Там, Где Воют Волки

Кора распахнула массивную дверь, и в яркий свет коридора хлынула тьма покоев графини. Она затащила сопротивляющуюся девушку внутрь. Элана, обезумевшая от страха, вцепилась тонкими пальцами в резной косяк двери, отчаянно стараясь сделать всё, чтобы не оказаться в этой комнате, в этой новой, ещё более страшной ловушке. — Умоляю вас, не надо! — в отчаянии вскрикнула девушка, её голос сорвался на крик. Она цеплялась слабыми, исцарапанными пальцами за всё, за что только могла ухватиться, но Кора была сильнее. В глазах графини промелькнула лёгкая, почти незаметная усмешка, в которой сквозила странная горечь. — Убегать было легко, а расплачиваться тебе не нравится? — голос Коры был низким, спокойным, но от этого спокойствия Элане становилось ещё страшнее. — Я больше не стану убегать… — пролепетала Элана. — Конечно, не станешь… — ответила Кора, и в её словах звучала мрачная, непоколебимая уверенность. Она втолкнула девушку в комнату. Элана почти влетела в спальню графини, не удержалась на ослабевших ногах и рухнула на пол, больно ударившись. Кора заперла дверь, поворачивая ключ в замке с лязгающим звуком, который эхом отозвался в тишине комнаты. Затем она медленно развернулась к Элане. Графиня стояла, возвышаясь над ней, высокая, грозная и прекрасная в своей мрачной, неприступной властности. Её фигура, облачённая в строгий костюм для верховой езды, казалась высеченной из камня, а лицо не выражало никаких эмоций. Элана, спотыкаясь, поднялась на ноги. Её взгляд заметался по комнате, ища хоть какой-то путь к спасению. Она метнулась к двери, дёрнула ручку, но дверь была заперта, наглухо и безнадёжно. Затем она подбежала к окну, но было так высоко, что даже мысли о прыжке казались безумием. Элана взглянула на Кору в полном отчаянии. Графиня просто наблюдала за ней, не меняя выражения лица. Она ничего не говорила, не пыталась остановить мечущуюся в ужасе девушку, словно испытывая её. В этот момент Элана поняла: бежать некуда. Она была поймана. Медленно, потеряв последние силы, Элана прижалась к стене и сползла по ней вниз, съёжившись на полу и с ужасом глядя на Кору. — Набегалась? — спросила Кора, её голос был спокойным, но пронизывающим, словно холодное лезвие. Элана смотрела на неё молча, лишь всхлипывая от боли и страха. Её плечи тряслись. Кора медленно сняла с себя меч, который висел на поясе, и положила его на столик. Затем отстегнула плеть. Элана в ужасе отвернулась к стене, сжимаясь в комок и ожидая удара. Она ждала… ждала, когда на неё обрушится гнев графини. Она слышала оглушительные удары собственного сердца, своё сбивчивое, прерывистое дыхание, заглушающее всё остальное. Но удара не последовало. Прошло несколько долгих, тягучих минут. Элана, не выдержав напряжения, осторожно открыла глаза. Кора лежала на огромной кровати, всё ещё одетая в свой костюм для верховой езды. Она устало положила руку на глаза, словно пытаясь оградиться от всего мира. Было тихо, лишь тихие, прерывистые всхлипы Эланы и далёкий, тоскливый вой волков, доносящийся из леса, нарушали эту тишину. Элана не знала, сколько так прошло времени. Измождённая страхом, болью и полным отчаянием, она провалилась в сон, так и сидя, свернувшись на полу в спальне графини. Проснулась Элана, когда первые бледные лучи солнца коснулись её лица, пробиваясь сквозь высокие окна. На ней лежало тёплое, мягкое одеяло — Кора укрыла её ночью. Элана оглянулась, её взгляд заметался по просторной комнате. Графини не было видно. Она была одна. Девушка не двигалась, боялась вызвать гнев, боялась любого лишнего шороха. Она просто ждала, затаив дыхание. Через какое-то время дверь открылась, и Кора вошла в свою спальню. Элана не повернулась, так и сидела, прижавшись к стене. — Я знаю, что ты не спишь, — сказала Кора, и её голос был ровным, без тени удивления. Она взяла стул и села рядом с девушкой, слишком близко, как показалось Элане, отчего та вся сжалась. — Элана, посмотри на меня… Девушка не пошевелилась, её взгляд был устремлён в стену. — Элана! — произнесла Кора, и в её голосе прозвучала неожиданная горечь, словно её сердце сжалось от жалости. Девушка дёрнулась от резкого звука и с трудом повернула голову, посмотрев на Кору. Её глаза были красными и опухшими от слёз. — Что с тобой сделали… — вздохнула Кора, её взгляд был полон печали и какого-то глубинного понимания. — Ты как испуганный зверёк… Послушай меня, дитя, ещё раз послушай меня: я не причиню тебе вреда. В этом замке никто не причинит тебе вреда. Тебе не надо так бояться, не надо убегать. Смотри, что получилось. Я спешила как могла, я надеялась, что найду тебя раньше твоей матери, но я не успела, Элана. Она избила тебя. Находиться тут, в моём замке — это лучшее, что может для тебя быть… Ну зачем ты убежала, Элана? — Я хотела к Ирис… — прошептала Элана, её голос был полон горя. — Ирис и её мать были наказаны твоей матерью по твоей вине, — голос Коры стал твёрже, но без злобы, лишь с нотками суровой правды. — Мать Ирис потеряла свою должность… что их ждёт, я не знаю… Это твоя вина, Элана, понимаешь? И я не смогу им помочь, это не в моих силах. Я имею власть только в своём графстве, но не на землях твоей матери. Элана заплакала снова, горячие слёзы катились по ее лицу. Осознание того, что по её вине пострадали и её подруга, и её мать, было невыносимым. — Вы накажете меня? — спросила Элана, её голос был едва слышен, полный предчувствия. — Твой страх этой ночью и был твоим наказанием, — ответила Кора, её взгляд был проницательным. — Раз ты так меня боишься, провести ночь в моих покоях, наверное, было по-настоящему страшно? Элана кивнула, её тело содрогнулось. Ей было очень, невыносимо страшно в присутствии этой женщины, даже когда та не делала ничего. — Вы выпорете меня? — Нет, Элана, — ответила Кора, её голос был на удивление мягким. — Я не подниму на тебя руку. Никогда… Но ты посидишь взаперти какое-то время, и я не буду допускать к тебе Лииз. Посидишь одна, подумаешь… разберёшься со своими мыслями и своими страхами… Хорошо, Элана? Элана кивнула, не осмеливаясь поднять взгляд. Кора поднялась, повернулась к двери и позвала: — Кассандра! Пожилая экономка, чьё лицо выражало привычное спокойствие, вошла в комнату и поклонилась. — Забери её, — приказала Кора. — Отведи в её комнату, приведи в порядок, накорми и отправь к ней лекаря. Пусть её осмотрят. — Да, Ваша Светлость. — Запри её. Я сама решу, как надолго. И не допускай к ней Лииз, пусть посидит в одиночестве и подумает, что она натворила… Глупая девочка… Кассандра подошла к Элане, помогла ей встать. Девушка была слаба и подавлена. Экономка осторожно вывела её из комнаты. Кора смотрела им вслед, в её глазах читалась искренняя жалость к этой девушке, которую воспитывали лишь как разменную монету для какой-то сделки, не спрашивая ни о её чувствах, ни о её мечтах.