ТВОЙ КОТИК

      Этой ночью Сяо Чжань спал беспокойно, то и дело просыпаясь от обрывков собственных мыслей и смутных, сумбурных образов, но утром, вопреки ожиданиям, встал на удивление бодрым и как никогда полным сил. В теле чувствовалась странная, почти звенящая энергия, требовавшая немедленного действия.       По дороге на работу он попросил водителя заехать в аптеку. Список был конкретным: аспирин, пластырь, несколько широких эластичных бинтов и — Сяо Чжань произнес это совершенно буднично — две пачки презервативов для анального секса в комплекте с большим тюбиком ментоловой смазки.       Водитель ощутимо вздрогнул, явно удивлённый неожиданной просьбой, и бросил на него взгляд через зеркало — в нём вспыхнул странный, двусмысленный огонёк. Тем не менее полученное задание он выполнил беспрекословно и вскоре вернулся, неся бумажный пакет, и с тихим шелестом поставил его в багажник. Лицо у него при этом оставалось непроницаемым, а рот был плотно сжат, подчёркивая тонкой линией широкие скулы и не в меру тяжёлый подбородок. По всему было видно, что происходящее его не просто не радовало, а здорово напрягало.       Пожевав губы и недовольно хмыкнув, он сел за руль и негромко произнес, стараясь скрыть растущее раздражение:       — Завезу покупки к вам в номер, Сяо-лаоши, чтобы не привлекать лишнего внимания на площадке. Может, нужно что-нибудь ещё?       Сяо Чжань на мгновение задумался, глядя в глаза ассистента через отражение, и неожиданно для самого себя выдал на одном дыхании:       — Пожалуйста, возьмите мою личную карту, — с этими словами он протянул свою кредитку. — И съездите в секс-шоп… Купите там крепкую портупею и плётку. Мягкую, но достаточно эластичную. Еще средних размеров дилдо и анальную пробку с розовым стразом. Дилдо тоже выберите розовый. Мне с недавнего времени начал очень нравиться этот цвет.       Ассистент замер, поражённый его словами, словно ударом молнии, и едва не забыл нажать на педаль газа. В его глазах застыл немой вопрос — даже не вопрос, а целое «вопросище». Но Сяо Чжань, будто не замечая его шока, как ни в чём не бывало продолжал перечислять необходимые ему вещи, постукивая указательным пальцем по губам в рассеянной задумчивости:       — И смазку с эффектом обезболивания, со вкусом карамели и персика. Возьмите сразу несколько тюбиков, пусть будут про запас. Еще эфирные масла: жасминовое, апельсиновое и пачули… Так, что ещё? — он заговорил быстрее, почти скороговоркой. — Ещё женские стринги размером… наверное, «М». Или лучше «L»? Затрудняюсь сейчас сказать точно… Вы, уважаемый, там сами прикиньте на месте. Выберите такие, чтобы подошли на бёдра примерно моего размера, но на чуть более округлые ягодицы. Надеюсь, вы справитесь. Хах!.. Главное, чтобы с высоким закрытым передом, а сзади — буквально ниточка. Кружевные, полупрозрачные. К ним — нитяные чулки в сеточку. Белые. И подвязки… Подвязки обязательно розовые или малиновые. На крайний случай — красные, но розовые предпочтительнее, в тон трусам. И учтите — на приличную такую, накачанную ногу.       Сяо Чжань перевёл дух и добавил:       — И, пожалуй, это всё. Ах да, пиво и закуски! Желательно утиные шеи, побольше. Закуски — за счёт агентства. А ещё шампанское. На вине не экономьте, пожалуйста — я хочу хорошее и в меру дорогое.       — Хорошо, Сяо-лаоши, я всё сделаю, — кивнул водитель, стараясь сохранять профессиональное спокойствие вопреки всему.       Его руки, лежащие на руле, слегка подрагивали, а внутри всё замирало от предчувствия если не гибели, то огромной катастрофы, подкравшейся оттуда, откуда её совсем не ждали. Эта самая «катастрофа», удобно расположившаяся на заднем сиденье с лёгкой улыбкой, мелодичным голосом и чуть заспанным, осунувшимся лицом его подопечного, неожиданно выросла до размеров настоящего стихийного бедствия. И всё это — благодаря лишь паре фраз и небольшой просьбе, за которой стояло такое, о чём лучше было не думать и не говорить. Похоже, их безоблачному существованию и слаженному взаимодействию пришёл конец, как и, вполне возможно, его работе в агентстве.              О карьере Сяо-лаоши помощник и по совместительству водитель предпочитал пока не задумываться — слишком страшно было заглядывать в эту бездну. Ему бы о себе сейчас позаботиться и дурацкую просьбу выполнить. И за что только на него свалились все эти напасти?!       Сяо Чжань был беспроблемным артистом, работать с которым прежде было легко и приятно. Вежливый, внимательный и тихий — именно о такой «звезде» ассистент всегда мечтал и искренне радовался, когда его приставили к этому интеллигентному парню с великолепной внешностью и покладистым характером. Но всё это осталось в прошлом. До этого чёртового утра и этой… кхм-мм… совершенно безумной просьбы.       В голове речитативом звучало только одно: «Блядь, лишь бы не запороть съёмки. Только бы всё обошлось и не случился скандал. Боже, как же теперь быть?!». И самый главный вопрос — прямо-таки «вопрос дня», не дающий покоя: «Кто же его пассия?».       Ладони вспотели, под волосами взмокло, а за шиворот скатилась холодная капля пота, напоминая о том, что сегодня им предстоит довольно жаркий день во всех, мать его, смыслах. И это, похоже, было связано не только с работой. Или, скорее, вообще не с работой.       «Ах ты ж ёшки-матрёшки!» — выругался водитель про себя, стараясь унять сердцебиение и выровнять пульс, разогнавшийся до бешенного темпа олимпийского спринтера. Он сжал руль посильнее и перестроился из правого ряда в средний, прибавляя скорость, чтобы успеть на грим вовремя. В конце концов, какие бы странности ни преподносила ему судьба, об основных обязанностях забывать не стоило. А главная из них заключалась в том, чтобы доставлять подшефного артиста к месту работы вовремя и всячески помогать ему на съёмках.       Вот он и доставлял… и помогал…              Спустя пару минут в салоне воцарилось молчание, прерываемое лишь гудением двигателя и шумной работой кондиционера. Автомобиль был не новым и далеко не представительского класса — обычная рабочая лошадка. Сяо Чжань мысленно поблагодарил судьбу хотя бы за плотную тонировку и более-менее чистый салон. Он давно привык к тому, что агентство экономит на нём, и перестал обижаться на такие мелочи.       Другое дело — Ван Ибо… У его напарника всегда было всё самое лучшее. Yuehua Entertainment не скупились на комфорт для своего «золотого мальчика».       Думать об этом сейчас не хотелось, а думать об Ибо — было попросту боязно. Здраво рассудив, что не стоит тратить время попусту, Сяо Чжань достал из рюкзака свою многострадальную копию сценария и погрузился в изучение текста. Впереди его ждал день, полный тревог, волнений и изматывающего труда, к которому стоило подготовиться со всей ответственностью. В первую очередь морально.       

***

             Водитель сосредоточенно смотрел на дорогу сквозь лобовое стекло, плавно поворачивая руль и избегая резких движений. Автомобиль скользил по шоссе в общем потоке, словно небольшая чёрная птичка в огромной стае таких же, как она, неугомонных пернатых. Вдали над горизонтом поднималось яркое солнце, окрашивая небо в золотисто-розовые оттенки и делая асфальтовое полотно похожим на гладкую поверхность воды, искрящуюся под утренними лучами. Глаза резало, и они слезились от световых бликов, а небольшой козырёк над стеклом слабо помогал защитить их.       Машинально потянувшись к бардачку, водитель тихо чертыхнулся, вкладывая в ругательство всё своё недовольство: и тем, что услышал, и тем, что предполагал, и всем этим грёбаным утром до кучи. Достав тёмные очки, он неуклюже водрузил их на нос, повторяя про себя странную чжаневскую просьбу. Как ни крути, а впереди маячил огромный пипец, и ему следовало подготовиться к потенциальному скандалу заранее, а лучше — вообще не допустить беды. Короткий взгляд в зеркало заднего вида на своего пассажира недвусмысленно дал понять помощнику: что бы он ни делал и ни предпринимал, свернуть Сяо-лаоши с выбранного пути будет ой как непросто, а скорее — попросту невозможно.       Лицо Сяо Чжаня было безмятежно и задумчиво, но чёткая складочка между бровей и напряжённый подбородок выражали твёрдую уверенность в собственной правоте. Лишь слегка дрожащая нижняя губа и несвойственная ему привычка покусывать её выдавали сильнейшее волнение и подавляемое смятение — похоже, в душе его подопечного шла нешуточная борьба.       — Чёрт! Как же это раздражает… — пробормотал водитель одними губами и вновь повторил про себя всё, что необходимо было купить. Перечень был необычным и впечатляющим.       Он вёл машину молча, переваривая услышанное и поражаясь странному списку покупок. Сколько бы он ни думал, сколько бы ни прикидывал и ни пытался успокоить себя, правда стояла прямо перед ним — огромная, точно слон, которого невозможно не заметить: у Сяо Чжаня намечался роман. И не какой-нибудь, а самый что ни на есть служебный.       Это было, мягко говоря, ужас как не вовремя.              Слабый росток надежды на то, что всё заказанное необходимо его подопечному исключительно для личного самопознания (сиречь — самоудовлетворения), а не для ролевых игр в постели с объектом страсти, был безжалостно уничтожен логикой, даже не успев прорасти.       Ну кому, в самом деле, понадобятся плётка и портупея, если их не на кого будет надеть? Не себя же Сяо Чжань будет охаживать хлыстом после работы? Или всё-таки себя, предварительно нацепив сетчатые чулки с розовыми подвязками? Тут уже попахивало явными извращениями и мазохизмом, но, честно говоря, для ассистента это было бы даже лучше… Лучше, чем если бы в деле был замешан кто-то другой.       Этот неизвестный «кто-то» беспокоил водителя куда сильнее, чем потенциальная авария на дороге или даже мировой финансовый кризис. «Неужели у парня действительно кто-то появился?» — думал он, начиная переживать уже не на шутку. За чересчур близкие отношения подшефного артиста с кем-то из коллег по съёмочной группе его в агентстве точно не похвалят. Наоборот — скорее уволят с «волчьим билетом» за недосмотр.       «Интересно с кем он успел спутаться? Кто этот человек и чем всё это грозит и мне, и ему?» — настойчивая мысль буравила мозг, отвлекая от управления автомобилем. «Вроде бы ни с кем близко не сходился, не флиртовал настолько открыто, чтобы прямо дошло до секса… да ещё и такого необычного. А тут — портупеи, плётки, анальные презервативы… Анальные?! Господи, мы точно влипли!»       От этой догадки ассистента бросило в жар, руки непроизвольно дрогнули, и машина вильнула в ряду, вызвав канонаду возмущённых клаксонов со всех сторон. Мужчина снова чертыхнулся, мёртвой хваткой вцепившись в руль. Он отчаянно пытался осадить собственное воображение. Ну не могло же быть так, чтобы мальчишки окончательно перепутали сценарий с реальностью и решили поиграть в любовь на самом деле?       «Нет, это просто невозможно!» — орал он мысленно, стараясь не думать о катастрофических последствиях подобной глупости. «Перестань нести чушь!» — приказал он себе, но сердце продолжало колотиться где-то в горле. В глубине души он уже понимал, что не ошибся, но из чувства самосохранения до последнего отказывался в это верить.       Необходимо было во что бы то ни стало узнать правду, и как можно быстрее. Поэтому спустя пару минут, измученный сомнениями и далеко не праздным любопытством, он не выдержал и, слегка замявшись, переспросил своего пассажира, отвлекая того от чтения:       — Сяо-лаоши, простите мою дерзость, но… зачем?       — Что «зачем»? — не сразу понял Сяо Чжань, недовольно отрываясь от страницы.       Сегодня предстояли тяжелые натурные съемки с трюками и сложнейшими диалогами. Ему нужно было полное погружение в персонажа, а не бесконечные мысли о… о Ван Ибо. Поэтому он старался максимально подготовиться, чтобы не ударить лицом в грязь и не опозориться на площадке, а тут — какие-то глупые вопросы. Он же уже всё сказал и даже кредитную карту отдал, но, видимо, ассистент не понял или…       О том, что на него донесут в агентство, думать не хотелось — помощник ему действительно нравился, и у них вроде бы установились вполне дружеские отношения. Но чужая душа, как говорится, потёмки, а в шоу-бизнесе каждый сам за себя. Было бы очень обидно узнать, что тебя подставили, но он привык быть готовым ко всему. Поэтому решил «включить дурачка» и не говорить больше ничего, кроме того, что уже было озвучено. В конце концов, кто из них босс?! Он — артист, а ассистент — его помощник и… надзиратель. Но всё-таки главный здесь он.       — Зачем вам все эти вещи?! — выпалил водитель, переключая передачи и выжимая педаль газа, но тут же прикусил язык, испугавшись собственной наглости. Снедаемый изнутри беспокойным любопытством, он на мгновение забыл о субординации. И пусть Сяо-лаоши был его подопечным, он оставался и его боссом тоже — помощнику платили за работу на него, а не наоборот.       Замерший на заднем сидении Сяо Чжань молчал, и лишь прерывистое дыхание выдавало его растущее недовольство. Повисло неловкое молчание. Конечно, его подшефный был человеком мягким и воспитанным, но он крайне не любил, когда лезли в его личную жизнь. Однако озвученная ранее просьба была настолько неординарной, что ассистент не выдержал и проявил любопытство, наплевав на чжаневское желание побыть в тишине и сосредоточиться на сценарии.       — Для мести одному нахальному человеку, — как бы между прочим проговорил Сяо Чжань и добавил с легкими угрожающими нотками: — Но это, господин, исключительно между нами. Я обещаю, что никаких проблем ни вам, ни себе, ни тем более агентству я не доставлю. Поэтому не говорите об этом, пожалуйста, никому! А лучше — вообще забудьте…       Намёк был понят правильно, а спокойная уверенность Сяо-лаоши действовала на помощника лучше всякого успокоительного. Поэтому водитель облегчённо выдохнул и произнёс:       — Не переживайте, босс, я — могила! — бодро отрапортовал он, внутренне усмехаясь.       Тугой комок нервов, свивший гнездо где-то в районе солнечного сплетения, постепенно расслаблялся, давая возможность дышать полной грудью. Какие бы неприятности ни таились в будущем, его подшефный не производил впечатления человека легкомысленного или готового поставить на кон всё, включая собственную карьеру.       «Что бы ни случилось, парню тоже есть что терять. Им обоим…» — успокоил себя мысленно ассистент и прибавил скорости. Автомобиль плавно катил по широкому шоссе, рассекая поток и уверенно обходя зазевавшихся водителей. Машина неслась навстречу новому дню, словно корабль, подгоняемый попутным ветром, а его «капитан» — то есть он сам — держал штурвал крепко и уверенно. Если уж у Сяо Чжаня и закрутился роман с напарником, то, может, это даже пойдёт на пользу дораме и выведет это малобюджетное кино в топ? Было бы здорово. Если дорама «выстрелит», им и финансирование добавят, и новых помощников наймут. Не всё же ему одному шуршать за четверых.       На этой приятной ноте водитель решил больше не заморачиваться и довериться обстоятельствам, а главное — ответственности и здравомыслию своего артиста. А заказанные вещи… Ну что же, он их купит. Почему бы и нет? Раз его «звезда» хочет и так вежливо просит, разве он вправе отказывать?       «Интересный человек этот Сяо Чжань, а какая фантазия — закачаешься!» — стучали в мозгу маленькие молоточки искреннего восхищения чужим креативом. В глубине души он уже предвкушал, как расскажет эту «смачную» сплетню своему любовнику, Ли Фэну. Может даже сам кое-что прикупит из вышеперечисленного для них двоих. План Сяо Чжаня его искренне воодушевил. Они с Фэном давно не позволяли себе ничего романтичнее быстрой дрочки или короткого минета перед сном — пора было это исправлять.       «Вон Сяо-лаоши как заморочился, придумывая себе эротические развлечения», — восхищенно подумал водитель и твердо решил следовать его примеру: купить для них с возлюбленным нечто подобное, призванное разнообразить скучную сексуальную жизнь. «Это будет настоящим сюрпризом для Фэна, когда я вернусь домой…» — похвалил он себя мысленно и счастливо улыбнулся, живо представив удивление и восторг своего партнёра.              Эти приятные мысли отвлекли его от дороги, и машина резко вильнула, чуть не врезавшись в медленно тянущийся впереди прицеп. От неожиданности водитель грубо выругался, но тут же спохватился и извинился перед Сяо Чжанем, дав себе слово не отвлекаться на постороннее во время работы и больше не материться. Желательно — никогда.       Его пассажир, казалось, ничего не заметил, полностью поглощённый чтением сценария. Он лишь благосклонно кивнул на извинения, давая понять, что услышал и принял их к сведению. Затем, оторвавшись от надушенных страниц, он посмотрел помощнику в затылок, перевёл взгляд на зеркало заднего вида и, встретившись глазами с тёмными стёклами его очков, задумчиво произнёс, растягивая слова:       — Ах, вот ещё что… — начал Сяо Чжань и улыбнулся своему отражению, проговорив самым вежливым и милым тоном: — …Зайди, пожалуйста, в зоомаркет и купи широкий кожаный ошейник для бойцовских пород. Чёрный и с шипами. Или красный, если будет… А лучше вообще розовый, но обязательно шипастый и с заклёпками — этакий кожано-байкерский гламур. Конечно же, розовый подойдёт лучше всего, но и чёрный будет нормально.       — У вас есть собака? — невинно поинтересовался ассистент, пряча улыбку за непроницаемым выражением лица и живо представляя самого себя с плёткой, а своего Ли Фэна — в ошейнике с шипами. Правда, глаз от дороги он, слава богу, больше не отрывал и вёл автомобиль уверенной, твёрдой рукой. Ему на сегодня дорожных приключений уже хватило. Да и в аварию попадать не хотелось от слова «совсем». Это пассажирам легко, а водитель должен быть всегда начеку.       — Это для… для друга, — спокойно ответил Сяо Чжань, подмигнув ему через зеркало с видом заправского заговорщика, и загадочно улыбнулся.       После этого они понимающе переглянулись, и сердце водителя забилось сильнее. Выдержать чарующую улыбку Сяо-лаоши мог далеко не каждый, особенно если этот «не каждый» — самый настоящий гей. «Всё-таки босс — до одури красивый мужик», — с восторгом подумал помощник, но тут же вспомнил своего дорогого Фэна и решил, что его возлюбленный в разы лучше: тихий, скромный и по-настоящему его любит. А эти знаменитости… от них одна головная боль. Да ещё и такие транжиры — вообще денег не считают.       «У него даже страницы надушены чем-то особенным и дорогим. Интересно, для кого?» — задал он себе далеко не праздный вопрос, вновь задумавшись о том, кто же может быть избранником Сяо Чжаня среди съёмочной группы.       На ум по-прежнему приходило только одно имя, особенно в свете заказа на анальные презервативы и пробку. Однако стринги, чулки и подвязки… Это немного смущало и заставляло краснеть от одного только предположения, а уж картины, живо всплывающие в воображении, действовали на психику не хуже крепкого алкоголя.       Мысли понеслись вперёд, сметая преграды и рождая самые невероятные образы в голове внезапно зардевшегося водителя, что снова стало чревато последствиями. Машина опять начала вилять, выбиваясь из стройного потока на загруженном шоссе. Пришлось быстро брать себя в руки и сосредотачиваться на своих непосредственных обязанностях. «Будь собраннее, а то такими темпами мы до площадки не доедем!» — пожурил он себя мысленно.       В этот момент ему в нос ударил пьянящий запах чжаневских духов с едва уловимым привкусом горечи, которая, впрочем, его совсем не портила.       «Видимо, лаоши действительно сумел выбиться в люди, раз может позволить себе так разбазаривать дорогой парфюм. Или ему Ибо подарил?.. Тьфу ты, чертовщина всякая в голову лезет! Смотри на дорогу, а не романами знаменитостей интересуйся!» — напомнил он себе и уставился вперёд, перестраиваясь в крайнюю левую полосу. Им следовало ускориться, иначе они реально опоздали бы на грим. Однако бесёнок, плотно засевший в душе и периодически не дающий вести себя «правильно», решительно подтолкнул беднягу-ассистента к очередному высказыванию. Или это была банальная гейская солидарность?       — Ну тогда интересной вам, Сяо-лаоши, дружеской встречи! — с улыбкой пожелал он своему пассажиру почти искренне и слегка притопил.       Автомобиль понёсся со скоростью потока, и все лишние мысли вмиг выветрились из головы водителя. «Безопасность важнее», — отдавалось в висках настойчивым речитативом, а ноздри с удовольствием улавливали тонкий аромат дорогущего парфюма. Машина мчалась в потоке других автомобилей, обгоняя и лавируя между ними. Он старался изо всех сил успеть на съёмки, ведь они действительно уже немного опаздывали.       

***

             Сяо Чжань прикрыл глаза и наконец позволил себе задремать. Сегодня силы понадобятся ему как никогда.       С одной стороны, было до дрожи страшно снова встретиться с Ван Ибо, а с другой… А с другой, он желал этого каждой клеточкой своего существа. Хотел так сильно, что всё тело прошивало острой, почти невыносимой болью от одного только воспоминания о гладкой и нежной коже младшего, о его тихих вздохах и обволакивающем, хрипловатом грудном смехе. А уж всё остальное, что они делали ночью и, что бережно хранилось в его памяти, превращало волю Сяо Чжаня в податливое желе, лишая всякого самообладания и затаскивая всё глубже и глубже в ад собственных желаний, которые пока ещё оставались нереализованными.       Он жаждал этого обладания, дико хотел трахаться и теперь более чем отчётливо понимал: несмотря ни на какие запреты будет это делать и непременно с Ван Ибо. Никто другой ему не был интересен, и вряд ли в ближайшее время сумеет заинтересовать.       И пусть вчера вечером — а если быть точным, то глубокой ночью — он дал себе твёрдое слово больше никогда не повторять подобного и во что бы то ни стало держать дистанцию, но уже сегодня… сегодня он попросил ассистента купить все эти шокирующие вещи.       Парадокс, однако.       «Ну ты и врун, А-Чжань! Столько пафоса и столько несбыточных обещаний самому себе», — едко подколол он себя мысленно и едва заметно улыбнулся, окончательно погружаясь в зыбкую дрёму. В голове теснилось множество самых разных и весьма оригинальных фантазий. Забытый сценарий лежал рядом на сиденье, раскрытый как раз на странице с описанием сцены кражи кур, где Лань Ванцзи, находясь в изрядном подпитии, настойчиво тыкал в Вэй Усяня жирным петухом, приговаривая: «Это тебе! Всё тебе…»       — Это тебе… Всё тебе, малыш… — едва слышно прошептал Сяо Чжань, блаженно улыбаясь во сне, и наконец окончательно провалился в глубокое забытье.       — Сяо-лаоши, поспите немного. У нас есть ещё добрых полчаса в дороге, — почти шёпотом проговорил водитель и плавно сбавил скорость, чтобы не тревожить сон пассажира.       Почему-то в этот момент он испытал прилив странной, почти братской нежности к этому красивому парню, который так неожиданно обнаружил себя на «тёмной» стороне.       — Агентство ничего не узнает, — негромко пообещал он, глядя на отражение спящего Чжаня. — А я… если понадобится, я обязательно помогу вам с Ван-лаоши всё скрыть. Не переживайте и… просто постарайтесь стать счастливыми.