Шёпот в темноте

POV. Люси

— Дочка! — воскликнула мама, встречая меня перед домом. Невозможно было не заметить её растерянный вид, опухшие от слёз глаза и углубившиеся морщинки на лице. Мне стало в очередной раз стыдно за свой поступок. Родители не были виноваты в том, что я сбежала. Хотя я, скорее всего, в этом утверждении врала самой себе. События последних дней совершенно выбили меня из колеи и они с отцом принимали во всём этом непосредственное участие. — Со мной всё нормально, — сказала я, опережая её вопрос. — Нам нужно поговорить, — мама взяла меня под руку и мы зашли в особняк. — О чём? — спросила я, когда она закрыла дверь моей спальни. — Люси, это всё не шутки, — её взгляд стал твёрдым и серьёзным. — В чём дело? — я заморгала, искренне не понимая, куда она клонит. — В тебе и Нацу, — выдохнула мама, сделав шаг ко мне. — Я всегда старалась быть лояльной и уважать твои личные границы, но теперь, извини. Я запрещаю тебе видеться с ним. Я недоумённо приподняла вверх брови и скрестила на груди руки. — Тебе не кажется, что для запретов уже поздновато? И ещё хотелось бы знать, чем вызвано столь радикальное решение. — Я хочу уберечь тебя, — произнесла Лейла и посмотрела куда-то в сторону, — но ты так и норовишь оказаться в пасти у льва. — Это просто смешно, — бросила я с нарастающим гневом. — Те, кто связан с Драгнилами много лет… Те, кто творят непонятные вещи… Те, кто прикрывают все их дела… Вы будете сейчас диктовать, общаться мне с Нацу или нет? — Послушай, — повысила тон Лейла, — ты просто не до конца осознаёшь… — Довольно! — закричала я, может, впервые на свою мать. — Ни ты, ни папа не можете указывать мне. Вы разрушили мою веру в эту семью просто по щелчку пальцев. Я раньше так гордилась тем, что ношу фамилию Хартфилия, а теперь меня раздирают разочарование и досада. Если будете лезть в мою жизнь, я уйду из этого дома, ясно? — Люси, я не желаю тебе зла, поверь, — она попыталась взять меня за руки, но я не позволила. — Я понимаю, как тебе тяжело всё это принять, но умоляю, не соверши глупость… — Кто же сунул меня в пасть этого льва, мама? — язвительно, срывающимся голосом спросила я. — Кто же виновен в том, что меня чуть не прикончили дважды?! И кто подскажет, что мне теперь делать с этими чувствами к нему? Из её глаз хлынули слёзы, а я просто стояла и смотрела, сдерживая свои. — Ты моя дочь, Люси… — произнесла она, переводя дыхание. — И я обязана тебя защитить, даже если ты теперь ненавидишь меня. Поэтому ты и шагу не сделаешь из этого дома! — Кстати, не забудьте расплатиться с Игнилом за его охрану, хоть она и была вчера бесполезна, — снова бросила я колкость, игнорируя её слова. — Когда Джуд вернётся, мы поговорим ещё раз, — использовала мама мой же приём. Затем она покинула комнату и я осталась наедине со своими мыслями. — Алло, — ответила я на поступивший через несколько минут звонок. — О, дорогая, ты не выспалась? — бодрый голос Каны немного раздражал. — Заехать за тобой? — Я сегодня себя плохо чувствую, поэтому останусь дома. — Ну, хорошо, выздоравливай. Заскочить к тебе после пар? — Да, приезжай, — я кашлянула, чтобы она убедилась в правдивости моих слов. — Окей, до встречи. Я свалилась на кровать и закрыла глаза. Внутри всё затрепетало, когда я вспомнила прошедшую ночь. Я доверила ему свою тайну и взамен получила поддержку, которая была мне жизненно необходима. Нацу подставил мне своё надёжное плечо. Успокоил, пригрел, утешил. Ни на минуту не выпускал из своих объятий. Он не воспользовался моей слабостью, а сделал всё, чтобы остановить истерику. И если бы не паническая атака, я бы вручила ему себя на блюдечке. Отрицать уже нет смысла. Я влюблена в него. Хоть мне это и не нравится. Однако, есть и моральная сторона этого вопроса. Нацу — сын главы мафиозного клана. За их плечами наверняка множество преступлений. Они убивают людей, а я не смогу смириться с этим. Стоит ли начинать то, у чего не будет будущего? Мой единственный и наилучший вариант — ждать, пока эти чувства утихнут. Может, я действительно должна перестать видеться с ним, как говорит мама? — Ещё я должна найти дело Зерефа, — внезапно высказала я вслух. — И узнать, за что пострадала моя семья. Может, хоть это заставит меня вразумиться! Я поднялась и подошла к шкафу. Достала футболку и лосины, затем вынула из коробки новые кроссовки. Сделала на голове небрежный хвост и отправилась вниз. — Я на пробежку, — бросила я сидящей в гостиной матери. — Нет, — ответила она. — Ты должна дождаться отца. — Я приду до его возвращения. И что ты так переживаешь, меня же заботливо охраняют люди вашего партнёра, — усмехнулась я. — Люси! — крикнула Лейла, но я уже закрыла входную дверь. На улице было свежо — пахло свежей зеленью и недавно прошедшим дождём. Я быстро размялась и вышла за пределы особняка. Люди в чёрном сразу двинулись за мной в количестве двух человек. Мне нужно было срочно придумать, как попасть в офис к отцу и не вызвать подозрений. — Как тебя зовут? — дружелюбно поинтересовалась я, затем повернулась в другую сторону. — А тебя? Ответом было молчание, что совсем не удивило меня. — Языки проглотили? — сделала я ещё одну попытку. — Отстой какой-то! Когда я бежала по улице, эти двое следовали за мной и даже не думали отставать. Через пятнадцать минут я остановилась у магазина, чтобы купить воды. Пока переводила дыхание, то заметила, что один из охранников стал разговаривать с кем-то через наушник, но при этом второй всё ещё наблюдал за мной. Я зашла внутрь и взяла бутылку, быстро двигаясь между высокими рядами с товарами. Каким-то образом они потеряли меня и я поняла, что это мой шанс. Мне повезло — дверь для персонала, ведущая на улицу, была открыта и я выскочила в неё, захлопнув за собой. Удача сегодня явно была на моей стороне, потому что я мигом запрыгнула в подъехавший автобус и села, отвернувшись. — Телефон! — воскликнула я, ловя на себе вопросительные взгляды других пассажиров. — Простите… Я сняла с себя маленькую, карманную сумку и оставила её на сидении, а сама вышла через пару остановок. Через полчаса пешей прогулки по утреннему, суетливому Токио, я добралась до офиса компании. — Привет, Мехико, — поздоровалась я с секретарём на первом этаже. — Госпожа! — он низко поклонился. — Чем могу быть полезен? — Отец у себя? — Господин Джуд выехал пятнадцать минут назад, — с улыбкой ответил он. — Ясно, спасибо! Мне не нужен был специальный пропуск, чтобы зайти в архив, поэтому я спокойно поднялась на лифте на пятый этаж бизнес-центра, ввела код и вошла. Внутри находилось целое царство из папок, аккуратно выстроенных на длинных стеллажах, пронумерованных и подписанных. Найти здесь что-либо, не зная, где оно лежит, было невозможно. Поэтому я подошла к компьютеру и стала искать номера дел по ключевым словам. «Драгнил», «Зереф», «Игнил», «Нацу». Поиск выдал окно для ввода дополнительного ключа безопасности. — Чёрт! — выкрикнула я. — С чего я взяла, что это будет просто? Я ввела несколько предполагаемых комбинаций, но они оказались неверными. Система предупредила, что у меня всего пять попыток. Рисковать я не стала и в итоге решила поискать вручную. — Приступим, — выдохнула я и пошла по рядам. Если даже номер дела найти нелегко, то значит папка запрятана очень хорошо. Возможно, её вообще здесь нет и я зря потрачу время, а потом ещё выслушаю проповедь от Нацу! Думай, Люси. Что делать? Внезапно толстая железная дверь открылась и на пороге оказался тот самый секретарь с ресепшн. — Госпожа? — окликнул он. За спиной парня стояла Рин — глава административного отдела в компании отца. Я судорожно сглотнула слюну. — Что ты тут делаешь, крошка? — вкрадчиво спросила меня женщина с чёрными, длинными волосами, от взгляда которой многим становилось жутко, в том числе мне. — Доброе утро, — ответила я, лихорадочно выдумывая причину моего нахождения здесь. — Хотела на дом взять работу, вот и пришла. Подшить, привести бумаги в порядок. — У тебя разве нет сегодня занятий? — спросила Рин, махнув секретарю рукой. Он сразу же удалился, оставив меня с ней один на один. — Нет, — солгала я, глядя ей прямо в глаза. Она вдруг повернула голову к компьютеру и увидела на экране мои запросы, которые я благополучно забыла удалить. Я почувствовала, как щёки заливает румянец и опустила голову. — Люси, если твой папа узнает, ему это не понравится, — озвучила она то, что я итак понимала. — Скажи мне правду. — Мне нужна помощь, — осмелилась я, поставив на карту всё. Я знала, что после этого меня могут запереть на тысячу замков, но попытаться была обязана. — Говори. — Дай мне дело Зерефа Драгнила. — Какое из? — ухмыльнулась она, удивив меня. — Э-м… Связанное с убийством… — я запнулась. — Первым или крайним? Рин моё замешательство только забавляло. — Из-за которого Драгнилы уехали из Токио! — рявкнула я, разозлившись из-за её снисходительного тона. — И зачем тебе? — женщина положила руки в карманы брюк в ожидании ответа. — Помоги без лишних вопросов, — потребовала я, явно играя с огнём. — Я ещё не совсем выжила из ума, девочка моя, чтобы терять работу, — сказала она. — Могу предложить только оставить эту сцену между нами. На большее не рассчитывай. — Это что-то секретное? — То, что ты вообще в курсе об этих событиях, уже на грани фантастики, — Рин задумалась на минуту. — Я всё же считаю, что господин Джуд должен знать. Она развернулась, но я схватила её за пиджак, удерживая на месте. — Мне очень нужна эта информация, — с мольбой в голосе произнесла я. Возможно, это единственный способ, который поможет мне избавиться от чувств к Нацу. — Иди ко мне в кабинет, — вдруг велела она после некоторой паузы, а сама подошла к компьютеру. — Я принесу то, что тебе нужно. Я пулей пронеслась по этажу и вставила отданный Рин ключ в замок. Затем расположилась на небольшом светло-сером диванчике и стала её ждать. Она могла за это время доложить отцу, но я была уверена, что глава административного отдела не сделает этого. Рин работала в компании уже много лет и была близка к нашей семье. Эта женщина являлась заядлой карьеристкой в отличии от моей матери — её лучшей подруги. Лейла и Рин знали друг друга со студенческих лет и были противоположностями во всём: начиная с характера и заканчивая ценностями. Рин была суровой, как северный ветер, но надёжной, как скала. В ней чувствовался внутренний стержень и ярко проявлялась независимость. Она умела хранить секреты и я всегда втайне восхищалась ей. Но я понимала, что она тоже была замешана в этих мафиозных делах и поэтому сейчас рисковала своей карьерой или даже жизнью, чтобы помочь мне. Рин появилась в кабинете только спустя полчаса с одной тонкой папкой, на которой отсутствовал номер. — Посмотри, — указала она на белый картон. — Таких ты явно никогда не видела. — И правда, — согласилась я, взяв документы из её рук. Внутри лежали судебное заключение, иск, фотографии. Одна привлекла моё внимание — на ней были запечатлены взрослые парни, сидящие друг напротив друга в каком-то кафе. Я схватила чёрно-белый снимок и поднесла к окну, чтобы рассмотреть получше. К горлу подкатил ком, а глаза сами по себе наполнились влагой. Дыхание сбилось, а сердце застучало с удвоенной силой. Руки затряслись, приближая уже знакомую паническую атаку. — Люси? Что случилось? Рин подбежала ко мне и стала трясти, пытаясь привести в чувство. Этого не может быть. Мне кажется. Они просто очень похожи. Такую одежду носит каждый пятый человек. Нет, это неправда. Я же видела брата Нацу, это — не он. Да, мы встречались очень давно и он мог измениться, но я бы узнала его. Или нет? Это ошибка… Плод моего воображения… Я взяла следующую фотографию, где парня было видно лучше. На его пальце был перстень, а улыбка — плотоядная, жестокая, злая красовалась на симпатичном лице. Этого всё ещё мало для того, чтобы обвинить его. — Ответь, Люси! — продолжала допытываться Рин, а затем насильно усадила меня на диван. — Мне… Надо идти, — хрипло сказала я, практически ничего не соображая. — Я попрошу водителя тебя отвезти. Твой внешний вид мне не нравится, — она взяла телефон в руки и в этот момент ей поступил звонок. — Да, Лейла. Что случилось? Люси? Как пропала? Я вцепилась в руку Рин и замотала головой, молча умоляя её не сдавать меня. — Не переживай, найдётся, — спокойно произнесла она, пригрозив мне указательным пальцем. — Ты сама знаешь, какая сейчас молодёжь. Да. Наверняка к подругам умотала! Когда вызов завершился, взгляд женщины стал цепким, как крюк, на который я сейчас попала. — Я не знаю, для чего ты всё это вынюхиваешь и тревожишь свою мать, но предупреждаю — не лезь в эти дела. Они те, кто сжирают целиком, не оставляя от жертвы даже костей. Я кивнула и вышла, борясь с тошнотой. Головная боль усилилась и я прислонилась к стене. Рин выглянула, разговаривая с кем-то — по контексту я поняла, что это был водитель. Но мне сейчас было необходимо остаться одной. Я хотела, чтобы меня никто не трогал. Я снова окунулась в тот кошмар и не знала, выберусь ли в этот раз. Он близко. Он слишком близко. Нацу знает о том, кто его брат? А что, если знает и заманивает меня специально? Что, если его забота — ложь, а сочувствие — игра? Зереф хочет закончить то, что не смог сделать несколько лет назад? Это он шлёт мне эти отвратительные подарки? Ноги несли меня куда-то на автомате. Мимо людей, дорог и зданий. Мимо реальности. Я пришла к осознанию, что не выдерживаю всё то дерьмо, которое свалилось на меня за последние недели. Я вспомнила, как тяжело было преодолеть последствия того нападения. Как долго я шла к выздоровлению и нормальной жизни. Я не забыла, как меня накрыло той убийственной волной, чуть не унёсшей жизнь. Я отказывалась признавать себя слабой, но сил на борьбу уже не было. Я больше не верила в искренность людей. Я не заметила, как пролетело время и я оказалась на побережье. Сидя на лавочке, я обхватила руками ноги и положила на них голову. В животе противно заурчало, а мышцы заныли, когда я с силой сжала саму себя. — Не могу… — вышел из меня вопль вперемешку со слезами. — Ты опять сбежала, — этот голос заставил меня вздрогнуть, но я не изменила положение. — Устала от всех, кто пытается диктовать мне, как жить, — ответила я, немного собрав волю в кулак. — Так бывает, — сказал Нацу с какой-то лёгкостью и сел рядом со мной. — Ты пришёл, чтобы заставить вернуться? — Нет, просто побыть рядом. Это то, чего я хочу, хотя не должна. Почему я не ощущаю, что ты предаёшь меня? Почему интуиция молчит, не предупреждая об опасности? Почему сердце продолжает упрямо тянуться к тебе и ждать, когда ты согреешь меня? Почему я до сих пор не испытываю ненависти? — Не стоит, — решительно произнесла я, поднимая голову. — Почему ты в таком состоянии? — спросил Драгнил. — Недомогание, — бросила я в надежде, что он отстанет. Он приподнял очки и посмотрел на меня долгим, пронзительным взглядом. — Врёшь, — ухмыльнулся парень. — Пусть даже и так, — призналась я, поднимаясь со своего временного пристанища. — Это касается только меня. — Если будешь придерживаться такой позиции, я не смогу тебе помочь, — сказал Нацу, вставая следом. — Мне не нужна помощь. Я хочу, чтобы ты держался подальше! В ответ он нагло схватил меня за талию и прижал к своему телу, заставляя оборонительные стены моментально пасть. Затем его губы мягко накрыли мои. Зная, что проиграю в этом бою, я позволила себе и ему этот поцелуй. Он почувствовал мой отклик и мужская рука пробралась под мою футболку, затем под топ и сжала грудь, выдирая из меня гортанный стон. Вторая в это же время накрыла ягодицу, поглаживая её. Ещё немного и песчаный пляж стал бы нам ложем, но Нацу отступил первым, делая вид, что с ним всё нормально и он не горит, словно в лихорадке. Он что, хочет меня так наказать? — Ты не можешь делать это, когда тебе заблагорассудится! — воскликнула я и развернулась, решив побыстрее убраться из этого места. — Могу, если ты не против, — ответил он, быстро настигнув меня. — Против, — прошипела я. Драгнил схватил меня за руку и дёрнул на себя. Я увидела, как его глаза наполняются яростью, но не испытала при этом ни капли страха, а напротив — вонзила в него такой же гневный взгляд. — Я предупреждал, что будет, если ты не прекратишь творить херню, — низким голосом начал он, — и теперь ты получишь то, чего так хотела. Я пыталась освободиться, но тщетно. Он достал наручники и пристегнул меня к себе под мой абсолютно ошалевший вид. — Ты ненормальный?! — заорала я, дёргаясь, как зверь, загнанный в клетку. Он невозмутимо двинулся вперёд, таща меня за собой. Ничего другого не оставалось, как следовать за ним, но терпеть это унижение я не собиралась. — Если ты сейчас же не снимешь это с меня, клянусь, что посажу тебя за похищение! — Сниму, когда пойму, что ты вразумилась. — Нет, сейчас! Мы дотащились до его машины и он распахнул водительскую дверь, а затем кивнул головой, намекая, чтобы я лезла внутрь. Кое-как я перебралась на пассажирское сидение, затем Нацу сел сам. — Ненавижу тебя! — в сердцах выкрикнула я. — Это не так, — произнёс он и завёл автомобиль. Примерно через сорок минут мы заехали на парковку его дома. Всё это время я не замолкала, проклиная всё на свете, в том числе и Драгнила, как главную проблему в своей жизни. На этаже, где находилась квартира, Нацу вдруг остановился и достал пистолет, отодвигая меня. Я сразу же умолкла и спряталась за его спину. — Что такое? — шёпотом спросила я, но он лишь приложил к губам указательный палец. Я заметила, что входная дверь была приоткрыта и сразу поняла, почему он так себя ведёт. — Вместо того, чтобы убраться отсюда, мы войдём?! — возмутилась я, дёргая его за наручники. — Отцепи меня уже! — Тихо! — велел он и резко дёрнул за ручку. Кто-то внутри оказался на прицеле. И я сразу же узнала голос Драгнила старшего. — Опусти оружие, — сказал он, подойдя к порогу. — Где моя дочь? — услышала я второй голос, принадлежащий папе. Нацу сразу же убрал пистолет и отступил назад, являя им меня. — В целости и сохранности, — довольно произнёс парень. — Что всё это значит? Люси? — обратился ко мне отец, испепеляя при этом взглядом Нацу. — Ничего, — огрызнулась я, до смерти утомившись от всех этих людей. — Если вы все позволите, я просто уйду отсюда и поеду домой. — Это что? — спросил Игнил, указывая на наручники. — Меры безопасности, — спокойно ответил ему сын. — Как-то не очень на это похоже, — прокомментировал он и жестом пригласил нас внутрь. — Проходите, поговорим. Мы зашли и я сразу же почувствовала сквозившее в помещении напряжение. Хотелось повернуться и сбежать, а в идеале больше никогда не пересекаться таким составом. Мне вообще было не до всех этих разборок. Я должна была понять, являлся ли Зереф тем самым напавшим на меня человеком четыре года назад. Пока я не могла этого утверждать наверняка, ведь пары нечётких фотографий было недостаточно. Я хотела получить признание и добиться наказания, если это было так. Это единственное, что сейчас занимало мои мысли. — В общем, так, — смело начала я разговор. — Сейчас я покидаю ваше мужское собрание и еду домой, а вы тут между собой разбираетесь. Arrivederci. — Сначала ты расскажешь, для чего копалась в архиве и почему сбежала из дома прошлой ночью, а потом оказалась у Нацу, — жёстко проговорил отец, пригвоздив меня к месту. — У меня она оказалась, потому что я нашёл и забрал её, — сказал младший сын Игнила, фактически спасая моё положение. — Я неоднократно говорил, что это дело больше не твоё, но ты ослушался меня, — старший Драгнил чуть не прожёг в Нацу дыру своим взглядом. — Я готов понести наказание, — процедил Нацу и я повернула к нему голову. — Нет, — в жалкой попытке защитить его, я схватилась за чёрную кожаную куртку. — Не лезь, — отрезал отец, но я проигнорировала его слова. — Нацу охраняет меня! — воскликнула я, вставая немного впереди него. — За что он должен ответить? За мою неоднократно спасённую жизнь? Наши отцы переглянулись, а я почувствовала на себе взгляд чёрных глаз. — Это не тебе решать, — сказал сын Игнила, доставая из кармана маленький ключ. Он освободил нас друг от друга за считанные секунды и теперь ждал, какой оборот примут события. — Как вы уже оба знаете, ваши встречи отныне запрещены, — сказал Игнил. — Нам что, по пять лет? — разозлилась я, направив палец сначала на одного мужчину, потом на другого. — Ни один из вас не может указывать ни мне, ни ему, что делать! Мы не ваши наёмные работники! Если захотим, то вообще поженимся, кто сможет этому помешать?! Воцарилось молчание. Возможно, они неверно восприняли мои слова и подумали, что между мной и Нацу что-то есть, но мне уже было плевать. Я терпеть не могла несправедливость и не собиралась наблюдать за ней, ничего при этом не делая. — Не неси чушь, — первым отреагировал Джуд. — Это просто возмутительно, Люси. С каких пор ты начала так неуважительно разговаривать? Разве этому мы с матерью учили тебя? — Я еду домой, — тихо ответила я, совсем выбившись из сил. — И хочу, чтобы Нацу отвёз меня.