Моя вторая жизнь

Джейк тихо и неспешно подошел к дому и приоткрыл калитку, замирая. Его посетило странное чувство, ощущение, что он здесь не один. В темноте было затруднительно что-то разглядеть, и Шим замер, прислушиваясь к тихому шелесту ветра. Включил все чувства на максимум, когда почувствовал знакомый запах. Не могло же ему показаться… — Привет! — из-за угла вынырнул Сонхун, заставляя Джеюна облегченно выдохнуть. Уже не в первый раз альфа пугал его вот так. — Я соскучился. Без предупреждения Пак заключил его в объятия, прижимая так сильно, что у Джеюна перехватило дыхание. Он лишь неуклюже уложил ладони на широкую спину, а сам прислушивался к чужому громко бухающему сердцу. — Я тоже, — сорвавшиеся с языка слова не были ложью. Шим действительно переживал за Сонхуна каждый день. — Думал, вы вернетесь завтра или через пару дней. — Быстро решили все проблемы и не стали задерживаться, — вожак уткнулся носом в кудрявую макушку омеги, будто не мог насытиться его запахом. — Мне хотелось поскорее домой, увидеть тебя. Приятно было слышать подобные признания, и ледяной осколок в душе Джейка треснул и начал потихоньку таять. Он собирался поговорить с Сонхуном начистоту, но не сейчас. Как-нибудь позже. — Зайдешь? Ты, наверное, голодный с дороги. — Вообще-то я принес тебе мясо, — Пак показал на висевший у него на спине рюкзак. — Чтобы мой омега не голодал. Сердце Джеюна вновь пропустило удар. Если так продолжится, то ему придется принимать таблетки от срыва ритма, а ему всего девятнадцать. Слишком рано для подобного недуга. — Мясо уже некуда класть, — недовольно пробурчал он, принимая все же гостинец. — Мне что, еще один холодильник покупать? — А погреб ты разве не используешь? — удивился Пак. — У каждого уважающего себя волка есть погреб. — Там такая разруха, что руки не доходят прибраться. Я храню все у Сынмина, — признался Шим, пропуская Сонхуна в дом. — Давно надо было мне сказать. Я бы помог. — Ты — вожак, у тебя куча дел и поважнее, — покачал головой Джеюн. Ему не хотелось приносить альфе неудобства, да и просить о помощи кого-то кроме Сынмина он не привык. С тех пор как его отец захворал и ослаб, Шим со всем справлялся самостоятельно. — Я не только вожак, но еще и твой альфа. Если ты, конечно, не против, — Сонхун внимательно посмотрел на младшего, отслеживая реакцию. — И как альфа я должен помогать своему партнеру, а не взваливать все на его хрупкие плечи. — Я не против. И мои плечи не хрупкие, — пробурчал Джеюн, в душе радуясь, что хоть что-то меж ними прояснилось. В последнее время его чувства к Сонхуну изменились. Все начиналось с легкой симпатии и чувства долга, а еще страха за свое место в стае. Но теперь он ощущал себя иначе. Между ними действительно начала формироваться особая связь, и внимание Сонхуна не могло не радовать сердце и не согревать душу. — Разувайся и проходи, я разогрею ужин. Хорошо, что его холодильник не был пуст. Джеюн, не разрешив Сонхуну хозяйничать, сам накрыл на стол и разогрел для гостя суп и мясо. Аппетит у Пака был зверский — это Шим знал не понаслышке. С таким альфой точно понадобится большой запас мяса в доме. — Ваш поход можно считать успешным? — Да, Субин и его стая встретили нас радушно. С границами вроде как разобрались, проблем не должно возникнуть. По крайней мере, пока Субин занимает пост вожака. Он уже не молод, а его дочь, Самира… с ней возможно будет сложнее. Но думаю, я найду к ней подход. Джейк решил не вдаваться в подробности — он просто был рад, что Сонхун и остальные волки в порядке, и теперь вся стая в сборе. Беспокойство, терзавшее его все время, пока альфы не было рядом, отступило. Шим знал. Что оно не ушло насовсем, а лишь спряталось в закромах сознания, но и это уже было лучше, чем ничего. — Что интересного произошло за время моего отстутвия? — с набитым ртом поинтересовался Сонхун. — Ничего, что заслуживало бы твоего внимания, — о разговоре с Хисыном Джеюн решил пока не распространяться. Он и Чонвону не говорил. — Сону уже сам собирает травы и готовит отвары. К зиме он станет полноценным лекарем стаи. Я ему уже не буду нужен. — Ты всегда будешь нужен как ему, так и нам, ты же его наставник. Но если ты больше не хочешь этим заниматься, можешь найти другое дело. Пойди в охотники, выращивай овощи, занимайся домом. Я не хочу, чтобы ты страдал от нелюбимого дела. — Мне нравится быть лекарем, — задумчиво протянул Джейк. — Это большая ответственность, но я люблю то, что делаю. Особенно сейчас, когда у меня надежный тыл в виде Сону, и наконец появилась возможность отдыхать и высыпаться. С твоего позволения, я бы остался на прежнем месте. Но если я нужен стае в чем-то другом, то я готов. — Ты нужен нам, потому что ты — это ты, — заверил его Сонхун. — Ты мне нужен. И если ты счастлив на своем месте, то счастлив и я. Джеюн сам не знал почему, но ему было важно это услышать. В ту ночь он впервые за долгое время спал спокойно.

***

На этот раз Шим заходил в дом Сонхуна с большей уверенностью. Он был подготовлен. Знал, чего ждать, а еще знал, что нужен Хуну. Что даже если Джейк облажается, альфа его не прогонит. — Как ты? — Шим обнял мужчину, позволяя зарыться носом в шею и приникнуть у местечку, где запах был наиболее силен. — Это я должен спросить. Ты хорошо себя чувствуешь? — вожак оглядел его внимательным взглядом, будто боялся, что Джеюн может не выдержать. Но омега чувствовал себя здоровым. Чувствовал себя желанным. — Я в порядке, не беспокойся. Это я должен заботиться о тебе. Сонхун был не согласен. Схватив Джеюна в охапку, он понес того в свою комнату, желая спрятать от чужих глаз. Не то чтобы кто-то решил за ними подсмотреть, просто во время гона эгоистичное желание присвоить омегу усиливалось, и Пак не желал с ним бороться. Сонхуну нравилось, как пах Джеюн, нравилось касаться его кожи пальцами и языком, нравилось оставлять поцелуи и легкие отметины. Омега под ним растекся лужей, наконец расслабляясь и позволяя Паку делать все, что он хочет. Давая полную свободу действий. В этот раз Шим ощущал, что между ними не просто страсть и желание утолить жажду. Он не мог не замечать той нежности, что теплилась в ледяных глазах, и знал, что партнер его не обидит. — Я буду нежен, обещаю, — прошептал Сонхун, осторожно вводя внутрь пальцы. — Если ты не хочешь узел… — Я подготовился. Все в порядке, — Джеюн улыбнулся ему и клюнул в нос, раскидываясь на мягких простынях. То, с каким обожанием смотрел на него альфа, не могло не разжигать страсть и не возбуждать. Джейк чувствовал, что тек, и ему было немного неловко, но кажется, Хуну все нравилось. Стоило Шиму немного зависнуть в облаках, он ощутил влажное прикосновение чужого языка и вскрикнул от неожиданности и наслаждения. — Сонхун, что ты… — Ты вкусный, — альфа шире развел его ноги, смотря с хитринкой снизу вверх. — Везде. А я очень голодный. Он так хорошо сочетал пальцы и язык, что у Джейка не было ни сил, ни желания возмутиться. Касания Хуна разжигали возбуждение и заставляли вздрагивать от невероятной стимуляции и восторга. Пришлось закусить губу, чтобы не скулить слишком громко и не залить слюнями подушку. Его тело быстро адаптировалось и желало большего. Но на этот раз Сонхун не скупился на подготовку и заставил буквально умолять: — Хуна, пожалуйста, дай мне кончить! Проникновение ощущалось тугим, но невероятно приятным и желанным. Он вцепился в Сонхуна, позволяя тому начать мелко двигаться, каждым движением пуская пятна перед глазами. То, как близко к нему был альфа и как каждый раз Джеюн вздрагивал в его мощных руках, сгорая от удовольствия, сводило с ума. Омега достиг пика слишком быстро, не в силах сдержать хриплого стона и выгибаясь дугой. Мышцы сжимались на члене, заставляя Сонхуна зарычать и ускориться. Нежные движения перешли в грубые толчки, и вот уже оргазм добрался и до него, заставляя закатить глаза от наслаждения. — Ты уверен? — Сонхун напрягся, готовый выйти из расслабленного тела, пока не поздно, но Джеюн кивнул, крепче обвивая его ногами: — Да. Только давай ляжем поудобнее. Пак легко перевернул их, будто Джеюн в его руках был пушинкой. Омега в который раз удивился силе, скрытой в волке. Безумное давление приносило дискомфорт, но больше не пугало. Узел внутри разрастался, заставляя Джеюна всхлипывать и прижиматься ближе. Уткнуться Сонхуну в шею казалось правильным и самым безопасным. Лежать, распластавшись на его твердой широкой груди ощущалось, будто он на своем месте. — Ты в порядке, волчонок? — осторожно уточнил альфа, заглядывая в подернутые мутной поволокой глаза. — Не больно? — Мне хорошо, — усталая улыбка расползлась на искусанных губах, и поцеловав Сонхуна с нежностью и трепетом, Шим улегся обратно. Надо было использовать это время с пользой и отдохнуть, потому что впереди было самое интересное. Гон альфы только набирал обороты. — Я знаю, что ты меня жалел, так вот, ты не должен. Я не рассыплюсь, так что в следующий раз не сдерживайся. И Сонхун не сдерживался. Убедившись, что его омега способен выдержать подобный натиск, он действовал грубее и увереннее, позволив изголодавшемуся до близости зверю выйти на свободу. Его темные зрачки выгнали лед из глаз, хватка на теле Джеюна усилилась, и омега уже не мог сдерживать стоны наслаждения. Позже, правда, у него не осталось сил кричать, а слюни-таки залили подушку, но обоим не было до этого никакого дела. Они были слишком поглощены и увлечены друг другом, чтобы заботиться о происходящем вокруг. Наверное, Джеюн никогда прежде не чувствовал себя таким вымотанным, как в те три дня. Но еще он никогда не чувствовал себя таким привлекательным и желанным.

***

— Ты как? Живой? — Чонвон оценивающим взглядом оглядел его с ног до головы. Джеюн выглядел усталым, но чувствовал себя неплохо. Он пытался прикрыть оставленные Сонхуном метки на шее высоким воротником, но от острого глаза Яна ничего не укрылось. — Все в порядке, — отмахнулся Джеюн, смутившись. — Вижу, у вас с Сонхуном все хорошо. — Ты не рад? — Почему же? Наоборот, — пожал плечами товарищ, — Думаю, рядом с вожаком должен быть такой человек, как ты. Мудрый, добрый, справедливый. Сонхуну с тобой повезло, — он игриво подмигнул Шиму, утягивая того прочь из лазарета. — Главное, скажи мне одно. Твой волк его выбрал? — Я не знаю, — вопрос Вона поставил Джейка в тупик. — Я не очень хорошо его понимаю. Что это вообще значит? — Связь, — с умным видом пояснил Чонвон. — Как будто тебя к нему тянет, ты можешь ощущать его эмоции даже на расстоянии. Так обычно объясняют пары. У некоторых связь формируется после метки и свадьбы, у других — еще до. Что ты чувствуешь, когда обращаешься волком? Ощущаешь ли, что именно он — тот, кто тебе нужен? — Наверное. Я не уверен, — обреченно вздохнул Шим. — Знаешь же, что мой волк слишком слаб, и я не не слышу голосов стаи, как и Сонхуна. Я опираюсь на человеческие чувства. — И что они тебе говорят? — Что он мне нравится, — наконец Джейк был уверен. — Этого недостаточно? — Для отношений — вполне. Для волчьей свадьбы…не знаю. — К такому я не готов. Да и Сонхун…я не уверен, что между нами, — рискнул поделиться переживаниями Джеюн. — Как это, не уверен? Он спрашивал о твоей течке, просил провести с тобой гон. Он ухаживает за тобой, таскает тебе еду и вечно ошивается около дома. Мне кажется, все очевидно. Все идет к одному — вы станете парой. Если ты, конечно, согласишься. — Мне бы твою уверенность. Чонвон закатил глаза — думал, что друг не увидит, но Шим замктил. К сожалению, для него не было все так же очевидно, как для лучшего друга. Слова Хисына посеяли зерно новых сомнений в душе, и теперь он все ждал, когда Сонхун избавится от него, как от ненужного элемента. Ладно, может, не избавится. Но отодвинет на задний план. И да, был еще один оборотень, что ошивался у его дома. Джеюн несколько раз слышал запах Хисына, и даже как-то увидел знакомую патлатую макушку, но тот каждый раз ускользал, так и не поговорив. С того разговора в лесу он избегал Джеюна, а тот не стремился навязываться. Ему не хватало общения с братом, но как прежде, все уже не станет. Ему было грустно из-за этого, но повернуть время вспять юный оборотень был, увы, не в силах. — Заглянем к Сынмину? Я хочу проверить, есть ли у него обед, и помочь по дому. Он будет рад тебя видеть, — предложил Джеюн. Отец обожал его друга и было время, Шим даже немного ревновал к Чонвону, считая, что вероятно, Сынмин хотел бы, чтобы Джейк вырос похожим на Вона. Но это чувство давно прошло. — Сказал бы заранее, я бы приготовил ему сюрприз или поймал что-то вкусненькое, — пробурчал Ян, но покорно поплелся следом. — Как его здоровье в последнее время? — Стабильно. Он вроде справляется по хозяйству, но я все равно волнуюсь. — Понимаю. Мои тоже уже не молодые, и я стараюсь заглядывать и интересоваться, не нужно ли чего. Как и предполагал Джейк, старейшина был очень рад видеть не только его, но и друга. Чонвон и Сынмин были похожи характерами: бойкие, активные, упрямые, преданные близким. Может, именно из-за этого Шим так легко сошелся с лучшим другом. — Глядите, кто пришел, это же лучший защитник моего сына, — Сынмин раскрыл объятия, по-отечески обнимая Чонвона. — У вашего сына есть альфа, теперь это — его ответственность, — пробурчал Ян, все же позволяя себя потискать. — Я не доверяю альфам. Мало ли что у них в голове! А тебе — да. Расскажи, как поживаешь? Надеюсь, надираешь альфам зад, как и прежде? — задорно усмехнулся отец, а на лице Джеюна расплылась улыбка. Сынмин всегда так активизировался, когда приходил друг. — Не сомневайтесь, — довольно кивнул Ян. — Я всех держу в ежовых рукавицах. — Не нашлось еще альфы, что приручил бы нашего Чонвони. Хотел бы я посмотреть на этого смельчака, да боюсь, не дотяну. — Дотянешь, куда денешься, — сердито буркнул Джеюн. Ему не нравились подобные разговоры. Из-за сближения с Сонхуном у него оставалось все меньше свободного времени, но он старался посвящать его Сынмину. Здоровье отца в последние месяцы не ухудшалось, но это не значит, что Шим мог расслабиться и быть уверенным в завтрашнем дне. — Бросьте, Сынмин. Не нужен мне альфа, мне и одному неплохо, — пробурчал Чонвон, однако, глаза пряча. Джеюн посмотрел на друга внимательно и заподозрил, что тот что-то недоговаривает. Надо будет как-нибудь допытаться и узнать, помирились ли они с Чонсоном. — Это твой выбор, малыш. Если комфортно одному — так тому и быть. Я вот прожил полжизни один, и ничего. Но судьба наградила меня таким сыном, — нельзя было не заметить, какой нежностью были наполнены глаза Сынмина, когда он смотрел на Джейка. — Я бы не осмелился просить о большем. — Спасибо, папа, — Джейк поставил перед ним кружку чая и присел рядом. — Я тоже благодарен судьбе за то, что ты приютил меня тогда. И знаешь, я все же рад, что попал в нашу стаю. Неизвестно, как бы все обернулось, останься я среди людей. Да, были моменты, когда Джеюн ощущал себя лишним. Но и в человеческом мире он бы не смог прижиться, ему бы просто не дали. Ему было немного грустно из-за того, что мама не выходила на связь — с самого начала перестала отвечать на письма — но сейчас он примирился, потому что здесь у него появилась новая семья: Сынмин, Чонвон, а теперь еще и Сонхун.