Шёпот в темноте

POV. Люси

Я словно вечность не была дома. Непривычно было видеть помощниц по хозяйству в обычный будний день. Родителей не было видно. Я поднялась на второй этаж и постучалась в их спальню, но в ответ — тишина. Аккуратно приоткрыла дверь и увидела маму, лежащую под одеялом. — Можно? — робко спросила я. — Проходи, дочка, — вяло ответила она. Я присела рядом с ней и коснулась холодной руки. — Ты заболела? — с беспокойством спросила я, приложив ладонь к её лбу. — Хочешь, принесу чай? — Нет, спасибо, — она слегка приподняла уголки губ. — Как ты, моя девочка? — В порядке, мама, — на моих глазах выступили слёзы. — Я очень сочувствую. Она повернула голову к окну и я увидела глаза по-настоящему убитого человека. — Надеюсь, этих нелюдей найдут, — тихо произнесла она. — Ты поедешь со мной на похороны? — Да, — я вытерла рукой лицо. Когда мама поднялась с кровати, я заметила, как она похудела. Сорочка висела на её некогда стройном теле. Меня укололо чувство вины за то, что я бросила мать и ушла из дома. Я смогла понять её чувства, ведь полюбила сама и готова была ради своего мужчины пойти на край земли. Сейчас мне было сложно осуждать её выбор. Точнее, я вовсе не считала его неправильным. Если раньше я думала, что это глупость, слабость, иррациональность, то теперь — нет. Это была невозможность существовать без определённого человека. Это было принятие объекта обожания со всеми его недостатками, проблемами, болью. Это было то, что называют любовью.

Она любила отца и смирилась с тем, чем он занимался. Она согласилась на такую жизнь. Она была счастлива. Но разница между нами была колоссальной. Я не хотела связывать судьбу с Якудза, но хотела быть с Нацу. Передо мной стоял непростой выбор — принять это или отказаться от отношений. То, что он является наследником преступной организации, не отменяет всё хорошее, что в нём есть, верно? Именно так, незаметно и, возможно, губительно я подводила себя к первому варианту. Мама встала, затем надела чёрное платье в пол, чёрные очки и мы выдвинулись в путь. На кладбище было не так много людей. Несколько сотрудников фирмы и всё. Семьи у покойной не было. Когда мы приехали, священник уже закончил отпевание. После этого нужно было поехать в крематорий, но в один момент маме стало плохо и она схватилась за моё плечо. Присутствующий там же папа даже бровью не повёл. Он стоял возле гроба с глубоко скорбящим лицом, абсолютно не обращая внимания на живых. Я позвала охранника и попросила его помочь отвести маму в машину. В один момент я почувствовала спиной чей-то взгляд и обернулась. Силуэт неизвестного человека скрылся за одной из высоких могил неподалёку. Нет, не показалось. Кто-то следит за мной. Пока никто не видел, я свернула в ту сторону и заглянула за каменный монумент. Никого не обнаружив, я обогнула это место, чтобы оказаться на дороге, ведущей к выходу с кладбища и тут меня пригвоздил к месту знакомый баритон. — Жаль. Она была такой молодой. Меня словно пронзило тысячей игл. Воспоминания, от которых так хотелось избавиться, снова ожили и обрушились с утроенной силой. Я специально не оборачивалась. Мне до последнего хотелось верить, что это всё — иллюзия. — Да. Ей выстрелили в голову какие-то бандиты, — произнесла я, чтобы убедиться, что нахожусь в реальном мире, а не во сне. — О-у, — протянул неизвестный. — Мир и покой несчастной душе. Оцепенение спало, когда я услышала голоса неподалёку и увидела впереди охранника. Затем повернула голову, но там уже никого не было. Он здесь. Он пришёл за мной. Он убьёт всех, кто мне помогает. Уничтожит всех, кто рядом со мной. Я снова больше не смогу спать спокойно. Единственный человек, который сможет помочь мне — это Игнил. Он не допустит, чтобы брат убил брата, и остановит Зерефа. Эту мысль я обдумывала по дороге обратно в особняк. Как и то, что состояние мамы вызывало беспокойство. Я боялась уходить, но она в ответ уверяла, что с ней всё хорошо. — Хочу побыть одна, Люси. Поезжай, — сказала она, выпроваживая меня из своей комнаты. — Нет, я останусь, — произнесла я и она сдалась, бросив попытки уговорить меня. — Почему отец так ведёт себя? — Он переживает и злится одновременно. Думает, ты не простишь его, — пояснила мама, залезая обратно в постель. — Я уже простила. — Хочешь вернуться домой? — Не знаю, мам… — Ты любишь Нацу, дочка? — спросила она, глядя на меня с теплотой. — Очень, — призналась я. — Тогда будь с ним, — последовал совет. — Не упускай драгоценное время. — Всё слишком запутанно. — Как бы то ни было, пока вы вместе — всё решаемо, — мама закашляла и я протянула ей стакан воды. — Я не позволю отцу испортить тебе жизнь. — О чём это ты? — Он нашёл тебе жениха. Сына какого-то коллеги. У него, вроде как, тоже своя фирма… — Что?! — я вскочила с кровати и схватилась за голову. — Он не может так поступить со мной! — Я, как и Джуд, была против твоей связи с Драгнилом. И ты это знаешь, — сказала она. — Потому что жизнь Якудза — это хождение по лезвию ножа. Но если уже так вышло, что ты влюбилась… Я могу только пожелать тебе счастья. И быть осторожной, — мама смахнула слезу и продолжила. — По себе знаю, что чувства нельзя запереть, заставить исчезнуть или выбросить из сердца. Это лишь причинит тебе боль. А с тебя, мне кажется, её хватит. — Не понимаю… — прошептала я, склонившись перед ней. — Прости, что была не очень хорошей матерью, Люси, — она схватила мою руку и сжала. — Прости, что не смогла поддержать, как следует, в нужный момент… Прости, что бросила тебя… — О чём ты говоришь? — уже рыдая, выдавила я. — Мы знаем правду о событиях четырёхлетней давности. Всегда знали, — выдохнула мама. — Джуд тогда… Замял всё это дело… Чтобы не травмировать тебя ещё больше. Голова закружилась. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Вы знали и делали вид, что ничего не произошло? — Мы консультировались с твоим врачом по этому поводу. И с другими специалистами. Они посоветовали так сделать, — оправдывалась Лейла, крепче сжимая мою руку. — Чего я ещё не знаю о нашей семье, мама? Тон получился каким-то грубым и она ничего не ответила мне, лишь закрыла глаза и отвернулась. Я выбежала из спальни и спустилась вниз. Папа знает, кто это сделал? Если да, как… Как он мог и дальше работать с Драгнилом? Что значит «замял»? Снова оправдал этого монстра вместо того, чтобы наказать? Если родной отец заглушил в себе голос совести, то кто же защитит меня? Эти слова предназначались не для матери, поэтому я не стала их ей говорить. Распахнув дверь на улицу, я увидела Нацу. Он сразу же оторвался от разговора с охранником и повернулся в мою сторону. Затем снял очки и вопросительно поднял брови. Со стороны наверняка казалось, что на мне лица нет. Растрёпанная, подавленная, заплаканная. И теперь мне ещё нужно было как-то объяснить ему, что произошло. Или послать всё к чёрту. Я спрыгнула с лестницы и побежала вперёд. Нацу развёл руки в стороны и я бросилась к нему, обхватывая ногами торс. Драгнил сразу же прижал меня к себе, а я глубоко вдохнула его запах сквозь слёзы. Защити меня. Спаси меня. Укрой меня. Ты так мне нужен… Я не справляюсь. Пожалуйста… — Что случилось, милая? — ласково спросил он. — Ничего… Просто сильно расстроена, — ответила я, надеясь, что он не станет вдаваться в подробности. — Поехали, прогуляемся немного, — сказал он и понёс меня к машине. Нацу посадил меня на переднее сиденье и пристегнул ремнём безопасности, ничего больше не сказав. Сейчас мне нужна была передышка. «Мы всё знали» — звучало в моей голове вновь и вновь. Я чувствовала вселенскую обиду и даже злость. Я хотела призвать отца к ответу. Посмотреть ему в лицо и узнать причину, по которой он так поступил. От напряжения и усталости глаза начали слипаться сами собой и вскоре я уснула, мысленно благодаря Нацу за то, что он не стал меня мучить расспросами.

***

Я проснулась примерно через полчаса, но мы всё ещё ехали и явно не в сторону последнего убежища. Я глянула на навигатор, конечной точкой в котором светилось незнакомое для меня место в районе Бункё. — Куда мы? — спросила я, поворачиваясь к нему. — В сад «Рикугиэн». Была там? — Как-то не приходилось, — я пожала плечами. — Ну вот сейчас и увидишь, — ответил он, поворачивая руль. Когда мы вышли и переступили порог этого потрясающего места, я словно погрузилась в живописный рай. Воздух здесь был таким свежим, что при вдохе даже немного кружилась голова. В школьные годы мы с подругами посещали один из садов Токио, но этот поход ощущался как-то по-другому. Мы пробирались вперёд, по извилистым тропинкам, усыпанным золотистыми листьями. Наблюдали, как кленовые деревья, облачённые в багряные и алые цвета, склонялись над зеркальной гладью пруда. Их отражения дрожали в воде, создавая причудливую игру красок. — Пойдём туда, — Нацу указал на деревянный мостик, через который можно было перейти на один из островов. Когда мы оказались на островке, то перед нами открылся великолепный вид. — Это шаккэй, — пояснил он, обняв меня сзади. — Тщательно продуманный, «заимствованный» пейзаж. — Ты разбираешься в искусстве? — спросила я, откинув голову на его плечо. — Ну я же не из пещеры вышел, — буркнул он. — Я просто думала, что ты умеешь только стрелять, — подшучивала я. — А ты, видимо, умеешь только язвить, — он резко схватил меня за бока и стал щекотать. — Тебе это нравится, признайся! — сквозь смех крикнула я. — Не всегда, — ответил он. — Ну, привыкнешь, — я всё-таки вырвалась и поправила кофту. Мы отправились дальше и я восхищалась окружающей природой всё больше. За каждым поворотом тропинки оказывалось что-то новое: каменный фонарь, скрытый в листве; маленький водопад, капли которого играли в лучах осеннего солнца; вековая сосна с тёмно-зелёной хвоей, так контрастирующей с огненными красками клёнов. Всю дорогу Нацу рассказывал мне что-то интересное об этом месте. О древних традициях, легендах, истории возникновения сада Рикугиэн. Мы дошли до центра, где находилось небольшое озеро, по берегу которого вилась широкая тропа. На её обочине были расставлены таблички со стихами. Он знал и о том, что изначально их было больше, но сохранилось лишь несколько, а великолепные пейзажи как раз иллюстрировали поэтические строки. Когда наступили сумерки, листва деревьев вспыхнула последним пронзительным сиянием. Фонари вдоль дорожек зажглись один за другим, отбрасывая мягкий свет и создавая атмосферу таинственности, которую мне не с чем было сравнить, хотя я побывала в нескольких странах. Я остановилась и замерла, любуясь этой завораживающей красотой. Нацу встал рядом, не отрывая глаз от меня. Стоило мне перевести на него взгляд, как я уже была захвачена в плен жарких объятий. — Руки холодные, замёрзла? — Немного, — ответила я, грея ладони под его футболкой. Вскоре мы добрались до одного из чайных домиков с соломенной крышей, уже потемневшей от времени, чтобы понаблюдать за золотыми карпами, которые дружной стайкой кочевали по воде с места на место. Когда мы сели на веранду, я прижалась к парню и положила голову на его плечо. Почувствовав мою дрожь, он снял с себя куртку и накинул на меня. Так ожидаемо от него. Так тепло. Здесь, в этом месте, рядом с ним, мне было спокойно и безопасно. Сегодня, именно в этот миг, прямо сейчас мы были самой обычной парой. Возвращаться в реальный мир совсем не хотелось. — Спасибо за свидание, — тихо сказала я. — Напомни, какие там ещё остались условия, чтобы ты согласилась выйти за меня замуж? Я приподнялась и заглянула ему в глаза, лукаво улыбаясь. — А ты что, задался такой целью? — У меня нет привычки менять решения, — решительно ответил он. Моё сердце ускорило ритм, а по телу разлилось странное, приятное тепло, которое сопровождалось внутренним ликованием. — Я думала, ты это не всерьёз… — призналась я, ожидая услышать бесконечное количество подтверждений. — Подожди здесь, — он резко встал и скрылся в темноте, а меня в этот момент будто окатило ледяной водой. Не сходи с ума! Здесь никого нет. Успокойся. Он сейчас придёт. И обнимет тебя вновь… Примерно через десять долгих минут, показавшихся мне вечностью, он появился на дороге, держа в руках что-то яркое. — Ты говорила о цветах, — с этими словами он протянул мне букет хризантем. Когда крупные соцветия багряных, золотистых и белоснежных оттенков легли в мои руки, я обрадовалась, как ребёнок. — Осталось, видимо, кольцо, — сказал он, но я замотала головой, стараясь очнуться от дивного сна, в котором оказалась. — Что? — Не стоит так торопить события, — выпалила я. Затем схватилась за его футболку и потянула, чтобы он склонился ко мне. Поцеловала, чтобы запечатлеть этот прекрасный момент в своём сердце навсегда. Если судьба разлучит нас, память об этих счастливых минутах останется со мной до конца дней. Нацу дал мне почувствовать, что я кому-то нужна. Он подарил мне больше, чем цветы или прогулка. Он подарил мне ощущение самой жизни. Вдохнул её в меня тогда, когда я сама считала себя опустошённой. Я буду бороться, пока не умру. Пока кто-нибудь всё-таки не выстрелит мне в голову. Я не отступлю. Не позволю украсть у меня то ценное, что я обрела рядом с ним. — Ужин в ресторане сойдёт за пункт «должен радовать меня»? — спросил он, когда я прервала поцелуй. — Вполне, милый. — Ещё раз скажи, — попросил он, взяв меня за руку. — Вполне, — хохотнула я, еле увернувшись от его пальцев, которые снова норовили меня защекотать. — Люси, я должен увезти тебя отсюда, — он резко помрачнел и бросил на меня серьёзный взгляд. — Пожалуйста, Нацу… Давай не будем сейчас говорить об этом. Я догадывалась, что он рано или поздно предложит мне побег. Я понимала, как ему трудно защищать меня и отбиваться от нападений одновременно. Но уехать сейчас — означало дать ему возможность докопаться до правды касательно того случая. Этого никак нельзя было допустить. — Нет, будем, — возразил он. — Ситуация слишком накалилась. Я должен уберечь тебя. — Без тебя никуда не поеду, — ответила я тем же тоном. — Я приеду за тобой, когда разберусь с делами. — Когда? Через год? Пять лет? — воскликнула я, размахивая цветами. — Нет, мы будем оба здесь. Мы будем вместе с ними сражаться. Он вдруг прижал меня к фонарному столбу и я заметила в его глазах опасный блеск, направленный куда-то вдаль. — Ты не будешь в этом участвовать, — он опустил взгляд на меня и в нём ясно читалось чувство вины. — Ты вообще не должна была даже касаться оружия. — Нацу, — я обхватила руками его лицо, — мне не нужен пистолет, чтобы сражаться. Достаточно слов. Драгнил внезапно так крепко обнял меня, будто испугавшись, что я растворюсь в воздухе. Его подбородок опустился на мою макушку, а затем я услышала полушёпот, который оказался сильнее завывающего ветра. — Никто не причинит тебе боль, Люси. Клянусь.

***

Нацу отвёз меня на ужин, как и обещал. Перед этим мы заехали в магазин, чтобы купить другую одежду, так как я была в простых джинсах и кроссовках, а он в своём традиционном стиле. Он купил мне всё, что я выбрала: платье пыльно розового цвета на бретелях, туфли на каблуке и небольшую сумку. Оплатил причёску и макияж в одном из салонов. Я с трудом заставила его самого переодеться: выбрала для него чёрную рубашку классического кроя и туфли вместо ботинок. С курткой пришлось смириться, как и с чёрными очками. — Ну вот, другое дело, — я довольно оглядела парня и улыбнулась. — Почаще бы ты так выглядел. — Зачем? Эта одежда сковывает движения, — ответил он. — Потому что это красиво! — сказала я, расправляя его воротник. — А должно быть практично, — Драгнил провёл пальцами по моей коже и она тут же покрылась мурашками. — Один разок выдержишь, — я улыбнулась и направилась к выходу из бутика. Мы прибыли в Sky Restaurant 634 Musashi ровно в десять часов. Нацу заранее забронировал столик без каких-либо проблем, хотя я знала, что попасть туда очень трудно. Этот ресторан был расположен на вершине небоскрёба, поэтому почти из любого места в зале открывался потрясающий панорамный вид на город. Мы сделали заказ и когда официант ушёл, Нацу подошёл ко мне и протянул руку. Я подала ему свою и встала, немного растерянно оглядываясь по сторонам. Только сейчас я обратила внимание, что в помещении находились мы вдвоём, хотя это было популярное место, особенно в вечернее время. Свет приглушили и включилась спокойная, романтическая мелодия. — Почему мы здесь одни? — спросила я, когда мужская ладонь легла на мою талию, а затем его пальцы сплелись с моими. — Потому что я так захотел, — ответил он, медленно двигаясь в такт музыке. — Как пафосно, — фыркнула я. Драгнил засмеялся и покружил меня, а затем снова притянул обратно. Я сцепила руки за его шеей, а он опустил свои чуть ниже спины. Наше дыхание смешалось, электризуя воздух вокруг. В один миг мы остановились и одновременно потянулись друг к другу для поцелуя. Искра вспыхнула так быстро, что я не заметила, как сама потащила его назад. Затем присела сверху на наш стол, развела ноги в стороны, приглашая парня к себе. Нацу подошёл и хитро улыбнулся, при этом держа руки на расстоянии, по обе стороны от моих бёдер. — Какая ты нетерпеливая, — прошептал он мне в ухо. Я покраснела с головы до ног и спрятала лицо на его груди. — Не знаю, что это за помутнение, — пролепетала я. Решив, что это как-то слишком, я захотела прекратить и сесть на стул, но Нацу не позволил. Его тёплые ладони легли на мои ноги и медленно двинулись вверх от коленей, а губы приблизились к пульсирующей на шее вене. Когда язык коснулся её, я пропала. Голоса персонала вернули нас с небес на землю. Нацу нехотя оторвался от изучения моих эрогенных зон и отошёл, чтобы я могла сойти со своего пьедестала, на котором он меня чуть не расплавил. Еду принесли через пять минут и мы стали неторопливо ужинать, обмениваясь мнениями о блюдах и периодически бросая друг на друга красноречивые взгляды, полные желания. Потом Драгнил заказал шампанское по моей просьбе, а себе — чай. Мы съели по десерту, ещё немного посидели и спустились вниз, на парковку. Я боялась показаться ему какой-то похотливой и распущенной девицей, поэтому скромно сидела в машине, наматывая на палец локон. Но возбуждение так и не пропало, да и выпитый алкоголь сделал своё дело. Я не придумала ничего лучше, как скинуть одну бретель, а затем начать обмахиваться рукой. — Так жарко, — сказала я, притворно закатив глаза. — Открой окно, — бросил он, заводя двигатель. — Балда! — еле слышно буркнула я и повернулась в другую сторону, сжав губы. Он повернул ключ обратно, откинул кресло и схватил меня за руку, а затем потянул на себя, попутно стягивая платье с плеч. — Неугомонная, — сказал он с улыбкой. Когда-то мы уже находились в этом же положении и на том же месте, но тогда я отступила. А теперь хотелось довести начатое до конца. Я сидела сверху, схватившись за чёрную рубашку, пока он ласкал мою грудь языком и руками. Ощутив, как его увеличившийся в размерах орган упёрся в ягодицы, я подвигала ими, вырывая у него стон. Затем опустила одну руку назад и провела вдоль всей длины через штаны, слегка сжимая. Тяжело дыша, он сдвинул меня в сторону и спустил брюки. Затем вернул в прежнее положение и его пальцы устремились вниз, под платье. Теперь пришла моя очередь стонать, когда Нацу стал касаться всех чувствительных мест. Ладони упёрлись ему в грудь и через несколько минут я вскрикнула от нахлынувшего экстаза. Я хотела продолжения и он это знал. Нацу провёл влажным от моей смазки пальцем сначала по животу, потом по груди, вызывая дрожь по всему телу, а затем приподнял вверх мои бёдра. Когда член погрузился внутрь, он остановился, давая мне привыкнуть. Я плавно стала двигаться вверх и вниз, выбирая нужный темп. Драгнил придерживал меня, делая толчки сильнее и глубже. Пламенная страсть горела внутри, стремясь как можно скорее столкнуть меня в водоворот из чувственных ощущений. Я уже знала, что это предвестник разрядки и старалась не сбиться. Крепко сжимая моё тело в руках, Нацу всё интенсивнее насаживал меня на себя, пока я не приблизилась к оргазму. Я открыла рот в почти бесшумном крике и извивалась на нём, не в силах усидеть на месте. Пульсация внутри уже била вовсю, когда я почувствовала, как он излился в меня с рыком. Он дёрнул меня за руку и когда я приняла горизонтальное положение, поцеловал в губы. — Я настаиваю, — произнёс он, постепенно восстанавливая дыхание. — На чём? Нацу приподнял нас обоих и начал что-то искать в заднем кармане брюк. Затем вытащил маленькую коробочку и открыл. Внутри лежало кольцо с прозрачным камнем по середине. — Не в саду, не в ресторане, а сейчас? — улыбнулась я, с теплотой глядя в его глаза. — Я хотел, чтобы это было сюрпризом, — слегка разочарованно сказал он. — Как это могло стать сюрпризом, если ты уже сто раз заводил тему о свадьбе? — подначивала я. — Ну так что? — Ты пока не выполнил самый первый пункт, — ответила я, приподнимаясь. Я поправила лиф платья и пересела на своё место. Открыла бардачок и нашла маленькую пачку салфеток. Насколько возможно, привела себя в порядок и приоткрыла окно. — Для тебя так важно одобрение родителей? Драгнил повернул ручку и его кресло вернулось на своё положение. Затем достал из куртки пачку сигарет, открыл дверь машины и закурил. — Да. При чём с обеих сторон. — Этого не будет, — безапелляционно заявил он. — Мама не против, — сказала я, глядя на ночные огни города. — А вот отец хочет выдать меня за какого-то сына своего коллеги.... — Этого тоже не будет, — я вздрогнула от его жёсткого тона. — Конечно, нет. Я выйду замуж только за того, за кого сама захочу. — Нет, только за меня, — он скинул пепел на землю, продолжая упрямо сверлить меня взглядом. — Я ещё не согласилась! — бросила я, отгоняя рукой дым. — Согласишься. Нацу захлопнул дверь и завёл автомобиль, а я решила благоразумно промолчать. — Руку, — коротко сказал парень, когда мы выехали на трассу, ведущую в Янако. — Что? — рассеянно спросила я, погруженная в свои мысли. — Ты не надела кольцо, — с ложным спокойствием отчеканил он, хотя я видела, что Драгнил начинает злиться. — Надену, если приму твоё предложение. На его скулах заходили желваки, лицо помрачнело, но я решила стоять на своём и не давать никому из нас ложных надежд. Прости меня, милый, но неизвестно, что нас ждёт завтра. Отцы против наших отношений. Что Джуд, что Игнил пытаются подсунуть нам других людей и решить, как правильно жить их детям. Ещё Зереф, который не оставляет меня в покое. Стинг, сошедший с ума. Роуг, который жаждет мести. Сначала нужно разобраться во всём этом, а потом уже задумываться о каких-то дальнейших шагах. Но несмотря ни на что, я очень хочу навсегда остаться рядом с тобой...