Бумажный дом

– Тише вы, оглохнуть можно! – Джинкс резко вскинула голову, выдернув паяльник из спаянных проводов с таким треском, что даже Экко вздрогнул. – Здесь люди пытаются работать! Ее голос, пронзительный и резкий, перекрыл шум потасовки. В центре штаба, среди разбросанных ящиков, Вай и Майло кружили друг вокруг друга, как два голодных зверя, только что сорвавшихся с цепи. Вай двигалась чуть медленнее обычного, ее удары останавливались в сантиметре от цели, а в глазах светилась едва уловимая усмешка. – Давай, Майло! Ну! – подбадривал Клаггор, бросая медяк на импровизированный «стол ставок». – Вай, левый хук! Левый! – Бо топал ногами, словно пытаясь передать ей свою энергию. Майло, раскрасневшийся от напряжения, сделал серию быстрых ударов. Вай искусно уворачивалась, но нарочно оставила брешь в защите. – Ха! – Майло не упустил шанс. Его кулак легонько коснулся ее плеча. Вай сделала шаг назад, преувеличенно потерла «ушибленное» место и подняла руки в знак поражения. – Ну ладно, ладно, сдаюсь. Сегодня твой день, Майло. – Я ПОБЕДИЛ?! – Майло вскочил как ошпаренный, глаза его сияли детским восторгом. – Слышали?! Я победил Вай! – Да уж, чудо из чудес, – проворчал Клаггор, но с ухмылкой забрал со стола несколько монет. Бо, хмурясь, принял проигрыш, но тут же оживился. – Вай, ты же специально! Я видел, как ты в прошлый раз... – Тише, тише, – Вай поднесла палец к губам, подмигивая. – Не лишай парня радости. Где-то в углу раздался резкий скрежет металла. – Если вы не заткнетесь в ближайшие пять секунд, я перепрофилирую этот чип в детонатор. И проверю, насколько огнеупорны канализационные стены. Голос Экко звучал спокойно, но в нем чувствовалось напряжение, будто он вот-вот сорвется. Вай обернулась к столу, заваленному микросхемами, проводами и обгоревшими платами. – Как успехи, гении? Экко даже не поднял головы. Его пальцы быстро скользили по бумаге, вычерчивая очередную схему, которую он тут же зачеркивал с раздраженным вздохом. Джинкс, сидя рядом, яростно ковырялась в каком-то механизме. – Пока нечем похвастаться, – буркнул Экко. Джинкс резко подняла глаза. – Нечем?! – ее голос сорвался. – Мы уже двадцать схем перепробовали! Если бы ты с самого начала послушал меня и поменял эти две детали в магнитном механизме, все бы получилось с первого раза! Экко швырнул карандаш на стол. – Если ты такая умная, делай сама. – Я и не просила твоей помощи! – Джинкс вскочила, опрокинув стул. – Тебя сюда Силко притащил, не я! – Тогда я могу уйти, – Экко скрестил руки. – И вы разберетесь с этой системой безопасности сами. Лет через пять. Глаза Джинкс вспыхнули ядовито-фиолетовым. – Вот иди на… – Джинкс! – Вай резко шагнула вперед, подняв руку между ними. – Давай передохнем, а? Джинкс замерла. – Отдых. Да. От этого… – она язвительно махнула рукой в сторону Экко, – …Бесконечного гундежа «непризнанного гения». Экко открыл рот, но Вай быстро покачала головой. Джинкс развернулась и направилась к дальнему углу комнаты, где стояло кресло, принесенное Силко специально для нее. Она плюхнулась в него, развалившись с таким видом, будто это был ее личный трон в их родном подвале. Вай вздохнула, оглядев комнату. Она медленно подошла к креслу, не сводя с Джинкс пристального взгляда. Каждый шаг отдавался глухим стуком по полу, будто подчеркивая тяжесть момента. Ее тень, растянутая тусклым светом единственной лампы, легла на Джинкс, на мгновение скрыв ее лицо в темноте. Она остановилась вплотную, так, что их колени почти соприкасались, и плавно опустилась на корточки. Джинкс лениво перевела взгляд, и слегка кивнула, без слов спрашивая: «Ну?». Вай ухватила пальцами одну из ее свисающих косичек и легонько дернула. – Так что там у тебя за конфликт с Экко? Джинкс тяжело выдохнула, откинувшись глубже в кресло. – Да нет никакого конфликта, – пробормотала она, глядя куда-то поверх головы Вай. – Просто… Она замолчала, потом резко провела ладонями по лицу, будто пытаясь стереть усталость. – Просто я устала. От всего этого. – ее голос звучал приглушенно, почти сдавленно. – Сроки горят, а у нас до сих пор ни черта не готово. Каждый раз, когда мы что-то собираем, оказывается, что не хватает детали, или схема не работает, или… – она резко оборвала себя, закусив губу. – А по ночам… Джинкс закрыла лицо руками. Ее пальцы слегка дрожали. – Мне снится, как мы все подыхаем в этом проклятом бункере. Как нас расстреливают, как что-то душит… А я даже не могу пошевелиться, чтобы помочь. Ее голос сорвался на последнем слове. Вай медленно накрыла ладонями ее колени. – Эй… – Вай наклонилась ближе, чтобы поймать ее взгляд. – Слушай меня. Я верю в тебя. Не в Силко, не в его план - в тебя. Джинкс не ответила, но Вай почувствовала, как ее дыхание стало чуть ровнее. – Мы с тобой годами работаем вместе. Ты думаешь, я не знаю, на что ты способна? – Вай усмехнулась. – Ты собрала первую бомбу в семь лет из мусора, который нашла на свалке. В шестнадцать взломала систему охраны пилтоверского банка - просто ради спортивного интереса. А сейчас… – она слегка сжала ее колени. – Сейчас ты делаешь то, что никто другой не смог бы. И именно благодаря тебе у отца есть шанс. Джинкс медленно убрала руки с лица. На ее губах дрожала слабая тень улыбки. – Ты действительно так думаешь? – Я в этом уверена. Джинкс посмотрела прямо в глаза Вай - долгим, изучающим взглядом. Потом кивнула, будто что-то решив для себя. – Знаешь… наверное, мне именно этого и не хватало. Вай улыбнулась в ответ. – Ты всегда можешь поговорить со мной. Не как с сообщницей, а как… – Как с сестрой? – Джинкс хмыкнула, но в ее голосе уже слышалась привычная едкая нотка. – Ну да. – Хотела поговорить прошлой ночью, – Джинкс внезапно перевела взгляд куда-то за спину Вай, в темный угол помещения. – Но тебя не было. Вообще. Вай почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. – Я… Джинкс внезапно наклонилась вперед. Вай заметила, как в ее глазах вспыхивает что-то пугающее между ревностью и подозрением. – Где ты была, Вай? Вай почувствовала, как дыхание становится прерывистым, будто в груди внезапно не хватает места для воздуха. Горло сжалось, и каждое слово, которое она могла бы сказать, казалось теперь колючим комом. Она не была готова. Не готова признаться Джинкс в том, что между ней и Кейтлин есть что-то. Но было ли это что-то настолько определенным, чтобы называть его отношениями? Они не обсуждали будущего, не давали друг другу обещаний, не искали слов, чтобы объяснить, что между ними происходит. И все же, когда Джинкс спросила, где Вай провела ночь, тело отреагировало раньше разума - сердце заколотилось так бешено, что кровь прилила к вискам, а пальцы непроизвольно сжались. Значит, это было что-то. Что-то большее, чем случайные встречи, чем пьяный поцелуй в том парке, чем те мимолетные связи, которые Вай всегда так тщательно скрывала от семьи. Потому что с Кейтлин все было иначе. И именно это пугало больше всего. Перед внутренним взором Вай всплыли воспоминания: Джинкс в детстве, цепляющаяся за ее руку, когда кто-то посторонний пытался заговорить с ними. Джинкс, скрежещущая зубами, когда Вай впервые привела Майло и Клаггора в их подвал. Джинкс, прожигающая взглядом любую девушку, которая осмеливалась задержать на Вай взгляд хоть на секунду дольше положенного. Ревность сестры всегда была огненной стеной, через которую никто не мог пройти. И теперь Вай стояла перед этой стеной с фактом, который мог разжечь в Джинкс не просто злость, а настоящую ярость. Потому что Кейтлин была не просто еще одной девушкой. Она была пилтоверской аристократкой. Той самой, над которыми они смеялись годами, чей мир был для них символом всего, что они ненавидели. Как теперь объяснить Джинкс, что эта ненависть вдруг перестала быть такой однозначной? Вай понимала, что не может врать. Не Джинкс, не после всего, через что они прошли вместе. Но и правда, высказанная сейчас, могла разрушить все - их планы, их семью, их хрупкое равновесие перед самым важным делом в их жизни. Возможно, выход был в полуправде. В том, чтобы приоткрыть дверь, но не впускать Джинкс слишком далеко. Сказать достаточно, чтобы не чувствовать себя предательницей, но не настолько, чтобы дать сестре повод для взрыва. Но где была эта грань? Вай прикусила внутреннюю сторону щеки, ощущая металлический привкус крови. Тяжелый выдох вырвался из ее груди, прежде чем она наконец подняла глаза и встретилась взглядом с Джинкс. – Я была с девушкой, – прозвучало тише, чем она планировала. Джинкс будто превратилась в статую. Ее пальцы впились в подлокотники кресла, суставы побелели от напряжения. Она медленно отстранилась, откинувшись назад, словно между ними внезапно возникла невидимая стена. – С кем? – голос Джинкс стал хриплым. Вай опустилась на пол, подогнув ноги, и обхватила колени руками. Поза получилась слишком уязвимой, почти детской, но сейчас ей было все равно. – Мы познакомились недавно. Я еще не знаю, к чему это... но с ней я чувствую себя... – она замялась, подбирая нужное слово. – Как будто мы знаем друг друга всю жизнь. Джинкс стиснула зубы. Вай видела, как сестра буквально сжимается изнутри, сдерживая то, что рвалось наружу. – Семья для меня всегда на первом месте, – поспешно добавила Вай, снова кладя руку на ногу Джинкс. – Ты можешь не переживать об этом. Джинкс резко вдохнула. – Ты пропадаешь днями. Не говоришь, где была. А теперь просишь не переживать? – ее голос дрогнул от сдерживаемой ярости. Вай открыла рот, но Джинкс не дала ей вставить ни слова. – Мы тут голову ломаем, как бы не подохнуть в этом гребаном особняке, а ты... – она резко махнула рукой. – Зажимаешься с какой-то... – Дай ей шанс, – тихо, но твердо перебила Вай, не повышая голос. – Я доверяю ей. Она не такая, как остальные. Джинкс отвела взгляд. Ее губы сжались в тонкую линию. – Ты ей рассказала? – спросила она наконец. – О том, кто ты? Чем мы занимаемся? Тишина. Вай опустила глаза. – Нет. Джинкс усмехнулась - горько, почти беззвучно. – О каком доверии тогда речь? – она наклонилась вперед, и теперь ее голос звучал не зло, а... жалко. – Она даже не знает, что ты воровка до мозга костей. Что ты никогда не изменишься. А когда узнает - отвернется. Как и все. Эти слова ударили больнее, чем любые колкости, сказанные Джинкс в порывах ярости. Может быть, потому что Вай понимала, что сестра права, и сама боялась этого. Она медленно поднялась с пола, чувствуя, как каждая мышца напряжена до предела. – Я докажу тебе, что она другая. Дверь в штаб скрипнула на ржавых петлях, и в помещение вплыл знакомый силуэт в тщательно отутюженном костюме. Силко замер на пороге, медленно осматривая всех присутствующих. За его спиной, как тени, замерли двое амбалов, их массивные фигуры заполнили дверной проем. – Я почему-то ожидал увидеть вас за работой. Он вошел, сбрасывая черные перчатки на стол. Кожа глухо шлепнулась о дерево, и в воздухе повис запах дорогой замши. Экко, не отрываясь от схемы, фыркнул. – Моя напарница решила устроить себе выходной. Джинкс цокнула языком, соскальзывая с кресла. – И он уже окончен. Она бросила последний взгляд на Вай, и направилась к рабочему столу, намеренно громко топая ботинками. Майло, как по команде, подпрыгнул с дивана, изображая бурную деятельность. Его руки замерли в воздухе в странном жесте - то ли он собирался что-то чинить, то ли просто не знал, куда их деть. Силко покачал головой, его тонкие губы искривились в чем-то отдаленно напоминающем улыбку. Он махнул рукой, собирая всех к доске. – Мне льстит ваш энтузиазм, но сегодня - обсуждение финальной части плана. Клаггор, до этого развалившийся на диване, резко выпрямился, с хрустом разминая шею. Команда собралась у меловой доски, испещренной схемами и расчетами. Вай и Экко устроились на полу, прислонившись спинами к холодной коже дивана. Джинкс выбрала место подальше - на противоположном конце дивана, демонстративно развернувшись к ним спиной. Майло устроился в кресле, зажав между колен потрепанный блокнот. Силко скинул пальто, небрежно бросив его одному из охранников. – Приятно видеть, с каким рвением вы готовитесь впитать новую информацию. Джинкс, не глядя на него, фыркнула. – Мы рвемся только поскорее закончить этот цирк. Силко кивнул, поправляя манжеты. – В сущности, это одно и то же. Но я предпочитаю более... элегантные формулировки. Он подошел к доске и резким движением сдвинул одну из панелей, открывая ранее скрытую часть схемы. Мелкая пыль посыпалась на пол, когда его пальцы провели по свежим линиям, изображавшим внутренности бункера. – После проникновения в шахту лифта, – он постучал ногтем по соответствующему участку схемы. – В игру вступает наш человек. Его задача - собрать охрану здесь. Его палец переместился к противоположному крылу, оставив на доске жирную точку. Мел скрипнул, выписывая цифры: «200 м - 2 мин 24 сек» – Расстояние между одним крылом и другим. Туда-обратно - около пяти минут. – Силко повернулся к команде, скрестив руки на груди. – Он сможет задержать их не более чем на пятнадцать минут. Значит, у вас будет двадцать, чтобы вскрыть сейф, взять все, что сможете унести, и исчезнуть. Экко поднял руку, зажав между пальцами крошечную микросхему, которая блестела в тусклом свете, как осколок стекла. – А сейф? – спросил он, поворачивая деталь так, чтобы она отражала свет прямо в глаза Силко. – Нужен ли для него дополнительный ключ? Или они его просто... взломают? Силко медленно опустился на край стола, положив ладони на колени. Его пальцы, длинные и бледные, постукивали по ткани брюк в такт капающей где-то воде. – К сожалению, точной информации о замке сейфа у нас нет, – произнес он, слегка наклоняя голову. – В отличие от лифтовой шахты, у него индивидуальный механизм. Но... – он сделал паузу, его искусственный глаз скользнул к Клаггору. – Нам повезло. Оказывается, наш друг обладает весьма полезным навыком. Все головы разом повернулись в сторону Клаггора. Тот уже сидел, развалившись, с театрально прижатой к груди рукой, будто принимал овации после спектакля. – О да, – протянул он, ухмыляясь. – Это я. Силко продолжил, не обращая внимания на его выходку. – Клаггор неплохо владеет сваркой. На вскрытие сейфа ему потребуется не больше десяти минут, а все остальное время будет в вашем распоряжении. Вай усмехнулась, скрестив руки на груди. – «В нашем распоряжении» - это, простите, какие-то жалкие десять минут? Клаггор, не вставая с дивана, дотянулся и потрепал ее по голове, будто она была все еще той маленькой девчонкой, с которой они когда-то вместе учились драться. – Командир, не паникуй, – проворчал он. – Я уложусь в пять. Вай обернулась, ухмыльнулась и резко подала ему пять. – Три минуты, и я обеспечиваю тебя выпивкой месяц. – Идет! Они громко рассмеялись, но смех оборвался так же резко, как начался, когда Майло, зажав ручку между носом и верхней губой, вдруг произнес: – А если кто-то из охраны все-таки останется в бункере? Силко медленно поднялся со стола, его тень вытянулась по стене, как черная змея. Он повернулся к ящикам, заполненным оружием, и кивнул в их сторону. – Именно поэтому мы идем не с пустыми руками. Вай закатила глаза, но Силко уже заметил ее реакцию. – Правила не изменились, – добавил он, подчеркивая каждое слово. – Без команды Вай никто не стреляет. Но если кто-то останется... Берем в заложники. Двое вскрывают сейф, двое следят за тем, чтобы охрана вела себя хорошо. Джинкс резко вскинула голову. – А в чем, собственно, смысл всей этой клоунады с масками? – ее голос разрезал тишину. – Если пока мы будем возиться с сейфом, охрана услышит наши имена и разберется, кто есть кто еще до того, как мы успеем свалить. Силко улыбнулся одним уголком губ, словно только и ждал этого вопроса. Он медленно скрестил руки за спиной. – Я уже начал сомневаться, что кто-то об этом спросит. Он резко развернулся к доске, схватил мел и начал выводить имена участников операции одно за другим. – На время налета вы забудете свои имена. – мел скрипел, оставляя жирные белые штрихи. – Только позывные. Майло фыркнул, развалившись в кресле. – О, отлично! Если брать птиц, то я - Ворон. Вай усмехнулась. – А если числа, то я - Десятка. Экко, до этого молча наблюдавший за всем происходящим, вдруг поднял голову. – Это слишком банально. Давайте что-то оригинальное. Например, города. Силко резко обернулся к нему, его взгляд на секунду задержался на смуглом лице парня. – Хорошая мысль. Значит, ты будешь Бандл. Экко вскинул брови. – Почему я? Я же не лезу внутрь! – Безопасность прежде всего, – холодно ответил Силко. – Если придется упомянуть тебя во время операции, лучше использовать позывной. Майло тут же поднял руку, как школьник. – Я хочу быть Таргоном! Джинкс прыснула, чуть не подавившись собственной слюной. – Ты - Таргон? – она закатила глаза. – Да я больше Ишталь, чем ты Таргон! Ладно... тогда я - Бездна. Майло скорчил гримасу. – Таргон хотя бы звучит круто. – А Бездна звучит как... – Ноксус. Клаггор перебил их, его бас прокатился по комнате, как гром. Все замолчали, обернувшись к нему. Он сидел, развалившись, с довольной ухмылкой, его массивные пальцы были сложены на животе. – Я - Ноксус. Точка. В комнате повисла пауза. Все взгляды медленно переместились на Вай, которая до сих пор молчала, скрестив ноги на полу. – Тогда я - просто Заун. Экко толкнул ее плечом, усмехаясь. – Оригинальности тебе не занимать. – Зато мой позывной точно никто не перепутает, – парировала Вай, но в уголке ее рта дрогнула улыбка. Силко окинул всех оценивающим взглядом. – Окончательно? Все одновременно кивнули. Он развернулся к доске и начал выводить позывные под именами. Клаггор вдруг хмыкнул. – А ты? Какой позывной выбрал себе великий стратег? Силко не обернулся, продолжая писать. – Мне шифроваться незачем. Но если вам уж так хочется... можете звать меня Профессор. Тишина повисла во всем помещении на пару секунд, а затем - резкий взрыв смеха. Джинкс, задыхаясь от хохота, ухватилась за Клаггора. – Профессор?! – она вытерла слезу. – Чего именно? Воровских наук? Силко не удостоил ее ответом. Он аккуратно положил мел на край стола, отряхнул пальцы и ткнул в доску. – К следующей встрече - схема и позывные в голове у каждого. – его голос стал ледяным. – Я в курсе, что некоторые из вас вместо подготовки предпочитают... другие занятия. Джинкс боковым зрением увидела, как Вай замерла. Майло нахально поднял бровь. – Это про кого? Вай громко сглотнула, но Джинкс уже неожиданно поспешила ответить за нее. – Про меня, гений. Я та самая, что лазает по заброшкам вместо того, чтобы в сотый раз пялиться на одни и те же схемы. Силко встретился взглядом с Вай всего на секунду, но этой секунды хватило. Вай поняла - врать больше нельзя, ни Джинкс, ни команде. Между ними не должно быть секретов. Особенно сейчас. Она вдруг вспомнила слова Кейтлин о том, что та была бы не против познакомиться с ее семьей. Возможно, пришло время устроить эту встречу, и раскрыть все карты. И перед семьей, и перед... Кейтлин.