ТВОЙ КОТИК

      Сяо Чжань застыл, как соляной столп[1], и лишь быстро-быстро моргал, наблюдая за этой шокирующей, но такой соблазнительной сценой. «Малыш Сяо» изо всех сил рвался наружу, заглушая своей настойчивостью все доводы рассудка и лишая его не только воли, но и последних остатков гордости и чувства собственного достоинства.       Всё, чего сейчас хотелось Сяо Чжаню, — это броситься на манящее белое тело, накрыть его собой, потираясь пахом о накачанные половинки сочной попы, и вдавиться восставшим членом в стыдливую дырочку, тёмно-розовым призраком маячившую в глубине расселины.       — Ибо… что… ты… делаешь?! — спросил он, задыхаясь и старательно отводя глаза.       Внутри бушевал пожар эмоций, а накатывающие волны желания, стыда и страха накрывали с головой, рискуя окончательно утопить его сознание и самоконтроль в пучине почти животной жажды обладания. «Я не уверен, что смогу сдержаться и не поранить, не навредить ему. Бо-ди, ты с ума сошёл? Эта провокация… она опасна!» — билось в мозгу отчаянное, путая мысли и заставляя его покрываться холодным потом.       Несмотря ни на что, его взгляд упорно возвращался назад к развернувшейся перед ним развратной и вожделенной картине, придирчиво и настойчиво исследуя каждый миллиметр тела младшего, о котором он месяцами грезил, но даже не смел надеяться когда-нибудь действительно увидеть его вот так или потрогать.       Увидел. И потрогает. Непременно!       Он же не идиот, чтобы отказываться?!       — Гэ, — начал Ибо серьёзным тоном, заливаясь краской так, что даже плечи и лопатки порозовели. Его слова звучали глухо из-за подушек, в которые он зарылся лицом, явно смущаясь, несмотря на всю свою браваду и смелость. — Я не могу так… так скованно и неестественно вести себя, играя… играя с тобой в фан-сервис! Ты изменился и стал другим. Больше нет моего Чжань-гэ, с которым было легко и свободно — он исчез…       — Ты сам убил его своим поступком! — перебил излияния партнёра Сяо Чжань, сопротивляясь и ища защиты среди негативных эмоций в слабой надежде справиться с разгоревшимся желанием. Но неожиданно обнаружил себя тяжело дышащим, с кровавой пеленой перед глазами и в одном шаге от дивана, когда его дрожащая рука сама тянулась к этой манящей и сладкой заднице.       — Я знаю, — покорно согласился Ван Ибо и добавил почти шёпотом: — Поэтому я здесь. Чтобы тебе стало легче и мой гэ… мой гэгэ… наконец вернулся ко мне.              Так вот что задумал этот придурок? Придумал новую провокацию и решил разыграть жертвенную невинность, чтобы выставить его мерзким, похотливым козлом, не имеющим даже элементарного понятия о морали?       Скотина!       Да он просто издевался и унижал его прямо сейчас. Здесь, в его комнате. В его личное, свободное от работы время, которое он мог бы посвятить долгожданному сну, но…       Но — нет!       Ван Ибо — этот нахальный гремлин-провокатор — стоял тут с раздвинутыми ногами и откляченной назад задницей, соблазняя и толкая на низменное. Смущая, будоража и возбуждая. Отбирая у него последние крупицы достоинства и превращая его своей развратной дыркой в ничтожество, готовое молить лишь об одном: о возможности прикоснуться, дотронуться, взять и присвоить себе хотя бы на мгновение это прекрасное тело.       Он так хотел обладать своим звёздным напарником и другом, что готов был продать душу дьяволу, лишь бы получить такую возможность. И вот она — эта возможность, эта несбыточная мечта — совсем рядом: стоит и ждёт лишь его члена… Это один из самых ярких моментов в его жизни на сегодняшний день — вернее, вечер, то есть ночь. Охренительное чувство полной власти кружит голову, а смиренный и покорный Ибо волнует так сильно, что скулы сводит от нетерпения. Поэтому он, конечно же, даст малышу всё, о чём тот просит. Или почти всё, и почти даст — взяв и себе немного радости, а заодно потешив собственное самолюбие       Теперь Ван Ибо принадлежит ему.       На сегодня.       А может… и навсегда.       Мысли путались, буравя мозг и терзая его своей настойчивой яростью, заставляя желать и сомневаться, сомневаться и желать, убивая в нём всякое сопротивление и превращая в размазню — с крепко стоящим членом и разыгравшейся фантазией.       «А чего ты, А-Чжань, хотел от человека, выставившего тебя на всеобщее посмешище — и не один раз?» — тут как тут подоспело скептически настроенное подсознание, подпуская болезненную для его гордости шпильку и на короткий миг отвлекая от созерцания рая.       — Плевать… — прошептал он одними губами и закрыл глаза в изнеможении.              Сил смотреть и ничего не делать почти не осталось. Хотелось отпустить вожжи и понестись галопом во все тяжкие, не думая о последствиях и снимая с себя всякую ответственность за собственные действия. Грань между «нельзя» и «можно» истончалась всё больше, и тело дрожало — не то от работающего на полную мощность кондиционера, не то от предвкушения чего-то, что перевернёт его… нет, их мир с ног на голову.       Пальцы подрагивали и, казалось, горели, когда он легко, на пробу, коснулся ими гладкой кожи младшего, провёл по округлой ягодице, наслаждаясь её упругостью, и скользнул к бедру, ища опоры и впиваясь в него так сильно, что Ибо тихонько пискнул.       Внутри шла борьба не на жизнь, а на смерть, и Сяо Чжань неожиданно понял, что уже проиграл. Окончательно и бесповоротно. Сдался на милость Ван Ибо и готов навсегда стать рабом этого человека — такого открытого, яркого и бесстрашного. Такого… такого… желанного и живого. Не зыбкой ночной фантазии, а настоящего — из плоти и крови.       Его Бо-ди.       «Он такой нежный, сладкий и доступный! Можно ведь хотя бы потрогать… попробовать…» — умоляла еле-еле сдерживаемая страсть, отметая все подсознательные препоны и давая дорогу вожделению.       Пальцы заскользили по коже быстрее — исследуя, боготворя и желая застолбить это невероятное тело только для него одного, для Сяо Чжаня. В глазах всё плыло от навернувшихся слёз, а сердце билось о грудную клетку с такой силой, что ему казалось: ещё немного — и оно проломит кости и выскочит наружу. Было обалденно и страшно одновременно.       «Ты должен его выгнать и уйти! Не смей трогать. Не сме-е-е-й!» — заверещала врождённая осторожность, напуганная разыгравшейся бурей. Первая мысль была — бежать, но ноги вросли в пол, а руки решительно накрыли обе налитые половинки, оттягивая их большими пальцами в стороны и представляя на обозрение жаждущим глазам плотно сжатое колечко мышц входа.       Все его обычные чувства растворились в желании, плавя мозг и отвергая любое внутреннее сопротивление. Хотелось кричать, плакать и радоваться, но он лишь пялился на покрасневшее анальное отверстие, и ему казалось, что под его пристальным взглядом дырочка Ван Ибо сжалась от страха и смущения.       От этого ему ещё сильнее захотелось раскрыть её любой ценой.       

***

             Сяо Чжань шумно сглотнул и застонал, понимая, что не в силах противостоять искушению и просто не может больше откладывать неизбежное. Он быстро наклонился и легонько поцеловал младшего прямо туда — в это потаённое и, видимо, совершенно девственное место.       «Хочу его всего! Прямо здесь — на диване, в спальне, в ванной, на полу — ВЕ-Е-ЕЗ-ДЕ-Е-Е!» — выло его внутреннее звериное начало, скрытое в каждом человеке и являющее себя лишь в беспрецедентных обстоятельствах. Сейчас был именно такой случай.       «Может, не надо? Похоже, малыш ещё никогда ни с кем не был. По крайней мере эту… эту… попу никто не имел…» — робко подало голос сочувствие, но было грубо скомкано пошедшей в наступление страстью.       «Да чтобы такой красивый мальчик, выросший среди парней, живший с ними бок о бок в одной комнате и… вытворявший всякое… то, что на видео с разных шоу[2]… — и никогда ни с кем…? Не ве-рю. Он точно пробовал!» — яро, с неприкрытым скептицизмом возразило сомнение, тут же реабилитируя страсть, никак не желающую униматься и требующую своего. Им вовсю вторил голодный внутренний зверь, жаждущий свежей и юной плоти Ван Ибо.       Чжаневский язык лизнул горячую и чуть шершавую кожу.       Похоже, к их встрече Бо-ди действительно готовился. Он был чистым, сладко пахнущим цветочным гелем и мягким — явно пытался растянуть себя сам. Не совсем умело, конечно, и не до конца, но было заметно, что он старательно поработал над своим входом для…       Для него?!       «Подумай, он сделал это для тебя, А-Чжань! Специально для тебя и твоего…» — воспряла духом забота, рождая в груди Сяо Чжаня тёплое, щемящее чувство благодарности.       Что бы Ибо ни вытворял в прошлом — сейчас он открыто предложил ему всего себя, не прося снисхождения. И пусть этот поступок был продиктован не любовью, а лишь желанием примириться и не испортить их совместный проект, младший отнёсся ко всему с должным вниманием и пониманием.       «Наблюдательный, заботливый и такой вкусный!» — звонко пропела нежность, согревая душу и отпуская все сомнения.       Его язык заработал увереннее — играя, дразня, исследуя постепенно расслабляющееся и раскрывающееся колечко и пытаясь пока ещё робко проникнуть внутрь. «Мне действительно нравятся парни. А конкретно — один из них. И это ты, Бо…» — подумал Сяо Чжань почти счастливо, стараясь доставить притихшему младшему максимальное удовольствие.       «Стоп! Так он ВСЁ знает о тебе? А-Чжань, Бо-ди знает, что ты ГЕЙ!» — неожиданно окатила ледяной волной его разгорячённое воображение банальная трусость. К ней тут же подключились осторожность и скептицизм, завывая на все лады: «Не ведись на это. Остановись! Потом поздно будет, и ты пожалеешь… ОН пожалеет… Вы ОБА пожалеете и проиграете. Нельзя! Нельзя гадить там, где ешь, и заводить роман на работе. Вам не справиться с этим!».       «Хватит! Уходи сейчас же. Иди в ванную и дрочи, но Ван Ибо не трогай!» — сказал своё веское слово врождённый рационализм, беспардонно встряв в его внутренний диалог. И Сяо Чжань, уже довольно глубоко погрузившийся языком в податливое, но узкое нутро младшего, резко остановился.       — М-м-мм!.. Гэ, не останавливайся! — сладострастно простонал Ибо и подался задницей назад, буквально вжимая её в чжаневское лицо.       И что теперь ему, по-вашему, делать?       Убегать, прятаться или…?              Когда его просят, Сяо Чжань не привык отнекиваться: он всегда старался быть вежливым и внимательным к другим. Так его воспитали родители, постоянно внушая, что людям нужно помогать. Вот он и помогает — как может, проявляя социальную ответственность и взаимопомощь. Всё, как говорится, строго в соответствии с заветами предков. А прятаться, отказывая другу в такой малости, как небольшая анальная стимуляция и немного ласки, — это точно не к нему.       Его язык задвигался быстрее, вылизывая и лаская эрогенную зону Ибо, а тихие стоны младшего лишь подтверждали правильность его действий. К тому же короткие угумканья и сдавленное мычание почти сразу перешли в страстные повизгивания, долгие всхлипы и… активные движения бёдрами навстречу.       Похоже, парню под ним было больше чем просто хорошо — ему было ахуенно, и это возбуждало сильнее всех афродизиаков в мире. Сам Ван Ибо был одной большой ходячей виагрой, а он, как заправский наркоман, дрожал над каждой каплей этого шумного и манящего «наркотика».       Сердце застучало сильнее, будто стремясь изо всех сил угнаться за быстрыми толчками бёдер младшего.       «Видишь, он доволен и даже подмахивает тебе», — усмехнулась страсть.       «Это пока он не почувствовал внутри себя палец!» — тут же воскликнул скептицизм, подталкиваемый заботой и ратующий за безопасность в сексе.       В этот момент Сяо Чжань ввёл в тело Ибо указательный палец — не глубоко, всего лишь на одну фалангу. Аккуратно покрутил им, прислушиваясь к изменению дыхания партнёра, замершего от неожиданного проникновения, и, не уловив никаких признаков дискомфорта или протеста, осторожно попробовал протолкнуть его немного дальше.       Ван Ибо громко ойкнул и тихо матернулся, когда длинный чжаневский палец оказался в нём на уровне второй фаланги. Старший остановился, ожидая разрешения продолжать. Его возбуждённый член истекал желанием, и на пижамных штанах проступило небольшое мокрое пятно.       Младший постоял-постоял, затем слегка поёрзал, видимо пробуя своей дырочкой неожиданного вторженца на вкус, и смело двинулся навстречу, насаживаясь до упора. После чего снова завис, как бы раздумывая или прицениваясь.       — Ты как? — хрипло спросил Сяо Чжань, из последних сил сдерживая своего «ретивого братца», жаждущего выпрыгнуть из трусов и вбуравиться в это сладкое, девственное тело всей своей изголодавшейся мощью.       Его член был не из мелких — ровный, длинный и упругий, красота, а не член. Правда, не очень толстый, но вполне впечатляющий. Недаром в своё время на концертах X-Nine зрители захлёбывались криками, стоило только ему с ребятами выйти в узких штанах, больше похожих на лосины и мало что скрывающих от глаз публики. А когда они начинали исполнять свои суперзажигательные танцы [3], уровень адреналина в зале взлетал до небес. Фанатки бывало даже снимали бельё и кидали его на сцену, наблюдая, как они гибкими лианами извиваются на стульях. И пусть те танцевальные па скорее смахивали на стриптиз, чем на выступление айдол-группы, их фактуру публике они демонстрировали весьма наглядно.       Глубоко внутри Сяо Чжань действительно гордился тем, как рельефно выглядели «интересные» части его тела во время откровенных движений. Ну что поделаешь, если обтягивающие джинсы чересчур эффектно подчёркивали все эти выпуклости, делая его ягодицы похожими на персик, а топорщащийся гульфик — на баклажан.       Сейчас же пижамные штаны и подавно не могли скрыть несомненный интерес, недвусмысленно демонстрируемый его полностью эрегированным членом. Неугомонный «малыш Сяо» налился кровью так сильно, что казалось: ещё немного этих анальных игр — и его разорвёт от перевозбуждения.       «И останешься ты, А-Чжань, без члена!» — насмешливо подкололо его рациональный мозг ехидное подсознание, а услужливая фантазия тут же подкинула весьма неприятный кровавый образ.       «Цыц, тушканчики — все по норам! А ты, Чжань-Чжань, продолжай не торопясь. Пожалей своего неопытного любовника, который так бесхитростно открылся и доверился тебе», — встряла во внутренний спор совесть, направляя его руку и замедляя уже довольно жёсткие поступательные движения.              Ван Ибо ныл и скулил, то неожиданно зажимая задницу, то, наоборот, расслабляясь, отчего, видимо, испытывал не самые приятные ощущения, когда палец довольно грубо хозяйничал в его прямой кишке, надавливая на неподатливые стенки и настойчиво пытаясь растянуть их почти всухую. Сяо Чжань вроде бы ощущал внутри следы смазки — это говорило о том, что малыш был знаком с теорией и пытался следовать правилам прежде, чем заявиться к нему в номер. К сожалению, использованного ранее лубриканта оказалось слишком мало, чтобы всё происходящее было действительно комфортным.       — Чёрт! — в сердцах выругался он и стал осторожнее и нежнее, изнывая от боли в пылающем похотью члене, но заставляя себя не торопиться и проявлять заботу. Голова кружилась, а тело пылало, словно в огне.       Чем громче стонал младший, тем тяжелее приходилось старшему, упорно работающему над тем, чтобы впоследствии хорошо стало им обоим. Поэтому второй палец был введён решительно и быстро — и от этого Ван Ибо заплакал.       — Больно! — всхлипнул он, и Сяо Чжань тут же остановился, давая ему привыкнуть к распирающему изнутри чувству. — Я… я писать хочу, — тихо проскулил Ибо, ёрзая на его пальцах и тем самым делая себе ещё больнее.       — Давай тогда остановимся, — деланно спокойно предложил старший, умирая внутри от жгучего желания близости и не будучи уверенным, что действительно сможет остановиться и всё закончить, так и не приступив к «основному блюду».       — Нет! — твёрдо ответил Ван Ибо, шумно выдыхая, и сам сделал несколько движений взад-вперёд, показывая партнёру, что готов продолжать, несмотря ни на что. — Член болит, — пожаловался он и откровенно потёрся пахом о диванную подушку, сбивая ритм чжаневских пальцев. — Кончить хочу дико… Помоги мне, гэ! — потребовал он капризно, превращая почти завершённый процесс растяжки в не пойми что.       — Нельзя! — почти грубо ответил Сяо Чжань и схватил его свободной рукой, удерживая на месте.       Не задумываясь, он с силой сжал пальцы на лилейно-бледной коже мечущегося любовника, пытаясь помешать его дрочке и тем самым сохранить для них обоих шанс на совместный оргазм.       «Останутся синяки», — тут же подскочила и запричитала забота, и хватка на бедре Ибо стала чуть слабее. В горле запершило, и он проговорил хрипло — не то уговаривая, не то приказывая:       — Просто подожди немного и постарайся максимально расслабиться. Я почти закончил. Обещаю, что потом всё будет так, как ты хочешь.       — Но мне нужно сейчас, не могу терпеть! — взвизгнул Ван Ибо, вырываясь и вновь устремляясь к многострадальной подушке. При этом он крепко схватил себя за член, водя рукой по стволу и тихонько поскуливая от удовольствия.       Сяо Чжаню пришлось забить на все опасения по поводу отметин на теле младшего и впиться в его бедро ещё сильнее, стараясь преодолеть сопротивление и любой ценой зафиксировать брыкающегося партнёра в одном положении.       — Чёрт, Бо! Не дёргайся, а то пораню! — раздражённо воскликнул он, но тут же добавил уже с нежностью: — Потерпи ещё чуточку… я почти… О-у-у! Нашёл!       На этих словах он легко надавил на крохотный узелок внутри, и Ибо натурально взвыл, захлёбываясь рыданиями. Сяо Чжань лишь усмехнулся, наклонился и поцеловал дрожащего парня, скользнув губами по спине — где-то между лопатками и поясницей.       На коже младшего выступила испарина, а тонкие всхлипы мешали точно понять, приятно ему или всё-таки больно. Это напрягало и беспокоило. Пришлось стараться вдвойне, исследуя и лаская с особой осторожностью.       — Ещё чуточку, Бо-ди… ещё разок, — заворковал старший, переполненный заботой. — Я буду аккуратнее, милый, и… бинго! Ты ощутил это? — спросил он с победными нотками в голосе и погладил найденный бугорок так бережно, как это только было возможно.       — А-А-ААА-О-ООО-АА! — громко провыл Ибо, совершенно позабыв о том, что стены в их отеле довольно тонкие, а слышимость — отменная. Правда, сразу же после этого он жадно взмолился, захлёбываясь и чертыхаясь: — Блядь! Гэ… Чжань-гэгэ!.. Сделай так ещё раз, но… мягче… пожалуйста. Чёрт! Чёрт! Чё-ё-рт…       — Как скажешь, милый, — тут же согласился Сяо Чжань, снова и снова легко надавливая на потаённое место.              Стимуляция нервных окончаний требует филигранности и выдержки: удовольствие слишком быстро может смениться неприятием и болью. Доставлять боль партнёру он не хотел, а напротив, желал лишь комфортить и баловать своего сладкого мальчика, со всем рвением откликаясь на его просьбы.       — Ещё!.. Хочу ещё! — стенал в исступлении Ван Ибо пока бился в его руках, словно пойманная на крючок рыба. Он то вырывался, то затихал, но с маниакальным упорством продолжал трахать диванную подушку, шипя от перевозбуждения и непривычных ощущений, накрывающих его с головой.       Такое поведение было опасным, и Сяо Чжаню пришлось слегка охладить его пыл.       Он просунул руку ему под живот, аккуратно придерживая и слегка лаская, после чего довольно сильно надавил на пресс, напоминая любовнику, что тот здесь не сам и в деле удовольствия они — одна команда. Если малыш увлечётся и кончит прямо сейчас, он вряд ли сумеет полностью расслабиться потом, когда это будет необходимо, и все его… вернее, их старания пойдут насмарку.       А такого расточительства Сяо Чжань допустить не мог. Особенно сейчас, когда всё, о чём он мечтал, было так близко, а вкус обладания Ибо пьянил сильнее самого крепкого алкоголя. Это был поистине лучший момент в его жизни.       Прекрасный и незабываемый момент…       

***

             Разгорячённый член младшего стоял колом и истекал смазкой, точно действующий вулкан — лавой. Парень стонал, моля ещё и ещё, о чём-то не совсем внятном. Сяо Чжань млел от удовольствия и со всем пылом отвечал на его просьбы, вращая и двигая пальцами так искусно и ловко, словно заправский фокусник — волшебной палочкой.       В конце концов, кто он такой, чтобы отказывать принимающему партнёру в такой малости, как стимуляция простаты? Это невежливо, не по-дружески и вообще дурной тон, а он был воспитанным парнем и внимательным любовником. Поэтому снова и снова касался твёрдого бугорка «мужской точки G», честно выполняя просьбу Ван Ибо, который, похоже, уже плохо себя контролировал, изнывая от невозможности кончить и активной работы его пальцев в собственной заднице. Это действительно умиляло.       «Бо-ди такой открытый, неискушённый и отзывчивый — честный и в своих желаниях, и в своих чувствах», — подумал Сяо Чжань и несколько раз бережно провёл по узелку из нервных окончаний, наслаждаясь стонами партнёра и чувствуя себя в этот момент почти богом, а потом серьёзно заметил:       — Больше нельзя, Бо. К тому же… у тебя это, наверное… первый раз?       Ибо зарделся так сильно, что по всей спине проступили алые пятна, и ответил тихо:       — Да, гэ. Но… — тут же встрепенулся он, — …я не против. И сам очень хочу быть с тобой. Правда, гэ, член так болит, что сил уже нет терпеть, а ты… медлишь!       — Ты был когда-нибудь с мужчиной? — отмахнулся от очередных жалоб младшего Сяо Чжань и задал давно мучивший его вопрос. — С парнем? Пробовал анальные ласки или… секс? — спросил он с замиранием сердца, втайне истово надеясь на ответ «нет».       Как бы правильно он ни рассуждал, внутренний собственник заставлял его сейчас пить уксус [4], желая единолично обладать этим великолепным парнем с самым прекрасным телом на свете — таким стойким и покорным в любви. Не любовник, а настоящее сокровище.       Ван Ибо молчал и лишь тихо постанывал, пытаясь двигаться в унисон с его пальцами и насаживаясь на них всё резче и глубже, с какой-то маниакальной обречённостью.       Старшему от этого молчания стало неуютно и по спине пробежал неприятный холодок, заставивший волоски на загривке встать дыбом, как у дворового кота, почуявшего соперника. Он задвигал рукой активнее, на время оставив простату Ибо в покое, и спустя минуту ввёл внутрь третий, безымянный палец. Почти сразу добавил и четвёртый, не обращая внимания на слабые протесты партнёра, обалдевшего от его грубых действий, и мстительно наслаждаясь вздохами и охами младшего, уже почти привыкшего и расслабившегося, но от неожиданности вновь зажавшегося.       Это было охренительно круто — вот так полностью доминировать над человеком, по которому он сох последние месяцы и который сейчас полностью зависел от его воли.              Сяо Чжань ощутил, как эластичные стенки прямой кишки плотно сжали его пальцы, и сдвинул их сильнее, стараясь образовать нечто среднее между ковшом и палкой. Слава богу, он сегодня подстриг и аккуратно подпилил ногти. Иначе мог бы поранить этого доверчивого дурня, стонущего и стенающего, точно баньши[5], но упорно молчащего о главном — о том, что так неожиданно его взволновало.       «Я не верю, что Бо-ди был с кем-то», — убеждённо попенял он сам себе, и движения его руки стали мягче и плавнее, а стоны Ибо — не такими болезненными.       Не надо забывать: они здесь, чтобы получить своё, и он не должен мешать своей глупой ревностью их общему удовольствию, заслуженному месяцами сомнений. Ван Ибо имеет право на личные тайны, а он…       Ну а он имеет право ревновать.       Наверное.             

Продолжение следует…

              Примечания от автора: 1. Соляной столп — библейский символ, связанный с историей жены Лота из книги Бытия. Согласно преданию, когда Бог уничтожал города Содом и Гоморру, Он велел Лоту и его семье не оглядываться. Однако жена Лота нарушила запрет, обернулась и была превращена в столп соли. 2. Видео с Ван Ибо времён продвижения в группе UNIQ с милыми взаимодействиями между участниками. Реалити-шоу «UNIQ The Best Debut»: Это серия из трёх эпизодов, документирующая 24 часа перед дебютным выступлением UNIQ в Китае. Здесь много закадровых моментов и взаимодействия между участниками, включая Ван Ибо. Все эпизоды имеют английские субтитры. Эпизод 1: https://www.youtube.com/watch?v=Gq5dfXZyVUE Эпизод 2: https://www.youtube.com/watch?v=FeWZkURc3LQ Эпизод 3: https://www.youtube.com/watch?v=_t2MlHR89cs Выступления на «Day Day Up»: Группа UNIQ появлялась на китайском развлекательном шоу «Day Day Up», где они участвовали в разных конкурсах, демонстрируя свои взаимодействия. Отрывок от 19 июня 2015 года с английскими субтитрами: https://www.youtube.com/watch?v=GpztZEQ6WFo Появление в 2020 году, где показано возвращение UNIQ: https://www.youtube.com/watch?v=lxsZFgLJ7uk Закадровые моменты с Ван Ибо от 1 апреля 2020 года: https://www.youtube.com/watch?v=ihNAKh3txXk Юный блондинистый Ван Ибо — видео со времён продвижения группы UNIQ: https://www.youtube.com/shorts/jLjsvWdPvEQ 3. Очень интересные и впечатляющие видео танцующего Сяо Чжаня никого не оставят равнодушными: 👉 Концерт X-Nine в Шанхае в апреле 2017 года («In My Own Name») запомнился зрителям энергичными и весьма откровенными танцами участников группы и конкретно Сяо Чжаня, который исполнял «сексуальный» танец, который стал популярным среди фанатов. Концерт проходил 2 апреля 2017 года на Shanghai Grand Stage (Шанхай). https://www.youtube.com/watch?v=aTxY7JrTAwU Именно о таком Сяо Чжане думал автор, когда писал эту главу. И тут вспомнился один старый слух о Ван Ибо времён его участия в шоу Street Dance of China, — популярном китайском танцевальном соревновании, где он был капитаном команды в 3, 4 и 5 сезонах. В слухе предположительно речь идёт о третьем сезоне*. Почему — автор объяснит ниже. Так вот, слова Ибо о том, что его друг «не таков, не агрессивен и вообще подобный стиль ему не подходит» (не дословно, но близко к слуху), как-то идут в разрез с образом Сяо Чжаня с приведённых выше видео (да и ниже тоже). Видимо диди действительно весьма и весьма ревнив, а танцы его Чжань-гэ может лицезреть только он сам 😊 Ссылка на слух: https://t.me/BJYXSZD_NewRumors/57405 *Почему 3-ий сезон (2020)? Ван Ибо был капитаном команды вместе с Джексоном Ваном, Лэем Чжаном и Уоллесом Чаном. Это был его первый сезон на шоу, и фанаты повсеместно обсуждали его взаимодействия с другими капитанами, особенно с Джексоном. К тому моменту Сяо Чжань после «Неукротимого» тоже вышел на пик популярности и вполне мог упоминаться в закулисных разговорах или шутках участников шоу, особенно если кто-то из них (например, Джексон) являлся его фанатом. Такая вероятность довольно высока, так как 3-ий сезон совпадает с периодом активного обсуждения The Untamed и BJYXSZD. **JM — автор предполагает, что это Джексон Ван (Ван Цзяхао) — известный рэпер, певец и участник группы GOT7, который был капитаном команды в Street Dance of China в сезонах 3 (2020) и 4 (2021). Джексон был коллегой Ван Ибо и их взаимодействия были популярной «горячей» темой среди фанатов. К тому же он известен своим открытым и общительным характером и часто шутил с другими капитанами. Он вполне мог упоминать и Сяо Чжаня. Ещё немного потрясающего Чжань-гэ — закадровые моменты Шанхайского концерта: https://www.youtube.com/watch?v=81FME_OZtpw А вот наша скромняжка Чжань-гэ с другим — уже милым — танцем на другом мероприятии 2018 года: https://www.youtube.com/watch?v=zcRdnOLwjTE Может он и не такой хороший танцор, как Ван Ибо, но харизма то харизма… Во всех смыслах этого слова прёт и выпирает 😊 Бонусом от автора видео с выступления группы X-Nine в 2018 году с поющим, а не танцующим Сяо Чжанем. Гэ здесь невероятно милый и совсем молоденький: https://www.youtube.com/watch?v=gnPzewwOYEU 👉 X-Nine Shenzhen Concert 2018 — Full Cut with Xiao Zhan: По ссылке читатели найдут полную запись концерта X-Nine в Шэньчжэне 1 декабря 2018 года («Keep Online Concert»). Это видео включает выступления группы, где Сяо Чжань активно участвует в танцевальных номерах. https://www.youtube.com/watch?v=M0vFnbfyUqo 👉 X-Nine Keep Online Concert in Hangzhou 2018: Концерт в Ханчжоу 4 октября 2018 года («Keep Online Concert»), где Сяо Чжань исполнил свой сольный сингл «Satisfaction» и участвовал в групповых выступлениях. Это мероприятие стало достаточно значимым в карьере и группы и конкретно Чжань-гэ. Оно отличалоь энергичными танцами и яркими костюмами. Некоторые видео с того мероприятия можно поискать здесь: https://xiaozhan.ca/extras/xiao-zhan-profile/x-nine-2016/x-nine-2017/x-nine-2018/ Видео с концерта X-Nine «Keep Online Concert» в Ханчжоу 4 октября 2018 года, на котором Сяо Чжань исполняет «Satisfaction». Видео включает также «специальный сюрприз» от X-Nine. https://www.youtube.com/watch?v=yYx-Y_M7MD4 Бонусом идёт фан-видео от фанатов с этого концерта в Ханчжоу, с фокусом на Сяо Чжане. Оно отлично подчёркивает его харизму и энергичную хореографию: https://www.youtube.com/watch?v=hVNUjEvdPP4 Видео из Ханчжоу, на котором Сяо Чжань исполняет песню «I Want to Give You»: https://www.youtube.com/watch?v=x201ZaG0Al8 Не танцы, конечно, но как красиво и какой разный образ у Сяо Чжаня на всех этих видео с его выступлений. Какой он разносторонний и шикарный артист, уже в самом начале громко заявивший о себе, замеченный и по достоинству оцененный фанатами (судя по реакции зала). 4. «Пить уксус» — значит ревновать. 5. Баньши (от ирландского bean sí — «женщина из Сида», мира фей) — персонаж ирландской мифологии, дух-предвестница смерти. Обычно появляется в образе женщины в длинном белом или сером одеянии с распущенными волосами, которая стенает или воет у дома, где вскоре должен умереть кто-то из семьи. Её голос — не крик, а пронзительное, печальное завывание, от которого стынет кровь. Считается, что баньши не причиняет вреда, но её появление — зловещий знак.