Нити Судьбы: Ее Меч, Ее Щит Том 2

Корабль мерно покачивался на волнах, ветер гнал его на юг под необъятным, звездным небом. Астрид провела часть вечера с капитаном Лейн на мостике, слушая ее рассказы о кровавых рейдах и своих «походах» — плаваниях за живым товаром. Лейн, в свою очередь, выпытывала у Астрид детали северных кампаний Моры, кивала, сплевывала в воду, комментируя распадающуюся армию и безумие королевы. Астрид выпила немного кислого корабельного вина, оно обжигало горло, но притупляло острые края мыслей. Усталость накопилась за долгие дни пути и пережитые потрясения. Она попрощалась с Лейн и пошла в свою каюту. На палубе, освещенной тусклыми корабельными фонарями, жизнь кипела по-своему. Моряки готовились к ночи так, как было принято на работорговом судне. Из люка трюма вытаскивали молодых девушек, их крики и плач смешивались со смехом и грубыми шутками пиратов. Это было обыденностью. Астрид проходила мимо, не обращая внимания. Она видела подобное бесчисленное множество раз, участвуя в захватах деревень на севере. Ее собственные солдаты, ее подруги по оружию, она сама… они тоже «развлекались», подвергая северянок насилию после боя. К этому привыкали. Это становилось частью жизни. Когда она проходила мимо одной из пираток, массивной женщины с жестким лицом, тащившей за собой какую-то девушку, происходящее на мгновение вырвало Астрид из мыслей о пути на юг. Девушка, отчаянно сопротивляясь, вцепилась руками в руку Астрид, словно утопающий за спасательную соломинку. Астрид брезгливо отдернула руку, готовая резко оборвать этот жалкий жест. Она с негодованием посмотрела на северянку… и узнала ее. Та самая девушка из прошлой ночи. Та, которой она бросила одеяло. Мимолетно пронеслась мысль: на этот раз девчонке не избежать… Не избежать того, что было уготовано всем пленницам. И тут же, словно удар, в голове мелькнуло имя: Силена… — Эй, постой! — Крикнула Астрид пиратке, которая в недоумении остановилась, дергая за собой девушку. — Чего тебе, воительница? — грубо спросила пиратка. — Эта девчонка моя, — сказала Астрид, и в ее голосе зазвучали привычные командные нотки. Пиратка усмехнулась. — И давно она твоя? — С прошлой ночи, — отрезала Астрид. — Она мне понравилась. Отдай ее мне. Возьми себе другую из трюма, у тебя полно такого добра. — С чего это я должна отдавать свое?! — взревела пиратка, грубо дернув на себя северянку и положила свою руку на эфес своей изогнутой сабли, Астрид схватилась за рукоять своего меча. Девушка вскрикнула от боли, ее глаза, полные слез, умоляюще посмотрели на Астрид. Лейн, наблюдавшая за этой перепалкой с мостика, хрипло крикнула: — Эй! Вы там что, из-за девчонки сцепились?! Регина, отдай нашей гостье эту северную крысу! Иди себе другую возьми из трюма, мало тебе, что ли? Регина злобно глянула на капитана, затем на Астрид, но спорить с Лейн не стала. С ненавистью швырнув девушку в руки Астрид, она рывком повернулась и тяжело зашагала обратно к люку трюма. Астрид подхватила девушку, которая чуть не упала. Взяла ее за локоть — и грубо, поволокла за собой к каюте. Девушка шла, спотыкаясь, стараясь поспеть за широким шагом воительницы. Астрид втолкнула северянку в маленькую, душную каюту и тут же заперла дверь на тяжелый засов. Девушка стояла посреди каюты, ее грудь вздымалась от прерывистого дыхания, глаза, полные ужаса, не отрывались от Астрид. Астрид сняла с себя кожаный жилет, бросила его на койку. Наклонилась, чтобы стянуть высокие сапоги. Вино и усталость давали о себе знать — сапог поддавался с трудом. Она взглянула на северянку. Девушка, словно поняв по одному взгляду, что от нее требуется, или просто отчаянно желая хоть чем-то угодить, бросилась к Астрид на колени. Дрожащими руками вцепилась в сапог и помогла стянуть его. Затем взялась за второй. Когда сапоги были сняты и отброшены в угол, Астрид посмотрела на девушку, все еще стоящую на коленях перед ней. — Ты схватила меня за руку там, чтобы привлечь внимание? — спросила Астрид, ее голос был низким. — Да… ваша милость, — едва слышно произнесла северянка, не поднимая глаз. — Думаешь, я ничего с тобой не сделаю? — В голосе Астрид прозвучала жесткость. Она только что отвоевала ее у Регины, заявив свои права. В этом мире, на этом корабле, это означало только одно. Девушка промолчала, опустив голову еще ниже, ее плечи дрожали. — Я выпила, — продолжила Астрид, и в ее голосе прозвучала тень чего-то… опасного, необузданного. — Я могу сделать с тобой… еще хуже, чем то, что сделала бы она. Ты понимаешь? — Это… это хотя бы будете только вы… — едва слышно прошептала девушка, и ее слова, полные горькой истины и отчаяния, поразили Астрид до глубины души. — Те… те девушки, которых забрали вчера вместе со мной… их… — Девушка не смогла закончить фразу, ее тело содрогнулось. Астрид все поняла. Ей не нужно было повторять. — Как тебя звать? — спросила Астрид. — Виола, ваша милость, — прошептала девушка, все еще стоя на коленях. — Виола, — повторила Астрид. Она наклонилась. Схватила девушку за ворот грязного платья и резко, подтянула к себе. Толкнула ее на свою узкую койку, затем нависла над ней. Слезы хлынули из глаз Виолы. Она отвернулась. Астрид грубо взяла ее за подбородок, развернула к себе. Ее взгляд был острым, изучающим. Она грубо поцеловала ее — короткий, жесткий поцелуй, в котором не было ни страсти, ни желания. Только отражение привычной жестокости? Ее рука скользнула по лицу Виолы, по шее, по хрупкой груди. Виола лежала, вся сжавшись, дрожа, ожидая самого страшного. Ее глаза были закрыты, лицо искажено от ужаса. Астрид наблюдала за ней. Смотрела на ее страх, на ее хрупкость, на ее слезы. Затем Астрид резко убрала руку. — Вон, — тихо сказала она, и ее голос был полон скрытой боли. — Вон с кровати. Ползи в свой угол. Она столкнула Виолу с койки на пол. — Я скажу капитану, что до конца плавания ты будешь в моей каюте, — голос Астрид был жестким, лишенным эмоций. — Будешь… развлекать меня. Это все, чем я могу тебе помочь, Виола. На юге ты пойдешь на рынок рабов со всеми. Поняла? — Поняла… ваша милость… — прошептала Виола, все еще дрожа, но в ее глазах мелькнуло что-то, похожее на облегчение. — Благодарю вас… — Ползи в свой угол, — приказала Астрид. — И только один звук я услышу от тебя… Клянусь, ты пожалеешь. Девушке не пришлось просить дважды. Она поползла в тот же темный угол каюты, где провела прошлую ночь, свернулась там клубком. Астрид легла на койку, повернувшись к стене. Шум корабля, крики на палубе, тихие, сдавленные всхлипы Виолы — всё это давило на неё. Она лежала в темноте, пытаясь ни о чём не думать, но мысли о недавно оставленной девочке не давали покоя. Из пазухи она вытащила небольшой, смятый комочек ткани. Это был тот самый платок Силены, который девочка подарила ей в день прощания. Астрид прижала его к себе, закрыв глаза. Вдыхая знакомый аромат, она ощутила запах Силены — сладковатый, чистый запах ребёнка, смешанный с ароматами приюта, сушёных трав и свежего хлеба. Этот запах перенёс её обратно, к солнечному пляжу, к смеющемуся лицу Силены, к её беззаботному детскому восторгу. На мгновение тяжёлые звуки корабля отступили, и в сознании Астрид воцарился хрупкий, тёплый покой.