его младшего брата Ло Яна! Теперь Ронг Ку Дао в ярости, и шесть сект говорят о тебе. Мастер секты Му беспокоится о тебе, поэтому он попросил меня сначала прийти сюда, чтобы узнать о твоей безопасности». Му Ляньчунь полностью доверял Чу Ханьцзину и определенно не поверил бы слухам. Чу Ханьцзинь ожидал такого результата и кивнул: «Чэнь Ян обвинил меня в убийстве Ло Яна?» «Да, сопровождающий монах изначально указал, что Чэнь Ян и Ло Ян тайно обучались злым искусствам, что и стало причиной катастрофы. Но кто знал, что он внезапно изменил свое признание и лгал так много, что это имело смысл! В конце концов, единственные вовлеченные стороны — он, ты и этот дьявол. Ты ушел с дьяволом, поэтому в отношении тебя подозрения, естественно, усиливаются. Господин Юэ Чжао, теперь твоя репутация в опасности!» Чу Ханджин покачал головой и не обратил на это внимания: «Моя репутация не пострадала. Передай моему старшему брату, что у меня все хорошо в Царстве Демонов, и ему не о чем беспокоиться». Другая сторона удивилась и сказала: «Я здесь, чтобы помочь тебе уйти, разве ты не хочешь уйти?» Чу Ханджин: «Я пока не могу уйти». Другая сторона Его лицо было торжественным, как будто он не знал, говорить или нет: «Я тоже только что услышал некоторые подсказки. Там говорилось, что Юэ Чжаоцзюнь и этот демонический глава стали даосскими партнёрами и глубоко влюблены. Это правда?» Чу Ханджин не стал отрицать: «Я пока не могу четко сказать о своих отношениях с ним». Другая сторона колебалась мгновение, а затем сказала: «С точки зрения Юаньшань Дао и по твоим собственным соображениям, лучше не иметь никаких связей с этой главой демонов. В противном случае, Юэ Чжаоцзюнь, твоя пожизненная репутация может быть испорчена. Мастер секты Му... также очень обеспокоен твоей ситуацией». Чу Ханджину действительно нечего было сказать. Ситуация сейчас похожа на то, как если бы кошка съела клейкий рисовый пирог и не смогла бы от него избавиться. Пусть он снова расстанется с Юэ Линь, развернется и уйдет, и даже не будет заботиться о ребенке в ее животе. Всегда кажется, что он бессердечен и неблагодарен. У Чу Ханджина не было выбора, кроме как утешить его: «Не беспокойся обо мне. Он не причинит мне вреда. К тому же...» На самом деле была причина, по которой он был готов остаться здесь. Инициатором проклятия был Бай Гу, которого можно было бы доставить обратно в Жун Ку Дао для допроса, но по пути произошел этот инцидент. Раз уж мы здесь, то давайте извлечем из этого максимум пользы. Мы также можем воспользоваться этой возможностью, чтобы тщательно исследовать и понаблюдать за передвижениями демонов. Чу Ханджин принял решение: «Я пока не уйду, но не волнуйся, я найду способ тебя отправить». Собеседник вздохнул: «Тогда я побеспокою вас, милорд». Чу Ханджин пригласил его во внутренний двор и залечил его раны. Затем он попросил слуг приготовить стол с вкусной едой. Убедившись, что он пришел в себя, он немного подумал и сказал: «Здесь нет материалов для изготовления талисманов телепортации. Похоже, мне придется вырываться. Когда стемнеет, я вышлю тебя из города». Другой абонент сказал: «Спасибо». В этот период Юэ Линь не появлялся. У Чу Ханджина возникла идея. Он чувствовал, что Юэ Линь знал, что он отпустит этого человека, поэтому он намеренно не возвращался, чтобы дать ему достаточно времени. ……Почему. Чу Ханджин вздохнул, чувствуя благодарность за добрые намерения Юэ Линя. Увидев, что темнеет, он сказал: «Я тебя увезу». Это похоже на то, как люди со злого пути переходят на праведный путь, точно так же и люди с праведного пути переходят на злой путь. Пока они маскируются, ведут себя незаметно и не привлекают внимания других людей, их обычно не удается обнаружить. Когда они подошли к городским воротам, проверять жетон не было необходимости; они могли бы просто спокойно уйти. Проводив шпионов с дороги Юаньшань, Чу Ханьцзинь отправился в обратный путь. Вечером столица клана демонов наполнилась клубами дыма от костров, на которых готовилась еда. Некоторые закрывали свои прилавки, некоторые делали покупки, некоторые зажигали лампы, а некоторые женщины выливали ведро рисового отвара из окна и начинали готовить ужин. Чу Ханджин подошел и увидел нескольких детей, играющих в классики под деревом. Они услышали, как издалека их зовет мать, и сказали: «Почему бы нам не вернуться? Давайте поиграем еще немного». «Да, да, да! В любом случае, моя семья готовит поздно, и мне придется помогать с огнем, если я пойду домой сейчас. Я не хочу этого делать». "Продолжать играть!" Через некоторое время пришла женщина с метлой в руке, схватила ребенка за воротник и шлепнула его по попе: «Иди домой! Иди домой!» Ребенка шлепали, скручивали ему талию, и он разрыдался: «Больно! Больно!» Чу Ханджин посмотрел на него и необъяснимо рассмеялся. Какая уютная и расслабляющая картина. Когда я вижу детей, я нахожу их необъяснимо милыми. Женщина обняла ребенка и стала сильно тереть ему ягодицы: «Больно, больно! Ты чувствуешь, что сейчас больно? Я же сказала тебе идти домой, а ты не пошел? Я так поздно звонила тебе, ты что, не слышал меня?» Она разозлилась, повернула голову, чтобы посмотреть на других детей, и пригрозила: «Если вы не пойдете домой, новый дьявол поймает вас, чтобы сделать эликсиры! Вы не умеете бояться! Он не будет приходить домой днем и оставаться на улице ночью! Он не только будет делать эликсиры, но еще и поймает вас и съест!» «Аааа...» Дети так испугались, что задрожали всем телом и быстро убежали. Улыбка Чу Ханджина померкла. Как и ожидалось, новым злодеем стал Юэ Линь. Похоже, новость уже распространилась. Но я не ожидал, что репутация Юэ Линя настолько плоха, что его можно использовать для запугивания детей? Среди убежавших детей только один бежал медленно. Вместо этого он стоял неподвижно и смотрел на Чу Ханджина. У него была красивая внешность, в руке он держал деревянную куклу. Его одежда была потрепанной, но опрятной и аккуратной, а взгляд был острым. Чу Ханджин не мог не посмотреть на него еще раз: «Почему бы тебе не пойти домой?» Ребенок спросил в ответ: «А ты? Почему бы тебе не пойти домой?» Чу Ханджин посчитал его милым: «Я не боюсь этого дьявола». Ребенок надулся и фыркнул: «Ты его не боишься? Он плохой». «Насколько он плох?» Чу Ханджин был весьма заинтересован. Маленький мальчик держал куклу и сидел на большой каменной плите рядом с собой. Он сказал: «Купи мне связку засахаренных боярышников, и я тебе расскажу». Чу Ханджин тоже был добродушен: «Тогда я пойду и куплю его для тебя». Когда он купил засахаренные плоды боярышника, ребенок бесцеремонно взял их, откусил и протянул ему: «Ты тоже можешь взять». Чу Ханджин откусил кусочек, он оказался кисло-сладким и очень вкусным. Он любезно напомнил ему о бизнесе: «Теперь вы можете рассказать эту историю». Ребенок покачал ногами: «Аааа, я говорю тебе. Этот дьявол такой плохой. Ты знаешь? В то время в Царстве Демонов редко можно было обрести мир. Хотя его отец был похотливым извращенцем, он был высококвалифицированным в боевых искусствах. Никто в четырех царствах не ослушался его, поэтому все они были честны и не осмеливались восстать. Но после того, как он убил своего отца, другие демоны, вероятно, недооценили его боевые искусства и восстали, чтобы бороться за трон, но все без исключения они были жестоко подавлены». Взгляд Чу Ханджина упал на его молодое лицо, и он задумался: «Ну, что еще?» Чу Ханджин знал это в глубине души. Чтобы развивать Дао, нужно следовать Пути Небес, а человеческие дела — Пути Человека. Человеческая природа — это не что иное, как желание, импульс, конкуренция, любовь, ненависть и убийство. Ребенок слабо сказал: «Есть еще что-то? Ты просто отмахнулся от этого одним предложением? Это убийство людей, убийство стольких людей. Линчи, расчленение, четвертование, разделка на людей-свиней, выкапывание внутреннего эликсира, разрушение ядра духа, очищение его в котле, бросание его в бассейн для очищения мечей, убийство людей по всему полю, кровь и пестики! В то время была убита одна из десяти семей. И этот дьявол был действительно удивителен, стоя в одиночестве в море крови, никто не мог сравниться с ним, а ему было всего лишь немного за двадцать в то время». Чу Ханджин вздохнул: «Что случилось потом?» Ребенок посмотрел на него темными глазами: «Ты боишься его?» Чу Ханджин покачал головой: «Он страшный, а я нет». Ребенок поджал губы, его щеки слегка надулись, и он сказал: «Но он был несчастен позже! Хотя люди, которых он убил до этого, были мятежниками, его методы были слишком жестокими и жестокими, что вызвало страх у людей в том же лагере. Его острый край был раскрыт, и люди в том же лагере также беспокоились, что они будут безжалостно убиты им в будущем, поэтому они начали опасаться дьявола Юэ». Чу Ханджин пробормотал: «И что потом?» «Позже опасения всех оправдались». Ребенок тряс ногами. «Этот дьявол высокомерен и властен, а его подчиненные злы. Однажды он даже убил единственного сына могущественного короля альянса. Война обострилась. Вначале были вырезаны только старые подчиненные поколения моего отца, и это превратилось в братоубийство внутри одного лагеря». Ребенок посмотрел на Чу Ханджина: «Ты думаешь, он ужасен? Он не только убил врага, но и убил свой собственный народ». Чу Ханджин: «Вы только что сказали, что их убили его подчиненные?» «Его подчиненные, конечно же, его приспешники. Как он может быть отделен от них?» Ребенок повернул голову и фыркнул: «Это называется ответный удар. Кто заставил его выставлять напоказ свою резкость и не уметь сдерживаться». Чу Ханджин немного подумал и сказал: «Почему версия, которую я услышал, отличается от твоей?» Ребенок: «Какую версию ты слышал?» Чу Ханджин сказал: «Кто-то его подставил». «Хм, даже если кто-то его подставил, люди, которых он убил раньше, были реальны! Зло, которое он совершил, тоже было реальным! Его смерть в конце концов была лишь возмездием за его грехи». Видя, что он спорит, Чу Ханджин на мгновение замолчал, а затем кивнул: «Ты прав». Глаза ребенка сияли: «Ты его теперь боишься? Если боишься, иди домой пораньше и не оставайся на улице до поздней ночи». Он так беспокоился о нем, что Чу Ханджин не мог сдержать смеха. Посмеявшись, он протянул руку и коснулся его головы: «Тебе тоже стоит пойти домой пораньше». Когда он дотронулся до него, ребенок слегка прищурил глаза, обнажив кончики клыков, словно кошка, которую гладят. Ему это очень нравилось, и он даже ходил на цыпочках, любя находиться рядом с ним. Чу Ханджин готов уйти. Ребенок взял куклу и раскрыл руки: «Держи меня, камень, на котором я стою, слишком высок, и я не могу спуститься». Чу Ханджин любезно сказал: «Скала невысокая». «Держи меня, держи меня! Мне страшно». Темные глаза ребенка были очень спокойны и тихи, но он не мог перестать кокетничать и отчаянно топал ногами, выглядя немного неловко. С тех пор как Чу Ханджин забеременела, похоже, она не может отказаться от детей. Он вздохнул, подошел и обнял ребенка, осторожно поставив его на землю так, чтобы пальцы ног коснулись земли. Ребенок прижал голову к груди, словно опьяненный сандаловым ароматом, попавшим на его тело, и крепко схватился за край своей одежды, отказываясь отпускать. Но держала она его очень хорошо. После того, как ее уложили, она потянула за ошейник, ее уши слегка покраснели, а лицо также покраснело. Сказав «до свидания», ребёнок обнял его, повернулся и побежал в переулок неподалеку. Увидев, что фигура исчезла, Чу Ханджин опустил глаза и некоторое время молчал. Он повернулся и уже собирался уйти, как вдруг услышал за спиной новые шаги. Из темноты вышла высокая фигура Юэ Линя. Он поднял брови, как будто ничего не произошло, и тихо спросил: «Где вы были сегодня днем?» ###